Цена сожаления

      Путь до Лас Ночес в компании Улькиорры был самым тихим и напряженным в новой жизни Сылдыс. Четвертый Эспада не проронил ни слова, но его присутствие давило на психику сильнее, чем дедлайн по годовому отчету. Когда перед ними распахнулись колоссальные створки тронного зала, Сылдыс пришлось сделать глубокий вдох (или то, что его заменяло), чтобы ноги не подкосились. Зал был залит ровным, стерильно-белым светом. В центре, на возвышении, сидел он. Сосуке Айзен. Он не выглядел как монстр. Он выглядел как идеальный лидер: спокойный, уверенный, с легкой полуулыбкой, которая могла означать как высшую милость, так и немедленный смертный приговор. — Сылдыс, — произнес он, и её имя эхом отразилось от высоких сводов. — Девушка, которая решила, что в моем мире не хватает порядка. Улькиорра говорит, ты создала систему там, где я оставил лишь пустоту. Сылдыс вышла на середину зала и опустилась на одно колено. В голове пульсировала мысль: «Только не ляпни ничего про аниме. Только не фанатей». — Лорд Айзен, — начала она, глядя в пол. — Пустота — это прекрасный холст, но без структуры она не приносит дивидендов. Я взяла на себя смелость систематизировать ресурсы Сектора 44, чтобы ваши воины могли тратить время на ваши великие цели, а не на поиск пропитания. Айзен медленно поднялся с трона и начал спускаться по ступеням. Каждый его шаг отдавался звоном в ушах Сылдыс. Он остановился в паре метров от неё. — Ты интересна. Большинство Пустых одержимы голодом или страхом. Но ты одержима... эффективностью? — он чуть наклонил голову. — Ты смотришь на мой мир как на корпорацию, которой нужен грамотный менеджер. Скажи мне, Сылдыс, что ты видишь, когда смотришь на меня? Бога? Тирана? Сылдыс подняла взгляд. В глазах Айзена была бездна, но её прагматизм, выкованный годами работы в Москве, оказался на удивление прочной броней. — Я вижу визионера, у которого слишком много исполнителей, но слишком мало толковых администраторов, — честно ответила она. — Вы строите новый мир, но кто будет вести учет в этом мире? Кто наладит логистику? Я предлагаю вам свои услуги не из верности, а из профессионального интереса. Сделайте меня своим Интендантом, и я превращу Лас Ночес в идеально отлаженный механизм. Айзен рассмеялся. Это был мягкий, бархатистый смех, от которого по спине пробежал холодок. — Улькиорра, ты слышишь? Она предлагает мне контракт. — Это бессмысленно, лорд Айзен, — монотонно отозвался Шиффер, стоящий у колонны. — Напротив, это освежает, — Айзен подошел вплотную к Сылдыс. В его руке внезапно появилось нечто, излучающее пульсирующий сине-фиолетовый свет. Хогиоку. — Твоя воля к порядку так сильна, что даже этот мир начинает под нее подстраиваться. Посмотрим, на что ты будешь способна, если я дам тебе то, чего ты лишилась. Сылдыс не успела ничего сказать. Свет Хогиоку ослепил её. Она почувствовала, как её костяное, неуклюжее тело начинает буквально плавиться. Боль была адской, но за ней пришло странное чувство возвращения домой. Костяная маска на лице треснула и осыпалась осколками. Когти втянулись, кожа стала мягкой и теплой. Когда свет погас, Сылдыс тяжело дышала, упираясь в пол человеческими руками. Она посмотрела на свои ладони — тонкие пальцы, живая кожа. — Твое желание вернуть человеческий облик было доминирующим, — произнес Айзен, глядя на неё сверху вниз. — Но ты больше не человек. Ты — нечто иное. Мой Арранкар-Интендант. Сылдыс поднялась, пошатываясь. На её лице остался лишь небольшой костяной осколок в районе виска, похожий на изящное украшение. Дыра в груди осталась на месте, напоминая о её новой сути, но теперь на ней была белая форма Лас Ночес. Она посмотрела на Айзена, потом на свои новые руки. — Ну что ж... — Сылдыс выпрямилась, чувствуя в себе новую, пугающую силу. — Теперь, когда я выгляжу презентабельно, можем обсудить мой социальный пакет и полномочия? Айзен улыбнулся по-настоящему. — Полномочия у тебя есть. С этого дня ты подчиняешься лично мне и Улькиорре. Наведи порядок в этом замке, Сылдыс. Покажи мне мощь своей «бухгалтерии».