Альфа по выбору

      Прошло еще два мучительных дня без Сынмина. Хоть они и были на связи каждый день, переписывались по несколько раз в час, этого всё равно не хватало, чтобы перестать скучать. В гостиной парни лежали кто где — кто-то развалился на диване, закинув ноги на другого, некоторые сидели в кресле, а кто-то валялся на полу, но никто не веселился.       — Как думаете, чем от него будет пахнуть? — поинтересовался Хёнджин, накручивая на палец прядь волос Чана.       — Хм-м… Я думаю, что чем-то свежим, как от Чонин-и, — задумчиво протянул Чанбин, потягиваясь.       Все начали выдвигать свои версии. Большинство были за то, что Сынмин будет пахнуть чем-то нейтральным, ему бы подходило.       Чонин сидел на кресле, его брови были сведены к переносице. Хан это заметил и легко толкнул макнэ в бок.       — Ты чего?       — От Сынмина будет пахнуть кедром, — уверенно произнес Ян.       Все тут же уставились на него с удивлением.       — Почему ты так решил? — спросил Феликс, заглядывая ему в глаза.       Тот пожал плечами.       — Увидите. Он будет пахнуть кедром.       — Да Боже!!! Вам не всё равно как он будет пахнуть?! — неожиданно резко закричал Минхо и поднялся, — Главное, что он будет здесь…       Чан тут же встал, отстранившись от Хвана и подошел к расстроенному Ли, на глазах которого выступали слёзы. В воздухе витал подгнившего мускуса.       — Эй, тише, тише, — Чан тут же прижал грустного омегу к своей груди, окутывая его своим феромоном, стараясь успокоить.       — Я скучаю, — всхлипнув, признался Минхо, прижимаясь к старшему. Не за горами была течка, поэтому парень был таким чувствительным.       Все в комнате притихли и их запахи начали портиться. Чан гладил старшего омегу и взглянул на двух других бет, моргая им глазами, чтобы они успокоили стаю. Те так и сделали. Чанбин обнял Хенджина и Хана, прижав их к своей шее, а Чонин схватил Феликса и нежно поцеловал того в губы, отвлекая. Они все провели так несколько минут, пока из общего чата не пришло уведомление. Минхо тут же отстранился, вытерев глаза рукавом и схватил телефон.       — Минни написал! — радостно воскликнул он.       Все тут же достали телефоны. От: Сынмин Я приеду завтра утром, мне лучше (17:31)

От: Чан

Ты точно в порядке? (17:31)

За тобой заехать? (17:32)

От: Сынмин Не нужно, отец меня отвезет (17:32) Я скучаю (17:33)       — Мы тоже!!! — заверещал Феликс в диктофон, отправляя голосовое сообщение в общий чат, — Мой маленький любимый бета, возвращайся поскорее, мы уже не можем без тебя!       Чонин мягко накрыл его плечо ладонью.       — Хён, — позвал он тихо.       — Что такое, Йена?       — А если он не бета? — поинтересовался младший, склонив голову. Феликс фыркнул.       — А кто? Что за глупости, он же сто процентный бета! Вот увидишь.       — Ну а вдруг? — серьёзно спросил Чонин, внимательно вглядываясь в лицо парня. Все обратили на них двоих внимание.       Феликс поднял брови вверх.       — А кто? Омега? Так он вообще никак не похож, — помотал головой Ли, размышляя, — Альфа? Тут даже говорить не о чем, он не может быть альфой. В нашей стае нет альф.       Чонин фыркнул.       — Хён, ты рассуждаешь так, будто вторичный пол можно выбирать.       Все посмотрели на покрасневшего Феликса. Он помотал головой.       — Я не об этом же говорю! Но Сынмин не альфа, он не может быть альфой и точка!       — А если бы он был? — спросил Хан, до этого молчавший. — Что тогда?       — Давайте мы не будем говорить на эту тему без самого Сынмина, хорошо? — миролюбиво предложил Чан, не желая, чтобы ситуация дошла до ссоры.       Хан и Феликс все еще смотрели друг на друга несколько мгновений, а потом синхронно отвернулись.       Завтра их щенок будет с ними.       — Сынмин наверняка будет вымотан, поэтому, пожалуйста, не набрасывайтесь на него с порога, — попросил Чан, готовя вместе с парнями праздничный обед в честь приезда Сынмина. Да и убьют они сразу двух зайцев: отметят представление Ликса и Мина сразу.       Парни тут же закивали, обещая вести себя прилично, не кидаться его обнюхивать.       — Только мы с Минни договорились, что его колени зарезервированы мной на весь вечер! — гордо произнёс Джисон, нарезая яблоки.       — С чего бы это тебе такая радость выпала? — возмутился Хёнджин, толкая его в плечо игриво.       — Мы с ним договорились еще перед тем, как он уехал. Сам спроси, когда он вернётся! — возмутился младший, указывая на Хвана ножом, от чего тот захохотал.       — Ладно, так и быть, уступлю, — он подошел поближе и наклонился к самому уху, выдохнул, — Или нет.       — ТЫ!!!       Хан бросил нарезку фруктов и бросился за Хенджином в другую комнату, пока остальные наблюдали за ними и хохотали.       Минхо крутился на кухне, впервые не зная, за что хвататься. Чего это вдруг он так разволновался? Перед течкой вообще мозги опухли? — спросил он сам себя со злостью.       — Хён? Я помогу, — Чонин подкрался незаметно сзади.       Он прижался к Минхо сбоку и перехватил у него нож для мяса.       — Я… Да, помоги хёну, — неожиданно покладисто согласился старший, оставляя готовку на макнэ. — Мясо еще не готово, а Сынмин-и будет с минуты на минуту. Голодный, небось…       Ян тихо хохотнул и обернулся на старшего.       — Он же только от родителей, ты действительно думаешь, что они его не способны накормить?       Минхо цокнул языком и отвернулся. Он начинал чувствовать, как его тело тяжелеет с каждой минутой, а внизу живота начинает гореть. Но ему нужно дождаться его щеночка, он справится с этим.       К ним в кухню зашел Хан и взглянув на Минхо, свел брови на переносице. Он подошел ближе и положил ладонь на лоб старшего и тут же ахнул.       — Хён, ты же горишь!       — Это потому что я горяч, — через силу ухмыльнулся тот, но схватился за живот. Хан и Чонин покачали головами.       — Тебе нужно лечь, у тебя уже течка началась. Я позову Чана.       — Нет!       Минхо схватил Хана за руку и притянул обратно.       — Я встречу Сынмина и сразу же пойду наверх, обещаю. Мне нужно увидеть Минни, — жалобно прошептал он. Хан вздохнул и кивнул. — Но ты можешь меня поцеловать, сладкий. Мне станет легче.       Ли вытянул губы в форме уточки и пошевелил ими, ожидая поцелуй. Джисон хохотнул и прижался к старшему. Чонин лишь закатил глаза и принялся обжаривать рис с мясом, пока двое омег были заняты друг другом.       В воздухе поднялся насыщенный запах возбуждения, от чего Чонин начал кашлять и ругаться себе под нос. А затем шикнул на старших.       — Минхо хён, если не хочешь, чтобы Крис хён заметил, что твоя течка началась, тебе стоит вести себя поприличнее.       Ли оторвался от Джисона и немигающим взглядом уставился на губы младшего, усмехаясь от того, какие они зацелованные и покусанные. Хан жалобно простонал, стоило старшему отстраниться.       — Ты прав, Йенни.       Вдруг из коридора раздался взволнованное восклицание Феликса.       — Минни подъезжает!       Все трое тут же подорвались (не забыв выключить плиту) и выбежали на улицу, где уже собралась остальная стая. К дому подъезжала машина.       Автомобиль остановился у ворот, из него вышел Сынмин и как только за ним закрылась дверь, машина тут же уехала. У каждого в голове промелькнула мысль, что это довольно странно, ведь господин Ким, а именно он должен был привезти Сынмина, всегда был рад видеть стаю сына.       Все стояли на крыльце, не смея побежать и кинуться на мальчика, хотя так сильно хотелось. Они терпеливо ждали, пока Сынмин зайдет в ворота и подойдет к ним и тогда они смогут его обнять, прежде оценив в каком он состоянии.       Сынмин поднимался к ним медленно, стараясь незаметно держаться за живот, но внимательные парни это заметили и начали беспокоиться. Первое, что они заметили, стоило Сынмину поднять на них глаза и улыбнуться — это темные круги под покрасневшими глазами, его губы были покусаны, а кожа бледной. А сам он выглядел так, словно его все эти несколько дней не кормили. «Говорил же, что он будет голодным!» — рассердился Минхо, из всех сил держась, чтобы не запрыгнуть измученному парню на руки.       — Привет, — тихо произнёс Сынмин и неловко потер шею.       — Минни!!! — закричал Феликс и со слезами кинулся ему на шею. Его примеру последовал Хёнджин и тут же уткнулся ему в шею носом, втягивая в себя побольше воздуха, и сразу же выпустив свой запах жасмина, помечая им Сынмина.       — Ты… — он запнулся, жадно вдыхая, — Наконец-то ты пахнешь, малыш!       Сынмин беспомощно стоял, не в силах пошевелиться. Но он не возражал, только слегка нервничая, когда его начали обнюхивать.       — Феликс. Хёнджин, — строго произнёс Чан, заметив неловкость младшего. — Дайте ему прийти в себя.       Парни тут же опустив головы отошли от Сынмина. Парень благодарно кивнул лидеру.       — Идём в дом! — опомнился Минхо, и схватив Кима за руку, потащил за собой.       Когда они все оказались внутри, Минхо сел на диван и усадил рядом с собой младшего, не желая отпускать.       — Как себя чувствуешь? — спросил Чанбин, присаживаясь с другой стороны, на что омеги заурчали — они хотели сесть рядом. Сынмин сглотнул.       — Мне… мне лучше. Презентация прошла нормально, родители обо мне позаботились, — он натянуто улыбнулся и покосился на Минхо, опасно глядящего на его чуть воспаленную железу на шее.       — Кстати, если мы заговорили об этом… — начал Чан, намекая на то, чтобы Сынмин продолжил.       Ким обвел взглядом его омег и бет, жаждущих ответа. Феликс сидел у него в ногах с обожанием глядя на него. Хенджин сел Чанбину на руки, чтобы быть ближе к нему, Хан стоял рядом с ними и тоже с улыбкой смотрел на парня. Чонин внимательно смотрел прямо ему в глаза, ожидая. Чан не давил.       Молчание затянулось и Феликс не выдержал. Он нетерпеливо потерся о ногу парня.       — Ты же бета, да? Никак иначе, — прорычал он, улавливая новый запах и тут же удивленно обернулся на Чонина. — Кедр!!! Он пахнет кедром!       Чонин пожал плечами, будто «я же говорил».       — Ликс! — зарычал на него Хёнджин сверху. — Дай ему самому сказать!       — Но что?! Как будто я не прав! — возмутился Ёнбок и в ответ оскалился. Сынмин тут же испуганно замахал руками, привлекая внимание.       — Успокойтесь, пожалуйста, — попросил он, всё еще нервничая от близости Минхо, который приближался всё ближе и ближе к шее, уже не скрываясь. — Да, Ликси, я бета. Ты прав, малыш.       — Вот видите! — восторженно воскликнул он и поднялся, чтобы кинуться ему на руки, но его опередил Хан.       — Его колени — мои колени на сегодняшний вечер! — он высунул язык и передразнил Феликса. Сынмин сглотнул и прижал к себе омегу. — Так ведь, Минни? Ты же обещал.       — Да, сладкий, обещал, — прошептал Сынмин и сжал челюсть, стоило ему вдохнуть счастливый запах сладкой карамели. Он чуть сжал руки на его бёдрах, еще сильнее вжимая в себя.       — Сынмин-а, — в ухо прошептал Минхо, обжигая кожу горячим дыханием из-за чего Ким вздрогнул и резко обернулся.       — Что такое, хён?       — Я могу?..       Сынмин часто заморгал, не зная как реагировать. Раньше в этом не было проблемы, до того как он презентовался. Теперь все ощущения удвоились.       Он не ответил, только кивнул, не зная что именно хотел сделать старший.       Минхо тут же заурчал и обхватил шею парня одной рукой, а другой рукой обхватил его за талию и прижал к себе, заставляя Хана недовольно крикнуть. Но он не обратил на это внимание. Вся его концентрация была на шее Сынмина.       — Ты так замечательно пахнешь, малыш, — томно прошептал Минхо, накрывая губами железу и вылизывая ее горячим языком.       Сынмина тут же повело в сторону и он с силой сжал бедра Хана, чтобы не застонать и не наброситься в ответ. От Минхо так сильно пахло его запахом, что сдержаться было тяжело.       Минхо продолжал вылизывать чужую кожу, языком слизывая запах парня, который стал более концентрированным из-за манипуляций. В штанах стало неприятно мокро из-за смазки. Он почти не мог себя контролировать — омега до безумия хотела пометить Сынмина. Хотела Сынмина рядом, чтобы тот окутал его своим свежим кедром, чтобы оставил на его шее метку, чтобы подчинил, чтобы взял…       Минхо томно застонал, когда рука Сынмина легла ему на бедро и откинулся назад, отстраняясь от шеи.       Все молча наблюдали за этой сценой, но их ароматы говорили о том, что они все изрядно возбуждены этим действом.       — Не уходи, — захныкал Минхо, прижимаясь к Сынмину ближе. — Не уходи…       — Хо-я, — мягко позвал Чан, глядя на старшего омегу. Он уже понял, что у того началась течка и ему нужно в комнату, — Пойдем, малыш, я отведу тебя в комнату.       — Нет! — испуганно прокричал Ли, хватаясь за Сынмина, пребывающего в недоумении, — Я не отпущу его.       — Мальчик, щенок устал, ему нужно отдохнуть, — поддержал Чана Чанбин, — Пойдем, мы с Крисом позаботимся о тебе.       Но Минхо не думал отпускать младшего, вцепившись в него мертвой хваткой. Сынмин тяжело дышал ртом, стараясь не дышать через нос, чтобы как можно меньше феромонов вдыхать.       — Я пойду с Минхо, — сказал Ким, глядя на почти плачущую омегу. Он понимал его реакцию, понимал реакцию Феликса, понимал почему они хотели его.       Минхо заскулил, как только услышал это.       — Ты не хочешь отдохнуть, Сынмин-а? — взволнованно спросил Чан, оглядывая Сынмина.       Тот покачал головой.       — Всё в порядке. Я позабочусь о хёне.       — Тогда ладно, — выдохнул Крис, глядя на поднимающегося с дивана Кима.       Сынмин извинился перед Ханом, пообещав ему, что будет весь его, как спустится. Он вздохнул, мысленно принимая какое-то решение, и, наклонившись, ловко поднял Минхо на руки. Все удивленно вздохнули, увидев непонятно откуда взявшуюся силу младшего. Чонин пристально смотрел на удаляющегося Кима, думая о своем.              И как только Сынмин и Минхо скрылись из виду вся стая смогла расслабиться. Теперь они все вместе. Теперь паззл стал цельным.       Сынмин аккуратно опустил Минхо на постель и сел рядом. Ли захныкал и перехватил Кима за запястье.       — Не уходи-и, — начал стонать он, сжимая свою футболку свободной рукой. Одежда мешалась до безумия. Хотелось снять всё и вытереться от смазки. Между ног всё горело.       — Я останусь, но…       Сынмин помотал головой.       — …но не буду с тобой спать.