Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Ровно до этого лета Антон был самым обычным подростком: любил шумные тусовки и компьютерные игры, не переносил школу и даже в лагерь поехал, как все. Кто бы мог подумать, что эта поездка обернётся для него катастрофой. Ведь последнее, чего Антон хотел в этой жизни – угодить в игру на выживание. Но, может, в этом хаосе он обретёт намного больше, чем потеряет? Если, конечно, сможет выжить.
Примечания
Всем доброго утра/дня/вечера/ночи (выбрать нужное)
Впервые пишу по этому фандому и понятия не имею, что из этого выйдет, чес-слово)) Предлагаю всем вместе понадеяться, что получится, как минимум, неплохо.
Ничего не обещаю, ничем не завлекаю, предлагаю просто почитать, авось, понравится)
Счастья, мира и добра!
P.S. В процессе написания могут добавляться новые метки/пейринги/персонажи, предупреждаю заранее.
P.S.2. Все персонажи ВЫМЫШЛЕНЫ, совпадения с реальностью АБСОЛЮТНО СЛУЧАЙНЫ. Автор не одобряет некоторые высказывания, мысли и действия персонажей. Своей работой автор не хотел задеть ничьи чувства и ничего пропагандировать тоже не хотел (честно)
Часть 57
25 июля 2025, 03:43
Невероятно, но впервые за вполне продолжительный промежуток времени Антон крепко проспал всю ночь. Без пробуждений по тысяче раз, без кошмаров, без всего — просто спокойный сон. Снилось даже что-то приятное, вроде бы они с друзьями ходили в лес и искали космический корабль, чтобы отправить Арсения и Ангелину на Марс. Закончилось всё тем, что космический корабль у них угнали цыгане, зато друзьям от них остался медведь. Антон даже расстроился, когда проснулся и понял, что никакого медведя у них на самом деле нет. Тот был таким хорошеньким…
Зато под боком у него лежал Барни, на что Антон в момент абсолютно довольно заулыбался. Какое же прекрасное утро.
— Привет, малыш. — поздоровался Антон, потрепав Барни по голове, а тот в момент проснулся, подскочил и принялся, звонко лая, вылизывать Антону лицо, на что тот, конечно, засмеялся и в конце концов крепко обнял щенка. — Какой ты сладкий, Господи, я не могу… Ну вот зачем тебя отдать хотят, м? Я тебя чё-то уже даже люблю, куда ж тебя отдавать?..
Ни Серёжи, ни Димы, к слову, уже не было рядом, потому Антон ещё минут пятнадцать повалялся, наглаживая собаку, а уже после наконец встал. Быстренько привёл себя в порядок — переоделся, умылся, почистил зубы и побежал вниз, где большинство товарищей уже сидели за столом и распивали чаи, очевидно, ожидая всех ещё не проснувшихся. Не хватало только Темура, Оксаны, Вовы и Стаса.
— С добрым утром. — поприветствовали товарищи. Один Арс предпочёл тактично промолчать.
— Привет. А где бро?
— С днём дня, блять. — аж опешил Дима.
— Второй бро. — вместе с остальными просмеялся Антон.
— Спит с Вовой. Я хотел разбудить, потом понял, что не понял, какой из них мой… — пожал плечами Паша. — В общем-то, я решил не рисковать, но если вдруг ты отличаешь — в добрый путь.
— Нет уж, я подожду, пожалуй. А почему он спит с Вовой? — уточнил Антон, тоже сев за стол.
— Потому что мы чуть-чуть поругались вчера, он обиделся и ушёл. Мы вот уже рассчитали, на сколько частей меня Вова расчленит, твои догадки? — вздохнул Паша, а Антон настолько нервозно посмеялся, что товарищи по новой рассмеялись.
— Насчёт расчленит — не знаю, но я наслышан, как он маминых тюбиков по всему селу с игрушечным пистолетом гонял. Удачи, дорогой, теперь у него есть настоящий. А вообще нехер было выёбываться.
— Да тоже верно.
— Паша! — с лестницы крикнул Вова.
— Ну, прощайте. — выдохнул Паша и аж перекрестился. — Да?
— Пизда! Забирай своего тюбика обратно. — выдал Вова, зайдя в столовую вместе со Стасом, а друзей, ожидавших совсем другого хода диалога, накрыло моментально. — Всю ночь меня пинал, блять, святой ты человек, как ты с ним живёшь?
— С Божьей помощью… — сквозь смех оповестил Паша. — Повезло, что одеяло не отбирал.
— Одеяло он у меня отжал уже через пять минут, ближе к утру спихнул меня с кровати на пол, потом запинал нахуй, отжал подушку, залез на меня, у меня психологический хоррор!
— Ты отца родного на пол скинул? — просмеялся Дима.
— Ну я неспециально… Я вообще проснулся, между прочим, от того, что он громко упал. — пожаловался Стас, а с выражения лица Вовы товарищей прорвало окончательно.
— Бедный. — саркастично ответил тот. — Всё, Павлик, у меня возврат, я запрещаю вам ругаться хотя бы до того момента, пока у меня не пройдёт плечо и психологическая травма.
— Принято. Ну иди сюда, моё счастье, я скучал. — признал Паша, крепко обняв Стаса.
— Я тоже. — довольно ответил Стас, а Паша его ещё и в губы чмокнул для полного счастья.
— Прости, пожалуйста, я вчера перегнул.
— Да я тоже, похуй, забыли.
Вова на это, облегчённо выдохнув, аж перекрестился, а друзья вновь рассмеялись.
— Владимир, нельзя креститься, когда перед тобой два мужика обжимаются. — возмутился Сергей.
— Согласен, омрачает ситуацию. А где мои долбоёбы? — поинтересовался Вова, а Темур ровно в тот момент с разбегу запрыгнул ему на спину. — Блять, ну я же чисто теоретически…
— А я решил чисто физически подтвердить. — пояснил Темур и пару раз чмокнул его в щёку. — С добрым утром, сладенький.
— Да поебитесь вы уже. — попросила Оксана, тоже войдя в комнату.
— Да я вот всё пытаюсь, намекаю, как могу, не понимает. — развёл руками Темур, таки спрыгнув на пол. — Здорова, жена.
— Привет. — абсолютно понимающе покивала Ангелина.
— Ей этот мир уже абсолютно понятен… — вместе с остальными просмеялся Антон.
— Сегодня будьте добры ограничиться бутербродами, я и так заебался это всё резать. — оповестил Дима, пока Паша со Стасом таскали тарелки с кухни.
— А мы сегодня что будем делать? — поинтересовался Серёжа.
— Хороший вопрос. Вова? — позвал Лёша.
— Даже не знаю, что тебе сказать, мой дорогой друг. — нарочито картавя, ответил тот.
— Прекрати меня передразнивать!
— А ты меня провоцируешь! — продолжая картавить, развёл руками Вова. — Ну ты ещё «Ехал Грека через реку» ебани.
— А я не буду подбирать синонимы без «р», только чтобы ты был доволен. — оповестил Лёша.
— Ну и не подбирай. Ехал Грека через реку… — настолько ехидно посмеиваясь и продолжая картавить, сказал Вова, что товарищей накрыло окончательно.
— Шеминов, прекра… — начал Лёша.
— А шо это у тебя? — заинтересовался Вова, в секунду свистнув у Лёши какой-то блокнотик.
— Не трогай, это мой личный дневник!
А Вова засмеялся ещё ехиднее и бегом побежал куда подальше.
— Шеминов! — заорал Лёша и рванул за ним.
— Я имею право знать! Вдруг ты там меня сам с собой обсуждаешь?
— Вот больше мне думать не о чем! Отдай, скотина!
— А ты догони!
— А вот и догоню!
— И догони!
— И догоню!
— И догони!
— Потрясающе… — констатировал Антон, совершенно безбожно ржущий вместе с остальными, пока те двое бегали уже где-то по второму этажу.
Окончательно товарищей прорвало, когда Вова буквально выпрыгнул в окно со второго этажа, вероятно, предварительно свесившись, и грохнулся на землю. После вполне быстро подскочил, запрыгнул в окно столовой, забежал на кухню и закинул Лёшин дневник на верхушку кухонных шкафчиков, а затем как ни в чём не бывало сел за стол на своё прежнее место.
— Ага! — радостно воскликнул Лёша, наконец добежав до столовой. — А где?.. Шеминов, ну отдай!
— Давай играть в горячо-холодно? — абсолютно воодушевлённо предложил Вова, а у Лёши ещё разве что глаз не задёргался. — Вот сейчас холодно.
— Холодно тебе будет под землёй гнить, если ты сейчас же не вернёшь мой дневник! — ответил Лёша, возвращаясь к своему месту.
— Ещё холоднее. — оповестил Вова.
— Я не буду с тобой играть. — сразу обозначил Лёша и сел.
— Очень-очень холодно.
— Так, блять. — резко подскочив, сказал Лёша, а друзей накрыло по новой. — Сейчас?
— Холодно.
— Хорошо… — терпеливо выдохнул Лёша и сделал шаг к Сергею, сидящему во главе стола у стены. — Сейчас?
— Ещё холоднее.
— Угу. — задумчиво промычал Лёша и пошёл в сторону кухни.
— Теплее. Ещё теплее. Почти горячо. — оценил Вова, а Лёша наконец добрался в конец кухни, к гарнитуру. — Очень горячо!
— Какое счастье. — на вздохе констатировал Лёша и принялся осматриваться.
— Давай договоримся, что когда нам будет сорок… — начал Стас.
— Я специально заведу личный дневник… — сквозь смех покивал Паша.
— Ну нет здесь! — опешил Лёша, наконец обернувшись.
— Давай ты будешь куда-то смотреть, а я по направлению твоей головы говорить, горячо или холодно. — придумал Вова.
— Господи… — настолько безнадёжно выдохнул Лёша, сжав пальцами переносицу, что благополучно добил. — Володя, тебе сорок два года…
— Нет, если тебе не нужен твой дневник… — совершенно просто пожал плечами Вова.
— Сука. — констатировал Лёша. — Ну давай, хорошо.
В общем-то, Лёша принялся осматриваться, везде, естественно, было холодно ровно до того момента, пока он не додумался поднять голову вверх.
— Горячо!
— Ты на шкаф закинул, ебанутый? — догадался Лёша.
— Да. — абсолютно довольно согласился Вова, поскольку Лёша до туда даже близко не дотягивался, а все стулья с кухни друзья забрали себе в столовую.
— Шеминов, ну ёб твою мать! — возмутился Лёша, пытаясь подпрыгнуть повыше и дотянуться. — Кто-нибудь… Антон!
— Антон. — покачал головой Вова. — Ты вылез из пизды почти моей сестры, ты не можешь предать наши почти кровные узы.
— Ну извините, дядь Лёш, он мне бро.
— Ни одного нормального человека в этом доме, прости-Господи… — пробормотал Лёша, наконец додумавшись забрать из-за стола свой стул.
Стул он в итоге притащил к шкафчикам, встал на него и наконец забрал свой дневник, на что все даже поаплодировали.
— Ну он весь пыльный теперь! Ты там вообще убираешься?
— Зачем? Там же никто не видит. — пожал плечами Вова.
— Я вот увидел. — заметил Лёша.
— Ну и протри, если тебе не нравится.
— А тебе пылью дышать нравится?
— Нравится. Я её рано или поздно всё равно втяну всю, за каким-то хуем же мне дан этот шедевронос. — прикинул Вова.
— Ты что, личный дневник ведёшь? Как баба? — вклинился Сергей.
— О, проснулся. — посмеялась Оксана, а с ней и остальные.
— Ну почему как баба? — вздохнул Лёша, наконец сев обратно за стол. — Вообще-то это полезно.
— Ну да, есть такая психологическая практика, между прочим. Мы вот с Арсением на этой почве познакомились. Ближе, я имею ввиду. — поведал Антон.
— Ну ты вспомнил. — нервно усмехнулся Серёжа.
— А я думаю, что хуйня это всё. Вот мы выросли без всяких психологов, и ничего, нормальные. — решила Надя.
— Ты, нормальная, который стакан водочки уже с утра хлещешь? — осведомилась Оксана.
— Пока только третий.
— Нормальными выросли. — покивал Стас. — Зато деньги можно не на психологов тратить, а на водку, да?
— А ты мне сразу понравился, фраерок. — оповестила Надя.
— Кстати, про фраерков. А вы сколько раз сидели, если не секрет? — поинтересовался Дима.
— Дима. — опешила Ангелина. — Нельзя такие вещи спрашивать!
— Ну почему нельзя? Пусть детёныш окончательно убедится, что, когда ты называешь его крёстного зэком, ты глубоко неправа. — пожал плечами Темур.
— То, что она сидела больше, ещё не значит, что этот нормальный.
— Да не, какой он зэк? — отмахнулась Надя. — Этот так, жизни не видал, одна ходка всего, ну это даже не престижно. Вот у меня шесть было.
— Шесть? — изумились парни и даже Серёжа.
— А за что? — спросил Антон.
— Три за воровство, первые два раза по году дали, третий — три. Потом два года за нанесение вреда здоровью средней тяжести, год за уклонение от погашения кредита, ну и покушение на убийство — шесть лет, вот там я этого… Серёжу и родила, в тюрьме. — рассказала Надя, и если бы вы только видели выражения лиц парней.
— Вы четырнадцать лет на зоне провели? — посчитал Стас.
— А там и повеселее, чем тут, между прочим, ты многое упускаешь. Работать не надо.
— Как будто ты здесь работаешь. — хмыкнул Лёша.
— А здесь я иногда думаю о том, что надо работать. Ты вообще тоже скоро там будешь, на чужих бабках наживается он и ещё выёбывается.
— Я наживаюсь на идиотах, Наденька, и ничего страшного в этом не вижу уже лет… двадцать как. — прикинул Лёша. — И всё-таки, что мы будем делать?
— Поехали что ли в лес по ягоды? — придумал Сергей.
— О-о. — в момент воодушевлённо затянули товарищи.
— Володя, это возможно? — поинтересовалась Ангелина.
— А? — переспросил Вова, оторвавшись от телефона.
— Это чем вы там так заняты? — заинтересовался Паша.
— Та тут, блять… просто Дима периодически упоминает фанфик «Почини меня, Нолик», я решил ознакомиться…
— С каким серьёзным ебалом вы это читаете… — еле выговорил Антон, да и большинство других прямо с порога чуть не в истерику скатились.
— Я тренирую покерфейс…
— Я уже мечтаю увидеть этого человека, блять… — покачал головой Дима.
— Я его… так недооценивал… — с настолько смешанным выражением лица произнёс Вова, что благополучно добил. — Так шо вы там?..
В общем-то, про лес и ягоды Вове повторили, а тот без вопросов согласился. Выезжать решили сразу после завтрака, потому быстренько доели, минут за пятнадцать все оделись, собрались и уже вскоре оказались в холле. Барни, к слову, с собой решили не брать, поскольку от клещей его обработать не успели.
— Дима, ну куда ты так легко оделся? — опешила Ангелина, поскольку тот стоял в одних шортах и футболке.
— Паш, ну ты в своём уме? Если мы едем в лес, это ещё не значит, что надо вырядиться, как деревенщина! — продолжил Лёша, ведь Паша был одет в оранжевую футболку, чёрную кофту, красные шорты и синие кроссовки.
— Антон, ну у тебя эта футболка уже провоняла, тебе самому нормально? — уточнила Оксана.
— Зачем ты розовое надел? Ты что, баба, Арсений? — не понял Сергей, явно не оценивший розовую футболку Арса.
— А ты чё это мои носки напялил? Снимай. — потребовала Надя, обращаясь к Серёже.
— Молодец. — констатировал Вова, заметив, что все чего-то от него ожидают, а товарищи, конечно, посмеялись. — Ну какой ты у меня молодец, сыночек, и личиком вышел, и вкус в одежде хороший, а главное — всё в меня.
— И самооценка… — покивал Паша, пока абсолютно счастливый Стас уже обнимался с папой.
— Ну вот ты посмотри, он в футболке ехать собрался, он у тебя замёрзнет! — оповестила Ангелина.
— Ты у меня замёрзнешь? — поинтересовался Вова, а Стас, подумав, пожал плечами. — Ну и ничего страшного, Паша тебе свою кофточку отдаст, если шо. Да, Паша?
— Да-да-да. — от греха подальше активно закивал тот.
— А с чего это мой сын должен мёрзнуть? — не понял Лёша.
— Потому что мой сын не должен мёрзнуть, а твой сын — его парень, вот и пусть разбирается.
— Хорошо, твой отогреется, а мой что делать будет?
— Снимать штаны и бегать. Павлик?
— Да. — тут же отрапортовал Паша.
— А ты вот ему не поддакивай, у тебя своё мнение есть? — уточнил Лёша.
— Конечно. Снимать штаны и бегать — абсолютно резонно в данной ситуации.
— Вот. — заметил Вова, указав на него. — Какой умный мальчик, явно в… а у вас там и не в кого. С другой стороны, минус на минус должен был дать плюс, вот и…
— Шеминов! — прикрикнул Лёша и уже поспокойнее добавил: — Стасик, а ты не можешь просто взять себе кофточку?
— Нет, она мне будет мешать, а если надену, то мне будет жарко, меня вообще будет тошнить.
— Понял? Тошнить ребёнка будет.
— Весь в отца своего. — вздохнул Лёша.
— Мам, да чё ты, не воняет у меня футболка. — возмутился Антон, принюхавшись.
— А я вообще не мерзлявый. — напомнил Дима.
— Это мои носки! — оповестил Серёжа.
— Розовый, вообще-то, изначально был для мужчин. — рискнул рассказать Арс.
— Перед кем мне наряжаться, перед волками? — не понял Паша.
— Господи, блять, пойдёмте уже. — попросил Темур.
— Мог бы хоть раз позаботиться о собственном ребёнке! — возмутилась Ангелина, тем не менее идя на выход следом за остальными.
— У тебя тут парень вообще-то. — в ответ на Пашин вопрос напомнил Лёша. — Бросит тебя, а он вообще-то миллионер.
— Он у меня всегда красивый. — оповестил Стас, а Паша абсолютно довольно заулыбался, переведя взгляд на папу.
— Это пока он так говорит. А пройдёт пару лет, и он перестанет считать, что оранжевая футболка и красные шорты, ещё и с синими кроссовками — замечательное сочетание. Да, Шеминов?
— Нет, ну почему? Своего мужчину надо любить в любом состоянии. Если бы ты только знал, как я любил одного своего бывшего, когда он нахуярился водки первый раз в жизни и всю ночь блевал на меня. — абсолютно позитивно рассказал Вова.
— Это какой ещё? — не понял Темур, тем не менее смеясь вместе с остальными.
— Та там… — почему-то крайне ехидно посмеиваясь, махнул рукой Вова.
— Шеминов, это вообще несмешно. У… человека было тяжёлое отравление алкоголем. А ты ещё и ржал лежал.
— Откуда ты знаешь? — моментально включилась Оксана.
— Ну я прекрасно представляю, как он мог отреагировать!
Погода на улице сегодня была ни то, ни сё — вроде и жарко, а вроде и пасмурно. Ещё и душно. В общем-то, вполне типичная летняя погода, даже пришедшаяся некоторым по душе.
— А нам зачем за ягодами? — поинтересовался Антон.
— Самогонку будем делать? — абсолютно восторженно догадался Серёжа.
— Труд облагораживает, меньше вопросов, больше дела. — пресёк Сергей.
— Приедем, компот вам сварю и пирог сделаю. — оповестила Ангелина.
— О-о! — тут же воодушевлённо затянули все разом.
Вот такая мотивация парням явно пришлась по душе, потому в приподнятом настроении почти все вместе (Серёжа пошёл искать пластырь на натёртую ногу) они вышли за ворота, куда Вова уже, к слову, выгнал уазик, от вида которого у большинства аж взгляд загорелся.
— Короче, у нас есть тачка Тима и вот это ведро с болтами, которое вообще не факт, что куда-либо доедет, распределяйтесь, в машину по шесть человек, одного в багажник. — рассказал Вова.
— Так, ну детей мы же не посадим… — начала Ангелина.
— На уазике! — тут же совершенно восторженно закричали Стас, Антон и Дима.
— С водителем аутистом, нам пиздец, ура! — абсолютно воодушевлённо воскликнул Дима.
— Это я гарантирую. — посмеиваясь, покивал Вова.
— Мы с Тимом с ними. — сразу решила Оксана, а тот активно закивал.
— Я машину Темура поведу. — сходу обозначил Сергей.
— Чё вы тут? — спросил наконец добежавший Серёжа.
— Поздравляю, ты едешь с Сергеем на машине дяди Тима, а мы на уазике. — абсолютно довольно рассказал Антон.
— Так нечестно, я тоже хочу! — моментально расстроенно воскликнул тот, но вместе с остальными рассмеялся с выражения лица Вовы.
— Уазик — это вот это, если что. — на всякий случай решил оповестить Вова и указал на нужную машину.
— Мы знаем. — закивали парни.
— Ну хорошо, поехали с нами. — видимо, просто смирившись, согласился Вова, а Серёжа тут же аж подпрыгнул от радости и показал Антону средний палец.
Собственно, на том и порешили. В машину Темура сел Сергей, рядом разместился Лёша, а назад с лёгкостью уселись Паша, Арс, Надя и Ангелина. А вот в уазике было весело. Оказывается, когда Вова назвал сие чудо советской техники «ведром с болтами» — это не было гиперболой, в машине буквально наблюдались просветы между деталями, коробкой передач и так далее, но зато было очень просторно. К Вове вперёд сел Темур, Серёжу запихнули в багажник, а Оксана, Стас, Антон и Дима даже вполне комфортно разместились на заднем сиденье.
— Дядь Вов, а это нормально, что дверь не защёлкивается? — уточнил Антон.
— Да-да, удачи. Серёж, там багажник, кстати, тоже не закрывается, так шо ты пальцы туда не засовывай, на кочке отрубит нахуй.
— Я правильно понимаю, чисто технически, на любом повороте я вылечу из машины нахуй? — догадался Антон.
— Да-да. — совершенно просто согласился Вова.
— Ура, нам пиздец! — абсолютно восторженно констатировали товарищи чуть не в один голос.
— А что мы ждём? — поинтересовался Серёжа.
— Второго пришествия, чтоб у Сергея забрали лишнюю хромосому, и он наконец развернулся. — вздохнул Вова, с абсолютно бесценным выражением лица наблюдающий за второй машиной.
— Боюсь, тут уже никакое пришествие не поможет. — вместе с товарищами просмеялась Оксана.
— А у вас музыка есть? — поинтересовался Антон. — Здесь.
— Тут через провод подключается, держи. — сказал Вова и вручил Антону проводок, какой тот мигом подключил к своему телефону.
— На будущее — вот это была ошибка… — просмеялся Дима, а с ним и остальные парни вместе с Оксаной.
А когда Антон включил Шамана, прорвало и Вову с Темуром, резко понявших, о чём шла речь.
Сергей тем временем наконец соизволил развернуться и посигналил Вове, таким образом дав понять, что можно ехать (первыми обязательно должны были ехать они, поскольку дорогу знал только Вова). Ну а тот без всяких предупреждений тронулся настолько резко, что большинство аж повскрикивало от ужаса. К слову, у машины, как оказалось, ко всему прочему жутко гремела подвеска, и ещё какие-то её части издавали такие звуки, будто бы вся эта конструкция с секунды на секунду развалится.
— Ну шо вы, экстрим хотите? — сразу осведомился Вова.
— Да! — тут же воскликнули все разом.
А Вове более повторять было и не нужно. Буквально в момент он втопил газ чуть ли не в пол и настолько резко повернул налево — в лес, что Антон чуть было действительно не вылетел в резко открывшуюся дверь и еле-еле успел схватиться за переднее сиденье. Остальные тоже вцепились во всё, что было — Стас всё в то же сиденье, Дима с Оксаной во второе, Темур в Вовину руку, лежащую на рычаге, а Серёже в багажнике вообще оставалось только молиться и защищаться от какого-то ящика с инструментами, всё время улетающего на него. Друзья ощущали каждую кочку, поскольку на каждой, в общем-то, и подпрыгивали, Вова же продолжал очень опасно поворачивать и гнать чуть ли не на полной скорости. Первую минуту все просто совершенно безбожно орали, а уже после резко втянулись в процесс, видимо, наконец убедившись, что Вове можно доверять. Слава Богу, с Шаманом Антон решил быстренько закончить и далее побаловал товарищей Веркой Сердючкой. Их шедевральное исполнение «А я иду такая вся в Дольче Габбана» слышали все в радиусе километров десяти, но на том не остановились, поскольку дальше был Лазарев и его «Это всё она», после пришло время психологического хоррора — Хабиб с «Ягодой малинкой», потом, дабы восстановить моральное состояние товарищей, Антон включил Агутина «Хоп хэй лала лэй», затем Артура Пирожкова «Если хочешь танцевать танцуй-танцуй», далее Руки Вверх «18 мне уже», потом вообще «Барбариков», затем Бузову «Водица», ну и Андрея Губина и его «Девушки как звёзды» тоже не забыл.
— Антон Андреич, вы нас балуете. Где кальянный рэп? — не поняла Оксана.
— А вы хотите? — заинтересовался Антон.
— Нет! — тут же панически заорали все разом.
— Вот и я подумал. — вместе с товарищами просмеялся Антон. — Я хотел вот Илью-Илюшу включить, но уже неактуально, у нас есть Димочка… о! — одумался он и буквально спустя пару секунд включил следующую песню.
— Иди нахуй. — констатировал Вова, тем не менее тоже посмеиваясь.
— Я люблю тебя, Дима! — во весь голос на этапе припева заорали все разом, а Вова ещё и кружок кому-то записывать успевал,
— Что мне так необходимо.
Ты возьми меня в полёт,
Мой единственный пилот.
Я люблю тебя, Дима!
Пусть крылатая машина,
Исчезая в вышине,
Не забудет обо мне!
— Скажи, что ты для него кружок снимал. — попросил Дима.
— Естественно, пусть знает, что его все любят. Блять, это же теперь на ближайшие лет пять… — хныкнул Вова, поглядывая на Темура, а тот настолько довольно улыбался, что товарищей накрыло по новой. — Зато я отвязался от Илюши, ебать, ура!
— Ура-а! — провозгласили все разом и даже похлопали.
— Вы потом скажите, как Дмитрий оценил наш вокал. — попросил Серёжа.
— По-моему, теперь он точно не захочет с нами знакомиться… — просмеялся Стас, а с ним и остальные.
— Нет, он сейчас испугается, потом испугается, что я не смотрю за дорогой, будет на меня ругаться, потом уже скажет, что мы милые. — оповестил Вова.
И с того, что Вова буквально абсолютно чётко предсказал реакцию Журавля, товарищей, конечно, по новой пробрало на смех. Но в конце, когда Дима всё-таки действительно написал: «Какие вы там все хорошики» и добавил, что Вову тоже очень любит, смех сменился абсолютно восторженными визгами.
Таким образом, в общем-то, друзья и доехали, дорога заняла всего полчаса и уже через этот небольшой промежуток времени они наконец прибыли на огромную поляну в глубине леса, полностью усыпанную земляникой. У большинства от удивления аж челюсти отвисли.
— Это я нашёл давно случайно, когда искал там с одним молодым человеком, где потра… неважно. — вовремя решил Вова.
— Ну да, действительно. — вместе с остальными просмеялся Антон, абсолютно понимающе кивая.
— Так, все собирают минимум по ведру. — решил Сергей, параллельно каждому раздавая небольшие пластиковые ведёрки.
— Ну это много! — раздосадовано воскликнул Серёжа.
— Ну вот реально. — заметила Надя. — Ты сбавь обороты, начальник.
— Труд из обезьяны человека сделал, авось и из вас что выйдет. — парировал Сергей, ей тоже пихнув ведёрко.
В общем-то, делать нечего, потому друзьям оставалось только послушно разойтись по поляне. Большинство предпочло гордое одиночество, а вот Дима совершил фатальную ошибку — сел собирать ягоды неподалёку от матери.
— Дима, ну ты ягоды топчешь, ты не видишь разве? — опешила Ангелина.
— Да как их тут не топтать-то? Их вон сколько.
— Ну ты их и руками давишь, видишь, какие спелые? Не торопись.
— Не тороплюсь. — терпеливо ответил Дима.
— Ты не замёрз?
— Не замёрз.
— Точно?
— Точно, мам. — уже несколько раздражённо сказал Дима.
— Вот вечно у тебя мать плохая, мать о тебе заботится, а всё равно ему не нравится. — забубнила Ангелина. — Слишком взрослый стал, смотрю, мнение своё у него появилось. Это этот тебя научил, раньше ты таким не был.
— Я теперь даже не знаю, кто конкретно «этот», потому что в последнее время ты буллишь не только крёстного, а ещё и моего парня.
— У тебя нет никакого парня.
— Есть, мам. Серёжа мой парень.
— Никакой он тебе не парень! — тут же вскричала Ангелина.
— Ну удачи, ты можешь сколько угодно пытаться закрывать глаза на мои отношения, реальность от этого не меняется. За пределами твоих розовых очков он всё ещё остаётся моим парнем. — совершенно спокойно пожал плечами Дима.
— Дима, ты не понимаешь, что это ненормально? Хотя, конечно, ты не можешь понимать, как же ты будешь понимать, если рос в обществе этого… этого!..
— Если бы я, мама, не рос в обществе «этого-этого» я бы сошёл с ума. И сейчас в том числе. Учитывая твоё отношение ко всему, я бы никогда не смог принять, что мне нравятся мужчины.
— Ну и отлично! Ну и замечательно было бы, Дима! Это всё по молодости, по глупости, ничего-ничего, подрастёшь, женишься, родите нам внуков…
— Мама, я даже не бисексуал. — вздохнул Дима. — И даже если бы я чисто теоретически начал отношения с девушкой, никаких детей у нас не было бы. Потому что это бессмысленная трата нервов, денег и жизни. И Серёжа тоже так думает.
— Зачем тебе Серёжа этот сдался? — пыталась понять Ангелина. — Димочка, ну вокруг столько красивых девочек, ты красивый мальчик…
— И Серёжа тоже красивый мальчик. Я люблю Серёжу. — настаивал Дима. — И жить я буду с Серёжей. Крёстный уже обещал купить нам квартиру, так что я в скором времени съеду и тебе даже видеть этого не придётся.
— Как съедешь?! — аж за сердце схватившись, опешила Ангелина. — Как квартиру?! С Серёжей?! Володя! Володя, какую ещё квартиру ты ему покупать собрался?!
Ангелина, в общем-то, побежала разбираться с Вовой, а к Диме тем временем добежал и подсел Серёжа.
— Ебать у вас весело. — нервно усмехнулся он.
— Не то слово. — хмыкнул Дима. — Сейчас на крёстного переключится.
— Он правда нам квартиру купит?
— Ну вообще-то мне. Мы давно договорились, что он подарит мне квартиру на восемнадцатилетие. Ну и ты со мной, соответственно.
— Слышал? Люди вон съезжаться собираются уже. — заметил Стас, сидящий на другом конце поляны рядом с Пашей.
— Ну и хорошо.
— Может, мы тоже об этом хотя бы подумаем? — таки прямо спросил он.
— Стас… — вздохнул Паша.
— Нет? — не понял Стас. — Почему?
— Потому что ты же знаешь, что я не могу оставить Арса одного.
— Ты угараешь, блять? Ты не хочешь со мной жить, потому что…
— Я не не хочу с тобой жить, я не могу оставить Арсения. — мягко поправил Паша.
— Окей, и сколько это будет длиться?
— Стасик, ну мы же встречаемся всего месяц. Тебе не кажется, что ещё рано?..
— Нет, мне не кажется, мы и так живём вместе. И ладно бы ты просто действительно считал, что надо ещё подождать, но дело, блять!.. — уже переходя на повышенный тон, говорил Стас, но в итоге чуть сбавил обороты, дабы остальные их диалог не слышали: — …опять в твоём Арсении. Всё в нашей с тобой жизни упирается в Арсения, тебе не кажется, что это ненормально? Может, мы втроём будем жить, чтоб вы оба были довольны?
— Стас, не пойми меня неправильно. С тобой я месяц, а с ним семнадцать лет. Я не могу бросить его, понимаешь? У него ещё недостаточно стабильное эмоциональное состояние, после всего этого пиздеца он будет отходить ещё пару лет минимум…
— Сколько? — опешил Стас. — А чё не десять, блять?
— Я всё сказал. — вполне уверенно подытожил Паша.
— Да и шёл бы ты нахуй, живи со своим Арсением. — пробурчал Стас и, фыркнув, переместился к Антону.
А тот самый Арсений-яблоко-раздора тем временем собирал ягоды очень неподалёку от Вовы. Неспециально, просто товарищи толпились на основной поляне, а эти двое хотели уединения и отползли чуть дальше, ближе к деревьям.
— Вы довольны? — поинтересовался Арс.
— Шо? — переспросил Вова.
— Я спрашиваю, вы довольны?
— Э… чем конкретно? — с сомнением уточнил Вова.
— Тем, что добились своего. Благодаря вам меня теперь все ненавидят. — напомнил Арсений.
— Ты переоцениваешь свою значимость в моей жизни, честно говоря. Но если тебе нравится так думать, то, в целом, я не против.
— А я вашего согласия не спрашивал.
— Хорошо. — без вопросов согласился Вова, а Арса его уравновешенность и добродушие уже начинали потихоньку выводить из себя.
— Почему вы не можете даже признать, что вас радует ситуация?
— Потому что меня не радует ситуация.
— Конечно, ещё скажите, что вам очень жаль. — саркастично ответил Арс.
— Нет, мне не жаль, мне до пизды. — совершенно просто оповестил Вова. — У тебя синдром главного героя, если ты считаешь, шо моя единственная мечта в этой жизни — сделать так, чтоб все тебя ненавидели.
— А в целом вас совесть не мучает?
— По какому поводу?
— Господи, какой же вы тупой. — выдал Арс и в какой-то момент даже подумал, что вот это, наверно, перебор. Правда, только потому, что побоялся разозлить Вову.
— Допустим. Но если ты со мной тупым хочешь разговаривать… зачем-то. — нервно усмехнулся Вова. — Тебе придётся чётче формулировать свои мысли.
— Вас не мучает совесть по тому поводу, что из-за вас меня все ненавидят? — терпеливо переформулировал Арс.
— Нет, подожди. Изменил ты?
— Ну я. — согласился Арс.
— Слух распространил кто?
— Ну… получается, почти все, кроме вас.
— При чём тут я? — вполне резонно осведомился Вова. — Я рассказал Антону и всё, ты можешь обвинять меня в ненависти с его стороны, и то с натяжечкой, а к остальным я не имею никакого отношения. Они сами сделали выводы. А в том, что к тебе относятся так, как относятся, ты виноват сам. Ты не задумывался о том, почему они решили ненавидеть именно тебя, а не любого другого человека? А вот стоило бы.
— Я не просил учить меня жизни, я просто задал вопрос, чтобы в очередной раз убедиться, что вы абсолютно бесчувственное быдло.
— Арсений, мне, честно говоря, вообще до пизды, шо ты обо мне думаешь. Я могу быть кем угодно в твоих глазах, но я просто пытаюсь донести до тебя, шо если тебе кажется, что все вокруг идиоты, а ты один хороший — значит, тебе правда кажется. В двадцать четыре года пора повзрослеть и научиться нести ответственность за свои поступки. Ты сделал хуйню — ты получаешь, так сказать, обратную связь. Ты можешь обвинять в этом меня, Стаса, Диму, всех остальных, но таким образом ты придёшь только к тому, шо в конце концов останешься один. Потому что ни один нормальный человек это терпеть не будет.
— Спасибо за ценный совет, я обязательно об этом подумаю. — съязвил Арс. — А, вы же тупой и не понимаете сарказм.
— Ну я вообще-то понимаю в большинстве случаев… если вдруг тебе интересно.
— Мне неинтересно.
— Ну и слава Богу. — оценил Вова и от греха подальше предпочёл ретироваться.
— Пойдёте моему отцу жаловаться? — догадался Арс.
Вова на это тактично промолчал, а Арс на всякий случай всё-таки проследил, куда он направляется. Но тот в итоге просто подсел к Оксане. А Арса вся эта ситуация стала вымораживать ещё больше прежнего. Естественно, он хотел вывести Вову на конфликт. И почему он не стал ругаться? Арс же знал, что он не хуже своего драгоценного сыночка умеет подбирать крайне красноречивые оскорбления… Неужели Вова считает его настолько жалким, что даже ругаться не хочет?
Но оставлять это так Арс, разумеется, не собирался. У него уже была поставлена абсолютно чёткая цель — вывести Вову из себя. Потому что это спокойствие доводило хлеще чего-либо другого. И единственное, что придумал Арс — это пройти мимо Вовы и якобы совершенно случайно опрокинуть ногой его ведёрко с земляникой. Вова, к слову, посмотрел на него даже не особо угрожающе. В отличие от Оксаны…
— Ты охуел? — сходу догадалась Оксана.
— Я случайно, извините. — наотмашь бросил Арс, уже опустившись относительно рядом.
Но проблема состояла в том, что он не учёл одну маленькую деталь. Стас. Стас, видимо, этот его манёвр с Вовиным ведёрком прекрасно видел, поскольку буквально через мгновение оказался рядом и с такой силой пнул ведёрко Арсения, что оно не то что перевернулось, а аж улетело на несколько метров.
— Ой, как же так, Боже мой… — настолько невинно пробормотал Стас, что всех услышавших пробрало на смех. — Прости, Арсений, прости, пожалуйста, я не хотел.
— Ну вот и зачем ты это сделал? Я её полчаса собирал! — возмутился Арс. — Отдавай своё теперь!
— Да-да, конечно, без проблем. — настолько искренне согласился Стас, что все даже сначала не поняли, что происходит.
Но предельно ясно всё стало в тот момент, когда Стас своё ведёрко резко надел Арсу на голову и ещё кулаком стукнул сверху, чтоб земляника точно раздавилась. Ну и последние остатки мозга выбить он явно попытался.
— Ой, какой же я неловкий, извини. — развёл руками Стас и ещё в плечо его пнул с такой силой, что Арс упал на землю. — Ой-ой-ой, совсем я растяпа, извини, Арсений, извини. Ты не забывай, главное, что я случайно, окей?
Арс, видимо, прекрасно понял, что Стаса в этом состоянии ещё больше лучше не провоцировать, потому предпочёл конфликт не продолжать. Просто сел и со вздохом снял ведёрко с головы. Зато теперь его волосы были пропитаны земляникой… Относительно неплохо.
— Что он сделал? — включился Сергей, а у Арса аж сердце встало.
— А он!.. — тут же начали чуть ли не все разом.
— А он опрокинул!..
— Дяди Вовы ведёрко!
— Специально!
— Я сам видел!
— Он шёл и ногой ударил!
— Да. — активно согласились Вова с Оксаной.
А Сергей вдруг с настолько ледяным взглядом снял ремень, что Арс чуть было в обморок не грохнулся. И тем не менее инстинкт самосохранения был сильнее — пережив шок, он наконец вскочил на ноги и бегом побежал куда подальше.
— Стоять! — заорал Сергей и понёсся следом.
— Очень хорошо. — вместе с остальными просмеялся Дима, когда те двое уже скрылись где-то в глуби леса.
— Всё-таки есть от Серёги польза какая-никакая. — хмыкнул Темур.
— Моя булочка любимая, иди к папе скорее. — позвал Вова, а Стас моментально довольно заулыбался и побежал к нему обниматься. — Спасибо большое.
— Не за что, папочка, хочешь, я его депортирую? — настолько воодушевлённо выдал Стас, что товарищи по новой рассмеялись.
— Я подумаю…
— Хорошо. А пока давай я тебе помогу ягодки собрать?
— Та не надо, сынок, ну я…
— Нет, я помогу. — настаивал Стас.
— Хорошо. — конечно, улыбнувшись, таки сдался Вова и пару раз чмокнул его в макушку. — Люблю тебя безумно.
— Я тебя тоже, папочка. А почему ты Арсения ещё не убил? Ты же можешь.
— А это он может только других защищать, а самого себя — нет, да, Вовочка? — поинтересовалась Оксана.
— Ну я не то что не могу, мне больше похуй, честно говоря. Но мне приятно, что вам не похуй. Просто как будто бы на серьёзе что-то предъявлять ёбнутому пиздюку — чутка странновато…
— Тогда я буду тебя защищать. — решил Стас. — Ты меня, а я тебя.
— Договорились. — тихо посмеялся Вова, а Стас его вновь крепко обнял.
— Тебе Паша ничего не скажет? — поинтересовалась Оксана.
— Привет, я подсяду? Спасибо. — вклинился Антон и уселся к ним в сектантский кружок.
— А мы всё равно уже поругались. — ответил Стас.
— Почему? — удивились другие трое.
— Действительно. — моментально присоединившись к ним, подхватил Дима.
— Потому что я ему предложил ко мне переехать, а он не хочет, и знаете, почему? Потому что Арсений, блять, один жить не может!
— Вау. — в некотором шоке констатировали Вова с Оксаной, а парни даже не удивились.
— Я, помнится, говорил, что так будет. Или это я у себя в голове оставил? — уточнил Дима.
— Не помню. В любом случае поздравляю. — вздохнул Стас.
— Хорошо, другой вопрос — зачем он заводил отношения, если не может их нормально поддерживать из-за своего друга? — спросила Оксана.
— А я откуда знаю? Я же не против, чтобы… нет, я против, чтобы они общались. Я имею ввиду, будь у Паши нормальный друг, я был бы только за, что он общается с кем-то, кроме меня. Но не до такой же степени! И, опять же, повторюсь, нормальный друг, а не вот это. А он не видит проблемы. И при этом он ещё возмущается, что я со своими друзьями много времени провожу!
— Чё, блять? — опешили Антон с Димой, а Стас активно закивал.
— Много времени — это час? — нервно усмехнулся Вова.
— Ну да вот типа. И пацаны обижаются, и этот всё равно недоволен! Типа вот говорит, что друзья мне важнее, чем он. А потом выдаёт вот эту хуйню с Арсом. Как это понимать?
— Ты ему объясни, что ты всех одинаково любишь. — предложил Вова.
— Что друзей, что его. — подхватила Оксана.
— Вот именно! — закивали Антон с Димой.
— Я пытался ещё давно, ему так не нравится. Он говорит, что его я должен любить больше, потому что типа он мой парень. А я так не думаю, но я типа… ну каблук ёбанный, соглашался с ним некоторое время. Но это же неправильно. Вот у меня есть… друг один, и у него была подруга. Они восемь лет дружили, а потом она начала встречаться с парнем, и он ей запретил с этим другом общаться. Как можно было променять дружбу в восемь лет на какого-то тюбика?
— Дура какая-то. — констатировала Оксана. — Совсем себя не уважает.
— Да, у моего Димочки тоже такая была. Теперь она вроде как с ним пытается общаться, но он её игнорит, потому что я ему сказал, что он обиделся. — рассказал Вова, а товарищи, конечно, посмеялись.
— А мой Димочка, по-моему, до последнего будет унижаться. — вздохнул Стас. — У него просто никого больше нет. Хотя, меня вот игнорит. Надеюсь, что её тоже.
— Вот и правильно, туда вас всех. — нервно усмехнулся Дима. — Что с Пашей-то делать? Он вон не очень добро на тебя поглядывает.
— Да мне поебать. — оповестил Стас и, оглянувшись, вдогонку ещё и средний палец Паше показал. — Я ему уже говорил, что, чисто технически, могу терпеть выходки его дружка в свою сторону, но моего папочку хуй кто обидит.
— Сынок, ну если вы из-за меня ссоритесь, то, может, не надо?.. — попытался Вова.
— Надо. — тут же решили другие четверо.
— Это не из-за тебя, папочка, а из-за его ебанутого дружка.
— И Паша, если что, должен уважать и Стасика, и тебя. — оповестила Оксана. — Так что туда его, солнышко, молодец.
— Бросай его, переходи в мою команду. — предложил Антон.
— Ну… — начал Стас.
— Давай-давай-давай, у нас весело, мы никому ничего не должны, никто не ебёт мозг и всё в целом заебись. — подначивал Антон, говоря крайне заговорщическим шёпотом.
— Да иди нахуй. — вместе с остальными просмеялся Стас. — Не знаю. Мне нравится думать, что всё изменится. Папа сказал, что всё будет хорошо.
— Сынок, я, честно говоря, на тот момент ещё не знал, что он не захочет с тобой съезжаться исключительно из-за своего ебанутого дружка… — аккуратно вклинился Вова. — С другой стороны, я говорил, что, может быть, надо просто подождать. Но это пиздец.
— Да я понимаю. — вздохнул Стас. — Может, он просто не хочет со мной жить? Вообще я ему нахуй не нужен как будто…
— Ста-асик. — протянули товарищи и даже как-то синхронно его обняли, поскольку очень уж расстроенным Стас выглядел.
Правда, намного веселее он стал, как и все остальные, когда из леса вылетел Арсений, а за ним и Сергей с ремнём. И как раз в этот момент, пока все смеялись, Вова успел потихоньку смотаться к Лёше на другой конец поляны.
— Э. — свистнул он, хлопнув Лёшу по спине, а тот аж вздрогнул и резко оглянулся.
— Господи. — рвано выдохнул он. — Чего тебе?
— Ты кого нахуй вырастил?
— Что уже случилось? — вздохнул Лёша, а Вова таки сел рядом.
— Нихуя хорошего. С хуя ли твоё вот это… чудо природы моего ребёнка обижает? Ты ж меня знаешь, ещё чуть-чуть и его всё-таки совершенно случайно переедет камазом.
— Давай без угроз, пожалуйста. Объясни мне, что случилось.
— Твой сын с какого-то хуя считает, шо мой будет терпеть все его выходки. Мой предложил ему съехаться.
— Ни…чего себе. — настолько поразился Лёша, что аж от ягод оторвался.
— Ну да. А твой знаешь чё?
— Не согласился? — изумился Лёша.
— Нет, потому шо он живёт с Арсением, а Арсений без него, видите ли, жить не может! И вообще он моего сына в хуй не ставит, у него есть только Арсений… — начал Вова и в итоге крайне красноречиво изложил Лёше всё, что мог.
— Я понял, я понял. — в конце концов согласился Лёша. — Мой сын уделяет недостаточно внимания твоему сыну, с уважением тоже проблемы, а Арсений там вообще как собаке пятая нога?
— Да. — кивнул Вова. — Ничего тебе не напоминает?
— Отвали, Шеминов. — отрезал Лёша.
— Вот. Ты ведёшь себя, как твой сын. Точнее, он, как ты. Сделай так, чтобы от вашей семейки не пострадал хотя бы мой ребёнок, пожалуйста.
— Ещё чего? Вот делать мне больше нечего.
— Да-да-да, пока. — ответил Вова и пополз обратно.
Разумеется, он прекрасно знал, что Лёша его просьбу выполнит. И, конечно, не ошибся. Обернувшись, Вова заметил, что Лёша уже перебирается к Паше.
— То есть, ты мало того, что стрёмно одеваешься, ты ещё и, извини меня за выражение, выёбываешься? — сходу начал Лёша, а Паша аж вздрогнул от неожиданности. — Тебе твой мужик вообще не нужен, я так понимаю?
— Что? — не понял Паша. — Почему? С чего ты взял? Откуда ты знаешь? Кто тебе что сказал?
— Мне уже все, кто надо, сказал, что ты не умеешь ценить то, что у тебя есть. Паша, у тебя есть прекрасный молодой человек. Он хороший, умный, богатый в конце концов. У тебя ещё десять таких же в запасе? Или зачем ты себя так ведёшь?
— Да как я себя веду? То, что я отказался переезжать…
— Ты не просто отказался переезжать, ты отказался из-за Арсения. Ты закрываешь глаза на то, как Арсений относится к нему и к его отцу, извини меня, ты правда не понимаешь, что это проблема?
— Стас, между прочим, тоже к тебе относится так себе. Он говорит, что тебе на меня всё равно.
— Ну это хотя бы правда, он имеет на это право! — развёл руками Лёша. — А ты что? Вова к тебе прекрасно относится, к Стасу тоже, ну зачем ты это делаешь? Дело даже не в том, что Стас должен быть важнее Арсения. Просто ты, прекрасно понимая, что твой друг ведёт себя неправильно, всё равно занимаешь его сторону. Или молчишь. Вот в этом проблема, Паша. Когда твой друг унижает твоего парня и его отца, ты должен расставлять границы, чтобы считаться нормальным человеком. А иначе ты представляешь, что чувствует Стас? Почему он должен терпеть такое отношение к себе? Думаешь, на тебе свет клином сошёлся? Нет, Пашенька, нет, у него рано или поздно лопнет терпение, он от тебя уйдёт, а ты всю жизнь потом будешь жалеть.
— Таких Стасов ещё миллион. Мой, конечно, особенный, но это только потому, что я его люблю. — ответил Паша и тем не менее не особо уверенно.
— Нет, Паша, нет, я тебя умоляю. — действительно чуть не взмолился Лёша. — Я раньше тоже так думал. Это так не работает. Пожалуйста, не повторяй моих ошибок.
— Это ты про кого? — моментально заинтересовался Паша.
— Неважно, про кого я, важно, что я не ценил этого человека, хотя он был точно таким же, как твой Стас. Я тоже думал, что таких ещё миллионы, и я легко найду другого такого же. Паша, мне сорок два года, я не нашёл. — настолько искренне выдал Лёша, что Паша даже несколько испугался. За себя, конечно. — Я не хочу, чтобы ты жил так же, как я. Поэтому включи мозг, пожалуйста, и перестань так себя вести.
— Ты сказал «он»? — рискнул уточнить Паша. — Ты…
— Так. — приостановил Лёша.
— Пап! Ну расскажи, я сын твой так-то.
— А тебе Антон не говорил?
— Антон? — удивился Паша. — Антон знает, а я нет?!
— Какой хороший мальчик. — оценил Лёша, оглянувшись на Антона. — Мы с ним просто случайно встретились у речки, когда ещё не были знакомы… долгая история, в общем-то. Я не гей, Паша, просто был мужчина. Один.
— Ты встречался с мужчиной? — окончательно выпал Паша. — И что? Ты до сих пор его любишь? Ты не смог найти нового? А женщину? У тебя же были. Ну расскажи, ты мой отец! Пора об этом вспомнить.
— Да. — даже чуть улыбнулся Лёша, а Паша, конечно, улыбнулся в ответ. — Как ты на меня похож, сынок…
— Ты давай мне тут тему не переводи.
— Блять. — вздохнул Лёша, а тот только посмеялся. — Я его… да никого я не люблю, Паш, ну прекрати.
— Папа. — крайне настойчиво произнёс тот.
— Ну допустим. Да, я не смог найти нового. А женщины вообще не вызывают во мне никаких эмоций, кроме раздражения. И мужчины. Вот он единственный… к сожалению, блять. Я пытался. Ну, ты знаешь. И забыть его я тоже пытался. Но ничего из этого не получилось.
— Так найди его. Может, он тоже тебя любит до сих пор. Хочешь, попросим Стаса или дядю Вову, у них есть связи, они точно найдут.
— Нет-нет-нет, не надо. — даже слишком активно открестился Лёша. — Не надо. Там уже… всё, к сожалению.
— Ты уверен? — даже расстроился Паша.
— Да. А вот у тебя ещё есть все шансы не потерять всё. Подумай об этом, пожалуйста.
— Хорошо. Спасибо. Пап, тебе не кажется, что нам всё-таки надо чаще общаться?
— Я предлагал тебе общаться, ты отказывался.
— Откуда ж я знал, что ты такой… интересный человек? — нервно усмехнулся Паша, а тот даже посмеялся.
— Ну да, действительно. Конечно, сынок, я всегда рад с тобой поговорить. Ты приходи.
Так и договорились, в общем-то, встретиться и пообщаться вечером. Сейчас же Лёша благополучно ушёл ближе к Наде, уже несколько забухавшей и непонятно где нашедшей пиво, а Паша действительно принялся думать. Папина речь о том, что, грубо говоря, дело не в том, кто важнее и с кем ты дольше, а в том, кто прав, буквально врезалась Паше в мозг. Действительно, а с чего бы он будет просто так поддерживать отвратительное поведение Арсения? На самом деле он и сам об этом, конечно, думал, просто всё то же самое нужно было услышать от другого более-менее авторитетного человека, чтобы Паша задумался об этом серьёзнее. Если он искренне считает, что Арс ведёт себя неправильно, то почему не может об этом сказать?
И, конечно, о том, как себя сейчас чувствует Стас, Паша тоже думал. Вообще-то Стас был готов за него погибнуть буквально неделю назад, а он теперь вот так вот себя ведёт… Это не то что недостойно, а уже даже как-то не по-человечески. Безусловно, Арс ему был очень дорог, и тем не менее до Паши наконец начало потихоньку доходить, к чему может привести слепая поддержка всех действий этого человека.
На раздумья ему понадобилось от силы двадцать минут, к тому времени уже и Арс с Сергеем наконец набегались и разошлись с миром по разным концам поляны. Ну а Паша отправился к товарищу.
— Арс, нам надо поговорить. — сходу начал он, присев рядом.
— Мне уже не нравится.
— Мне жаль. Я хотел попросить тебя прекратить так относиться к моему парню и его отцу. — наконец выдал Паша, а Арс сразу приподнял на него максимально заинтересованный взгляд. — Ты внутри себя можешь относиться к ним как угодно. Но то, что ты делаешь, Арсений, это непозволительно. Я это поддерживать больше не буду. Прости меня, пожалуйста, но мне дороги эти отношения.
— То есть, он тебе дороже, чем я? — совершенно предсказуемо догадался Арс.
— Я так не говорил, Арс, дело не в том, кто из вас мне дороже. Если вдруг Стас начнёт делать то же самое, что ты — я встану на твою сторону. Но то, что я сейчас якобы поддерживаю тебя — это просто неуважение к нему. Да, допустим, я не считаю правильным, что они оба лезли в ваши с Антоном отношения… и то это сомнительно, потому что они просто пытались открыть ему глаза.
— Паша. — уже даже с некоторым ужасом произнёс Арс.
— Арс, я не буду оправдывать твои измены. Я вчера сошёл с ума только потому, что мне было тебя жалко. Я считаю, что они всё сделали правильно. Я подумал об Антоне и мне его искренне жаль. Больше, чем тебя. Извини, Арс, ты знаешь, что я тебя очень люблю, но я не могу делать вид, что мне нравится вся хуйня, которую ты делаешь. Так что впредь не обижайся, если я буду реагировать на твои выходки так же резко, как и остальные. Во избежание этого ты можешь просто вести себя, как нормальный человек. Мы же договорились?
— Да пошёл ты, Паш. — фыркнул тот. — Вот ты… ты разве не понимаешь, в чём заключается дружба? Ты должен поддерживать меня в любой ситуации!
— Это не дружба, а глупость. Я всегда тебя поддерживал по возможности, Арс, не мне ты будешь что-то по этому поводу предъявлять, я вокруг тебя год носился и сделал всё, что было в моих силах. Но теперь, когда ты ведёшь себя так, как ведёшь, я не могу тебе сказать ничего хорошего. Извини, пожалуйста.
— Паш, ты поймёшь, что неправ, но будет уже поздно… — настаивал Арс.
— Я всё сказал. — спокойно приостановил Паша, уже поднявшись на ноги. — Подумай об этом, пожалуйста. Можно просто подкорректировать своё поведение.
Арс на это предпочёл промолчать и только одарил Пашу крайне неодобрительным взглядом, а тот наконец со спокойной душой пошёл к товарищам, собравшимся всем своим, видимо, уже состоявшимся коллективом — Антон, Темур, Дима, Вова, Оксана и, конечно, Стас.
— Дядь Вов? — позвал Паша, а там оглянулись на всякий случай все. — Вот, держите, это вам за Арса. Извините, пожалуйста. — попросил он, вручив Вове своё ведёрко с ягодами.
— Нихуя себе. — поразились все разом.
— Спасибо… ну ты перестань, у меня там даже не столько было.
— Да ничего страшного, берите.
— Давай половину? — предложил Вова.
— Ну давайте половину. — таки согласился Паша, конечно, улыбнувшись.
— А ты чё с ним разговаривал? — заинтересовался Антон, пока Вова пересыпал Пашины ягоды себе.
— А то мы видели, что он там недовольный, но подумали ж, показалось. — нервно усмехнулся Темур.
— Ну я… сказал ему, короче, что ведёт себя, как долбоёб, и что я всё это осуждаю. Он не оценил. Ну и… — со вздохом махнул рукой Паша. — Перебесится.
— Охуеть. — в полном ауте констатировали товарищи.
— Молодец, зятёк. Держи.
— Ну вы не половину отсыпали! — пытался донести Паша и, конечно, посмеялся вместе с остальными. — Ну возьмите вы ещё, ну мне не жалко!
— Я отсыпал, сколько у меня было. Спасибо.
— Да Бог с вами. На, тоже себе отсыпай, ты ж потратился. — опомнился Паша и теперь Стасу отдал своё ведёрко.
— Ну я тогда папину половину половины у тебя заберу. — тихо посмеялся тот.
— Ты чё это? — недоверчиво спросил Дима.
— Да я чуть-чуть ёбнулся вчера чё-то… ну извините, я по инерции его уже защищаю всегда, семнадцать лет всё-таки, сами понимаете…
— Понимаем. — согласились товарищи.
— Слушай, какой ты молодец. — заметила Оксана.
— Вообще красавчик, переосмыслил. — закивал Темур.
— Спасибо. — конечно, улыбнувшись, ответил Паша. — Пойдём с тобой поговорим, пожалуйста.
Стас, в общем-то, на сие предложение уже без вопросов согласился и вместе с Пашей отошёл немного в сторонку. Остальные же крайне заинтересованно наблюдали, собирая ягоды чисто наощупь.
— Прости меня, пожалуйста. — вздохнул Паша, сжав его руки в своих. — И за вчерашнее, и за сегодняшнее. Я как-то… не думал о том, как это всё звучит по отношению к тебе. Я тебя очень люблю, котёнок.
— И я тебя тоже. — таки улыбнувшись, признал Стас, а Паша, конечно, заулыбался в ответ. — Ну ты меня тоже прости, я как-то не в тему с этим переездом…
— Нет, я на самом деле думал об этом… — начал Паша, а Стас удивлённо вскинул брови. — Ну я, честно говоря, люблю представлять, как мы с тобой вместе живём, и у нас всё хорошо…
— Нихуя себе. — искренне поразился Стас, а тот только посмеялся.
— Ну да… и я бы очень хотел жить с тобой вместе, вместе просыпаться, уходить на работу, вечером встречаться, ужинать вместе… короче, ты понял. Но пока я не могу так поступить, прости меня, пожалуйста. Мне нужно время, я разберусь с Арсом, со своими мыслями и… в общем, да.
— Хорошо. Я подожду, не переживай. Мне достаточно того, что ты поставил своего… Арсения на место. Спасибо. Люблю тебя. — сказал Стас, а Паша, улыбнувшись, наконец мягко поцеловал его.
— И я тебя.
— Пойдём?
— А мне к вам можно? — несколько неловко уточнил Паша.
— Ты долбоёб? — посмеялся Стас, а с ним таки и второй.
Уже в следующий момент Стас взял его за руку, повёл за собой и в конечном счёте притащил, конечно, к товарищам.
— Вот вам новый раб.
— А он точно не иноагент? — с подозрением уточнил Антон. — А то мы тут обсуждаем, честно говоря…
— Ну блять, мне тоже интересно! Что надо сделать? Какое у вас посвящение? Арсений пидорас, дядя Серёжа лох, тётя Геля пошла нахуй, Серёжа… а нет, Серёжа молодец. — настолько панически переобулся он, обратив внимание на Диму, что товарищей накрыло окончательно.
— Садись, садись. — таки пригласили друзья.
— А как вы уже так много собрали? — поразился Паша, заметив, что у Вовы ягод намного больше, чем у товарищей.
— Он их просто не ест. — пояснил Темур.
— А мы больше, честно говоря, потребляем… — покивал Дима.
— А почему вы не едите? — не понял Паша.
— Они же красные. — ответил Вова.
— Это фанфакт?.. — спустя пару секунд раздумий рискнул догадаться Паша.
— А, я не говорил? — вместе с товарищами просмеялся Вова. — Я не ем красное.
— Даже спрашивать не буду… — нервно усмехнулся Паша.
— Это правильно. Да, шо-то я уработался. — заметил Вова и благополучно лёг.
— Да как вы красное не едите? Совсем? — наконец опешил Паша. — А зачем вам на участке тогда помидоры, малина, ну и так далее?
— Это нам. — пояснили Дима с Темуром.
— Ну и другим городским, там кто успел, тот забрал, но для этих всегда оставляю. — покивал Вова и, повернув голову вправо, обнаружил напротив, на приличном расстоянии, Лёшу.
Далее он, недолго думая, сорвал землянику и кинул ему в спину. Лёша явно почувствовал, прошёлся рукой по спине и ничего не обнаружил. Но Вова не сдавался — запустил вторую, и на этот раз Лёша обернулся. Вова в свою очередь очень вовремя уставился в небо, да и товарищи смех успешно подавляли, потому Лёша, не обнаружив ничего интересного, отвернулся обратно. А Вова кинул ещё одну ягоду.
— Да блять. — аж опешил Лёша, посмотрев уже даже наверх, а товарищей всё-таки беззвучно накрыло.
В конце концов Лёша отвернулся обратно, а Вова запустил в него новой земляникой.
— Шеминов! — возмутился Лёша, резко обернувшись.
— Шо? — будто бы совершенно искренне не понял Вова.
— Да нишо, блять, что ты делаешь?
— Я? — опешил Вова.
— Нет, я!
— Алексей, у вас галлюцинации на нервной почве. Я понимаю, перед таким красивым мужчиной тяжело держать себя в руках, но вы как-то всё-таки…
— Господи… — выдохнул Лёша и, пока товарищи смеялись, отвернулся обратно.
Вова в очередной раз запустил в него ягодой, а Лёша, намеренно не до конца отвернувшийся, на этот раз действительно увидел.
— Я тебя убью. — констатировал Лёша.
— Ой-ой… — пробормотал Вова и очень вовремя подскочил на ноги, поскольку Лёша побежал к нему.
Таким образом Лёша гонял Вову по ближайшим окрестностям ещё минут пятнадцать, зато товарищам было очень весело. Оба кидались друг в друга чем придётся, матерились, Вова пару раз ставил Лёше подножки, Лёша делал всё, чтобы он влетал в деревья. А закончилось всё тем, что оба споткнулись о корень дерева, чуть было не опрокинули вёдра Ангелины и Сергея, и были отправлены, мягко говоря, на три весёлых буквы. Вова вернулся к товарищам, а Лёша отсел от него как можно дальше на всякий случай.
И после всё шло, в общем-то, абсолютно благополучно. Друзьям, сидящим компанией, было стабильно весело, Лёша с Надей тоже о чём-то общались, Серёжа занимался больше фотографированием на свой фотоаппарат и зарисовками природы, а работали нормально одни Сергей с Ангелиной. А вот Арсений…
— А где Арсений? — заметил на удивление Дима.
Тут оглядываться принялись все, но Арсения никто так и не нашёл.
— Арс! — крикнули как-то синхронно и все разом, но ответа так и не получили.
— Как же всё стабильно… — покачал головой Стас, ощущая, что его последняя нервная клетка находится где-то на грани.
— А в какой момент он пропал? Кто шо видел? — спросил Вова.
— Я с ним поговорил и больше не смотрел. — пожал плечами Паша.
— Мы с тобой бегали, его уже не было, по-моему. — оповестил Лёша.
— Пиздец. — уже крайне напряжённо констатировали товарищи.
— Слушайте, а может, оно и к лучшему? — предположил Темур.
— На один рот меньше — всегда хорошо. — закивала Надя.
— Так, друзья, ну мы давайте совсем уж с ума сходить не будем. — попросила Оксана. — Я, конечно, предполагаю, что он просто играет в обиженку, но если что-то случилось — ничего хорошего в этом нет.
— Ну почему опять хуйню выкинул он, а спасать его должны мы? — вклинился Серёжа. — Это нечестно, почему так?
— Вот, раз в год и Сергей юзает свою одну извилину. — согласился Антон. — Вы просто не понимаете масштабы трагедии, он вот скорее всего сам куда-то попёрся, его там, охуеть-можно-как-неожиданно, схватили, а мы теперь разбираться будем!
— Ну что вы предлагаете? Бросить его? — догадался Лёша. — Это не гуманно.
— Гуманист, ёпта, у бабушек последние деньги забирает, а этого ему жалко. — нервно усмехнулся Темур.
— Ну мы чисто из соображений нашего товарищества в любом случае должны помочь. — вздохнул Вова. — Нам не выгодно терять игроков. Даже Арсения. Вдруг когда-нибудь он нам пригодится.
— Чем? — уточнили чуть не все разом.
— Я пытался. — развёл руками Вова, а товарищи даже посмеялись.
— Ну ладно, давай мы с тобой пойдём посмотрим… — начала Оксана.
— Я с вами! — тут же включились Темур, Стас, Дима и Антон.
— Ну пойдёмте тогда уж все вместе. — решил Сергей.
— Это не рационально, если они не вернутся к определённому моменту — мы поймём, что что-то случилось. А так нас заберут всех вместе. — рассудил Лёша. — Так что надо делиться.
— Факт. — согласились товарищи.
— Тогда мы пойдём, вы оставайтесь, если через… двадцать минут не вернёмся, идите за нами. Желательно не все вместе, одного кого-нибудь оставьте здесь на всякий случай. — решил Вова.
В общем-то, на том и порешили. Антон, Стас, Вова, Дима, Оксана и Темур выдвинулись в дорогу, вглубь леса, а остальные остались на поляне. Группа путешественников с собой, разумеется, захватила по пистолету.
— А почему мы решили, что идти надо сюда? — поинтересовался Антон.
— Потому что Вова сюда пошёл. — пожал плечами Темур.
— Я случайно, честно говоря… ну идём-то нормально, вот и пошли. — прикинул Вова.
— Ну да. — без вопросов согласились остальные.
Дорога через лес шла вполне спокойно. Большинство, конечно, дёргалось от каждого шороха, и тем не менее пистолеты придавали уверенности, да и было их целых шесть человек. Арса друзья потихоньку звали, но тот так ни разу и не отозвался. А сразу за лесом, как выяснилось, шло поле, между ним и лесом только узенькая дорожка.
— Ну тут даже машина, наверно, не проедет. — задумчиво заметил Темур, тем не менее следом за остальными ступив на поле.
— Может, дальше утащили? Или сам ушёл? — предположил Стас, поскольку сразу за полем снова шёл густой лес.
— Зная этого… — начал Антон, как вдруг послышался какой-то щелчок у него под ногой.
— Стой! — настолько резко закричали взрослые, что остановились на всякий случай все.
— А что?.. — начал было Дима, от греха подальше отошедший в сторону, но тут и под его правой ногой послышался щелчок.
— Спокойно, спокойно. Поле заминировано, а вы стоите на минах. — оповестил Вова, и если бы вы только видели выражения лиц Димы с Антоном. Да и остальные не особо отличались. — Сейчас никто никуда не двигается. Стоим как стоим.
— Блять, я чё, на бомбе нахуй?! — наконец опешил Антон.
— Стой ровно! — панически заорали все разом, а Антон действительно встал как вкопанный, дрожа всем телом.
— Так… и чё теперь делать? — с таким ужасом уточнил Темур, до которого наконец дошло, что бомбы они обезвреживать не умеют, что товарищей аж на мурашки пробрало.
— Пока неизвестно. — констатировал Стас.
— Друзья, блять, вы давайте это… — крайне истерично усмехнулся Дима.
— Из п-плюсов — они точно не умрут, п-потому что это мины-ловушки, они в основном устанавливаются под противотанковые, в них просто недостаточно взрывчатого вещества… — рассказал Вова.
— Нахуй ты это знаешь? — уточнил Дима.
— Я ебу, блять?
— А, подождите, то есть, это безопасно? — оживился Антон.
— Ну относительно, ногу оторвёт, конечно… — настолько просто выдал Вова, что товарищей непроизвольно пробрало на истерический смех. — А если это старая противопехотная, сейчас такие уже не производят почти, но если вдруг — то там вообще пиздец, они вот как раз убивать нацелены…
— Так, слышь, умник, ты давай детей не пугай. — попросила Оксана.
— Если это отжимная мина, то, чисто технически, мы же можем поменять их ноги на какие-нибудь тяжёлые камни? Или это слишком опасно? — уточнил Стас.
— Да. — согласились остальные.
— Но вариант хороший, молодец, сынок.
— Ну да, на крайняк. — покивала Оксана. — Вот лучше б ты, Вовочка, знал, как эту хуету обезвреживать.
— А может, вы знаете? — с надеждой спросил Антон.
— М-м. — отрицательно промычал Вова.
— Ну на крайняк у нас есть вариант Стасика, так что не помрёте… наверно. — прикинул Темур. — Сейчас мы чё делаем?
— Ждём остальных, видимо. — вздохнул Стас.
— Может, сходить их позвать? — предложил Темур и прежде, чем кто-либо успел ответить, сделал шаг в обратную сторону. И тоже наступил на мину. — Блять!
— Блять! — не менее испуганно заорали остальные.
— Тут на каждом шагу что ли ебать? — уже аж опешила Оксана, стоя на месте ровно и внимательно оглядываясь.
— Их должно быть видно, нет? — не понял Антон.
— Было бы их видно, мы бы их увидели. — вполне резонно заметил Дима.
— Тогда мы просто стоим и ждём, никуда не идём. — решил Темур. — Ну, я теперь точно никуда не иду, в плане, вы тоже…
— Как он понял, что мы пойдём сюда? — одумался Стас. — Пап, почему ты сюда пошёл?
— Там Арсений сидел до того, как пропал, я подумал, что, чисто технически, куда-то туда его утащили с наибольшей вероятностью.
— Они бы не успели заминировать поле типа… за пол часа. Даже за час. — заметила Оксана.
— Что вы всем этим, блять, хотите сказать? Можно попроще? — попросил Темур.
— Ну это странно. — пытался донести Стас. — Потому что мы должны были прийти именно сюда, чтобы попасть в этот пиздец, а у нас было ещё сто вариантов, куда пойти! И вот каким-то чудесным образом получилось, что Арсений сел именно там.
— Думаешь, он крыса? — догадался Вова, и если бы вы только видели выражения лиц товарищей.
— Ну ты же согласен с тем, что это всё очень странно?
— Я согласен, но… ну хуй поспоришь на самом деле. — таки согласился Вова. — Но так как весомых доказательств у нас нет…
— Ну да, я просто к тому, чтобы мы взяли на заметку. — покивал Стас.
— А я всегда говорил, что он странный! — напомнил Дима.
— Пиздец. — в кромешном шоке констатировали Темур и Оксана.
А Антон настолько резко кое-что вспомнил, что на мгновение аж застыл.
— Что? — заинтересовались товарищи, заметив его состояние.
— Э… помните вот тот день, когда Диму по башке ёбнули, с его телефона кто-то писал, нас со Стасом в лесу похитили, потом мы на поезде обратно ехали, Димку тоже нашли…
— Да. — согласились остальные.
— Вот. Помните, тот человек… мы тогда выяснили, что Дима с ним куда-то из корпуса ночью пошёл только потому, что доверял и знал этого человека. — больше для взрослых рассказал Антон. — На камерах не видно лица, он там был весь закрытый, но, главное, в конверсах. У Арса никогда не было конверсов. А когда мы приехали, я видел их под кроватью.
На полминуты повисло гробовое молчание. Все смотрели друг на друга уже в крайней степени шока и поверить в услышанное не могли даже несмотря на своё отношение к Арсению.
— Ты уверен? — на всякий случай уточнила Оксана.
— Сто процентов, ну поверьте мне, пожалуйста, я не долбоёб. Я ещё в моменте подумал, что это странно, но я был такой заёбанный, пацаны не дадут соврать, что не подвязал в итоге!
— Ты точно ничего не помнишь? — спросил Вова, обращаясь к Диме.
— Блять, вообще нихуя… — покачал головой тот, явно активно что-то вспоминая. — У меня память отшибло нахуй вот на тот промежуток времени, до сих пор не вернулась.
— Она уже и не вернётся, значит. — вздохнул Вова. — Ну, скорее всего.
— Это можно считать весомым аргументом? — уточнил Стас, спрашивая больше у папы.
— Это — конечно, я на самом деле почему-то даже не сомневаюсь… таким образом и понятнее становится, как вас находили всё время. — заметил Вова, а парни выпали окончательно. — Но пока у нас нет видимых доказательств, я предлагаю оставить между нами. Потому что, если скажем сейчас, он соскочит.
— Точно. — согласились остальные.
— Так, хорошо, Арс. А нас как всё это время находили? — спросила Оксана.
— Ну у нас не может быть крысы. — решил Темур, но, обратив внимание на крайне потерянного Вову, осторожнее добавил: — Не может же?..
— Вы у меня спрашиваете? Я аутист, я не понимаю ничего в этой жизни, тем более, когда мне пиздят. Это вы анализируйте. Но, справедливости ради, я посчитал, что находить нас начали не сразу… в какой-то момент. Сначала нас караулили там, где было очевидно. А вас?
— Нет, нас сразу находили везде. — вздохнул Дима.
— Значит, у нас не крыса? — оживился Темур.
— А шо тогда? — задумчиво пожал плечами Вова. — Надо будет подумать об этом…
В общем-то, думать об этом товарищи и принялись, но так ни к чему и не пришли, поскольку трое из них не могли думать ни о чём, кроме бомб под ногами, Оксана вообще-то тоже переживала за сына, ну а Стас с Вовой просто адекватных ответов на сей вопрос не находили.
И, слава тебе Господи, долго голову ломать не пришлось, поскольку в какой-то момент из леса вышли товарищи. Все, кроме Паши.
— Стоп! — тут же заорали все шестеро, а те действительно очень вовремя встали как вкопанные.
— Поле заминировано, вот эти трое стоят на минах. — оповестил Стас, а выражения лиц новоприбывших тут же исказились одним сплошным ужасом.
— Мама-мама-мама… — попытался Дима.
— Ой, Господи! — тут же разрыдалась Ангелина, а Дима с Темуром совершенно синхронно повздыхали. — Володя!
— Шо? — аж опешил тот.
— Ну шо «шо»?! Ты был обязан за ними присматривать!
— Не кричи, я не глухая, ты хороший, я плохая. — выдал Вова, даже интонацию спародировав.
— Да не смейтесь вы, Господи… — чуть не взмолилась Оксана, тем не менее тоже смеясь.
— Ты можешь закрыть ебало нахуй? Я не взорвусь под это! — воскликнул Дима, пытаясь успокоиться.
— Ещё не поздно принять ислам. Это может помочь. — заметил Стас.
— Читай Коран, еби баран. — с акцентом произнёс Вова и благополучно добил.
— Суки, блять, какие же вы суки! — еле выговорил Антон, совершенно безбожно ржущий и находящийся в предобморочном состоянии одновременно.
— По-моему, вас хотят добить. — заметил Лёша.
— Как же хорошо, что я всё это слышал уже раз по сто… — покачал головой Темур.
— У меня есть новый анекдот! — вспомнил Вова.
— Нет! — тут же настолько панически заорали Дима, Антон и Темур, что остальных накрыло окончательно.
— Так, Шеминовым молчать и молча думать. Остальным тоже думать. — скомандовала Оксана.
— Отче наш, иже еси на небесех… — забормотал Сергей.
— А чего тут думать-то? Обезвредить надо и всё. — совершенно просто произнёс Лёша.
— Ты что ли обезвреживать будешь? — саркастично осведомился Темур.
— Ну я чисто теоретически знаю, как. — выдал Лёша, а товарищи с максимально поражёнными выражениями лиц в момент уставились на него. — Нужно просто вывернуть взрыватель, что вы так на меня смотрите?
— Что такое взрыватель? — спросили все разом.
— Ну это такая штука… не знаю, механизмом закручивания похож на лампочку обычно, так это просто продолговатая железка. Если её вывернуть, мина не взорвётся. Другой вопрос — какой тип мины, какой тип взрывателя, потому что там ко всему свой подход.
— Но ты знаешь, как делать? — уточнил Вова.
— Да. Сам не сделаю, но вам расскажу. Сначала надо раскопать.
И уже в следующий момент товарищи чуть было в обморок не попадали, поскольку Вова, подойдя к Темуру, совершенно спокойно принялся аккуратненько нащупывать мину.
— Шеминов, ёб твою мать, аккуратно, её лучше вообще не трогать! Копать лучше снизу или по бокам, сверху вообще не трогай… — крайне нервозно пробормотал Лёша.
— Это я знаю. — оповестил Вова, а к нему тем временем подоспели и Оксана со Стасом.
Все трое, обнаружив не особо большую мину, всего сантиметров десять диаметром, принялись максимально осторожно раскапывать её вокруг, а остальные (кто имел возможность) чисто инстинктивно отошли куда подальше.
— О, это, по-моему… MC-3. — заметил Вова, сдув остатки земли с поверхности мины. Самая обычная, круглая, металлическая. Крышка была окрашена в чёрный, корпус в какой-то тёмно-красный, ближе к коричневому.
— Точно MC-3? Может, ПМН-1? Они одинаково выглядят. — напомнил Лёша.
— Умник, ёпта, была б это ПМН-1, он бы уже там где-нибудь Гитлеру зиги кидал, она же нажимная!
— Точно. — согласился Лёша. — Это не потому, что я не знаю, я на нервах просто запутался…
— А что значит «нажимная»? — решил поинтересоваться Антон.
— Сразу туда. — пояснила Оксана и указала наверх.
— Там с одной стороны будет крышечка… — начал Лёша.
— Ага. — сказал Вова и уже потянулся было к ней.
— Нет! — тут же закричал Лёша, а тот мигом остановился. — Это не надо трогать! Ровно напротив есть пробка с плоской ручкой. Вот её надо максимально аккуратно открутить, за ней взрыватель.
Сказать, что это была очень плохая и рисковая идея — ничего не сказать. Наши товарищи смотрели на данный вопрос позитивно, поскольку у них, в целом, и выбора-то не было. Можно было сесть и плакать, конечно, но, как говорится, слезами делу не поможешь. Пробку Вова откручивать не стал, поскольку был напрочь криворуким и совершенно случайно взорвал бы не то что эту мину, а ещё половину поля, Стаса он же туда не пустил, потому осталась только Оксана.
А Оксана, будучи дамой отчаянной и смелой, и против ничего не имела. Напрягал её в данной ситуации только очень паникующий Антон, да и товарищи, аж побелевшие от ужаса. Добивал картину Сергей, совершенно стабильно рассказывающий что-то о том, какие они все идиоты, раз поручили такое дело бабе.
— Ну идите сами сделайте, раз такой умный. — предложил Стас.
— Вот именно! — подхватили и остальные.
— А я не умею и не берусь. — ответил Сергей, насупившись и внимательно наблюдая за Оксаной. — Ну вот разве неизвестно вам, что поручи бабе любое серьёзное дело…
— Серёж, давай в другой раз. — попросил Вова, общаясь с ним, как с умалишённым.
— Не надо человеку под руку пиздеть. — подхватил Темур. — Особенно, когда она с моей бомбой разбирается…
— Что там? — поинтересовался Лёша.
— Я откручиваю. — оповестила Оксана. — Если вы перестанете действительно пиздеть мне под руку, я буду счастлива, честно говоря.
Товарищи и даже, невероятно, Сергей, таки решили прислушаться к дружеской просьбе, а Оксана продолжила предельно аккуратно выкручивать ту пробку. Сказать, что это было крайне волнительно — ничего не сказать. Руки дрожали, сердце неистово стучало, а на лбу у Оксаны аж испарина проступила. И тем не менее пробку она спустя пару минут наконец вытащила.
— Внутри взрыватель, он там просто лежит, надо как-то достать. — рассказал Лёша.
— Как я тебе его вытащу, не переворачивая? — рвано выдохнула Оксана. — Ногтем поддеть можно?
— Можно. Главное, дальше не проталкивай, может рвануть… — аккуратно оповестил Лёша.
А Оксана и сама всё прекрасно понимала, потому осторожнее прежнего поддела ногтем капсулу внутри мины. Самая обычная красная капсула, похожая на батарейку, не хотела поддаваться ещё раз семь. Оксана её поддевала и так, и эдак — и сбоку, и снизу, и сверху, в общем-то, со всех сторон, но ничего из этого не выходило.
— Не получится так, надо по-другому. — наконец констатировал Вова.
— Как? — уточнили остальные.
— Получается, нельзя переворачивать, так вытащить не получается… — задумчиво пробормотал Стас.
— А он металлический? — уточнил Серёжа.
— Да. — согласились товарищи.
— Тогда вот, можно магнитиками попробовать. — придумал он и вынул из кармана свои шариковые магниты.
— Ебать! — абсолютно счастливо воскликнули чуть не все разом.
— Вот нахуя ты их всё таскал с собой! — заметил Антон.
Оксана тем временем забрала у Серёжи те магниты, соорудила из шариков вполне крепкую палку в два ряда и два слоя, и аккуратно поднесла к взрывателю, который… примагнитился! Резко взрыватель вылетел из дырки и щёлкнул по магнитам, а товарищи в момент абсолютно счастливо заорали. Все, стоящие вне зоны минного поля, аж запрыгали от радости, конечно, ещё и поразительно находчивого Серёжу обнимая и хваля.
— Это куда? — уточнила Оксана, держа в руках тот взрыватель.
— Это можешь на память себе оставить. — пожал плечами Лёша и далее обратился к Темуру: — А ты можешь отходить.
— Точно? — на всякий случай уточнил он.
— Точно, точно.
И вот тут-то товарищи аж замерли. Сергей принялся его активно крестить, самые боязливые попрятались за деревья, а Темур явно никак не мог решиться на этот шаг.
— Та ну заебёшь. — констатировал Вова и, подойдя ближе, совершенно спокойно подхватил его на руки в горизонтальное положение.
Товарищи испуганно повскрикивали, Темур обеими руками обвил Вовину шею и таким образом в него вцепился, но взрыва, конечно, так и не случилось.
— Ну вы больные? Взрывателя нет, взрывать нечему. — пытался донести Лёша.
— Всё получилось? — наконец догадался Дима и уже в следующий момент абсолютно счастливо разорался вместе с остальными.
— Благодарочка, родная. И тебе, сладенький. — сказал Темур и легонько щёлкнул Вову пальцем по носу.
— Не за что. — посмеиваясь, отрапортовали Вова с Оксаной.
— А теперь мы! — напомнили Дима с Антоном.
А там Оксана, Стас, Вова и Темур уже без лишних слов отправились раскапывать для начала мину под ногой Антона.
Паша тем временем бродил по поляне и терялся в догадках. Вообще-то ему сказали просто ждать, но как он мог так преступно бездействовать? Друзья не возвращались, значит, что-то точно случилось… Мысленно Паша уже перебрал все варианты и даже подумал о том, как будет всех спасать в случае чего. Честно говоря, ответ был прост — никак, потому надеяться друзьям в его мыслях оставалось только на самих себя, Аркадия Паровозова, ну или Бога.
И за потоком своих тревожных мыслей Паша даже не замечал, как из машины Темура ему кто-то активно машет рукой.
— Паш! — крикнул Арс, таки открыв окно.
И если бы вы только видели Пашино выражение лица, когда он наконец оглянулся. Ещё секунд десять точно потратил на принятие.
— Арс? — не понял он, мигом подбежав ближе. — Ты… а… Арс, блять, не говори, что ты специально…
— Ты можешь как угодно относиться к моему поступку, но я хотел их проучить. — настолько просто пожал плечами Арс, что у Паши аж глаз дёрнулся на нервной почве. — Не надо на меня так смотреть, они сами виноваты. С таким отношением это вообще меньшее, чем я мог им отомстить! Ты же им не скажешь?
— Арс, я… а если с ними что-то случилось? Ты подумал об этом? — как мог спокойно осведомился Паша.
— Мне всё равно, честно говоря. Так ты не скажешь?
И не успел Паша придумать, как более-менее цензурно сформулировать свой ответ, как из леса наконец вышли товарищи. Паша испытал такое облегчение, что чуть было в обморок не грохнулся, а вот Арс явно был мало доволен.
— Арс? — изумились друзья.
— Он нас всех наебал, спрятался в машине и хотел таким образом отомстить. — сходу сдал Паша, а Арс перевёл на него донельзя поражённый взгляд.
— Что, блять? — опешили те, а Паша только развёл руками.
— Ты чё, охуел?
— Да мы…
— Да мы чуть не сдохли там!
— Мы нахуй чуть не взорвались!
— Ты ебанутый?!
— Хуже в данной ситуации только то, что ты на это и рассчитывал, придурок. — процедил Антон.
— Нет, ну подождите, блять, мы просто на тормозах спустим? — не понял Темур.
— Это уже ни в какие ворота! — подхватил Лёша.
— Предлагаю санкции. — сказал Дима.
— Давайте дома об этом поговорим. — устало попросила Оксана.
— И вообще я вас не просил меня искать. — выдал Арс, а там выглядеть недоброжелательно стали уже абсолютно все. — Что? Это была ваша инициатива. Это Паша сам придумал, что я вас проучить хотел, я просто в машине спал.
— Чё, блять? — аж опешил Паша.
— Забей, мы верим. — вздохнул Антон.
— В следующий раз, когда с тобой что-нибудь случится, не удивляйся, пожалуйста, что никто не пойдёт тебя искать. Окей? — спросил Стас.
Арс на это только фыркнул и залез в машину, а остальные пребывали в таком шоке и негодовании, что аж дара речи лишились. Да и не знали, что тут сказать. Как будто бы этот поступок уже выходил за грани всего, чего только можно, и был настолько глупым и инфантильным, что даже злиться на это было смешно. Но друзья злились. Молча, поскольку эмоционально вымотались напрочь, и тем не менее это, конечно, временно.
Более они решили не задерживаться, дабы всё-таки не нарваться на неприятности, да и план был выполнен — каждый собрал по ведёрку. Вёдра погрузили в машину к Темуру, прекрасно понимая, что в уазике эта земляника к концу поездки превратится в компот сама собой. На этот раз ехали уже не так весело — все устали и были, конечно, расстроены.
А дома их первым делом встретил Барни, в конечном счёте немного поднявший друзьям настроение. И тем не менее за ужином тоже друзья особо не общались. Атмосфера была, мягко говоря, напряжённая. Всем очень хотелось сказать Арсению многое, но каждый прекрасно понимал, что сейчас просто не имеет сил на конфликт, потому так его никто и не начал. А сразу после ужина большинство вдруг даже разошлось спать. Кто-то не спать, но по комнатам разбрелись все.
Вова остался на кухне один кормить щенка. Насыпал ему корм, сел рядом и принялся наблюдать.
— Шо ж с тобой делать? — со вздохом пробормотал он, бережно поглаживая Барни по спине. — Может, продать?
А Барни, ещё не всё пережевавший, настолько возмущённо тявкнул, что Вова, конечно, посмеялся.
— Не надо мне вот это, товарищ, мы с тобой изначально договорились, шо я тебя отдам. Было дело? Было. Шо ты теперь возмущаешься? Давай-ка мы лучше Димке позвоним, а то совсем он нас там заждался.
Журавлю Вова, конечно, заведомо написал, что сегодня позвонит попозже, поскольку раньше просто не успевал — к девяти они только до дома доехали. А Дима был стабильно понимающим и не возмущался.
— Да неужели? — с порога удивился Дима.
— Ну прости, пожалуйста, мы только поужинали. — посмеиваясь, пояснил Вова. — Ну как ты там?
— Да чё-то приболел походу. — вздохнул Дима.
— Чё такое? — моментально озаботился тот.
— Да башка раскалывалась весь день, горло болело, я вот температуру померил — тридцать восемь и семь.
— Пиздец… Чем лечишься?
— Да ничем не лечусь, у меня ничего нет почти, только капли в нос, я до аптеки не дойду сейчас. Завтра получше будет — схожу, куплю что-нибудь. Ну или доставку закажу.
— Понял. Иди чай себе сделай пока, тебе нужно обильное горячее питьё.
— Вов, ну мне хуёво. — хныкнул Дима.
— Дима, я врач. — напомнил тот. — Не будешь пить чай — завтра будет ещё хуже.
— Ну я правда не могу встать, у меня всё тело ломит, башка кружится, я сейчас либо в обморок ёбнусь, либо помру нахуй.
— Совсем плохо? — с сочувствием догадался Вова.
— Да. — выдавил Дима и абсолютно внезапно расплакался.
— Господи, ну ты чего?
— Да это пиздец, я ещё по тебе очень скучаю… — таки признал Дима.
— Я тоже скучаю, Димочка… ну шо м-мне сделать, Господи? — аж чуть запаниковал Вова.
— Да прекрати, это я ёбнулся окончательно. — даже усмехнулся Дима, шмыгнув носом и вроде бы чуть взяв себя в руки.
— Точно всё хорошо?
— Точно всё хорошо.
А Вова тем временем посмотрел на Барни и настолько резко понял, что делать, что аж завис на мгновение. И как он раньше не додумался?
***
А ближе к двум часам ночи Журавль ворочался и, разумеется, никак не мог уснуть, только дремал периодически, но температура давала о себе знать, конечно. Снился всякий бред, голова была абсолютно ватной, потому, когда послышался звонок в дверь, Дима сначала подумал, что на почве температуры уже стали появляться слуховые галлюцинации. И тем не менее уже вскоре позвонили и во второй раз.
Окончательно проснувшись, Дима несколько недоумевающе приподнял брови, даже близко не предполагая, кто мог к нему прийти не то чтобы в два часа ночи, а в целом, и всё-таки, с трудом встав с кровати, отправился открывать.
В глазок в силу жуткой усталости он уже даже не смотрел, потому просто открыл дверь и на мгновение аж застыл. Поскольку на пороге вдруг обнаружился… Вова?
И все пять секунд, что Дима пребывал в шоке и был лишён дара речи, Вова совершенно спокойно улыбался. Ну, а Дима, поняв, что это не галлюцинация, тут же позабыл о своей болезни и совершенно восторженно заорал, после чего тут же стиснул Вову в своих объятиях.
— Привет, привет. — тихо посмеялся Вова, покрепче прижав его к себе.
— Ты точно настоящий? — на всякий случай и крайне тревожно уточнил Дима.
— Точно, точно, не переживай.
А Дима уже даже прослезиться успел, хотя в происходящее абсолютно не верил. Неужели Вова к нему приехал прямо из Рязани в два часа ночи? И тем не менее в квартиру Вова, разумеется, вошёл.
Жил Дима в небольшой уютной двушке на шестом этаже. Вполне современный ремонт, светленькая квартира, правда, всё везде было завалено каким-то хламом и обычными вещами, но Вову этот момент абсолютно не смущал.
— А как ты узнал, где я живу? — опомнился Дима.
— Есть источники.
А Дима в свою очередь уже без лишних слов его вновь крепко обнял, на что Вова, конечно, улыбнулся. И ещё минут пять так точно они стояли в тишине и просто обнимались, буквально растворяясь друг в друге. Вова знал, что очень скучал, но, оказывается, даже не представлял, до какой степени, ведь в какой-то момент аж прослезился от счастья, что случалось с ним крайне редко. А Дима находился ровно в том же состоянии, только плюсом его физическое здоровье будто бы вдруг резко улучшилось — голова вроде бы уже не так болела, нос немного задышал, да и горло чуть попустило. И даже если это было самовнушение — Бог с ним.
— Я тебя заражу. — через некоторое время приглушённо констатировал Дима и чуть отстранился, дабы снова на всякий случай посмотреть на него и убедиться в реальности происходящего.
— Ну и пусть. — мягко улыбнулся Вова.
Дима, конечно, улыбнулся в ответ, а тот вдруг заметил у него под левым глазом, ближе к скуле, синяк — красно-синий свежий небольшой и тем не менее.
— Это откуда? — в момент посерьёзнев, уточнил Вова.
— Да это я ударился… — попытался Дима, но по выражению лица товарища понял, что получается неубедительно. Потому, опустив взгляд в пол, негромко добавил: — Витя ударил.
— Какой Витя?
— Ну вот этот, ебанутый, с работы. Я сегодня спалил, что он пиздит деньги из общего бюджета, сказал, что расскажу Стасу, а он… вот.
Вова на это только судорожно выдохнул, скорее для собственного успокоения, и, аккуратно взяв Диму за подбородок, принялся внимательно осматривать степень повреждения.
— Болит?
— Чуть-чуть. Но я помазал мазью.
— Молодец. Я вернусь и разберусь с твоим Витей.
— Правда? — даже чуть улыбнулся Дима.
— На километр к тебе больше не подойдёт. — заверил Вова и вновь крепко обнял его. — Почему ты раньше не сказал?
— Не хотел тебя беспокоить. Ну и мне… если честно, чуть-чуть стыдно. Что я настолько тюфяк.
— Это не ты тюфяк, а он конченный. Нормальные люди так себя не ведут. Ещё раз доебётся — звони, я не поленюсь приехать и пообщаться с товарищем.
— Спасибо. — негромко, но совершенно искренне произнёс Дима. — А если он тебя ударит?
— Не думай об этом, я же сказал, что разберусь, значит, разберусь. — чуть отстранившись, мягко улыбнулся Вова, а Дима, конечно, заулыбался в ответ. — Я тут не один, кстати, приехал…
— А с кем? — удивился Дима.
— Где ты там?.. — уточнил Вова, оглянувшись, а Барни наконец выглянул из-за его ног.
А Дима, пережив секундное крайнее удивление, тут же абсолютно восторженно взвизгнул и опустился перед щенком на корточки.
— Привет, малыш. — абсолютно умилённо произнёс он, протянув к нему руки, а Барни тут же радостно завилял хвостом и побежал с ним обниматься. — Какой ты сладкий, Господи… Это твой?
— Не совсем. Я его нашёл пару дней назад, его машина сбила. Себе не могу оставить, вот ищу, кому отдавать. И вот я подумал… — ненавязчиво начал Вова.
— Мне? — с замиранием сердца уточнил Дима.
— Ну я просто вспомнил, что ты хотел собаку, к тому же, мне кажется, ты достаточно надёжный человек, но если ты там не готов ещё… — начал Вова, но Дима уже абсолютно счастливо закричал и крепко обнял его. А Вову от умиления и облегчения чуть было в слёзы не бросило.
— Спасибо-спасибо-спасибо, я такого и хотел! Прям мне отдаёшь? — явно ещё не веря своему счастью, уточнил Дима.
— Ну конечно. — тихо посмеялся Вова, а Дима уже аж прослезился.
— Спасибо большое… а если я ему не понравлюсь?
— Ну он вообще пацан характерный, кстати, мы его уже пытались двоим моим товарищам пристроить, он от них убегает и ко мне возвращается. — рассказал Вова, а Дима удивлённо вскинул брови. — Сам в ахуе. Но ты ему вроде нравишься больше. К тем он обниматься сразу не шёл, он вообще пугливый очень, кстати. На тебя похож.
— Ну до Рязани отсюда ты не добежишь… я надеюсь. — нервно усмехнулся Дима, максимально осторожно взяв Барни на руки, а тот его ещё и в нос лизнул для полного счастья.
— Ура-ура-ура! — уже аж запрыгал от счастья Вова, а Дима, конечно, посмеялся и сам пару раз чмокнул Барни в нос.
— И я тебя люблю, мой сладкий. А как его зовут?
— Барни.
— Барни. — с улыбкой повторил Дима, а Барни тут же радостно тявкнул и вновь его лизнул. — Ну какой ты хороший, Господи, я не могу…
— К улице он приучен, умный, команды пока никакие не умеет, привитый, вот тут все его скромные пожитки. — рассказал Вова, вручив Диме пакет с вещами щенка. — А теперь пойдём, буду тебя лечить.
— Ты мне лекарства привёз? — уже будучи готовым плакать от умиления, спросил Дима.
А Вова, разумеется, действительно привёз всё, что нужно — и от горла, и от насморка, и от температуры. Дима, конечно, попытался выпытать у него, сколько денег должен, но Вова сразу обозначил, что с такими вопросами он должен только пойти на три весёлых буквы и с ними больше не возвращаться. Дима сразу был уложен в кровать, сам же Вова заварил ему Максиколд и уже вскоре вернулся.
Комната у Димы была небольшая, но вполне уютная. При входе справа шкаф, дальше, у окна, рабочий стол, у противоположной стены кровать, напротив плазма с приставкой. К кровати Вова подставил стул, на какой и сел. Освещение исходило исключительно от лампы с рабочего стола.
— Извини, у меня тут чуть-чуть срач… — крайне неловко произнёс Дима.
— Мне похуй. — посмеиваясь, оповестил Вова, а тот, конечно, улыбнулся. — Держи, всё надо выпить.
— Спасибо. — шмыгнув носом и забрав кружку себе, ответил Дима. — А ты когда уедешь?
— Настолько быстро я тебя заебал? — удивлённо приподняв брови, уточнил Вова, а Дима, конечно, посмеялся, поскольку ко всему прочему его очень веселила Вовина шедевральная мимика.
— Ну нет, я наоборот. Вдруг ты там… решишь остаться на денёк хотя бы.
— Я не могу. — вздохнул тот, на что Дима в момент заметно опечалился. — Уложу тебя спать и поеду. Только не расстраивайся, пожалуйста. Видишь, я же обещал, что никуда не денусь, я и не делся. И дальше всё будет хорошо.
— Я верю, просто… ну, я… — пытался сказать Дима, но явно стеснялся.
— Одиноко? — догадался Вова, на что Дима таки кивнул, ну а тот только грустновато улыбнулся.
— Мне казалось, что я привык. Ну, я правда привык. Но потом появился ты, и… и всё.
— Правильно. Привыкай теперь к тому, что ты мне очень нужен. — мягко улыбнулся Вова и потрепал его по волосам, а Дима уже даже не пытался сопротивляться его обаянию и расплылся в ответной улыбке.
— А зачем?
— Чего «зачем»?
— Зачем я тебе нужен?
— Ну как это? — усмехнулся Вова. — Ты же мой друг. Зачем нужны друзья?
— Ну у тебя же много друзей, зачем тебе конкретно я? — настаивал Дима. — Просто я тревожник, ты же знаешь…
— Та знаю. — посмеиваясь, покивал тот.
— И мне… важно понять твою мотивацию, потому что пока я ищу во всём подвох и не понимаю, зачем тебе всё это. И жду, что ты меня кинешь рано или поздно. Я понимаю, что звучу как десятилетний дединсайд, но просто так всегда происходит, и я не могу об этом не думать… — несколько неловко пояснил Дима, вообще-то напрямую говорить не привыкший. Но с Вовой пришлось научиться, поскольку по-другому он попросту не понимал. — Даже то, что ты при первой встрече меня спас и проебал сто косарей. Зачем тебе это?
— Ну… понимаешь, меня в целом очень расстраивает, что всем друг на друга похуй, ты будешь в обмороке валяться, а они плюнут и не посмотрят. Я не могу с этим ничего сделать глобально, но сам всегда стараюсь помогать, если у меня есть такая возможность. А с тобой… я пережил насилие, и я… знаю, к-как это ощущается. — выдал Вова, а Дима от шока аж застыл. — Я знаю, что после этого невозможно полностью вост-тановиться. И я не пожелал бы этого никому, поэтому помог тебе тогда. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.
— О, Боже… — в кромешном ужасе прошептал Дима. — Прости, пожалуйста…
— За что?
— Просто на всякий случай…
Вова на это только посмеялся, а у Димы аж от сердца отлегло. Теперь он не просто остро воспринимал Вовину боль, теперь, по прошествии небольшого количества времени, Дима стал воспринимать её ещё похлеще, чем свою собственную.
— Ну спроси. — тихо посмеялся Вова, видимо, прекрасно видя, что товарищ сгорает от любопытства.
— Ну это плохой вопрос…
— Если я не захочу отвечать, я так и скажу.
— А кто… тебя изнасиловал? — таки рискнул поинтересоваться Дима.
— Бывший.
— Это какой? — изумился Дима. — Ты же говорил, они все были более-менее норм.
— Ну это Илья, Влад и Олег были более-менее норм, а был ещё Рамзан, о котором я никогда не упоминаю, потому что стараюсь не вспоминать этот этап своей жизни. Но если тебе интересно… — начал Вова и даже посмеялся, поскольку Дима, конечно, в меру своей воспитанности не настаивал, но смотрел на него предельно заинтригованно и умоляюще.
— Мне — очень, но если тебе тяжело, некомфортно и так далее — я переживу.
— Да? — уточнил Вова, на что Дима таки отрицательно качнул головой, а тот по новой засмеялся. — Я в тебе не сомневался. Ну, короче… Я тогда вот только-только вышел из тюрьмы, поехал в Питер и в поезде познакомился с одним парнем, который ехал в Казань к брату на день рождения, в итоге я поехал с ним, мы отмечали день рождения этого брата, и так доотмечались, что следующим утром проснулись в Чечне. — выдал Вова, а Диму непроизвольно пробрало на смех, несмотря на то, что он, конечно, прекрасно понимал, что история предвидится малопозитивная. — До сих пор не понимаю, как так получилось, но это ладно, мы типа на вокзале очнулись и поняли, что надо искать жильё хотя бы на день. Там рядом была какая-то деревня, по пути мы встретили этого Рамзана, он предложил пожить у него, а нас пять человек. Как бы четверо разместились у него в гостиной на диване, а меня положили с ним, и он посреди ночи начинает до меня домогаться. Я в ахуе чуть-чуть, не то чтобы мне это понравилось… мне вообще не понравилось…
— Вот тогда он тебя изнасиловал?.. — уже на данном этапе в полном ауте и максимально аккуратно уточнил Дима.
— Ну на тот момент я думал, что нет, сейчас понимаю, что да. Просто я прям активно не сопротивлялся, но и не соглашался. Потом я уехал, мы общались некоторое время, он вёл себя прям адекватно, чё-то подарки мне присылал, какие-то милые сообщения писал, ну, в общем, я поплыл. Потом он без предупреждения приехал, я тогда жил в Москве, мы с ним опять переспали и опять я не давал на это никакого согласия, меня типа буквально с порога просто завалили в кровать. После этого он мне предложил встречаться, а он мне так нравился, ну и я согласился, только он меня изначально предупредил, что он не гей, это просто я ему понравился. Мы стали снимать другую квартиру вместе, он не работал, всё оплачивал я, и сначала всё было даже неплохо. Мне очень не нравился секс, потому что Рамзан прям трахался, блять, а не сексом занимался, и тогда ещё это было просто жестковато, ну и я думал, что со временем привыкну. Но как только он понял, что я привязался, что я его люблю, он начал творить хуйню. Он меня пиздил постоянно, он никогда не говорил, что любит меня, наоборот, постоянно это отрицал, когда я предлагал расстаться — меня опять пиздили. Причём под «пиздили» я не имею ввиду пощёчины, там прям до переломов было периодически, ну типа до крови из носа всегда. И при этом он всегда выставлял всё так, как будто это я виноват, это я его спровоцировал, а он такой хороший, вообще так не хотел. Естественно, после того, как меня отпиздили, я не хотел ничего, кроме покоя, а он хотел трахаться. А я под конец перестал сопротивляться, потому что если ему откажешь — тебя отпиздят и всё равно выебут, поэтому я как бы смирился. Его вообще не смущало, что я типа плачу во время секса, что мне неприятно, больно, он принципиально никогда не использовал смазку, думаю, ты понимаешь, к чему это каждый раз приводило и какие это незабываемые ощущения. А сбежать у меня возможности не было, потому что он постоянно был дома, он же, блять, не работает, да и, мне кажется, он догадывался, что я могу съебаться в один прекрасный день, поэтому постоянно меня контролировал, я типа до магазина не мог один пройтись. Но однажды ночью ему звонит мать, говорит, что отцу плохо, а они тогда жили в Турции. У меня не было загранника, а ему надо было срочно улетать. Он меня оставил, так я и сбежал. Переехал в Питер, сменил номер, удалил все странички в соц. сетях и год практически старался вообще не выходить из дома. Не хочу описывать своё состояние, думаю, ты догадываешься, что мне было хуёво, и до какой степени, я долго лечился и морально, и физически, очень долго не вступал в новые отношения, и до сих пор боюсь, что когда-нибудь он меня найдёт, хотя прошло уже… ну больше двадцати лет. Вот такие дела. — подытожил Вова, и если бы вы только видели выражение лица Димы, от ужаса уже аж немного побелевшего.
— О, Боже… — пробормотал Дима, а тот даже усмехнулся. — Еб… блять, я… всё ещё не могу осознать, что у тебя есть настолько ёбнутые травмы…
— Почему?
— Ну ты себя со стороны видел?
— А. — усмехнулся Вова. — Ну всем же необязательно знать, что я… чуть-чуть в ахуе с этой жизни. Я поэтому такой весёлый. Был бы грустный, вскрылся бы давно.
— А ты проработал Рамзана или остались проблемы? Ну, судя по тому, что ты до сих пор боишься…
— Ну да, его я всё ещё боюсь и с сексом есть небольшие проблемы…
— Какие? — удивился Дима.
— Сюрприз. — загадочно посмеялся Вова.
— Да ёб твою мать! — возмутился Дима, моментально залившийся краской, но таки посмеялся вместе с товарищем. — Ну расскажи.
— Ну я просто занимаюсь сексом теперь в основном только в активной позиции. Типа единственное исключение было сделано для Ильи спустя полтора года отношений единожды и только с седьмого раза обошлось без панички, и то я потом отходил ещё пару недель, чуть в дурку не уехал.
— А зачем он вот это делал, если знал, что у тебя травма? Он чё, долбоёб?
— Ну… в целом, да. Ну он хотел.
— Пошёл нахуй. — настолько искренне возмутился Дима, что тот непроизвольно улыбнулся.
— И я тебя тоже люблю. Всё, давай достаточно Рамзана, пожалуйста, а то меня хуёвить начинает.
— Да-да, конечно. — без вопросов согласился Дима, параллельно поглаживая лежащего рядом Барни по голове. — Ой, кстати, чуть про подарок твой не забыл…
— Ты не знал, что я приеду, откуда? — опешил Вова.
— Это я вообще-то на будущее готовил, но раз ты приехал, а я успел доделать… вот там на столе лежит.
— Сам что ли делал? — недоверчиво уточнил Вова, уже встав.
— Сам что ли делал. — тихо посмеялся Дима.
А Вова, подойдя к столу, осмотрелся и свой подарок обнаружил моментально. Сомнений быть не могло — в центре стояла вырезанная из дерева маленькая фигурка Тираннозавра. Дима её даже покрасил — динозавр был зелёным с оранжевыми полосочками на спине.
Сказать, что Вова был в восторге — ничего не сказать, и уже в следующий момент он, разумеется, абсолютно счастливо закричал и аж запрыгал от радости.
— Охуеть-охуеть-охуеть! Правда сам сделал? — изумился Вова.
— Ну да, где-то же должен был мне пригодиться навык резки по дереву. Нравится?
— Да я в ахуе! Очень нравится, спасибо большое! — настолько восторженно произнёс Вова, крепко обняв его, что Дима в момент заулыбался.
— Да не за что. Захочешь, я тебе ещё потом сделаю.
— Давай! Я их поставлю на полочку, там у меня только самые красивые динозаврики стоят. А у тебя есть ещё какие-нибудь фигурки?
— Ну да, я так… балуюсь периодически. — прикинул Дима.
— Покажи! — с таким живым интересом попросил Вова, что Диму чуть было в слёзы не бросило от счастья.
— Возьми там под кроватью коробку.
А Вова, наклонившись, действительно нашёл большую прозрачную коробку, как минимум до половины наполненную разными фигурками, вырезанными из дерева.
— Ебануться… — в кромешном шоке прошептал Вова, найдя маленькую фигурку человечка. Абсолютно талантливо прорисованную при этом. — Ты сам рисовал?
— Ну да, я так… умею чуть-чуть.
— Чуть-чуть? — аж опешил Вова, а тот, конечно, посмеялся. — Да это… ебать… а кто это?
— Это я весь свой рекламный отдел вырезал под какой-то длинный сериальчик, чтоб типа сильно не запариваться. Это вот Рома Косицын. Сейчас покажу.
Фотографию Дима действительно нашёл и, показав Вове, благополучно добил его шок.
— Охереть, как похож… — поражённо констатировал Вова и принялся искать остальных.
Далее достал опять какого-то парня. Рыжеватого, бородатого.
— Игорь Джабраилов.
— О, а это Олеся! — обрадовался Вова, обнаружив уже знакомую ему девушку.
Диминому таланту Вова искренне поражался, больше его удивляло только то, что Дима искренне не понимал, насколько его творчество потрясающе. Вот сам Вова, как и подавляющее большинство, так никогда не смог бы, потому что был человеком абсолютно криворуким. А Дима из каких-то деревяшек умудрялся создавать шедевры. Ещё час так точно он рассматривал каждую Димину поделку, столько же времени они объясняли Барни, что это не просто деревяшки и грызть их нельзя. Щенок явно не понимал, в чём проблема, а Дима в итоге сдался и сказал Вове выдать ему одну деревяшку из своих запасов, потому далее абсолютно счастливый Барни на полу уже яро разгрызал ту деревяшку.
— Димка, четвёртый час. — заметил Вова, глянув на часы.
— Ну и что?
— Ну и то, ты же, долбоёб, ещё и на работу завтра попрёшься.
— Попрусь, конечно, куда ж я денусь? Иначе меня Стас выебет… дай Бог только морально.
— Поэтому надо спать. Ты выспишься и завтра тебе будет лучше.
— Мне нихуя не будет завтра лучше, потому что тебя завтра не будет. — пытался донести Дима.
— Да ёб твою мать. — уже аж опешил Вова, а тот только посмеялся. — Ну сейчас «Спокойной ночи, малыши» будем смотреть, я ебу?
— Ну вот придумывай что-нибудь, видишь, какой я капризный?
— Козёл. — посмеиваясь, констатировал Вова и настолько ласково погладил его по щеке, что Диму аж на мурашки пробрало. — Ну вроде спадает температура.
— Вот! Всё со мной хорошо. — активно согласился Дима.
— Молчать, я здесь врач. Будешь выёбываться — сдохнешь послезавтра.
— Да я к врачу завтра запишусь, схожу, пусть посмотрит… — начал Дима и благополучно рассмеялся с Вовиного выражения лица.
— Охуел? У тебя нахуй… а я… а ты…
— Да, точно… — просмеялся Дима, не особо осознано поглаживая его по коленке. — Прости, пожалуйста, я периодически забываю, что у меня есть личный врач. Теперь. Класс, это я могу завтра никуда не идти и не бороться с социофобией!
— Ну не знаю, не знаю, тебе же другие врачи больше нравятся. — утрированно обиженно напомнил Вова.
— Володя, я ловлю панички от одной мысли о том, что мне надо идти в поликлинику, ты давай мне тут не это… не того, ага?
— Ага… — таки смеясь, согласился Вова.
— Так что со мной?
— ОРВИ и гайморит, ничё страшного.
— О как. Что такое гайморит?
— Не думай об этом, ты переживёшь. Капельки капай и всё.
— Понял. — согласился Дима, уже непроизвольно засыпающий. — Блин, ну так нечестно, я засыпаю…
— Вот и молодец, тебя уже даже организм пытается вырубить, еблан. — посмеялся Вова, а с ним и второй. — Хочешь, я тебя буду за ручку держать и что-нибудь рассказывать?
— Хочу. — абсолютно умилённо заулыбался Дима.
А Вова, конечно, улыбнувшись в ответ, уже в следующий момент мягко сжал его руку в своих.
— Будешь уходить, дверь закрой, там второй комплект ключей в ключнице… — пробормотал Дима.
— Ключи ты мне свои отдаёшь? — опешил Вова.
— Я на тебя скоро квартиру перепишу, угу.
— Угу. — вместе с товарищем посмеялся тот. — Так…
— Давай моё любимое. Про зону.
— Ну да, действительно, никогда в тебе не сомневался. Так… в общем, это было уже год на второй моего срока…
История сама по себе была недлинная, а Дима наконец уснул ещё на середине. Вова, конечно, только обрадовался. Разумеется, хотел с ним подольше пообщаться и времени побольше провести, но Димино здоровье было важнее их общих хотелок.
— А вот если бы я был мошенником и вынес бы тебе из хаты всё сейчас? — шёпотом произнёс Вова, максимально бережно поглаживая его по плечу. — Вот именно, нихуя б ты не сделал, дурачок. Сладких снов.
Димину руку он наконец отпустил и осторожно положил на кровать, а сам ещё пару минут им полюбовался и всё-таки встал. И только Вова собрался уходить, как услышал, что Барни явно потопал за ним.
— Так. — возмутился Вова, подхватив его на руки и усадив обратно на кровать. Сам сел на корточки напротив. — Вот куда ты собрался? А как же Дима? Он тебя любит, ему будет грустно, если ты уйдёшь. Ему одиноко, понимаешь? Ты ему нужен. Его все обижают, а меня рядом пока нет. И, пока меня нет, ты должен его защищать. Я его очень люблю и переживаю. Присмотри за ним, пожалуйста. Чтобы он не грустил и никто его не обижал. Ладно? — спросил он, а Барни в ответ лизнул его в нос, на что Вова, конечно, посмеялся. — Вот и молодец. Давай, пока-пока.
И, чмокнув Барни в нос, Вова наконец ушёл. На этот раз щенок за ним не пошёл, по крайней мере судя по звукам. И тем не менее Вова выждал минуту и вновь заглянул в комнату. И, конечно, заулыбался, заметив, что Барни уже пробрался под Димину руку, улёгся к нему вплотную и уснул.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.