Осколки жизни

Вот третья глава фанфика «Осколки жизни» — с развитием сюжета, напряжением, магией и первыми серьёзными испытаниями для отношений Риффа и Ао-ки. --- Глава 3. Тень у порога Ночь не принесла покоя. Сфера пульсировала неровно, её золотистый свет то разгорался до ослепительной яркости, то затухал почти до полной темноты. Ао-ки стояла перед ней уже несколько часов, прижав ладони к холодной поверхности кристалла, и пыталась унять эту магическую лихорадку. Но что-то извне мешало. Что-то тёмное, тяжёчее, давило на стены Башни, как огромная рука сжимает хрупкую скорлупу. — Тебе нужно отдохнуть, — сказал Рифф, стоя у неё за спиной. Он не ушёл с зала с того самого момента, как Айкор сообщил о нестабильности. Стоял у колонны, скрестив руки на груди, и смотрел, как Ао-ки борется с тем, что не поддавалось контролю. — Не могу, — ответила Ао-ки, не оборачиваясь. — Если я отпущу Сферу сейчас, она может погаснуть. — Если ты не отпустишь, то сама погаснешь. Ты уже несколько часов на ногах. Ты бледная, под глазами круги, и ты дрожишь. — Это от холода. — Это от истощения. Ао-ки хотела возразить, но в этот момент Сфера снова вспыхнула — ярко, тревожно — и внутри кристалла, в самой его глубине, что-то шевельнулось. Тень. Не просто чернота, а нечто имеющее форму. — Ты видела? — прошептала Ао-ки. — Да, — голос Риффа стал напряжённым. — Что это? — Не знаю. Но оно не должно там быть. Ао-ки сосредоточилась, направила поток магии в Сферу, пытаясь выжечь чужеродную субстанцию. Тень дёрнулась, сжалась, но не исчезла. Наоборот — она словно приникла к магии Ао-ки, впитывая её, питаясь ею. — Остановись! — Рифф схватил её за плечи и оторвал от Сферы. — Ты не выжигаешь её — ты её кормишь! Ао-ки пошатнулась, и Рифф подхватил её, не давая упасть. Сфера за их спинами пульсировала уже спокойнее — словно тень насытилась и暂时 успокоилась. — Что это было? — спросила Ао-ки, прижимаясь к Риффу. Её голос дрожал. — Не знаю, — ответил он. — Но мы выясним. Он помог ей дойти до скамьи, усадил и накинул на плечи свой плащ — тот самый, в который она уже куталась днём. — Сиди здесь, — сказал он. — Я позову Айкора. — Не надо, — Ао-ки схватила его за руку. — Не уходи. Пожалуйста. Рифф посмотрел на неё — на её бледное лицо, на расширенные зрачки, на то, как она вцепилась в его руку, будто он был единственным якорем, удерживающим её в реальности. — Я никуда не уйду, — сказал он, садясь рядом. — Я просто позову его отсюда. Криком. — Айкор! — крикнул он, не повышая голоса слишком сильно, но достаточно громко, чтобы эхо разнеслось по коридорам. Через минуту в зал вбежали все. Айкор — с растрёпанными волосами и в ночной рубашке. Финна — с мечом наголо. Трек — с кухонным ножом в одной руке и сковородой в другой. Сирен — бесшумная тень с острым кинжалом. Эрон — с неизменной улыбкой, но в глазах — тревога. — Что случилось? — спросил Айкор, подбегая к Сфере. — Она нестабильна, — ответила Ао-ки, всё ещё сидя на скамье. — И внутри неё что-то есть. Тень. Оно питается магией. Айкор прикоснулся к Сфере, закрыл глаза. Его лицо побледнело. — Ты права, — сказал он. — Там что-то есть. Что-то, чего там быть не должно. — Это может быть связано с тем, что мы чувствовали днём? — спросила Финна, опуская меч. — Когда гуляли? — Возможно, — кивнул Айкор. — Что-то нарушило равновесие. Что-то пришло извне. Трек потряс сковородой. — Я готов! Где этот кто-то? Я ему покажу! — Трек, сядь, — сказала Финна. — Ты не поможешь. — Я всегда помогаю! Я морально! — Твоя моральная поддержка обычно заканчивается тем, что ты съедаешь все припасы. — Это стратегический запас! На случай осады! Айкор поднял руку, призывая к тишине. — Сейчас не время для споров. Нам нужно понять, что это за тень и как её убрать. Ао-ки, ты видела её форму? — Да, — кивнула Ао-ки, кутаясь в плащ Риффа. — У неё были очертания. Не человеческие. Скорее… животные. Но я не уверена. — Животные, — задумчиво повторил Айкор. — В древних текстах есть упоминания о теневых сущностях, которые питаются магией Башен. Они приходят, когда Башня слаба. — Но Башня не слаба! — возразила Ао-ки. — Я только что восстановила Сферу! — Ты восстановила её, но корни всё ещё хрупки, — мягко сказал Айкор. — Как дерево, которое пересадили. Оно стоит, но его корни ещё не приросли к новой земле. Сейчас Башня уязвима как никогда. Ао-ки опустила голову. — Это я виновата, — прошептала она. — Я должна была укрепить контуры раньше. — Ты не могла знать, — сказал Рифф, сжимая её руку. — Никто не мог. — Но я Хранительница. Это моя обязанность — знать. — Даже Хранительницы не всеведущи, — заметил Айкор. — Перестань себя винить. Вместо этого подумай, как мы можем исправить ситуацию. Ао-ки подняла голову. В её глазах снова загорелся огонь — тот самый, который Рифф так любил и боялся одновременно. — Мне нужно войти в Сферу, — сказала она. — Что? — хором спросили все. — Войти в Сферу, — повторила Ао-ки. — Физически. Моя магия не может выжечь тень извне — она питается ею. Но если я войду внутрь, если я коснусь её изнутри, я смогу уничтожить. — Это безумие, — сказал Рифф. Его голос был спокойным, но слишком спокойным — так говорят, когда внутри всё кипит. — Никто никогда не входил в Сферу. — Ао-ки, это опасно, — добавила Финна. — Если ты войдёшь, ты можешь не выйти. — Я знаю, — ответила Ао-ки. — Но если я не сделаю этого, тень вырастет и поглотит Башню. А вместе с ней — и нас всех. Повисла тишина. Сфера пульсировала тревожно, как больное сердце. — Я пойду с тобой, — сказал Рифф. Ао-ки посмотрела на него. — Нельзя, — сказала она. — Войти может только Хранительница. Сфера не примет никого другого. — Тогда я буду ждать здесь. И если ты не вернёшься… — Вернусь, — перебила Ао-ки. — Я обещаю. Она встала, сняла плащ Риффа и аккуратно сложила его на скамье. Подошла к Сфере и прижала ладони к её поверхности. — Если через час меня не будет, — сказала она, не оборачиваясь, — запечатайте зал. И не пытайтесь войти за мной. Сфера уничтожит любого, кто не является Хранителем. — Ао-ки… — начал Рифф, но она уже закрыла глаза. Сфера вспыхнула ослепительным светом, и Ао-ки растворилась в нём, как ложка сахара в горячем чае. Зал опустел без неё. Рифф стоял у Сферы, вцепившись в её поверхность так сильно, что побелели костяшки. Сфера была горячей — почти обжигающей — но он не отнимал рук. — Она вернётся, — сказал Айкор, кладя руку ему на плечо. — Она сильная. — Я знаю, — ответил Рифф. — Но это не мешает мне бояться. — Бояться — нормально. Главное — не позволять страху управлять тобой. Рифф промолчал. Он смотрел на золотистую поверхность Сферы, за которой скрылась Ао-ки, и думал о том, что если она не вернётся, он не знает, что будет делать. Трек, который обычно не умел сидеть на месте, сейчас замер на скамье и сжимал сковороду так, будто она могла защитить его от всего на свете. Финна стояла у окна, вглядываясь в темноту, словно ожидая нападения снаружи. Сирен сидела на полу, скрестив ноги, и медитировала — её спокойствие передавалось остальным, хотя бы немного. Эрон, впервые за долгое время, не улыбался. Он просто стоял у стены и смотрел на Сферу пустым, потерянным взглядом. — Она справится, — сказал он, но больше себе, чем другим. — Справится, — подтвердил Айкор. — А мы пока подумаем, как усилить защиту. Если тень внутри Сферы — это только верхушка айсберга. Что-то питает её извне. — Ты думаешь, это не просто случайность? — спросила Финна. — Я думаю, что кто-то или что-то пришло к Башне, — ответил Айкор. — И это «кто-то» не хочет, чтобы мы здесь оставались. Внутри Сферы было не пространство — скорее состояние. Ао-ки парила в золотистом тумане, который был одновременно везде и нигде. Она не чувствовала своего тела — только сознание, растянутое по бесконечной плоскости, как тончайшая паутина. — Где ты? — спросила она вслух, но голос не прозвучал — он просто возник, как мысль. Тень откликнулась. Она появилась из ниоткуда — чёрный сгусток, который пульсировал в такт Сфере, как паразит, впившийся в живое тело. Он рос, раздувался, и в его глубине Ао-ки разглядела очертания — острые уши, длинные лапы, горящие глаза. Лис. Теневой лис. — Ты не принадлежишь этому месту, — сказала Ао-ки, направляясь к нему. Не шла — парила. Тень дёрнулась, и из неё вырвался звук — не голос, скорее скрежет металла по стеклу. «Ты тоже не принадлежишь. Ты чужая. Ты пришла извне и заняла место, которое тебе не принадлежит». — Я Хранительница. Башня выбрала меня. «Башня выбрала тебя, потому что ты была единственной, кто пришёл. Но есть другие. Сильнее. Достойнее». — Кто? — спросила Ао-ки, хотя внутри всё похолодело. «Те, кто придёт. Те, кто заберёт. Те, кто сломает тебя». Тень бросилась на неё. Ао-ки не успела уклониться — чёрная масса накрыла её, и мир взорвался болью. Это была не физическая боль — магическая. Тень вгрызалась в её сознание, пытаясь вытеснить, занять место, стереть личность. Ао-ки закричала. Но крика никто не услышал. В главном зале Сфера вспыхнула багровым. — Что происходит? — Трек вскочил со скамьи. — Она борется, — сказал Айкор, прижимая руку к поверхности. — Тень напала на неё. — Мы должны помочь! — Рифф ударил кулаком по Сфере, но та не поддалась. — Не можем, — голос Айкора был жёстким. — Если мы вмешаемся, Сфера убьёт нас всех. И её тоже. — Тогда что нам делать? Просто стоять и смотреть, как она умирает? — Мы будем верить в неё, — сказала Сирен. Все обернулись. Сирен говорила редко, но каждое её слово было как удар молота. — Она не одна, — продолжила Сирен. — Даже внутри Сферы. Потому что мы здесь. Потому что она знает, что мы ждём. Это даёт ей силу. Рифф посмотрел на Сирен, потом на Сферу, потом снова на Сирен. — Ты права, — сказал он. — Она знает. И она вернётся. Он подошёл к Сфере, прижал ладони к её горячей поверхности и закрыл глаза. — Я здесь, Ао-ки, — прошептал он. — Я жду. Возвращайся. Внутри Сферы Ао-ки услышала его. Голос Риффа пробился сквозь тьму, как луч света сквозь тучи. Она не могла разобрать слов, но чувствовала его — тепло, уверенность, обещание. — Я здесь, — повторила она, отталкивая тень. Тень взвыла — скрежет металла стал громче, невыносимее. «Он не спасёт тебя. Никто не спасёт. Ты умрёшь здесь, и Башня падёт». — Нет, — сказала Ао-ки. — Не падёт. Потому что я не одна. Она собрала всю свою волю, всю магию, которая в ней была, и направила её в сердце тени. Сфера взорвалась светом. Ослепительным, белым, чистым. Тень закричала — в последний раз — и рассыпалась на миллион чёрных искр, которые тут же поглотил золотистый туман. Ао-ки почувствовала, как её тело возвращается — медленно, по частям: сначала пальцы, потом руки, потом ноги, потом сознание. Она открыла глаза. Она лежала на каменном полу главного зала, и над ней склонились пятеро лиц. — Ты жива, — сказал Рифф, и в его голосе слышалось такое облегчение, будто он сам только что вернулся с того света. — Жива, — прошептала Ао-ки. — Я же обещала. Рифф помог ей сесть. Сфера за их спинами пульсировала ровно и спокойно — никаких теней, никаких сбоев. — Ты уничтожила её, — сказал Айкор. — Тень исчезла. — Не совсем, — возразила Ао-ки. — Я её изгнала. Но она не уничтожена. Она снаружи. И она вернётся. — Снаружи? — переспросил Трек. — То есть где-то там, в лесу, бегает теневая лиса, которая хочет сожрать нашу Башню? — Примерно, — кивнула Ао-ки. Трек вздохнул и потряс сковородой. — Ну, хоть я не зря её приготовил. Финна закатила глаза. — Трек, ты не сможешь убить теневую сущность сковородой. — А ты откуда знаешь? Может, у неё аллергия на тефлон. — У нас нет тефлоновой сковороды. — Тогда на чугун! Тоже неплохо. — Трек, закройся, — сказали хором Финна, Айкор и даже Сирен. Трек обиженно замолчал, но сковороду не выпустил. Ао-ки попыталась встать, но ноги не слушались. Рифф подхватил её, обнял за плечи и прижал к себе. — Ты слишком много сделала сегодня, — сказал он. — Тебе нужно отдохнуть. — Не могу, — возразила Ао-ки. — Тень снаружи. Нужно… — Нужно, чтобы ты поспала хотя бы несколько часов, — перебил Рифф. — Иначе ты рухнешь, и тогда тень точно победит. Не из-за силы, а из-за твоей глупости. Ао-ки хотела возразить, но поняла, что он прав. Усталость навалилась на неё, как каменная плита. — Ладно, — сдалась она. — Несколько часов. Но потом… — Потом разберёмся, — сказал Рифф. — Вместе. Он помог ей дойти до её комнаты, усадил на кровать и накрыл одеялом. — Я буду в зале, — сказал он. — Если что-то понадобится — позови. — Рифф, — окликнула она его, когда он уже повернулся уходить. — Спасибо. — За что? — За то, что был там. Даже когда не мог войти. Я слышала твой голос. Рифф вернулся, сел на край кровати и взял её руку. — Я всегда буду там, — сказал он. — Даже если меня нет физически. Я буду в твоей голове, в твоём сердце, в твоей магии. Ты не одна, Ао-ки. Никогда. Она улыбнулась — слабо, но искренне — и закрыла глаза. Рифф посидел ещё несколько минут, глядя на её спящее лицо, потом осторожно вынул руку, поправил одеяло и вышел. В коридоре его ждал Айкор. — Как она? — спросил он. — Спит, — ответил Рифф. — Истощена, но жива. — Хорошо. Нам нужно поговорить. Они прошли в главный зал, где уже собрались остальные. Сфера светила ровно, но в воздухе висело напряжение. — Тень снаружи, — начал Айкор. — Ао-ки сказала правду. Она не уничтожена, только изгнана. И она вернётся. — Когда? — спросила Финна. — Не знаю. Может, завтра. Может, через неделю. Но она вернётся. И в следующий раз она будет сильнее. — Потому что она запомнила, как мы сражаемся? — спросил Трек. — Потому что она питалась магией Ао-ки, — ответил Айкор. — Она узнала её. И теперь знает, как ей противостоять. Рифф сжал кулаки. — Значит, нам нужно найти способ уничтожить её окончательно. — Да, — кивнул Айкор. — И я знаю, где искать ответ. — Где? — спросил Рифф. — В библиотеке. В древних свитках, которые никто не открывал столетиями. Если повезёт, там есть описание теневых сущностей и способов борьбы с ними. — Если не повезёт? — спросил Эрон. — Тогда придётся придумывать самим, — пожал плечами Айкор. Трек вздохнул. — Я всегда хотел придумывать что-то сам. Но обычно это заканчивалось пожаром. — Поэтому мы будем придумывать не ты, — сказала Финна. — Ты будешь сидеть и не трогать ничего. — А есть? — Есть можно. — Тогда я согласен. Рифф подошёл к окну и посмотрел в темноту. Лес молчал. Слишком молчал — ни птиц, ни насекомых, ни ветра. — Она там, — сказал он. — Я чувствую. — Я тоже, — сказала Сирен, подходя к нему. — Она ждёт. Набирается сил. — Мы не дадим ей войти, — сказал Рифф. — Не дадим, — кивнула Сирен. Они стояли у окна, глядя в темноту, и знали, что завтра начнётся настоящая битва. Ао-ки проснулась через четыре часа. Солнце ещё не встало, но в окна уже пробивался серый предрассветный свет. Она чувствовала себя лучше — не отдохнувшей, но хотя бы способной стоять на ногах. Она оделась, умылась ледяной водой из кувшина и пошла в главный зал. Там никого не было. Сфера светила ровно, спокойно, но Ао-ки знала, что это спокойствие — обманчиво. Тень была снаружи. Она ждала. — Ты рано, — раздался голос за спиной. Ао-ки обернулась. В дверях стоял Рифф, с кружкой горячего чая в руках. — Не могла спать, — ответила она. — Я тоже, — он подошёл и протянул ей кружку. — Держи. С мятой и мёдом. Ао-ки взяла чай, сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу. — Ты помнишь, — сказала она. — Я помню всё, что касается тебя, — ответил Рифф. Они стояли у Сферы, пили чай и смотрели, как за окном медленно светлеет небо. — Айкор сказал, что тень вернётся, — нарушила молчание Ао-ки. — Да. И он ищет способ её уничтожить. — Я тоже должна искать. — Ты должна отдыхать. — Я отдохнула. — Четыре часа — это не отдых. — Это больше, чем ничего. Рифф вздохнул. Он знал, что спорить бесполезно — Ао-ки была упрямой, как скала. — Хорошо, — сдался он. — Но я пойду с тобой. — В библиотеку? — Куда угодно. Они допили чай, поставили кружки на стол и пошли в библиотеку. Библиотека Башни была огромной — сотни стеллажей, тысячи книг, свитков, карт. Айкор уже сидел за столом, окружённый горами фолиантов, и что-то яростно конспектировал. — Нашли что-то? — спросила Ао-ки, садясь напротив. — Пока ничего конкретного, — ответил Айкор, не поднимая головы. — Но есть несколько упоминаний о теневых сущностях. Их называют «Ночными Псами» или «Теневыми Стражами». Они приходят, когда Башня слаба, и питаются её магией. — Как их уничтожить? — В свитках сказано, что их можно изгнать обратно в Тень, откуда они пришли. Но для этого нужен мощный магический источник и… — Айкор запнулся. — И что? — спросил Рифф. — И жертва, — тихо сказал Айкор. — Кто-то должен отдать свою магию полностью. Или свою жизнь. Повисла тишина. — Нет, — сказал Рифф. — Мы найдём другой способ. — Я ищу, — ответил Айкор. — Но пока это единственное, что я нашёл. Ао-ки сжала край стола так, что побелели костяшки. — Я Хранительница, — сказала она. — Если нужно отдать магию — я отдам. — Нет, — Рифф встал и подошёл к ней. — Не отдашь. — Рифф… — Я сказал — нет. Мы найдём другой способ. Я не позволю тебе умереть. — А если не найдём? — Найдём. Он говорил так уверенно, что Ао-ки почти поверила. Айкор поднял голову и посмотрел на них. — Есть ещё кое-что, — сказал он. — В одном свитке говорится, что теневые сущности боятся не магии, а света. Не физического — внутреннего. Света, который исходит от людей, связанных узами. — Какими узами? — спросил Рифф. — Любви. Дружбы. Семейными. Любыми, которые делают человека сильнее, чем он есть один. Рифф и Ао-ки переглянулись. — То есть нас пятеро, — сказал Рифф. — И если мы будем вместе — тень не сможет нас одолеть? — Не совсем, — покачал головой Айкор. — Тень питается страхом и одиночеством. Если мы будем едины — она будет слабеть. Но уничтожить её можно только магией. — Или жертвой, — тихо добавила Ао-ки. — Или жертвой, — нехотя подтвердил Айкор. Рифф взял Ао-ки за руку. — Никаких жертв, — сказал он. — Мы справимся. — Как? — спросила она. — Не знаю. Но справимся. В библиотеку вошли остальные — Финна, Трек, Сирен, Эрон. У всех были серьёзные лица. — Мы слышали, — сказала Финна. — О тени. О жертве. Мы не допустим этого. — Мы команда, — добавил Трек, и впервые в его голосе не было шуток. — Команда не бросает своих. — И не позволяет своим жертвовать собой, — закончила Сирен. Ао-ки посмотрела на них — на этих пятерых, которые отказались уйти, которые остались с ней, даже когда она просила их уйти, которые смотрели на неё так, будто она была чем-то большим, чем просто Хранительница. — Спасибо, — сказала она. — Спасибо, что вы есть. — Не за что, — ответил Айкор. — А теперь давайте работать. У нас есть несколько часов до заката. Нужно найти способ. Они разобрали свитки, книги, карты. Каждый читал, конспектировал, искал. Даже Трек — хотя он больше перебирал страницы, чем читал, но старался. К полудню Айкор нашёл ещё одно упоминание. — Здесь сказано, — начал он, водя пальцем по ветхому пергаменту, — что Теневые Стражи приходят не сами по себе. Их посылает кто-то. — Кто? — спросил Рифф. — Не сказано. Но написано, что у каждого Стража есть хозяин. И если уничтожить хозяина — тень исчезнет сама. — Значит, нам нужно найти того, кто стоит за тенью, — сказала Финна. — Да. Но это может быть кто угодно. И где угодно. Ао-ки встала и подошла к карте мира, висевшей на стене. — Тень пришла не издалека, — сказала она. — Она появилась у стен Башни. Значит, хозяин где-то рядом. — Или внутри, — тихо сказал Эрон. Все обернулись к нему. — Что ты имеешь в виду? — спросил Айкор. — Только то, что сказал, — пожал плечами Эрон. — Тень могла прийти извне. Но хозяин может быть здесь. Среди нас. — Ты обвиняешь кого-то из нас? — голос Риффа стал опасным. — Я не обвиняю. Я предполагаю. Мы не знаем, кому можно верить. — Мы можем верить друг другу, — сказала Ао-ки. — Я уверена в этом. — Откуда? — спросил Эрон. — Ты знаешь нас всего несколько недель. — Несколько недель, в которые мы спасали друг другу жизни, — возразила Ао-ки. — Эрон, если ты хочешь сказать что-то конкретное — скажи. Если нет — не сеяй сомнения. Эрон замолчал. Его лицо было непроницаемым. — Я ничего не хочу сказать, — наконец ответил он. — Я просто думаю вслух. — Думай про себя, — отрезал Рифф. Напряжение в комнате стало осязаемым. Финна встала между Риффом и Эроном. — Хватит, — сказала она. — Мы не знаем, кто хозяин. Может, его вообще нет, и Айкор неправильно понял текст. Может, тень пришла сама. Сейчас главное — защитить Башню. А не искать врага среди друзей. — Она права, — сказал Айкор. — Давайте сосредоточимся на том, что мы знаем наверняка. Они снова взялись за книги, но атмосфера изменилась. Теперь каждый украдкой поглядывал на остальных. Даже Трек, который обычно не замечал ничего, кроме еды, сидел с нахмуренным лицом и крутил в руках сковороду. Ао-ки чувствовала, как напряжение растёт. Башня, только что казавшаяся домом, теперь казалась ловушкой. Она вышла из библиотеки, прошла в главный зал и остановилась у окна. За стеклом сгущались сумерки. — Ты в порядке? — Рифф вышел следом. — Нет, — честно ответила Ао-ки. — Я боюсь. — Чего? — Всего. Тени. Того, что мы не справимся. Того, что кто-то из нас… — она не договорила. Рифф подошёл и встал рядом. — Мы справимся, — сказал он. — Потому что у нас есть ты. И потому что у тебя есть мы. — А если меня не станет? — Не говори так. — Рифф, я должна быть готова ко всему. Если понадобится отдать магию — я отдам. Если понадобится отдать жизнь… — Я сказал — не говори так, — его голос стал жёстким. — Твоя жизнь не принадлежит Башне. Она принадлежит тебе. И мне. Мы не отдадим её никакой тени. Ао-ки повернулась к нему. — Ты не можешь это контролировать. — Могу. Потому что я буду с тобой. Всегда. Он взял её лицо в ладони и поцеловал — крепко, почти отчаянно. Ао-ки ответила, прижимаясь к нему, чувствуя тепло его тела, запах его кожи, биение его сердца. В этот момент, когда они стояли обнявшись у окна, тень за стеклом пошевелилась. Но никто этого не заметил. Ночь опустилась на Башню, как чёрное покрывало. Ао-ки не спала. Она сидела на кровати, сжимая в руке маленький камешек — тот самый, который Рифф оставил на подушке. Камешек был тёплым, как будто хранил тепло его рук. В дверь постучали. — Войдите, — сказала Ао-ки. Вошел Рифф. В одной рубашке, босиком, с растрёпанными волосами. — Не спится, — сказал он. — Мне тоже, — ответила Ао-ки. Он сел рядом на кровать. Они сидели в тишине, не касаясь друг друга, но чувствуя присутствие. — Я боюсь завтрашнего дня, — признался Рифф. — Боюсь, что не смогу защитить тебя. — Ты не должен меня защищать, — сказала Ао-ки. — Ты должен быть рядом. Это всё, что мне нужно. — Этого мало. — Для меня — достаточно. Рифф повернулся к ней. В темноте его глаза блестели, как два уголька. — Я люблю тебя, — сказал он. — И я не хочу тебя терять. — Не потеряешь, — ответила Ао-ки. — Я никуда не уйду. Она взяла его за руку и сжала пальцы. Они сидели так, пока за окном не начал брезжить рассвет. Когда первые лучи солнца коснулись Сферы, Ао-ки встала. — Пора, — сказала она. — Сегодня мы встретимся с тенью. — И победим, — добавил Рифф, вставая рядом. — И победим, — повторила Ао-ки. Они вышли из комнаты вместе, держась за руки. В главном зале уже собрались все. Айкор — с книгой в руках. Финна — с мечом. Трек — со сковородой. Сирен — с кинжалом. Эрон — с неизменной улыбкой, но в глазах — решимость. — Готова? — спросил Айкор. — Готова, — ответила Ао-ки. — Тогда идём. Они вышли из Башни. Утро было холодным, туман стелился по земле, скрывая траву. Лес молчал — ни птиц, ни ветра. — Она здесь, — сказал Рифф. — Я знаю, — кивнула Ао-ки. Тень появилась из тумана — чёрный силуэт, который рос на глазах, принимая форму огромного лиса с горящими красными глазами. «Вы пришли, — раздался скрежещущий голос. — Это упростит мою задачу». — Убирайся, — сказала Ао-ки, выступая вперёд. — Ты не принадлежишь этому месту. «Я принадлежу. Больше, чем ты. Я был здесь задолго до тебя. Я вернулся, чтобы забрать то, что принадлежит мне». — Башня не твоя, — сказал Рифф, вставая рядом с Ао-ки. — И никогда не была. «Башня принадлежит тому, кто сильнее. А я сильнее вас всех». Тень бросилась вперёд. И началась битва. Она длилась час. Или вечность — никто не мог сказать. Ао-ки направляла магию в тень, пытаясь выжечь её. Рифф прикрывал её, отбиваясь от чёрных щупалец, которые тянулись к ним из тумана. Финна и Трек сражались бок о бок — меч и сковорода (которая, к удивлению всех, действительно отражала теневые атаки). Сирен и Айкор держали защитный круг, не давая тени окружить их. Эрон прикрывал тыл, отгоняя мелких теневых тварей, которые выползали из леса. — Она слишком сильна! — крикнула Финна, отбивая очередную атаку. — Держитесь! — ответил Айкор. Ао-ки чувствовала, как магия уходит из неё — слишком быстро, слишком безвозвратно. — Я не могу долго, — прошептала она. — Можешь, — сказал Рифф, становясь перед ней. — Я прикрою. — Нет, Рифф… — Я сказал — прикрою. Он бросился на тень, отвлекая её на себя. Ао-ки видела, как чёрные щупальца обвивают его, как он бьётся в них, как кричит от боли. — Нет! — закричала она. И в этот момент что-то изменилось. Сфера за их спинами вспыхнула — ярче, чем когда-либо. Её свет пронзил туман, ударил в тень, заставив её завизжать. «Что… что это?» — проскрежетал голос. — Это Башня, — сказала Ао-ки, чувствуя, как новая сила наполняет её. — Она выбрала меня. И она не отдаст тебе ни меня, ни моих друзей. Она направила этот свет в тень, и та начала таять, как снег под солнцем. «Нет! Я вернусь! Я всегда возвращаюсь!» — прорычала тень и исчезла, растворилась в воздухе, оставив после себя только запах озона. Рифф упал на колени. — Рифф! — Ао-ки подбежала к нему, обняла. — Ты жив? Ты цел? — Жив, — прохрипел он. — Кажется. Остальные тоже упали на землю — кто сидя, кто лёжа. Трек обнимал свою сковороду, как родную. Финна утирала кровь с разбитой губы. Айкор тяжело дышал, опираясь на Сирен. Эрон сидел на траве и смотрел на небо. — Мы победили? — спросил Трек. — Пока да, — ответила Ао-ки, помогая Риффу встать. — Но она вернётся. — Когда? — Не знаю. Но мы будем готовы. Она посмотрела на Сферу, которая светила ровно и спокойно, как маяк в ночи. — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что не оставила нас. Сфера пульсировала в ответ — тепло, уютно, как сердце. Они вернулись в Башню — уставшие, израненные, но живые. Ао-ки перевязала раны Риффа — их было немного, но глубоких. Он сидел на скамье, не сводя с неё глаз, пока она работала. — Ты мог погибнуть, — сказала она, затягивая бинт. — Но не погиб, — ответил он. — Потому что повезло. — Потому что ты меня спасла. Ао-ки подняла голову. — Я не спасала. Это Башня. — Башня — это ты, — сказал Рифф. — Вы одно целое. Твоя сила — её сила. Её сила — твоя. Она хотела возразить, но не нашла слов. Закончив с перевязкой, она села рядом. — Что теперь? — спросил Рифф. — Теперь будем ждать, — ответила Ао-ки. — И готовиться. — К следующей битве? — Ко всему. Рифф взял её за руку. — Мы справимся, — сказал он. — Потому что мы вместе. Ао-ки улыбнулась — впервые за этот долгий, страшный день. — Вместе, — повторила она. За окном вставало солнце, разгоняя туман. Лес начинал просыпаться — запели птицы, зашелестела листва. Башня выстояла. Испытание Любви продолжалось. Конец третьей главы.