Сестры духа

Тот момент, когда ты понимаешь, что твоя жизнь только что перевернулась, не сопровождается ни громом, ни вспышкой молнии. Нет никакого предупреждения. Просто смотришь на человека, и мир вокруг теряет резкость, становится фоном, а в центре остаётся только он — тёмные глаза, скулы, выточенные будто из камня, и спокойная уверенность, которая не нуждается в доказательствах. Дмитрий Беликов смотрел на меня так, словно решал уравнение. Или словно уже всё решил. — Мирабелла, — повторил он, и его голос прозвучал тише, чем в прошлый раз. Будто мы были не в общей комнате нашего убежища, а в вакууме. — Я предпочитаю «Мира», — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — «Мирабелла» звучит как имя для куклы из фарфора. Уголок его губ дёрнулся вверх. Едва заметно. Если бы я не смотрела так пристально, то пропустила бы. — Мира, — кивнул он, пробуя имя на вкус. — Хорошо. Коротко. Опасно. — Опасно? — Короткие имена обычно у тех, кто не любит долго объяснять свои поступки. А это всегда опасно для окружающих. Я почувствовала, как Вэл за моей спиной тихо фыркнула. Ей-то всё было смешно. Роза и Лисса тем временем отлепились друг от друга, и Роза повернулась к Дмитрию с выражением, которое я видела у неё только перед тем, как она собиралась сказать что-то едкое. — Ты пришёл, — сказала она. — Не ожидала. — Я всегда прихожу, когда нужен, — ответил Дмитрий без тени улыбки. — Вы с Лиссой нарушили кучу правил. Вас должны были наказать куда серьёзнее. Но Королева Морой решила, что два года изоляции и усиленных тренировок достаточно. — Щедро, — хмыкнула Вэл. — Сначала запереть, потом сделать вид, что так и было задумано. Дмитрий перевёл взгляд на неё. На секунду мне показалось, что он оценивает её — как боевую единицу, как возможную угрозу или союзника. Вэл выдержала его взгляд, даже не моргнув. Она никогда не умела отступать. — Вы — Валери, — сказал он. — Дампир. Та самая, которую никто не смог найти во время обысков. — Горжусь, что обо мне говорят, — оскалилась Вэл. — А вы — Дмитрий Беликов. Тот самый страж, который не смог удержать Розу в Академии. Роза закашлялась. Лисса прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. Я же просто стояла и смотрела, как Дмитрий на долю секунды напрягся, а потом… улыбнулся. Настоящей улыбкой, которая превратила его из каменного изваяния в живого человека. — Справедливо, — сказал он. — Но я здесь не для того, чтобы воевать с вами. Я здесь, потому что Королева отправила меня проверить, что вы все вернулись живыми и не планируете новый побег. — И как, планируем? — спросила я. Он посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то тёплое. — Судя по тому, что вы остались, чтобы встретить подруг… нет. Не планируете. Пока что. В комнате повисла тишина. Мы стояли вчетвером — я, Вэл, Роза, Лисса — и Дмитрий напротив, и я вдруг остро осознала, что наше убежище, которое мы с Вэл оборудовали на случай экстренной встречи, на самом деле было слишком маленьким для всех нас. Старый заброшенный дом на окраине человеческого городка, в двух часах езды от Академии. Обшарпанные стены, запах сырости и пыли, но здесь была маскировка — самая сильная, какую я только могла создать. Ни один стригой не нашёл бы нас. Ни один морой не прочитал бы. Кроме Дмитрия, видимо. Он всё-таки нашёл. — Как ты нас отследил? — спросила я прямо. — Не отследил. Догадался, — ответил он. — Лисса и Роза вышли на связь с вами через зашифрованные каналы. Я знал, что у них есть помощники. А когда они вернулись в Академию, я следил за их перемещениями. Рано или поздно они должны были привести меня к вам. — И ты не доложил? — прищурилась Вэл. — Не доложил. — Почему? Дмитрий сделал шаг вперёд, и я невольно напряглась. Но он не смотрел на Вэл. Он смотрел на меня. — Потому что, когда я увидел, как двое студентов смогли организовать побег так чисто, что даже магический сыск ничего не нашёл… мне стало интересно. Я хотел узнать, кто это сделал. И теперь знаю. — И что теперь? — мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидала. — Доложишь? — Нет. Он сказал это так просто, что я не сразу поверила. — Ты рисковал своей карьерой, — заметила Лисса тихо. — Если бы кто-то узнал… — Никто не узнает, — отрезал Дмитрий. — Если вы все будете молчать. А вы будете. Это не было угрозой. Это была констатация факта. Так говорят, когда знают, что правда на их стороне. Роза переглянулась с Лиссой. Та едва заметно кивнула. — Хорошо, — сказала Роза. — Ты с нами. Но один неверный шаг, Беликов, и я лично… — Знаю, — перебил он. — Ты меня убьёшь. Слышал уже сто раз. Я почувствовала, как внутри отпускает напряжение. Не до конца — слишком рано для этого, — но достаточно, чтобы сделать вдох полной грудью. — Предлагаю перейти к более насущным вопросам, — сказала я, поворачиваясь к Розе и Лиссе. — Вы голодны? У нас есть консервы и сухари. Не королевская еда, но… — После двух лет побегов и полугода в Академии под надзором, — усмехнулась Роза, — я готова есть что угодно. Даже то, что готовит Вэл. — Эй! — возмутилась Вэл. — Моя стряпня не так плоха! — Ты однажды подожгла кухню, пытаясь сварить яйца. — Это был творческий подход к термической обработке! Лисса засмеялась — впервые за долгое время, я это сразу поняла по тому, как дрогнули её плечи. Роза обняла её за талию, и они вместе пошли в глубь убежища, где у нас был импровизированный стол. Дмитрий остался стоять у входа. Я задержалась. — Ты не пойдёшь? — Я на посту, — ответил он. — Кто-то должен следить за периметром. — Здесь безопасно. — Я привык перепроверять. Я хотела сказать что-то ещё, но передумала. Кивнула и пошла за остальными. Но на пороге обернулась. — Дмитрий. — Да? — Спасибо. Что не доложил. Что пришёл. Что… веришь нам. Он не ответил. Только снова дёрнул уголком губ — и это было красноречивее любых слов. --- Внутри убежища было тесно, но уютно. Мы с Вэл обустроили его за те два года, что ждали возвращения подруг. Старый диван, найденный на свалке и заново оббитый. Стеллаж с книгами — в основном учебниками по боевой магии и тактике. На стенах — карты, схемы, зашифрованные заметки. И маленькая печка-буржуйка, которая сейчас весело потрескивала, разгоняя сырость. Роза сидела на диване, положив голову на плечо Лиссе. Лисса держала в руках кружку с горячим чаем — единственное, что мы могли предложить из приличного. Вэл разогревала консервы на печке, проклиная всё на свете. — Я скучала по этому запаху, — сказала Лисса, вдыхая аромат травяного настоя. — В Академии чай всегда пахнет церемонией. Здесь — свободой. — Здесь пахнет плесенью и мышами, — поправила Роза, но беззлобно. — Тоже свобода. Я села напротив них, скрестив ноги. — Рассказывайте. Всё. Ничего не упуская. Роза и Лисса переглянулись. Тот самый безмолвный разговор, к которому я привыкла. Потом Лисса поставила кружку и начала. — Первые два месяца были… сложными. Мы ночевали в лесах, в заброшенных домах. Роза учила меня, как не оставлять следов. Я училась скрывать магический фон. Мы думали, что нас никто не ищет, но ошибались. Королева отправила отряды почти сразу. Не для того, чтобы вернуть — скорее, чтобы убедиться, что мы не перешли на сторону стригоев. — Как будто вы могли, — хмыкнула Вэл, помешивая банку с тушёнкой. — Они не знали, — сказала Роза глухо. — Лисса — наследница. Её похищение или предательство — это удар по всей королевской семье. Они не могли рисковать. — Потом нас нашли, — продолжила Лисса. — В той деревне. Человек, у которого мы снимали комнату, оказался информатором. Он вызвал стражей. Роза хотела драться, но я… я сказала, что мы сдадимся. Если бы мы сопротивлялись, нас бы могли убить. А так — просто вернули в Академию. — «Просто», — фыркнула Роза. — Нас заперли в отдельных комнатах на два месяца. Допросы. Проверки. Магические пытки — самые мягкие, конечно, но всё равно неприятно. Лиссе было хуже: у неё высасывали силу, чтобы проверить, не заражена ли она тьмой. Я почувствовала, как во мне поднимается гнев. Холодный, чёткий, опасный. — Кто это делал? — спросила я. — Не важно, — Лисса коснулась моей руки. — Их уже наказали. Королева, когда узнала, пришла в ярость. Оказывается, эти проверки не были санкционированы. Кто-то из низших чинов решил проявить инициативу. — И что с ним? — Его казнили, — спокойно сказала Роза. — Я присутствовала. Я посмотрела на неё. В глазах Розы не было сожаления. Только сталь. — Хорошо, — сказала Вэл, разливая тушёнку по тарелкам. — Поделом. Мы ели молча. Тушёнка была безвкусной, сухари твёрдыми, но это была еда, которую мы делили вместе, и это делало её лучшей в мире. Когда тарелки опустели, Лисса откинулась на спинку дивана и посмотрела на меня. — А вы? Расскажите. Чем вы занимались эти два года? Я взглянула на Вэл. Та кивнула. — Мы не сидели на месте, — начала я. — После вашего побега Академия устроила облаву. Допросы, обыски. Нас вызывали к ректору три раза. Но мы придерживались легенды: ничего не знаем, ничего не видели, спали в своих постелях. Мать нас прикрывала. — Леди Эленор? — уточнила Роза. — Да. Она сказала, что мы были с ней в ту ночь. Ложь, конечно, но её слово много весит. — А потом? — спросила Лисса. — А потом мы начали готовиться, — сказала Вэл. — Мира совершенствовала маскировочные заклинания. Я — боевые техники. Мы объездили полстраны, нашли это убежище, оборудовали его. Создали сеть информаторов среди человеческих городов. На тот случай, если вы вернётесь не одни. Или если стригои начнут охоту. — И? Начали? — Пока нет, — я покачала головой. — Но тишина обманчива. Мы чувствуем, что что-то грядёт. Слишком много странных исчезновений на границах. Дмитрий, который всё это время стоял у входа, вдруг подал голос: — Она права. Я видел отчёты. За последние полгода количество нападений стригоев выросло на сорок процентов. Королева пытается скрыть статистику, но стражи знают. Мы готовимся к чему-то крупному. В комнате стало тихо. Только печка потрескивала. — И поэтому ты здесь, — сказала я, глядя на Дмитрия. — Не только чтобы проверить нас. Ты хочешь, чтобы мы помогли. Он вошёл внутрь. Наконец-то отступил от порога. Сделал несколько шагов и остановился напротив меня. — Я хочу, чтобы вы были готовы, — поправил он. — Потому что, когда начнётся, в одиночку не справится никто. Ни я, ни Роза, ни Лисса. Нам нужны будут те, кто умеет работать в тени. Кто не боится нарушать правила. Кто… — он замолчал, подбирая слова. — Кто не боится умереть? — закончила Вэл с вызовом. — Кто не боится жить по-настоящему, — ответил Дмитрий. Я почувствовала, как Вэл напряглась. Она всегда была более циничной, чем я. Меньше верила в высокие слова, больше — в факты и кинжалы. Но сейчас даже она замолчала. — Хорошо, — сказала я. — Допустим, мы согласны. Что дальше? Дмитрий вытащил из внутреннего кармана куртки свёрнутую карту. Расстелил на столе. Я сразу узнала стиль — военная топография, с пометками на моройском. — Здесь, — он ткнул пальцем в точку на севере, — по нашим данным, находится временный лагерь стригоев. Они не прячутся, как раньше. Они строят что-то вроде базы. Это в ста километрах от человеческого города, и никто из людей не знает. Но магический фон там искажён до предела. — Если они строят базу, значит, готовятся к системной войне, — сказала Лисса. — А не к разовым налётам. — Именно, — кивнул Дмитрий. — Королева собирает совет через неделю. Будут решать, отправлять ли армию. Но я думаю, что мы не можем ждать. Нужно провести разведку. Своими силами. — Без приказа? — уточнила Роза. В её глазах горел азарт. — Без приказа, — подтвердил Дмитрий. — Я в деле, — тут же сказала Вэл. — Я тоже, — добавила я. Дмитрий посмотрел на меня долгим взглядом. — Ты уверена? Это опасно. Стригои чувствуют сильных мороев. Если ты приблизишься, они могут учуять твою магию. — Тогда я научусь её прятать, — ответила я. — Или сделаю так, что они учуют то, что я хочу. Отвлекающие манёвры, ложные следы. Я это умею. — Она это умеет, — подтвердила Вэл. — Я видела, как она заставила целый отряд стражей бегать за призраком в лесу, пока мы уходили. Дмитрий на секунду задумался, потом кивнул. — Хорошо. Но мы всё делаем по плану. Никакой самодеятельности. Роза — ты со мной в первой группе. Лисса — ты прикрываешь магией. Валери и Мира — вы идёте отдельно, как скрытая поддержка. Если что-то пойдёт не так, вы уводите Лиссу и вызываете подкрепление. — А если подкрепление не придёт? — спросила я. — Тогда вы выживаете любой ценой, — жёстко сказал Дмитрий. — И добиваете миссию. Он говорил как командир. И мне это нравилось — вопреки всему. Вопреки тому, что я должна была бы возражать, спорить, доказывать, что мы с Вэл не хуже. Но он не смотрел на нас свысока. Он видел в нас равных. Просто с разными ролями. — Когда выступаем? — спросила Роза. — Через три дня. Вам нужно отдохнуть, восстановить силы. Лисса — особенно. Два года побегов и полгода заточения не прошли даром. Лисса кивнула, но я видела, как дрогнули её ресницы. Она была сильной, но не железной. Никто из нас не был железным. — Тогда, — я встала, — предлагаю распределить обязанности. Вэл и я займёмся припасами и оружием. Роза и Лисса — магической подготовкой. Дмитрий… — Я буду патрулировать окрестности, — закончил он за меня. — И думать. — О чём? — спросила Вэл. — О том, как вас всех вернуть живыми. Он вышел, и я снова почувствовала, как внутри что-то сжимается. Не страх. Нет. Что-то другое. Ожидание. Предчувствие. --- Ночь мы провели в убежище. Вэл и Роза спали на диване, свернувшись калачиком, как щенки. Лисса — на раскладушке, которую я для неё приготовила. Я же не могла уснуть. Вышла на крыльцо. Звёзды над головой казались холодными и далёкими. Дмитрий стоял у старого клёна, опершись спиной о ствол, и смотрел в темноту. — Не спится? — спросила я, подходя. — Стражам не положено спать много, — ответил он, не оборачиваясь. — Ты не на посту. — Я всегда на посту. Я встала рядом. Между нами было полметра, но казалось — целая пропасть. Или наоборот, ни миллиметра. Сложно понять. — Мира, — сказал он после долгого молчания. — Ты знаешь, что мы идём на верную смерть? — Ничего не бывает верного, кроме самой смерти, — ответила я. — А всё остальное — шанс. — Ты всегда такая философская? — Только когда нервничаю. Он повернул голову, и в темноте я увидела блеск его глаз. — Ты нервничаешь? — Я волнуюсь за них. За Вэл. За Розу и Лиссу. За себя. — Я замолчала на секунду. — За тебя. Дмитрий не ответил. Вместо этого он сделал то, чего я не ожидала. Он протянул руку и взял меня за запястье. Пальцы у него были горячими — странно для человека, который всю жизнь тренируется на холоде. — Не волнуйся за меня, — тихо сказал он. — Волнуйся за стригоев. Я усмехнулась. — Ты самоуверен. — Реалистичен. Он отпустил мою руку, но не сразу. Медленно, словно не хотел. Я почувствовала, как его тепло осталось на моей коже. — Иди спать, Мира. Завтра будет тяжёлый день. — А ты? — Я постою. Подумаю. Я кивнула и пошла обратно в дом. Но у порога обернулась. — Дмитрий? — М? — Ты не один. Помни это. И ушла, не дожидаясь ответа. Спала я плохо, но утром проснулась с чувством, что всё будет хорошо. Не потому, что я была наивной. А потому, что мы были вместе. Четверо. И ещё один — тот, кто, возможно, станет пятым. Вэл, когда я открыла глаза, уже сидела на полу и набивала патронами обоймы для своего арбалета. — Ты улыбаешься, — сказала она, не поднимая головы. — Нет. — Улыбаешься. Я чувствую. Мы же связаны. Я провела рукой по лицу. Действительно, улыбалась. — Просто хороший сон приснился. — Ага, — Вэл подняла голову и посмотрела на меня с хитрецой. — С участием высокого темноволосого стража? — Заткнись, — сказала я беззлобно. — Не заткнусь. Это же прекрасно. Моя сестра наконец-то обратила внимание на мужчину, а не на учебники по тактике. — Я всегда обращала внимание на мужчин. — На каких? На тех, кого ты побеждала на тренировках? Я не нашлась, что ответить. Потому что Вэл была права. До Дмитрия я никого не замечала. Или не хотела замечать. А теперь… — Ладно, — сказала я, вставая. — Хватит болтовни. Работаем. День пролетел как одно мгновение. Мы готовили оружие, проверяли заклинания, тренировались. Лисса восстановила щит — такой мощный, что даже я почувствовала вибрацию в воздухе. Роза с Вэл спарринговались до седьмого пота, и в конце концов Вэл признала, что Роза стала быстрее. — Два года в бегах не прошли даром, — усмехнулась Роза, вытирая кровь с разбитой губы. — Или я просто стала мягче, — ответила Вэл, потирая ушибленное плечо. — Никто не назовёт тебя мягкой, Вэл. Даже твоя сестра. Я сидела в углу и перебирала в голове планы. Три дня. Всего три дня до выхода. Я должна была быть готова. Вечером, когда все собрались у печки, Дмитрий зачитал нам окончательный план. Голос у него был ровным, командным. Но когда он смотрел на меня, в нём проскальзывало что-то личное. То, что он старательно прятал. — Вопросы? — закончил он. — Один, — сказала Вэл. — Если мы выживем — что тогда? Дмитрий помолчал. — Тогда будем жить дальше. — Это не ответ. — Это единственный ответ, который у меня есть. Я смотрела на огонь, пляшущий в печке, и думала о том, что жизнь — странная штука. Два года назад мы с Вэл стояли на снегу и смотрели на звёзды, не зная, увидим ли подруг снова. А теперь они здесь. И мы готовимся к войне. Но самое странное было не в этом. Самое странное — что я не боялась. Потому что рядом была Вэл. Потому что Лисса и Роза вернулись. Потому что Дмитрий Беликов стоял в двух метрах от меня и смотрел так, словно я была не просто моройкой из древнего рода, а чем-то большим. И за это — за этот момент, за это чувство — я была готова сражаться. Даже если придётся пройти сквозь тьму.