Сквозь битые пиксели

Сборы заняли немного времени, и вскоре мы с Каллисто уже вышли из квартиры. Пока я возилась с замком, пальцы привычно потянулись к кнопке вызова лифта. Когда створки с негромким гулом разошлись в стороны, открывая кабину, Каллисто замер на пороге. В его взгляде читалось явное недоумение, смешанное с подозрением. — Это еще что за стальная коробка? — осведомился он, не спеша заходить внутрь. — А это — лифт, — улыбнулась я, жестом приглашая его следовать за мной. — Видишь ли, людям надоело преодолевать бесконечные лестничные пролеты, особенно когда здания стали строить высотой до самых облаков. Так и появился лифт. Он просто отвозит тебя на нужный этаж. Заходи, это совершенно безопасно. Каллисто недоверчиво покосился на зеркальные стены кабины, но всё же зашел внутрь, сохраняя бдительность. Я нажала на кнопку первого этажа. Когда лифт плавно тронулся, Каллисто едва заметно качнулся, и на его лице отразилась целая гамма эмоций: от лёгкого головокружения до искреннего изумления. Он внимательно наблюдал за тем, как сменяются цифры на табло, а когда двери наконец открылись на первом этаже, он коротко и одобрительно кивнул. — Признаю, вещь весьма полезная, — вынес он вердикт, выходя в холл. — Люди в твоем мире не лишены смекалки, принцесса. Я тихо захихикала, уткнувшись в телефон. Нужно было проверить, где находится такси, которое я вызвала ещё в квартире. Стоило нам выйти на улицу, как на Каллисто обрушился шум мегаполиса. Его внимание тут же привлек плотный поток транспорта. — Кстати, я всё хотел спросить... Что это за железные чудовища на колесах, которые заполонили все дороги? — Это машины, — пояснила я, указывая на проносящуюся мимо машину. — Они давно заменили кареты и лошадей. Большинство людей водят их сами, но есть и такси — специальная служба, где тебя везут по нужному адресу за плату. Как раз такую машину мы сейчас и ждём. Каллисто проводил взглядом ярко-жёлтый автомобиль, задумчиво прищурившись. Кажется, отсутствие живых лошадей в «стальных каретах» впечатлило его куда больше, чем всё остальное.

***

Оказавшись в лабиринте торгового центра, я первым делом потащила Каллисто по магазинам одежды. Выбор был долгим: он критически оценивал качество швов и удобство кроя, явно сравнивая современные ткани с имперским шёлком и кожей. Набрав внушительную стопку коробок и пакетов, мы наконец направились к отделу электроники. Сначала мы оформили сим-карту — объяснение того, почему «личность» человека в этом мире привязана к маленькому кусочку пластика, заняло добрых десять минут. Но самое интересное началось у витрины со смартфонами. Каллисто замер перед светящимся стендом, на котором рядами лежали тонкие стеклянные прямоугольники. Его взгляд был полон скепсиса. — Ты хочешь сказать, что эта хрупкая пластина — и есть то устройство, через которое ты вызывала ту сталь- Э... Такси? — он осторожно коснулся пальцем экрана, и тот мгновенно отозвался яркой вспышкой и россыпью иконок. — Именно, — улыбнулась я, наблюдая за его ошеломлением и предварительно отведя нас в уединённый уголок, где нас бы не услышали. — Смотри, Каллисто. Это не просто средство связи. Это смартфон. Внутри него заключены все знания этого мира. Здесь можно найти любую книгу, любую карту, связаться с человеком на другом конце планеты и даже увидеть его лицо в реальном времени. Через него можно делать буквально всё. Я взяла один из выставочных образцов и ловким движением разблокировала его. — Это работает без магии, на электричестве. В моём мире информация передаётся по невидимым волнам, — я старалась подбирать слова попроще, но видела, как он хмурится. — Есть компьютеры — это более мощные устройства для работы, а смартфоны — их карманные версии. Считай, что это твой личный магический артефакт, который знает ответы на все вопросы. Каллисто взял телефон в руки, взвешивая его на ладони. Его пальцы, привыкшие к эфесу меча, действовали на удивление аккуратно. — Невидимые волны... — пробормотал он, завороженно глядя на плавную анимацию. — Принцесса, люди в твоём мире удивляют меня всё больше. Мы выбрали для него последнюю модель в строгом черном корпусе. — Стало быть, теперь я тоже подключен к этой вашей «сети»? — спросил он, когда мы вышли из магазина. — Добро пожаловать в информационный век, ваше высочество, — ответила я. После технологического шока в магазине электроники, Каллисто выглядел непривычно задумчивым. Держа в руках пакет с новым смартфоном так, словно держал в руках звезду или что-то равносильно невозможное, он молча следовал за мной сквозь толпу. Я понимала: ему нужна пауза. — Идём, — я мягко коснулась его локтя, увлекая в сторону уютного кафе на верхнем этаже, откуда через панорамные окна открывался вид на город. — Тебе нужно закрепить знания о нашем мире чем-то более приземлённым. Например, десертом. Когда мы устроились за небольшим столиком у окна, Каллисто первым делом окинул помещение профессиональным взглядом стратега. Его напрягало обилие открытого пространства и люди, уткнувшиеся в свои гаджеты. — Они все... в плену у этих коробок? — негромко спросил он, кивнув на соседний столик, где пара сидела в тишине, листая ленты соцсетей. — В каком-то смысле, — вздохнула я. — Это обратная сторона всех возможностей телефонов. Но мы здесь не за этим. Я сделала заказ через QR-код на столе, что вызвало у Каллисто очередной приступ подозрительного прищура, говорившего «Ты просто навела телефон на знак на столе, и теперь нам принесут еду?». Спустя пару минут перед ним поставили чашку латте с густой пенкой и кусочек многослойного шоколадного торта. Он попробовал кусочек, и я увидела, как его плечи наконец расслабились. Вкус был настоящим, осязаемым — в отличие от цифр и кодов. Мы ели в тишине, наблюдая, как внизу, подобно муравьям, снуют автомобили и люди. В этой суете было что-то успокаивающее: мир продолжал вращаться, несмотря на то, что один кронпринц официально считался пропавшим в другой реальности. После кафе мы отправились в парк, расположенный неподалеку. Здесь, среди зелени и относительной тишины, Каллисто наконец вздохнул полной грудью. Мы шли по гравийной дорожке, и он то и дело останавливался, разглядывая то необычную форму скамеек, то ярко одетых детей на самокатах. — Знаешь, — начал он, когда мы дошли до небольшого пруда, в котором плавали упитанные карпы. — Больше всего меня поражает не то, что вы летаете по небу или заперли свет в стеклянные шары. Я остановилась, глядя на него. Вечернее солнце мягко подсвечивало его лицо, стирая жесткие морщинки тревоги. — А что же? — Безопасность, — Каллисто обвёл рукой парк. — Люди здесь гуляют без оружия. Они не оглядываются по сторонам в поисках наёмного убийцы. Твой отец богат, но ты ходишь по улице без личной гвардии. Это... странно. И чертовски притягательно. Он повернулся ко мне и вдруг сократил дистанцию, взяв меня за руку. Его ладонь была теплой и мозолистой — одна из немногих вещей, которая осталась неизменной. — Ты жила в этом покое, а потом попала в мой мир, полный крови и грязи, — его голос стал глуше. — Теперь я понимаю, почему ты так отчаянно хотела вернуться. И мне... жаль, что тебе пришлось пройти через всё это из-за сумасшедшей игры. Я прижалась к его плечу, глядя на отражение ив в воде. — Теперь это не имеет значения, Каллисто. Ты здесь. И этот мир теперь тоже твой. Он хмыкнул, притягивая меня ближе. — Мой мир? Пока что я всего учусь, боясь тостера и не зная, как вызвать «такси». Но я быстро учусь, Сиён. Дай мне немного времени, и я завоюю этот твой «информационный век» так же, как завоёвывал территории. Я рассмеялась, чувствуя, как удушающий холод прошлого окончательно отступает. Каллисто оставался Каллисто — амбициозным, невыносимым и бесконечно преданным. — Только, пожалуйста, давай обойдемся без войн, — попросила я, закрывая глаза и впитывая запах парка и его одеколона. — Посмотрим, — лукаво ответил он, зарываясь носом в мои волосы. — Но за этот торт я готов простить вашему миру отсутствие мечей. На первый раз. Мы стояли у пруда, пока небо не окрасилось в нежно-сиреневые тона. В последствии мы решили развивать наши отношения постепенно, поэтому первое время Каллисто будет спать в одной из гостевых комнат, которую мы скоро обустроим под его лад, а пока мы просто расположим там его вещи. Будущие планы по удивлению Каллисто уже формировались в моей голове. Ему ещё многое предстояло узнать.