Наказание.

      Только дойдя до своей комнаты, Аластор осознал, что сил-то всё ещё нет. Но, сославшись на усталость и повторное открытие раны, он даже не стал заострять на этом внимания. Поспит и пройдёт.       Только вот не прошло.       Проснулся демон от резкой боли в теле. Во сне он часто ворочался. Ночью повернулся на бок так, что всё давление прошло на грудь. Кровь стала сочиться сквозь бинты, что всегда были на нём. На всякий случай.       И, кто же знал, что без регенерации, которая вообще, казалось, не работала, было настолько всё хуёво? Она хотя бы боль удерживала. А сейчас он прочувствовал весь вкус страданий. Каждый удар сердца заставлял тело выплёвывать кровь из раны, что попадала на всё, на что могла: на одежду, на покрывало, на пол, даже на стену пару капель и то прилетело.       Пришлось использовать старые методы лечения. Поборов себя и еле как встав с кровати, Аластор стал рыскать по ящикам. Было тяжело. Пиздецки тяжело. Взгляд мутнел, не давая нормально разглядеть содержимое, из-за чего приходилось искать наощупь. Голову будто арматурой пробили. Кровь стучала в висках до тошноты. И, если бы он ел хоть что-то последние три дня, он бы точно это уже выблевал. Все конечности дрожали. Как давно у него не было тремора. Особенно во всех частях тела.       С горем пополам отыскав нитки и какую-то начавшую ржаветь иголку, Аластор с тихим скулежом дополз до стены, облокачиваясь на неё спиной. Рубашку пришлось разорвать. Вместе с ней оторвалось и немного плоти. Но было абсолютно всё равно на это.       Пару минут он собирался с духом, морально готовясь к следующему испытанию. Нет. Пытке. Аластор надеялся, что тень поможет ему. Но, к сожалению, вместе с силами ушла и она. Ебучий Люцифер. По сравнению с болью, которую он испытывал сейчас, первая зашивка раны, что происходила сразу после битвы с раем, казалась царапиной от листа бумаги.       Кажется, его разум отключился ещё после первого стяжка. Очнулся он уже тогда, когда все было готово. Руки не слушались, и нить удалось разорвать только через девять попыток. Если говорить по правде, то процедура не сделала лучше. Мясо, что было в груди, все ещё торчало наружу. Кожа не сходилась. Кровь пропитала шёрстку. Наверное, уже никогда не удастся отмыть её. За ней всегда было трудно ухаживать. Да и Аластор сильно не следил за ней. Все равно никто не видит. О. Либо у него глюки, либо у него даже кости видны. Какой... Привлекательный вид. Или это гной? А нет. Все же кости. Наверное, трогать было лишним, да?

***

       Аластор так сильно затянул бинты, что было трудно дышать. Зато рана не кровоточит и даже немного перестала болеть. Но ходить все ещё было трудно. Да и держать привычный вид.       Радио-демон с большим трудом, но всё же смог добраться до комнаты правителя. Теперь он проклинал идею о размещении их комнат в противоположных частях отеля. Необходимо было вернуть силы. Без них он умрёт. А такого ну никак нельзя допустить. Это ангельская сталь. Если умрёт — уже навсегда. А он ещё не готов. Слишком мало сделано и прожито.       — ваше величество! — Аластор стучал в дверь, что, видимо, на хотели открывать. Но все же, спустя некоторое время, король сдался.       — блядь, я занят. Что такого важного, что ты долбишься к человеку, который не впускает тебя несколько минут? — Люцифер выглядел устало. Это даже ему шло. По крайней мере, не раздражает своими тупыми фразами.       — вы не человек. — старался придерживаться своему характеру Аластор, широко улыбаясь. Руки за спиной нервно сжимались и разжимались.       — так зачем ты пришёл? — вздохнул Самаэль, не в состоянии спорить с этим оленем.       — силы.       — что «силы»? — это начинало раздражать. Мало того, что отвлекают, так ещё и цель прихода нормально сказать не могут.       — силы мои верните. — и вот тут настроение Люцифера в миг поменялось. На лице расползлась ухмылка, а дверь, что он придерживал, готовый в любую секунду захлопнуть её, со скрипом открылась во всю ширь, ударяясь о стену.       — силы вернуть, значит. — задумчиво повторил он, оглядывая собеседника с ног до головы. Что-то в нём было не так. Неясно только, что именно.       Аластор хотел врезать ему. Ну почему этот имбецил такой тугой на ум?! Нельзя сразу ответить?! Нет, надо потянуть время и чужие нервы! И, если эта сука откажется, он точно сделает так, что Чарли откажется от него. Жестоко? Жестоко. Но он сам будет виноват! Забрал силы, ни за что, кстати, так ещё стоит и думает, вернуть ему их или нет! Слов просто не находится для описания этого придурка!       — хорошо. — о, Боже, спасибо, что твой сын не такое уёбище! — но только если ты переспишь со мной.       Аластор развернулся, уходя прочь. Ишь что захотел, блядина!       — ты уверен, Ал?       — так называют меня только близкие мне люди. — не оборачиваясь, кинул он.       — как хочешь. — пожал плечами Люцифер. Когда фигура скрылась за углом, он с уже хорошим настроением вернулся к себе. Он знал, что ведущий прискачет обратно. Без магии он не сможет. А, значит, будет готов заполучить её любой ценой. Остается только... Подождать.       Лучше Аластор тогда сдохнет, чем сделает это. И без своих сил справится. Король действительно думает, что он приползёт к нему на коленях, подчинившись ему? Ха! Приползёт. Только вот не он, а Шарлотта, что будет умолять папашу помочь своему лучшему сотруднику. Ну, не лучшему. Но... Важному? Он важен же ведь?       

***

      Вечером того же дня удалось словить Ниффти. Аластор в двух словах ей все объяснил. Начиная с того самого дня, когда он получил ранение. Демон взял с неё клятву о том, что она никому не расскажет и, переступая через себя, попросил о том, чтобы девочка помогла ему.       У Ниффти всегда получалось зашивать раны лучше, чем у него или у других его знакомых. Да и вообще обрабатывать их. Поэтому в данной ситуации Аластор мог положиться только на неё. К тому же она пользовалась максимальным доверием. Так что он со спокойствием отдал себя в маленькие, но такие заботливые ручки горничной.       Боль была адской. Одно из немногих, что здесь соответствовало месту пребывания. Ниффти делала все, как положено. Обработала края раны перекисью, надела перчатки и тщательно вымыла медицинские инструменты. Если бы Аластор был в состоянии, он бы точно пустил шуточку и посмеялся с такого серьёзного вида подчинённой. Но он потерял сознание ещё до того, как она закончила с дезинфекцией. Что ж. Тело в последнее время стало слабеть и переносить меньше нагрузок и боли, чем до этого. И дело даже не в отсутствии сил.       На следующий день стало значительно лучше. Теперь можно было почти без болей передвигаться и нормально разговаривать. Но из комнаты он все рано не выходил. Нельзя было допустить, чтобы кто-то догадался о том, что у него отсутствует магия.       Ниффти предупредила хозяина, что повязку на груди нужно менять каждые... Два часа? Или три? Аластор не запомнил. Да и все равно не стал бы следовать этому. Зачем? Он в аду. Должен же немножко помучаться за свои грешки. Хотя, ему всегда было плевать на здоровье. Даже при жизни. По крайней мере, после пятнадцати лет.

***

      Прошло уже три дня, а этот олень всё не приходил. А Люцифер ждал. Король правда искренне верил, что Аластор придёт и выполнит всё ради силы. Он же такой важный и могущественный грешник. Как же он без магии.       Но, похоже, демон и без них справлялся, что не могло радовать.       Был отличный повод затащить недотрогу в постель. Самаэль даже... Блядь, готовился! Ну, как сказать. Заправил кровать. Но тоже ведь важно! Но эта гордая сучара даже не смотрела в его сторону, когда они пересеклись пару раз в крайний день. Видимо, оскорбился. Ну и ладно. Посмотрим, что будет, когда ад узнает о его небольшой уязвимости.       Недавно Люцифер решил взяться за работу. Наладил контакты с парочкой Грехов, что были несказанно рады восстановлению короля, помог Чарли с финансами и даже перебрал бумаги, где были и письма, и договоры, и какие-то уже устаревшие документы. Но, чтобы он ни делал, всё сопровождалось мыслями об Аласторе. Демон незаметно стал вклиниваться в его жизнь. И это безумно бесило. Люцифер, кажется, становится зависимым от него. Он даже, когда в свободное время создавал новых уточек, невзначай делал пернатому большие ушки и миниатюрненькие рожки. И сразу выбрасывал. Так было около пяти раз. За один вечер.       «блядь, какие же эти грешники ненасытные. Сколько не дашь, всегда будет мало. Интересно, а Аластор такой? Да нет! Наверное... Надо будет узнать.»       «на других кругах столько всего поменялось... По сравнению с Гордыней, они действительно хороши и не совсем похожи на место для грешных людей. Но это, конечно, неплохо, спору нет. Надо будет посетить их. А Аластору бы на каком больше понравилось? Ну, не на Похоти уж точно.»       «да уж, после нескольких лет беззаботных дней к работе возвращаться трудно. Этих бумаг хуева туча! А Аластор как справляется? Он отдыхает вообще? Чарли делилась, что тот за неделю выполнил работу на месяца два вперёд. Кто он? Машина? Или просто ебанутый?»

Ты везде. Куда не посмотрю, о чём не подумаю — в голове только ты. Ты, ты, ты. Я боюсь, что это навредит мне. При зависимости человек начинает сходить с ума. Но, знаешь...

Я не хочу, чтобы это прекращалось.

***

      В отеле было тихо. Слишком тихо для него. Это была даже не ночь. Так, поздний вечер. Обычно в это время был сам разгар всех разговоров. Такая атмосфера не могла не напрягать.       Аластор на ходу надел сюртук, выходя из комнаты. В коридоре было темно. Даже жутковато. Самое то для типичных ужастиков. Он неспеша шёл в холл, по дороге слыша из комнат один и тот же шум. Это уже было странно. Прикалываются, что ли?       Спустившись по лестнице, демон обратил внимание, что Хаска за барной стойкой нет. Хотя, по сути, кот уже прописался здесь. В главном зале было ещё темнее, чем в других помещениях отеля. Что за нахуй тут происходит? Все умерли? Или что? Было бы весьма неплохо, если бы одна ублюдская особа сделала это первой.       На полу валялся телефон Энджела. Ну вот это вот уже точно чертовщина какая-то. Но, прежде чем Аластор успел обдумать это, гаджет задрожал и стал излучать яркий свет, от которого пришлось закрыться рукой.       — ты всё такой же старомодный, Ал.       Ох, вот это гость.       — и тебе привет. Какое... Эффектное появление. Долго, небось, придумывал это? — усмехнулся он, быстро моргая от сияния экрана, что слепил прямо в глаза.       — не дольше, чем ты отсутствовал на собраниях. — чуть нахмурился Вокс, делая нарочито медленные, размерные шаги в сторону врага. — хотел узнать причину твоих прогулов. Боюсь, скоро Кармилла начнёт ставить тебе энки вместо пропусков.       — как заботливо с твоей стороны. Ты для этого пожаловал сюда и устроил это представление? — Аластор стоял на месте, одними глазами наблюдая за собеседником. Нужно было быть начеку. Без сил он драться не сможет, а, зная телевизора, он в любой момент от любезностей может перейти к насилию. — знаешь, можно было и без этого обойтись.       — с тобой как будто свяжешься без живого контакта. — закатил глаза Вокс, останавливаясь в паре метров.       — ну да, ну да. А что с жителями отеля? Где они все? — Винсент прекрасно видел, как собеседник вообще не заинтересован их разговором. Это щемило что-то внутри.       — волнуешься, Ал? За этих...       — не твоё дело. Ответь на вопрос. — грубо. Но что ещё ожидать от этого демонёнка? Вокс уже был готов обидеться, но быстро передумал. Отличный момент, чтобы похвастаться своей гениальностью!       — знаешь, у нас на канале шли "очень важные новости", дабы привлечь всеобщее внимание. — важно стал вещать он, наклоняя голову вбок. — естественно, все стали увлечённо смотреть в экраны. Ну вот я и... — глава Ви показательно использовал гипноз в качестве завершения фразы.       — надеюсь, ты не думал, что со мной это прокатит? — фыркнул Аластор. Без последствий смотря прямо в чужой левый глаз. Вокс вздохнул, очередной раз убеждаясь в том, что на этого грешника подобное не работает. А жаль. — что ж, ладно. Знаешь, я так и не понял причину твоего визита.       — тебя потеряли. Все думают, что ты снова пропал без вести. Вот я и решил проверить.       — проверил? Теперь уходи. И не забудь всех вернуть в реальность. — Аластор развернулся на каблуках, делая пару шагов в сторону лестницы.       — как-то не гостеприимно. Ты же вроде администратор? Так, может, будешь выполнять свою работу, как надо? — Вокс довольно оскалился. Радио-демон остановился и, повернув голову на сто восемьдесят градусов, через мгновение развернулся всем телом.       — а ты что, искупиться хочешь? — с насмешкой спросил он, складывая руки за спиной.       — возможно.       — сейчас не время для регистрации. Приходи потом. Желательно никогда. — Вокс хмыкнул. Так сухо.       — да ладно тебе, я, может, пообщаться хочу. Как раньше. — придётся менять тактику. И совсем неважно, что она вообще не пересекается с другими его репликами.       — можно было выбрать нейтральную территорию.       — ты бы не согласился.       — ну, хоть что-то ещё соображает твой ящик. Но все равно приходить сюда не стоило. Это место неподходящее.       Ну почему?! Почему он не идёт на контакт?! Разве нельзя просто пообщаться со старым приятелем, вспомнить былые времена, поностальгировать? Зачем им эта война без победителей? Тем более, что один участник совсем не хочет биться.       — Ал. Я соскучился. — вздохнул Вокс. Давить на жалость он не хотел. Особенно унижаться перед кем-то. Показывать, что кто-то ему важен. Но что сделаешь, если этот олень не олень, а баран?!       — м, правда? И что же ты подразумеваешь под этим? Соскучился по то-... лапы убери. — Аластор нахмурился и, ощутив на плече прикосновение чужой руки, инстинктивно отпрянул. И как он пропустил тот момент, когда враг оказался так близко?       — ты не меняешься. Дай угадаю, ты все ещё девственник? — хмыкнул Вокс, поспешно убирая руку. Ну, проверить всю ту же неприкосновенность стоило.       — а тебя так волнует это? — скривился радио-демон. Подобные разговоры и лексические обозначения ему совсем не нравились. Одно звучание подобных слов уже ощущались грязно и пошло. Даже если это биологические термины, что совсем не являются вульгарностью.       — очень. Может, я хочу попробовать испытать удачу во второй раз... Или какой там? — раз уж пришёл, стоит давить до конца. Может, всё-таки удастся уломать его. Пусть это совсем и не палочка, а ебучий ствол тысячелетнего дерева.       — Ну, если ты склонен к психологическому самоистязанию... — ухмыльнулся Аластор, бархатно хохотнув.       — блядь, Ал, ну почему ты не дашь мне шанса?! — за этот довольно недолгий промежуток времени динамика их разговора успела поменяться уже раз пять. Что ж, телевизор всегда был склонен к биполярному расстройству.       — я не заинтересован в отношениях. Особенно с... — олень замычал, словно подбирая слова, и с наигранным отвращением окинул гостя взглядом. — ну, ты понял.       — ты просто не пробовал. — ну вот, вновь манипуляции. Хотя, Аластор сам часто их использует. Но чувствовать их на себе паршиво. Точно так же, как и с прикосновениями. Самому трогать ещё ладно. Ты другим неудобства приносишь. Но когда тебя...       — а мне и не нужно. — стоял на своём он, со скучающим видом рассматривая собственную одежду.       — ладно! Окей! Я пытался добиться тебя легальным путём. — Вокс не выдержал. Слишком долго терпит. Так и чего тут продолжать прогибаться под ним, если можно просто взять?       Провода, словно змеи — не вспоминай второго ублюдка! — появились за спиной телевизора и обвили запястья врага, дёргая его к себе. Аластор оказался в объятиях уже раскинутых рук. Он не сопротивлялся и казался совсем не удивлённым. Словно ждал момента срыва.       — ну вот ты и показал себя. Винсент. Я же всегда знал, что ты животное больше, чем я. Как думаешь, что о тебе подумает ад, когда узнает о твоих наклонностях? — раз уж не может физически противостоять, будет атаковать психологически. Все равно в их перепалках чаще действует именно эмоциональным воздействием. Не впервой, так сказать.       Вокс, кажется, даже не услышал чужие слова. Голубой свет, исходящий от него, падал на Аластора, отбрасывая на стену позади тень. Тень. Обычную тень. Не живую, что бегала за хозяином, словно хвостик, и помогала в любых, даже не критических ситуациях.       И тут пазл сложился.       Телевизор не заметил, как "пленник" выбрался из плена. Ну и ладно. Долго его свобода не продлится.       — уходи. Не хочу тратить на тебя свои силы. — как самонадеянно и высокомерно для того, кто сейчас ничего не может сделать.       — не волнуйся. Не сможешь потратить того, чего нет.       Провода снова обвили тело. Уже именно тело, а не руки.       Резина создавала неприятное трение, соприкасаясь с одеждой. На груди давление и обхват был туже, чем в других местах. Знает, пидор, куда давить. Даже не сложно догадаться, откуда знает.       — что такое, м? — приторно сладко произнёс Вокс, подходя почти вплотную. — убегай. Чего терпишь? — Вот блядь. И как его скудный мозг только смог додуматься?       — зачем мне бежать от зайца? — усмехнулся Аластор. И пусть на его лице сияла уверенная улыбка, а взгляд был такой, будто он тут связал врага, внутри он уже тысячи раз проклял всё, начиная от своего рождения, заканчивая Люцифером, что не так давно лишил его способностей.       — вот как. — протянул слова Вокс. Он нежно провёл пальцем по челюсти оленя, приподнимая его голову, чтобы тот посмотрел на него. — тогда ты у нас травка.       — м... — задумчиво промычал Аластор, наклоняя голову вбок. — думаю, не совсем.       Вокс совсем осмелел. Он опустил руку на чужой бок, чуть сжимая ткань одежды. Ведущий заметно напрягся, инстинктивно дёргаясь. Но провода делали его сопротивления бесполезными.       Самое ужасное было чувствовать себя беспомощным. Самое противное и жалкое чувство. Как раз то, что сейчас испытывает Аластор. Без сил, в руках врага, без какого либо права на решение. Весь ад был под гипнозом. Телек мог делать всё, что пожелал. И уже было ясно, что именно он сделает.       — я шёл к этому почти век. — голос стал хриплым, а зрачки расширились так, что радужек почти не было видно. — ещё ни одна сука так долго от меня не бегала. — его рука скользила по талии и пояснице. Всё, что мог делать Аластор — это терпеть и скрипеть помехами. Единственное, что осталось от его сил. Спасибо, что этот королёк оставил хотя бы что-то. Пусть это и самое бесполезное.       — ты сравниваешь меня с суками? Не очень-то хорошо говоришь человеку, от которого зависим. — главное было не терять маску. Его унижают, растаптывают, свергают с места контролирующего. Но это не повод показывать истинное «я».       — да, ты прав. — кивнул Вокс. — ты не те суки. Ты гораздо больше и лучше, чем они.       — так слащаво. — сморщил носик Аластор, демонстративно ведя плечом, словно сбрасывая чужие слова.       — ах, да, совсем забыл, что ты не любишь романтику и нежности. Может, БДСМ тебе по душе? М? — ехидно улыбнулся Вокс, уже откровенно лапая чужое тело. Хотелось вырвать его руку, что лживо ласково оглаживала талию.       — БДСМ? — выгнул бровь администратор. — это типа «Бедные Демоны Ссут Меня?». Или что ты хочешь сказать этой аббревиатурой? — он ощущал себя крайне глупо. Да и расшифровка явно была неверной и абсолютно идиотской. Но сейчас просто хотелось отвлечься от собственного положения. — если так, то это мне определённо нравится больше.       — хах. Смешно. Но нет, я-... Погоди. — Вокс прекратил движения, с удивлением посмотрев на невинное лицо Аластора. — ты что, не знаешь, что это?       — ну, если моё предположение неверно, то, получается, что нет.       В тишине холла звонкие хлопки ощущались, как выстрелы. Оверлорды вопросительно смотрели на друг друга, а после одновременно повернули головы к бару, откуда доносились аплодисменты.       Только Аластор завидел белый цилиндр, как сразу захотел убиться. И как ему быть в одном помещении с двумя извращенцами-деградатами без шанса на спасение?       Люцифер, закинув ногу на ногу, сидел на одном из стульев, улыбаясь почти с удовлетворением. Кто же знал, что появился неожиданный зритель?       — прекрасно. Просто прекрасно. — король поднялся. Покрутив в руке трость, он подошёл к актёрам его собственного театра. — знаете, вы знатно меня повеселили. Такая драма. Радио против телевизора. Отличное шоу. Очень мило, кстати, что это было персонально, а не общественно. Я тронут.       — а вы, дико извиняюсь, хули тут делаете-то? — Вокс знать не знал, что кто-то может противостоять его гипнозу. Ну, кроме Аластора и Валентино.       — ну, я услышал, что ты весь ад ввёл в транс с помощью телепередачи, верно? Ну вот, а я не смотрю этот ящик. Он это... Мозги разрушает. — да там и разрушать нечего. — вот я и в трезвом виде.       — ну и сидели бы дальше, наслаждались нашей постановкой, чего мешать?       — понимаешь ли... — Люцифер осмотрел Аластора, что молча стоял, отвернувшись. — мне кажется, ты немножко попутал локацию. Это место не создано для подобных игр. — в голове зловеще кричала мысль «а я говорил!». — поэтому, прошу тебя перенести данное выступление на потом. И в другое место.       — чего?! Вы шутите, чтоли?! Вам-то какое дело?! — за спиной Вокса послышался тихий звук. Он обернулся, заметив, как позади него открывается портал, ведущий в его башню.       — у нас в отеле правило: не пугать и не трогать гостей и персонал. В частности тех, кто сейчас... — он кинул задумчивый взгляд на Аластора. — временно беззащитен. Так что проваливай, телепузик, пока я из тебя антенну не сделал.       Не успел Вокс и рта открыть, как его уже затянуло в телепорт. Провода, держащие Аластора, ушли вместе с ним. Олень облегчённо вздохнул, потирая мышцы.       — вот и почистили воздух. — весело сказал Люцифер, закрыв портал. Он с удовольствием посмотрел на заметно удивленного ведущего. — стало меньше статики... И плоских шуток. — в его глазах горел огонёк. Он явно доволен произошедшим. Ну, ясен хуй, впервые сделал хоть что-то, кроме как ничего. Наверное, похвалы ещё ждёт. И вкусняшку за хорошую работу.       — не могли раньше прийти? — недовольно буркнул Аластор, складывая руки на груди. Люцифер хмыкнул. Ну, не благодарностей же он ожидал.       — хотел посмотреть, что ты будешь делать в такой ситуации.       — да я уже со всем, чем мог, попрощался! Вы не знаете, на что этот придурок способен! — злость росла внутри. Пусть этот недоросший и спас его... В сущности, именно он и стал причиной этого! Так что Аластор тут в полном праве проявлять недовольство.       — ты же не думал, что я позволю тебе разбираться с этим шумным ублюдком в одиночку без способностей? — в его голосе скользила издёвка. — брось. Я не настолько бессердечный. Иногда. — он лениво опёрся на трость, словно ничего и не было. — ладысь. Можешь возвращаться к своему бессонному шатанию. И, признай, без меня ты бы не справился. Мне тут явно было чем заняться.       Исчезание короля было таким же внезапным, как и его появление. Вот самодовольная сучья блядь.       Люцифер не хотел вмешиваться. Наблюдать за тем, как Аластор справляется, причём почти успешно, со своим врагом, было весьма занимательно. Даже без магии он и то был... Прекрасен. В плане противостояний. И Самаэль бы и дальше продолжил с какой-то необъяснимой гордостью наблюдать за перепалкой этих двоих, если бы Вокс не начал использовать способности. То, как его руки касались тела его оленёнка, то, как его Аластор позволял ему звать себя Алом заставляло внутри всё гореть огнём. В том числе и телевизора. «так называют меня только близкие мне люди» — так это было ложью? Или телепузик входил в счёт этих людей? Разницы не было. Любой исход все равно делал Люцифера тем, у кого нет права так его звать. От этого становилось ещё паршивей.       Да и вообще король понимал, что Вокс явно перешёл черту. Если бы не помощь третьего лица, то Аластора бы уже во всю использовали. А позволять другим делать с ним что-то он не мог. Да и побыть неким героем в глазах демона было приятным бонусом.       К слову, за этот вечер Люцифер явно много чего узнал об этой мисс-таинственность.