Третьего не дано

«Когда смотришь в бездну — убедись, что у тебя заряжен револьвер» (с) Блэр Блэквуд, которая никогда не смотрит в бездну без винчестера.

***

Ночь опустилась на городок, как крыло ворона. Тяжёлая, липкая, пахнущая пылью и страхом. Флинт не спал. Сидел в своей комнате над салуном, крутил в руках гильзу, которую дала Блэр. Ручная работа. Мастер из Санта-Фе. Странный орнамент — волчья голова. Скрипнула дверь. — Ты чего не спишь? — раздалось от порога. Флинт поднял голову. В дверях стоял Скотт. Без шляпы, без кобуры, в расстёгнутой рубахе. — А ты чего в моей комнате? — буркнул Флинт, пряча гильзу в карман. — Дверь была открыта. — Я специально закрыл её. — Значит, не умеешь закрывать. — Чего тебе надо, Холланд? Скотт помолчал. Потом пожал плечами. — Не спится. — И вошёл, бросив взгляд на стол, на кровать, на револьвер, который лежал в полуметре от руки Флинта. — И тебе тоже, как вижу. — Жду того, кто не умеет стучать. — А я умею. Просто не хотел. Флинт хотел ответить что-то едкое, но в этот момент снизу раздался звук. Выстрел. Стекло разлетелось вдребезги. — Сука, — выдохнул Флинт, хватая револьвер. — Это он. — Кто? — Билли. — Ты его видел? — Нет. Но кто ещё будет разбивать окна в три часа ночи? Они выбежали в коридор. Снизу доносилась ругань Розали, звон посуды и ещё один выстрел. — Он в салуне! — крикнула Блэр откуда-то снизу. — И он не один! Флинт и Скотт слетели по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Салун выглядел так, будто здесь прошёл ураган. Столы перевёрнуты, стулья разбиты, на полу — осколки стекла и лужи виски. Розали стояла за стойкой с револьвером в руке. Блэр — у входа с винчестером. В центре зала стоял он. Билли «Безликий» Уэбб. Чёрная бандана скрывала нижнюю половину лица. Шляпа надвинута на глаза. Но шрамы на руках, на шее — их невозможно было не заметить. Белые, выпуклые, как следы от когтей. И ещё двое с ним. Мужчины с револьверами. — Мы ищем ковбоев, — сказал Билли. Голос у него был странный — хриплый, как у человека, который давно не говорил или которому перерезали горло и кое-как зашили. — Мы тоже, — ответила Блэр, не опуская винчестер. — Но они не ночуют здесь. — Врут, — прохрипел Билли. Скотт и Флинт замерли на нижней ступеньке лестницы — в тени, где их не было видно. — Трое, — шепнул Скотт. — Вижу. — Двоих берём мы, третьего — Блэр? — А Розали? — Розали прикроет спину. — План дерьмовый. — Другого нет. Билли сделал шаг вперёд. — Я считаю до трёх. Или ковбои выходят, или я начинаю стрелять. — Один, — начал он. — Сейчас! — бросил Флинт, выскакивая из тени. Выстрел. Первый бандит рухнул, даже не поняв, что произошло. Скотт выстрелил в того, кто стоял справа. Пуля попала в плечо — не смертельно, но враг выронил оружие. Билли обернулся. Быстро — быстрее, чем Флинт ожидал. И выстрелил. Флинт увернулся. Пуля прошла в сантиметре от виска, врезавшись в стену за его спиной. — Твою мать! — рявкнул Скотт, стреляя снова. Билли уклонился. Плавно, как животное. Будто чувствовал пули за мгновение до выстрела. Блэр выстрелила из винчестера. Пуля попала Билли в плечо. Он даже не охнул. Просто рванул к выходу, сбив с ног второго раненого бандита. — Он уходит! — крикнула Розали. — Не стрелять! — приказала Блэр. — Пусть идёт. Он ещё вернётся. А когда вернётся — мы будем готовы. Билли вылетел в ночь, как чёрная тень. В салуне повисла тишина. Только раненый стонал на полу. Флинт опустил револьвер. Руки тряслись. Блядь. В сантиметре. — Ты в порядке? — спросил Скотт. Голос был ровный, но Флинт заметил, как побелели его костяшки на револьвере. — Жив. — Повезло. — Не повезло. Он специально промахнулся. Блэр подошла к ним, опуская винчестер. — Умный мальчик, Кёртис. Да. Он промахнулся специально. Потому что ему не заплатили за твою смерть. Заплатили только за информацию. — Какую информацию? — Где вы. Кто вы. С кем вы. — Блэр посмотрела на разбитое окно. — Теперь он знает, что вы связаны со мной. А это... это меняет дело. — В какую сторону? — спросил Скотт. — В худшую.

***

Раненого бандита (того, в плечо) оттащили в подвал. Розали перевязала ему рану, не скупясь на матерщину. — Ещё один ублюдок в моём подвале! — кричала она. — Я здесь салун держу или гостиницу?! — Гостиницу, — ответила Блэр, закуривая сигару. — Просто клиенты у тебя странные. Флинт стоял у окна, глядя в тёмную улицу. Скотт подошёл сзади. — Не стой на свету. Тебя видно. — А он где-то там. И смотрит. — Пусть смотрит. У него не было приказа убивать. Значит, у него есть время. И у нас есть время. — Две недели, — напомнил Флинт. — Или меньше. — Ты оптимист. — Я реалист. Оптимисты дохнут первыми. Флинт повернулся. Они стояли слишком близко. Он чувствовал запах пороха и дыма, смешанный с чем-то горьковатым — можжевельником, что ли? — Чего ты хочешь, Холланд? — спросил Флинт. — Правда. Скотт посмотрел на него долгим взглядом. Тем самым — от которого у Флинта мурашки бежали по спине. — Я хочу, чтобы моя семья не умерла с голоду, — наконец сказал он. — Всё остальное — дерьмо. — А почему ты помогаешь мне? — Я помогаю не тебе. Я помогаю Блэр. Потому что она должна мне информацию. И я её получу. Даже если для этого придётся терпеть тебя ещё пару недель. — Терпеть? — усмехнулся Флинт. — Ты меня бесишь. — Взаимно. — Нам не по пути. — Знаю. Они стояли и смотрели друг на друга. Снизу, из салуна, донеслось пение Розали. Она тянула какую-то грустную балладу про ковбоя, который ушёл в горы и не вернулся. — Комнат нет, — вдруг сказала Блэр, подходя к ним. — Я имею в виду, свободных. Твоя, Кертис, есть. А для тебя, Холланд, всё занято. Внизу — Джесси с Эмми, которые играют в карты и мешают спать. На втором — гости Розали. Так что либо конюшня, либо... — Либо что? — спросил Скотт, хотя уже знал ответ. — Либо вы спите вместе. В одной комнате. С одной кроватью. — Нет, — сказал Флинт. — Только через мой труп, — добавил Скотт. — Это можно устроить, — пожала плечами Блэр. — Но вы оба нужны мне живыми. Так что идите наверх. Спать. Вместе. Не убивайте друг друга. Она развернулась и ушла в салун, оставив их у окна. Флинт и Скотт стояли молча. Сквозь ночь доносился вой койота. Где-то далеко. Или близко. Они поднялись на второй этаж и вошли в комнату Флинта. — Я сплю на полу, — сказал наконец Скотт. — Отлично. Я не возражаю. — Флинт уже стягивал сапоги. — Я и не спрашивал. — Тогда чего ждёшь? Пол вон там. — Флинт кивнул на доски. — Не забудь забрать одеяло у стены. Скотт посмотрел на него с таким выражением, будто прикидывал, сколько лет дадут за убийство ковбоя в условиях самообороны. Но ничего не сказал. Схватил одеяло, бросил на пол и сел, скрестив ноги. — Я первый сказал, — буркнул он уже в темноту. — Услышал. Внесу в протокол. — Флинт устроился на кровати, закинув руки за голову. — Спокойной ночи, Холланд. — Не смей храпеть, Кёртис. — Не смей ворочаться. Пол скрипит. — Пошёл ты. — Спокойной ночи. Флинт закрыл глаза. Снизу всё ещё пела Розали. Где-то в ночи выл койот. А в нескольких метрах от него, на полу, лежал человек, которого он ненавидел. Ненавидел ли? Флинт не был в этом уверен. И это пугало сильнее, чем Билли Безликий.