У меня много времени, чтобы ты меня простил.

Так и тянулись дни. Кажется, решение остановиться на "странных друзьях" им действительно помогло. Больше их не особо мучал вопрос о том, как кто к кому должен относиться и как это "должен" противоречит собственным желаниям. На любую попытку мозга предупредить о неправильности, они просто говорили, что "мы просто странные друзья со своими странностями", и тревожные мысли отходили на второй план, как и некоторые границы. Например, теперь, если Дэвид брал Самона на руки, тот уже не особо сопротивлялся, если, конечно, это не произошло внезапно или при людях. И засыпать на плечах друг друга так же вошло в норму, а Дэвид не стеснялся ещё и ложиться головой на живот Саймона, говоря ему, чтобы тот быстрее отъедался, а то он слишком жёсткий и лежать неудобно. А досуг то и дело разбавлялся любой ерундой, что происходит после фразы "у меня есть идея". По мимо прогулок они пробовали играть в футбол мячом, что откопали в небольшой кладовке на заднем дворе, где обычно хранились разного рода лопаты, мешки, грабли и прочее. Со стороны это выглядело либо как издевательство, либо очень тухло, но им было весело. Дэвиду, конечно, пришлось поддаваться, и за мячом он не бежал, а шёл размеренным шагом, а если Саймона догонял первым, то терпеливо ждал, когда этот Роналду достанет до мяча рукой и пихнет его в сторону "ворот", ну или двух кустов с белыми ягодками, которые Дэвид в детстве любил разбрасывать по асфальту и прыгать по ним. Это был залипательный процесс. Он даже давал и Саймону попробовать, только он вооружил его дощечкой, чтобы у него была нормальная возможность этим заниматься. И в один момент эта идейность завела их в дом Дэвида. Они просто гуляли, мужчина потащил Саймона на качели и, кое-как усадив его, начал качать. Парень боялся, что его ноги будут доставать до земли и они будут шаркать, но выемка, сформированная годами, позволяла ему кататься более безопасно. Они отошли довольно далеко от района, где живёт Саймон, а уже скоро обед. —Ммм... Может, хочешь ко мне зайти? Отсюда недалеко. А то пока вернёмся, пока погреем, а тут я может нарою что-нибудь,—сказал мужчина, поглядывая на многоэтажку в далёке. Область "муравейников", где многоэтажки в линию, выглядит всё потрепано и обычно там живут пенсионеры или студенты, что временно снимают самую дешёвую квартиру, пока учатся. —Полагаю, можно, но ставлю 50 крон, что там обстановка как в бомжатнике,—ухмыльнулся Саймон и всё ещё держась за качелю мёртвой хваткой, не спеша отпускать, пока качеля полностью не остановится. В детстве он просто спрыгивал с качели, а сейчас он ждёт, когда Дэвид возьмёт его на руки и пересадит в кресло. —Пф, да там чище чистого. Ну, может пыли немного там на полках, но в остальном всё прекрасно,—ухмыльнулся Дэвид, и он сам прекрасно понимал, что врал, причем в наглую. Он подхватил парня на руки, посадил в кресло и покатил в сторону многоэтажки. Улица выглядела серой. Перед многоэтажкой была пустая детская площадка с одной поломанной каруселью, пеньками, вкопанными в землю, чтобы по ним прыгать, и шинами, раскрашенными какими-то красками, но они уже были облупившимися и грязными. Так же в углу в кучу был свален песок, пародия на песочницу. Не удивительно, что здесь дети не гуляют, и, вероятно, из-за того, что здесь дети не гуляют, ничего с площадкой и не делают. Но справедливости ради, за счет одинокой обстановки, Саймон мог бы, наверное, посещать такое в детстве, просто чтобы посидеть в тишине на качелях. Дэвид подкатил его к подъезду, нащупал ключи и, прижав небольшую круглую пластинку к домофону, раздался писк, и дверь открылась. Дэвид закатил Саймона внутрь. —Так, тут твой самый главный враг присутствует… Я тебя в квартиру отнесу и потом вернусь за креслом,—сказал Дэвид, подходя к Саймону и беря его на руки. Подъезд выглядел так же печально, как и окружение дома. Краска на стенах облупилась, где-то были трещины, рисунки, сделанные баллончиком, мусор по углам. Так же там сильно пахло сигаретами и алкоголем, и по пути наверх Саймон заметил, что на потолке были светильники, которые держались на собственном проводе, и в двух из них не было лампочки. А они только до четвертого поднялись, а всего здесь шесть этажей. Дэвид приподнял Саймона одной рукой повыше, чтобы тот обхватил его шею руками, и начал искать в связке ключ от квартиры. В этот момент из квартиры напротив вышла женщина лет сорока. Она была маленького роста, на голове смешные кудри, макияж тот самый, «бабушкин», где все подряд и поярче, да и была она в какой-то длинной юбке и кардигане с цветочками. Заметив их, женщина тихо фикнула, закрывая дверь в свою квартиру. Было слишком очевидно, что она подумала, но, вероятно, обоим было плевать, что она там подумала. —Совсем уже. Если опять ты там с кем-то шуметь будешь, я все Лилие расскажу,—недовольно под нос пробубнела женщина, пытаясь вставить ключ, но когда не получилось, она снова открыла и закрыла дверь, но уже с громким хлопком. —И вам не хворать, мисс Гейбл. Вы чего-то сегодня рано или сегодня скидка на водку тем, кто ужаснее всего накрасится? —Ухмыльнулся Дэвид, наконец находя ключ и вставляя его в дверь. —Нахал! Какой нахал! Вот бы тебя матери твоей показать, я бы посмотрела, как ты при ней бы зубы на старших скалил! Всю жизнь не уважения, ничего! Ремня на тебя нет, вот ремня прям,—сразу загавкала женщина, махая рукой, будто таким образом она подписывалась под каждым словом, но Дэвид уже не послушал. Он открыл дверь и зашел внутрь, даже не дав женщине закончить. Внутри квартиры Дэвида ситуация была не лучше, чем снаружи. По крайней мере, первым делом, когда они зашли, мужчина на что-то наступил, что громко хрустнуло под его весом, и тот, даже не глянув на что он там наступил, просто отшвырнул это ногой. Дэвид не удосужился снять обувь, как и не дал ее снять Саймону. —Ну... Скажем так, если хочешь сохранить носки в чистоте, лучше ходи в обуви,—сказал Дэвид, занося Саймона в основную комнату. Небольшая комната с диваном, который раскладывается в кровать, небольшой телевизор у стенки и плойка на небольшой полке, перед диваном был журнальный столик, который был завален разным хламом, от фантиков до банок из-под пива и энергетиков. У другой стены стоял стол и стул, а в углу был шкаф с одеждой, но самое основное, что подметил Саймон, это чехол из-под гитары и квадратная сумка, где явно находился усилитель. Саймона посадили на диван, и Дэвид направился обратно к выходу:—Я за креслом, сейчас,—напоследок сказал Дэвид, прежде чем исчезнуть за входной дверью. Судя по упаковкам из-под фаст-фуда и разных БП, вероятно, сегодня обед будет состоять из чего-то, что на вкус как пластик. Такие квартиры называют "холостяцкими берлогами", потому что у проживающего очевидно нет девушки, которая бы за ним убирала. Пока Саймон сделал вывод, что Дэвид – тот еще свинья. Даже страшно представить, как выглядит кухня или ванная. Хотя, наверное, Саймон слишком драматизирует, вероятно, у него чисто, потому что он без Дэвида встает с кровати либо, чтобы продолжить писать книгу, либо чтобы принять лекарства, в соответствии с этим на столах нет фантиков из-под конфет, а по полу не валяются бутылки, но пахло здесь своеобразно. Пахло едой и сигаретами. Он прямо в квартире курит? Наконец послышался звук открытия входной двери, и внутрь зашел Дэвид, который волочил за собой коляску. —Ну как тебе квартирка? Клевая, скажи,—ухмыльнулся Дэвид, опускаясь на колени и начиная осматривать левое колесо инвалидной коляски. —Свинарник, причем отменный. Хочу верить, что мусоровозу просто забили ошибочный адрес того, куда нужно завозить мусор, и теперь все привозится сюда,—сказал Саймон, наблюдая за мужчиной. —Не драматизируй. Свиньи не умеют убираться, а я умею. —А умение не используется, потому что маны для ульты недостаточно? —вздохнул Саймон, откинувшись на спинку дивана.—Что ты там делаешь? —Да эта маразматичка коляску пнула, сказав, что она ей путь загораживает. Полагаю, ее бампер слишком жирный, раз она не смогла протиснуться между стеной и коляской, которая находилась в другом углу подъезда, который изначально был создан для хранения великов зимой,—фыркнул Дэвид, продолжая осматривать приспособление. В целом видно, что коляска не высшего качества, вероятно, Ханна покупала ее с рук или им выдали бесплатную в больнице, а раз она бесплатная, то и качество будет соответствующим.—Вроде цела, но от покатушек на своем бэтмобиле стоит воздержаться. Внизу бабка со старческим маразмом, она на любую ерунду полицию дергает, а у меня, напомню, здесь статья о хранении как минимум, а могут еще и о продаже впаять, так что здесь твоим транспортом становлюсь я,—сказал Дэвид, гордо подняв голову, словно лучше автомобиля быть и не может. Саймон посмотрел на него неоднозначно, но он прекрасно понимал, что выбора у него нет, так что он сразу потянул руки вверх, чтобы Дэвид его взял на руки. —Если ожидаешь, что я так же, как и ты буду в гостиной есть как свинья, то ты ошибаешься. Кухня существует для этого,—сказал Саймон, не желая разводить в этой квартире срач еще больше, чем он есть. Он не особый приверженец чистоты, но здесь идеальная кормушка для тараканов, и становиться частью этого хаоса абсолютно не хотелось. —Ну... У меня там нет стола, за которым можно поесть, поэтому я ем в комнате. —Развеял чужие надежды мужчина, но Саймон все же наиграл, перекинув парня через плечо. —Тем не менее, ты должен стать свидетелем моих кулинарных перформансов,— И, будто в подтверждение, он слегка пришлепнул Саймона по пятой точке, и парень тут же вздрогнул с тихим «ай!». Дэвид на какое-то время замер, явно ожидая не этой реакции. —Ты... Ты там что-то чувствуешь? —Неуверенно спросил Дэвид, продолжая легонько хлопать его по пятой точке, словно Саймон начнет действовать по принципу собаки, когда им живот чешешь, и у них начинает задняя лапа дергаться. —Да и прекрати лапать мою задницу, извращенец! —Возмутился Саймон, покраснев и начиная колотить Дэвида по спине, чтобы тот прекратил. —Я думал, что ты ниже пояса ничего не чувствуешь,—Сказал Дэвид и, донеся до кухни паренька, посадил его на столешницу. —Нет, у меня ноги парализованы от колен и ниже. —Объяснил парень, похлопав себя по колену.—И сразу опережаю твой вопрос. Да, у меня там все в рабочем состоянии,—Сразу ответил на еще не озвученный вопрос Саймон, уже видя заинтересованный взгляд Дэвида. Что же еще мог бы спросить такой человек, как Дэвид, кроме как поинтересоваться, в рабочем ли состоянии удав Саймона? Кухня выглядела на удивление чище, чем гостиная или прихожая, но, вероятно, связано это как раз с тем, что Дэвид здесь не ест, а учитывая, сколько упаковок из-под фаст-фуда он видел, мужчина здесь и не готовит, и только за счет этого здесь чисто. Ну, может, плита не в самом лучшем состоянии, но, вероятно, она была такой еще до прихода Дэвида. Из милых деталей, на холодильнике было несколько магнитов с покемонами и недособранный пазл с животными из-под растишки. Саймон даже оценивающе взглядом прошелся по Дэвиду. Вроде, растишка помогла. Дальше началось кулинарное шоу. Дэвид не нашел в холодильнике и на полках хотя бы что-то, что можно залить водой и оставить на пять минут. Дэвиду лень готовить практически всегда, поэтому питается он обычно чем-то синтетическим, но, наверное, сейчас можно и попробовать, правда, продукты позволяли приготовить только яичницу с салатом, но это ведь тоже неплохо. Правда, первым делом мужчина разбивал яйца в миску, потому что боялся, что яйца могли стухнуть. Сама яичница была по батиному рецепту, когда в сковороду кидается все, что есть в холодильнике. Так там оказались помидоры, колбаса, сыр и лук. —Не знал, что ты играешь на электрогитаре,—Подал голос Саймон после долгого молчания. Дэвид отвлекся от готовки, переведя взгляд на парня. —А, это, да, я ее лет сто не доставал. Она у меня со времен колледжа. Мы там что-то вроде своей группы собрали тогда, а после выпуска мы больше не виделись,—Сказал Дэвид, опираясь поясницей о столешницу и скрещивая руки на груди. Саймон явно заинтересовался данной новостью.—Да ты сильно не воодушевляйся, я игроком был так себе, да и таким макаром просто себе автоматы нализывал, после выпуска я гитару в руки больше не брал, а сейчас даже не помню, как ее настраивать и держать правильно. —И как называлась ваша группа? —Спросил Саймон, взглядом найдя на столешнице солонку и слегка потряс ее над яичницей, прекрасно помня, что Дэвид забыл посолить ее. —Ээ... Мокрые... "Мокрые псы". По моему, но у меня кореш предлагал назвать её "мокрые киски", но мы сразу поняли, что нас тогда преподы на запчасти разберут,—сказал Дэвид, пожав плечами. Тогда такие группы в колледже были популярны, главное, чтобы деньги на оборудование были, но в целом он тогда уже промышлял, так что они были. Их как раз заводили, чтобы за счёт активизма заработать автоматы на зачётах, обычно путей было несколько: либо быть любимчиком препода, либо иногда ставили автомат за посещение, либо активизм, неважно где — спорт, творческие конкурсы, выступления, помощь преподам. Такие, как он, которые прекрасно понимали, что не вывезут, за такой возможностью гнались как никто другой, только потом его, конечно, все равно в армию забрали, но это уже другая история, там он ровным счётом ничего не делал, выезжал за счёт выстроенных дружеских отношений с главным. —Этого друга случайно не Дэвид Лезерхофф звали? —Ухмыльнулся Саймон, отбирая у Дэвида лопатку и приподнимая яичницу, чтобы посмотреть, нет ли подгорелостей. —Хей, я не настолько извращенец, хотя, скажу честно, идея мне понравилась, но опять же, нас бы тогда преподы убили. —А у тебя есть фотки с выпускного? Интересно было бы посмотреть на Дэвида, который не пал на самое дно,—сказал Саймон, выключая плиту и докидывая лопатку до раковины. Ему действительно было бы посмотреть, как выглядел молодой Дэвид, пусть даже ему сейчас всего 25, но выглядит он на все 35. —Покажу, если пообещаешь потом свои показать,—Дэвид дотянулся до верхних полок, достал две тарелки, которые на всякий случай сполоснул, прежде чем наложить туда яичницу. —У меня нет фоток с выпускного. Я никогда не фотографировался со всеми, да и выпускной альбом я не покупал,—сказал Саймон, смотря, как Дэвид на одной тарелке разламывает яичницу напополам и вторую половинку перекладывает в другую тарелку. —Ну, у Ханны по любому твой какой-нибудь альбом есть или может где-то хотя бы пару фоток завалялось, так что не отвертишься,—Ухмыльнулся Дэвид, щелкнув Саймона по носу и унося тарелки в гостиную, после возвращаясь за парнем. Включив на фон какой-то рандомный канал, Дэвид достал из шкафа свой выпускной альбом, отдав его в руки Саймону, а сам пока взялся за свою тарелку яичницы. На вкус даже неплохо, хотя сыр чуть портит картину, но Дэвид не привередлив. Саймон открыл альбом, и на первой странице стоял весь 9А класс. Во главе стояла учительница в больших очках и бардовом платье. В остальном класс был обычный, даже перевес между мальчиками и девочками был такой же, какой почти во всех классах. Перед учителем в ряд стояли девушки, на чьих плечах были розовые ленты, рядом с ними стояли мальчики, что были низкого роста, а перед ними, на корточках сидели мальчики, что были повыше ростом. Среди них и был Дэвид, который прихватил какого-то парня за плечо и показывал жест рока, высунув язык. Вероятно, ему здесь лет 17–18, но выглядит он старше за счёт роста и уже медленно образовывавшейся щетины. Кажется, он был единственным у кого была растительность на лице. Листая дальше, были так же небольшие фотографии: просто фото учителей, фото чисто девушек и чисто мальчиков, просто фото двух подружек на фоне клумб, а на одной фотке Дэвид держал на руках того самого друга, которого обнимал на общей, а друг чуть ли не звездой развалился на его руках, явно смеясь. Саймон рассматривал молодого Дэвида с полным интересом, пока взрослый Дэвид уже доел свою порцию и заметил, что младший даже не прикоснулся к своей. Мужчина взял тарелку Саймона, вилкой отломал кусочек, насадил и поднес к губам парня. Тот в свою очередь вздрогнул от неожиданности и наконец понял, что увлекся. Он хотел перехватить вилку, но Дэвид отдернул руку, отводя её в сторону, а когда Саймон прекратил попытки, он вновь поднес еду к его губам, так что Саймону пришлось кушать еду с вилки. —Ну как я тебе? Красивый, скажи? —Ухмыльнулся мужчина, заглядывая в альбом. Он сам уже не помнит условий, при которых были сделаны эти фотографии, просто помнит, что вроде они с другом дурачились, и к ним подошел один из родителей, выступавших в роли фотографов, заставляя их сфотографироваться на альбом. Ничего плохого в этом не было, так что они согласились. —Ну, из двадцатилетнего ты перевоплотился в тридцатилетнего, поздравляю,—сказал Саймон, тихо ухмыльнувшись. —Хей! Я не настолько взросло выгляжу. Да, щетина добавляет возраст, но с двадцати пяти я максимум выгляжу на... двадцать семь?.. двадцать шесть даже,—задумчиво начал говорить Дэвид, пытаясь взглядом отыскать ближайшую поверхность, в которой можно глянуть собственное отражение. —С двадцати пяти ты выглядишь на тридцать пять... может даже сорок,—сказал Саймон и пока Дэвид возмущался, тыкая Саймона в то, что у него самого щетина и только за счет этого он выглядит с двадцати на двадцать пять, хотя Дэвид врал, парень и так на двадцать выглядит. Саймон продолжал листать. На последних страницах дети фотографировались с родителями, но Дэвида здесь не было.—А где ты с родителями? —Спросил Саймон, перебивая Дэвида и заставляя его замолчать. —А... Да они не пришли на мой выпускной. Мать сказала, что ей некогда, отец на работе был,—сказал Дэвид, отведя взгляд. Он не был как-то особо расстроен тогда. Не пришли и ладно, будто без них веселиться не получится, зато дома, когда альбом выдали, они причитали, что он потрепанный на фотографиях вышел, что ту фотографию с другом вставлять не нужно было, а то взрослый человек, но все еще как ребенок себя ведет. Вечером он тогда ушел с друзьями бухать и естественно игнорировал звонки родителей, а на следующий день он посрался с отцом. Через месяц, как только смог, он съехал от них. —Полагаю, с ними у тебя такие себе отношения,—сказал Саймон, наконец закрывая альбом и приступая к еде. —Ну... Все сложно. Иногда они меня не понимают, видят только плохое, а иногда... Я себя как мудак веду,—сказал Дэвид, откидываясь на спинку дивана и убирая руки за голову, смотря как какие-то стендап-комики ходят по сцене и шутят, но обычно в них, когда ты упускаешь первоначальную тему, дальше уже сложно понять о чем речь. —Скучаешь по ним? —Спросил Саймон, смотря на Дэвида. —Не сказал бы. Скажем так, мы не прям что враги, но и теплых отношений у нас никогда не было. По итогу после моего переезда мы как-то сами собой решили, что будем игнорировать друг друга. Типо... Мы даже с днем рождения друг друга не поздравляем,—объяснил Дэвид. Вероятно и его, и родителей устраивали такие отношения. Если им постоянно стыдно за своего сына, раз им постоянно нужно было что-то подметить в Дэвиде, а самому мужчине не хочется выслушивать эти упреки, то легче просто не общаться. Саймон не решился дальше ковырять эту рану. Конечно, не было видно, что для Дэвида это неприятная тема, но зато было прекрасно видно, что ему она не очень интересна. Тем не менее, парень даже рад, что узнал, по крайней мере теперь он знает о нем больше и, плюсом ко всему, подметил себе тему, которую лучше лишний раз не затрагивать. У Саймона всегда были хорошие отношения с мамой, даже не так, он вообще не помнит, чтобы ссорился с ней. Да, было много раз, когда ее приходилось в чем-то убеждать, потому что она часто беспокоилась о всем подряд. —Ладно, не будем грустить. Давай доедай и в плойку поиграем,—сказал Дэвид, вставая с дивана и присаживаясь на корточки, чтобы все включить. —Я не умею. Ни разу джойстик в руках не держал,—сказал Саймон, доедая яичницу и облизывая верхнюю губу, которую умудрился испачкать в желтке. —Значит научу. Пройдемся по азам и в какой-нибудь файтинг зарубимся. —Сказал Дэвид, поднимая два джойстика: один белый с голубыми стиками, другой черный с красной спиралью под точпадом. —Какой тебе? —Спросил Дэвид, и Саймон ткнул пальцем в черный. —Не повезло, он старый и быстро разряжается, но тренироваться и так, и так на белом будешь, —сказал Дэвид, откладывая джойстики на журнальный столик и хватая тарелки, унося их в раковину, где уже было порядочно грязной посуды, после чего вернулся в гостиную. Дальше началось обучение. Дэвид запустил картинг, что требовало минимум кнопок. Сначала он сидел сбоку, показывая, куда нажимать, но после, для удобства, сменил позицию. Теперь Саймон сидел между ног Дэвида к нему спиной. Мужчина фиксировал его руки и помогал нажимать на кнопки, от чего ему приходилось держать руки парня в своих. Вероятно, Дэвид даже не обращал внимания на то, насколько они сейчас близко друг к другу, зато Саймон осознавал в полной мере, и ему становилось неловко. Он пытался сосредоточиться на объяснениях Дэвида, но то и дело обращал внимание то на тепло чужой кожи, то на твердость груди, когда он случайно откидывался немного назад, то на то, как его волосы шевелились, когда на них обрушивалось дыхание Дэвида. Ощущения неоднозначные. Его не бесил такой контакт, но сейчас казалось, будто они слишком близки, хотя вроде они уже без стеснения спят друг на дружке, его на руках носят как принцессу. Наверное, ему просто нужно привыкнуть, все же и то он начал ща норму принимать не сразу. Правда, его щеки все равно теплели. И вдруг ему пришла мысль, что если он попробует отсесть подальше от края, то упрется пятой точкой прямо в... —Можешь воды принести? —Сказал Саймон раньше, чем эта мысль успела закончиться в его голове. О чем он вообще думает? Его кнопки учат тыкать, а он... —Может, я лучше чайник поставлю? Обед неплохо чайком приложить, —сказал Дэвид, откидываясь назад и потягиваясь. Все же, пока он помогает Саймону, ему приходится сидеть сгорбившись, а от этого немного побаливает спина. Дэвид вылез и ушел на кухню. Он налил в чайник воды, поставил на плиту и начал искать по шкафчикам, что можно было бы заточить с чаем, хотя стоило, вероятно, для начала убедиться, есть ли у него чай. Нашлись как-то печенья и пару вафель. Не густо. Нужно как-нибудь сходить в магазин и еды купить, а то в холодильнике скоро мышь по-самурайски уйдет. Может даже стоит Саймона с собой взять, пусть выберет чего-нибудь на свое усмотрение. После он вернулся, и обучение продолжилось. Основная проблема была в том, что Саймон просто путал кнопки, если на экране не было написано, какую кнопку нужно нажимать, а даже если и было написано, ему приходилось каждый раз наклоняться и смотреть, где она находится, чтобы нажать, но по крайней мере стики, бамперы и триггеры он на ощупь определяет, как и кнопки направления слева, проблемы только с правыми. А когда чайник вскипел, Дэвид налил две чашки и одну начал неосознанно сластить, а он даже не спросил, какой чай Саймону, но вероятно, тут можно сделать небольшую игру. В одну кружку он закинул три ложки сахара, а вторую не сластил вовсе и вынес их в гостиную, ставя перед Саймоном. —Если выпьешь эту кружку, —сказал Дэвид, тыкая пальцем в белую кружку с какими-то непонятными узорами, явно она была здесь, когда Дэвид заехал, —история закончится. Ты проснешься в своей постели и поверишь в то, во что захочешь верить. Если выпьешь эту, —продолжил мужчина, указывая на черную кружку с обложкой какой-то рок-группы, —ты останешься в стране чудес, и я покажу тебе, насколько глубока кроличья нора. —И с ухмылкой он начал ждать вердикта Саймона. —И чем они отличаются, Морфеус с алиэкспресса? —Спросил Саймон, с подозрением осматривая кружки. —В одной из кружек яд, ты даже по началу не поймешь, что выпил его, —продолжил дурачиться мужчина, ожидая выбора Саймона. Парень глянул на кружки и взял белую, посчитав ее более безопасной, но сделав глоток, он чуть не поперхнулся. —Боже, ты туда точно сахар пихнул? Сладко настолько, что кажется, если единороги существуют, то на вкус они однозначно такие. —Сказал Саймон, вытирая рот. — Про яд ты не блефовал. —Да ладно, там всего три ложки, —Ухмыльнулся Дэвид, хватая свою победную кружку и садясь рядом. —Каких? Столовых? —Саймон помялся, но все же продолжил пить сладкий чай, через время даже умудряясь привыкнуть к вкусу, хоть и горло свербело от сладости напитка. Так, параллельно отпивая из кружек, они начали играть в файтинг. Естественно, Дэвид поддавался, но, вероятно, даже это не помогало, и однажды Саймон перепутал кнопки, и его боец, сделав сальто назад, упал со сцены, а в другой раз, когда Дэвид взял его в захват, Саймон начал нажимать кнопку «x», когда на экране крупно показывали нажимать кнопку «о», а все потому, что он перед тем, как нажимать, не посмотрел на джойстик и не ориентировался, где находится нужная кнопка, прежде чем начать нажимать. Да и из-за того, что Саймон пользовался в основном кулаками и ногами, не пользуясь навыками, потому что постоянно забывал об их существовании во время боя, либо не забывал о них, а забывал о том, на какие кнопки они используются, но ему стыдно это признать. В один момент, выиграв в очередной раз, Дэвид победно взмахнул рукой и задел руку Саймона, пока тот пытался отхлебнуть уже давно остывший чай. Содержимое кружки выплеснулось на него, пачкая штаны и толстовку сладким напитком. Дэвид сразу встрепенулся, и оба ругнулись под нос, смотря на эту картину. —Прости, я случайно, —Неловко сказал мужчина, подняв руки, пытаясь придумать, что делать, пока Саймон схватил одежду и отлепил ткань от тела, хотя уже прекрасно осознавал, что его тело и ноги сейчас будут неприятно липкими, и кофту со штанами стирать придется. —Забей, только из-за того, что чай сладкий, теперь все липко будет липко, — Саймон действительно не был в обиде, понятно, что случайно. —Так давай я ванну наберу, а одежду... Свою дам. Должно что-нибудь найтись. До дома дойдём, ты там переоденешься в своё, —предложил Дэвид, уже вставая с дивана и игнорируя слова Саймона о том, что не стоит этого делать. Дэвид набрал теплую ванну и взял полотенце из шкафа. Саймон довольно быстро понял, что сопротивляться бесполезно, хотя все еще было неловко. Раздеваться ведь явно придется до того, как он залезет в ванну, а туда он залезть без посторонней помощи не может, очень большой риск просто свалиться, а вылезать еще сложнее из-за бортиков. Да и как минимум не безопасно это все. Упасть тоже по-разному можно. Саймон старался убедить себя, что ничего такого в этом нет, они оба мужчины, ничего страшного, если Дэвид чужую письку увидит. Только вот, зная Дэвида, без комментариев он это не оставит. Да и Саймон такой человек, что ему даже перед мамой просто без футболки быть стыдно, а когда приходит время ванной, она помогает ему залезть и оставляет в гордом одиночестве, ну и приходит, когда Саймон ее зовет, чтобы помочь ему вылезти. В связи с этим Ханна подумывает об установке душевой кабины, чтобы Саймон мог мыться, сев на пол кабинки, по большей части для удобства самого парня, хотя тот метается между тем, что если они установят, то ему не придется больше напрягать мать с этим вопросом и самому неловко не будет, но вместе с тем ему не хотелось, чтобы мать тратила свои деньги на подобное, а тратить она явно будет свои, потому что Саймон с фриланса еле соскребет, а пенсия по инвалидности идет в основном на антидепрессанты и психотерапевта. Закончив с приготовлениями, Дэвид перенес Саймона в ванную и посадил его на бортик, помогая снять обувь и штаны. —Я сам могу их снять, подожди, —Сразу начал сопротивляться Саймон, хватаясь за резинку штанов, чтобы Дэвид прекратил оголение. —Снять ты их сможешь, но лет через сто,—сказал Дэвид, вновь потянув ткань вниз, но почувствовал сопротивление.—Да ладно тебе, золотце, стесняешься, что ли? —Ухмыльнулся мужчина, продолжая попытки раздеть Саймона, пока их битва за штаны не закончилась тем, что парень просто не удержал равновесия и свалился в ванную. Дэвид под дикий смех помог Саймону подняться, пока тот не захлебнулся и еще минут пять ржал в голос. Теперь одежда не только грязная, но и мокрая до ниток. —Если ты так решил протест высказать, то хорошо, я считаю себя проигравшим. —Иди на хер! —Возмутился Саймон, теперь чувствуя, как неприятно мокрая одежда липнет к телу. —Конечно, уже бегу. Все еще хочешь снять одежду самостоятельно или у тебя есть какие-то предложения, почему это произошло? —Посмеялся Дэвид, вновь усаживая Саймона на бортик, жертвуя сухостью собственной одежды. Наконец Саймон позволил себя раздеть, но оказавшись без трусов, он тут же прикрыл себя ладонями. —Ой, да что я там не видел. Ты как невеста, что ли? Только если там лицо до свадьбы показывать нельзя, то тут святой причиндал прикрываем,—продолжил смеяться мужчина, заставляя Саймона краснеть. Дэвид вздохнул и накинул на колени парня полотенце.—Правильно, мужчину до свадьбы ласкать может только ветер. Толстовку Саймон уже снял сам, и Дэвид начал оглядывать чужое тело. Саймон хоть и старался питаться нормально, но он все еще был довольно худым, даже ребра видны. Не очень здорово это выглядело, но, хоть он и не видел тело Саймона раньше, он уверен, что до этого выглядел он еще плачевнее. Ну, он надеется на это. —Бабушки на тебя нет с пирожками,—сказал Дэвид, помогая Саймону залезть в ванную, на что получил не понимающий взгляд.—Не бери в голову. Сейчас будем намыливаться. —Дальше я сам… —Начал отказываться парень, и тут же на него вылился ковшик с водой. —Ладно, ладно, давай, самостоятельный,—Дэвид отдал ему ковшик и сел на пол, уперевшись спиной об ванную. —Ты не выйдешь? —Зачем? —Тупой вопрос, сам Дэвид понимал, что Саймону неловко, но он что-то побаивался, что парень навернется еще или ему помощь понадобится, спинку потереть как минимум. Саймон уже на этот вопрос ничего не ответил и продолжил мочить волосы. Дэвид помогал ему, передавая шампунь и мыло, и разбавлял тишину анекдотами за 30. Про кого? Очевидно. —Мой сын такой неблагодарный, купил ему батут на день рождения, а он только и делает, что сидит в своем инвалидном кресле и плачет. —Ты их гуглишь ежедневно, что ли? —Вздохнул Саймон после очередного анекдота, хотя сам еле сдерживал смех. —Я их смотрел один раз и записал лучшие,—посмеялся Дэвид, явно гордясь собой. Это было черно, даже очень, но сам Саймон смеется, так почему нет? —Знаешь, на каком автобусе больше всего колес? —Внезапно начал Саймон. —На каком? —На автобусе с растаманами,—и оба засмеялись, только если Саймон тихо в руку, то Дэвид в голос, откинув голову назад. —Неплохо, щенок. Полагаю, ты тоже вошел во вкус,—сквозь смех сказал Дэвид, вытирая слезу на уголке глаз.—Давай еще. —Сейчас в полиции служат собаки, натасканные на поиск наркотиков и алкоголя. Так вот, если собак вовремя не вывести на задание — то у них начинается ломка. Так они и устраивали клоунаду, пока Саймон не закончил мыться. Дэвид сходил за чистой одеждой, положил ее на крышку корзины для белья, посадил Саймона на бортик и дал полотенце, чтобы парень вытерся, а после он помог ему одеться. Правда начались проблемы с низом. Давать свои трусы как минимум не гигиенично, а как максимум, они ему велики, так что Саймон застирал свое нижнее белье в ванной и они повесили его на батарею. Дэвид дал ему свою старую футболку, что была ему великовата и как раз прикрывала то, что ниже, но естественно, если быть неаккуратным, засветить интимные части можно в легкую. Так что, оказавшись снова на диване, Дэвид отдал ему плед, чтобы прикрыть срам, и было очевидно, что из-под пледа он не вылезет, пока трусы не высохнут, так еще и явно Дэвида к себе ближе чем на метр не пустит, боясь, что этот приколист у него этот плед дернет. Пока белье сохло, Дэвид снова включил телевизор. Там шли новости, где сообщалось о том, что неизвестный сбил мальчика на пешеходном переходе. Произошло это не в Стокгольме, а в соседнем городе, но кажется оба на этом зависли, думая об одном и том же. Полиция закрыла дело Саймона, говоря о том, что вероятно преступник скрылся, но Саймон в любой момент может его возобновить, просто дав показания против Дэвида. Мужчина же в свою очередь, либо все еще не верит в то, что не в тюрьме, либо вспоминает о том, что он сделал, в принципе, и сейчас он этот "смывшийся" преступник. —... Ты придешь на мой день рождения? — Тихо спросил Саймон, явно пытаясь перевести тему немого диалога, где им даже смотреть друг на друга не надо, чтобы понять, кто о чем думает. —Какое день рождения? — С искренним непониманием спросил Дэвид. Саймон никогда ему не говорил, когда у него день рождения, когда Дэвид уже успел похвастаться, что у него день рождения 11 сентября. В контексте чего это узналось, вероятно, уточнять не стоит. —У меня через неделю с небольшим день рождения. Просто, обычно мы праздновали я, мама, Софи, но если ты присоединишься, то я не буду против, — сказал Саймон, смотря в телевизор и явно стараясь не смотреть на Дэвида. —Пф, конечно приду, только об этом предупреждают очень заранее, золотце. Я даже не знаю, что тебе дарить, — задумчиво сказал мужчина, посмотрев в потолок и пытаясь придумать, что дарить. —Да ничего не нужно дарить, просто приди и все, — Саймон скорее даже наоборот не очень любит подарки на день рождения. Получить подарок в любом случае приятно, безусловно, но становится неловко, что на тебя потратили деньги и сразу складывается впечатление, что из-за него человек потратил деньги впустую, ради радости человека, который этой радости не заслуживает. По крайней мере с Софи он чувствовал себя именно так, а с мамой уже были мысли, что она и так слишком много для него делает, а тут еще что-то покупает ему. То, что она тортик купила, это уже подарок. —Да прийти, то приду, но без подарка не комильфо... —Обещай, что придешь. — Уже серьезнее сказал парень, и мужчина ободряюще улыбнулся, кивнув. —Обещаю, золотце, — сказал Дэвид и потрепал Саймона по голове. Через время во время просмотра каких-то тупых телешоу, Саймон просто вырубился. Ему хотелось разбудить парня, чтобы отвести его домой, все же ему еще таблетки пить, но Дэвид забил на это. Весь день он точно не простит, и ничего страшного не случится, если тот разок антидепрессанты выпьет не в обед, а вечером, тем более Саймон привык к лекарству, и теперь из побочек у него максимум легкая сонливость. Наверное, поэтому и заснул, потому что организм уже привык к этому времени быть в отключке. Дэвид в это время уже не обращал внимания на происходящее на экране. Он наблюдал за умиротворенным лицом парня, и ему прямо хотелось потрогать. Ткнуть в щеку, в нос, между бровей, поиграться с губами, но его останавливало то, что он может случайно разбудить Саймона и быть пойманным с поличным за довольно неоднозначным и странным занятием. Полчаса. Час. Полтора. Саймон спал беспробудно, а Дэвид садился все ближе и ближе, пока просто не сел на пол и расположился рядом с головой Саймона. Он чувствовал себя тем самым шкодником, который видя спящую на диване кошку, не может просто взять и пройти мимо, оставив животное в покое. Наконец он сдался и начались "эксперименты", где он тыкал пальцем туда, куда упадет взгляд, наблюдая, как парень хмурится, и проснулся он тогда, когда мужчина начал теребить его губы. Они встретились взглядом и зависли. Хотя зависли они в основном, потому что Саймон прогонял остатки сна. — Знаешь... Полагаю, если бы ты стоял передо мной со спущенными штанами, это было бы проще объяснить, чем то, что ты сейчас делаешь. Так что, чтобы не перегружать твоё серое вещество, я ничего спрашивать не буду, но в следующий раз я не раздумывая откушу тебе палец, — сказал Саймон, и Дэвид на это лишь кивнул. Парень прав, он в жизни не может объяснить причины своего поведения, так что легче оставить эту ситуацию такой, какая она есть. Собравшись, они вернулись в дом Саймона, где парень уже переоделся в свою одежду и принял лекарства. Правда, только вернувшись, они поняли, что вещи Саймона, ну, кроме трусов, остались у Дэвида. Мужчина пообещал их вернуть завтра и, по пути домой, начал обдумывать подарок на день рождения Саймона.