Загнанный

      В поле переферии скомканная бумажка. Фил изгибает бровь, отрывается от экрана, поворачиваясь, и находит взгляд Ильи, тот поднимает оборванный лист, и зрительно на него указывает. Фил отворачивается, доигрывает миссию и разворачивает послание. На мятом «огрызке», как любят говорить учителя, Фила встречает надпись: «так что?»       Фил хмурится и поворачивается снова к Илье. На это одноклассник, не глядя на блондина, показательно на весу переворачивает всё тот же не целостный лист. То ли Филу мерещится, то ли Илья действительно вздохнул. Лаадно.       На обратной стороне послания он видит полностью исписанную текстом поверхность. «Ты вчера много чего рассказывал. А ещё пригласил учавствовать в разработке. Но ничего конкретного так и не предложил.»       Фил загрузился. Хотелось написать «что ты предлагаешь?», но ему по сути уже задали этот вопрос. С чего бы начать? Возможно стоит показать наброски, подробнее описать игровой процесс. Узнать, что может сам Илья.       Он кидает бумажку назад. «Почему не по телефону?» — на одной стороне. «Можем зайти ко мне сегодня(смены нет), или когда ты там свободен?» «Разве так не веселее? И ты не реагируешь на уведомления, пока играешь.» «Сегодня я свободен до 17.» «А если нас спалят?» «Ого, у нас есть целых три часа. А дальше что?» «Кто спалит? Этот старый хрыч не встанет со своего места, даже если Кирилл будет смотреть откровенного характера фильмы со звуком.» «А чтобы никто другой не прочёл — меться лучше. Дальше бокс»       Прочитав это Фил демонстративно сжал руку в локте, а пальцами второй пощупал её в районе бицепса, самодовольно улыбаясь.       Картина казалось до того комичная с этими его тонкими, как оказалось, руками, что они оба начали хихикать, ради приличия прикрывая рты руками.       Теперь ясно почему Фил вечно носит толстовки поверх рубашек. Неужто комплексует? Хотя в кафе вот у него же почти полностью оголены руки… ну правда, носить толстовку на рубашку мало смахивает на комфорт.       А в чём.. в чём Фил был у него вчера?       Вик сидел на первой парте «чтобы никому не помогал!», Арт сел рядом. Может поиграть и не удастся, зато друга одного не оставит(да и списать так шансов всё же больше). К тому же было весело заговаривать учителю зубы, спасая одноклассников от скучного, сродни снотворному, надиктовывания конспектов. Преподаватель любил поговорить, даже если не понимал до конца тему разговора. А ещё с заинтересованностью реагировал на всякий бред, в котором Арт и Вик, ради веселья, со всей серьёзностью пытались убедить учителя.       — … были проведены демократические реформы, отменены дворянские титулы и привелегии, введена свобода…       — Леонид Сергеевич, а вы знали, — Арт наклонился чуть ближе, произнося вопрос всё тише и тише, словно делится секретом. — Что хлеб опасен?       Леонид Сергеевич Проходько заслуженный педагог истории, обучавший ещё родителей сидящих перед ним школьников: и отца Мещерикова и маму Сменкиных, только на тот момент у неё была другая фамилия. Мужчина был преклонных лет, с явной сединой и глубокими морщинами, довольно впечатлительный и отчасти наивный. Из наблюдений: похрамывал на одну ногу.       — Неужели?       Учитель перевёл озадаченный взгляд на Виктора, словно школьник мог знать всю правду этого мира, и подтвердить или опровергнуть заявление соседа, разгрузив тем самым закипающий учительский мозг.       — Арт не совсем прав.       Леонид Сергеевич выдохнул и уже хотел вернуться к теме урока, как Вик продолжил.       — Дело в том, что хлеб всегда являлся для людей символом жизни, ведь не имея другой пищи, люди запросто могли погибнуть. Хлеб был знаменованием благополучия. Но заметили ли вы, Леонид Сергеевич, что сейчас люди стали чаще и серьёзнее болеть? — он дождался растерянного кивка. — Первоначальный хлеб не был опасен. Однако сейчас его делают из молотых опилок с добавлением клея, потому что на самом деле зерновая культура, известная как пшеница, почти вымерла.       Сбитый с толку преподаватель, не веря в услышанное, открыл рот, но быстро закрыл его, подперев подбородок рукой, выражая максимальную заинтересованность. Парни продолжили нести ахинею:       — Вы думаете, просто так существует разница в цене магазинного хлеба и испечённого на заказ?       — А все эти «непереносимости глютена» о которых кричит каждый второй..       — Просто маркетинг, потому что понятия «глютен» на самом деле нет, — Арт так пафасно закончил за другом фразу, что тот и сам начал бы во всё это верить.       — В своих трудах Александр Савелов-Дерябин описал правду происхождения пищевых дрожжей. Они были созданы перед Великой Отечественной войной, в 1936 году, по заказу Гитлера французским профессором, чтобы уничтожить Красную армию. Документы об этом заговоре были случайно найдены в недрах Российской государственной библиотеки, — уверено зачитал с вики, поправляя очки, парень.       — А современный хлеб весь на дрожжах. В составах даже не скрывают.       — Надо же.. — преподаватель почесал макушку. — Что же делать?       — Ничего с этим не поделать, — выдохнул расстроенно Вик. — Никто не хочет верить в нечто ужасное.       — Обезопасить можно только себя, покупая хороший продукт. Окружающих в этом не переубедишь. Это большой заговор.       В столовой Фил подсел к Илье. Удивительно. Раньше он бы скорее поморщился от того что других свободных мест не осталось, а тут намеренно подсел. Потому что хотел. Хотел обсудить их встречу после школы.       Илья удивился не меньше. С какой-то стороны ему было приятно, что Черных, не стесняясь общественного мнения(в лице их тупых одноклассников), подсел к нему. Ещё и оставив Арта с Виком, предоставленных самим себе. С другой стороны это всё же ощущалось малость неловким.       Блондин отодвигал кусок рыбы с шматками полуварёных-полужаренных лука и моркови с «доброй» порцией странной жижи, называемой соусом. И думал, что было бы неплохо что-то приготовить самому.       — Сегодня отстой, да?       Илья «агакнул» и продолжил капаться в тарелке с непреглядным наполнением.       — Даже смешно, что мы так и не додумались брать с собой что-нибудь из дома или покупать по пути.       — Раньше хоть заказать можно было..       Парни на секунду расплылись в настольгичных воспоминаниях.       — Теперь же из школы не выпускают, и курьеров не впускают.. — Илья тяжело выдохнул, смерив очередным недружелюбным взглядом то, что лежит в тарелке, и потянулся за бутербродом с маслом. Понедельник всегда оставлял обитателей школы голодными, благо в этом «семестре» именно этот день недели был загружен меньше остальных.       — Отстой.. Получается до конца дня будем голодными.       — Выходит что так.       — Я думаю.. — начал было Фил, но его прервали.       — Ого, а ты умеешь?       Это было привычно слышать от друзей. А из уст Ильи не услышать подобное.. казалось, не иначе, как в лесу что-то сдохло.       Как оказалось, так только казалось…       Как по-другому объяснить, что эти слова Фила задели? Понятно конечно, что в один момент их взаимоотношения не изменяться, но всё равно приятного было мало.       Илья смутился. Фил смолк и всё его воодушевление как рукой смыло. Неожиданно было видеть такую картину. Кира, Арт и даже Вик — смотря со стороны — никогда не стеснялись поддевать подобным друга. И даже при их с Ильёй обычной «игре», Фил никогда не выглядел таким сбитым с мысли, загруженным. Не столько оскорблённый, сколько.. недооценённый?       Может быть Илья сейчас сделал серьёзную ошибку? Он отругал сам себя. Ну конечно, на днях ведь не просто так состоялся их разговор по душам. Может Фил вообще ни с кем так откровенно и честно говорить не может?       — Так что ты думаешь?       — .. хотел спросить, что будем есть.       Никак теперь он не мог признать, что на самом деле думал приготовить для них то, чего хотелось бы Илье. Сам от себя не ожидал, что он так отреагирует на самую обычную издёвку, и его порыв приготовить что-то так померкнет.       — Вот как..       Илья хотел было что-то предложить как в поле зрения возник Леонид Сергеевич, который спорил на раздаче с женщиной в поварском одеянии, по-видимому о том, что он ни куска хлеба у неё не возьмёт. (Всё-таки из-за плохого слуха преподавателя, Мещереков и Сменкин говорили достаточно громко, чтобы весь класс их слышал). А она настойчиво продолжала протягивать ему привычные 4 половинки.       Арт с Виком, сидящие неподалёку, хихикали. Точнее сказать, первый пытался подавить вырывающийся смех, а второй закатывал глаза и мотал головой, смотря на первого, но всё же улыбался. Вику часто приходилось выкручиваться и словестно вытаскивать друзей из передряг и похоже он к этому привык и даже пристрастился. Может под выпуск они всё же объяснят учителю, что просто веселились?       — В крайнем случае можем что-то заказать. У тебя были предложения?       — Как относишься к итальянской кухне?       Фил наконец вернулся к своему нормальному состоянию, и они обменялись заговорщическими улыбками.       — Ещё спрашиваешь? Но давай не будем об этом. Нам ещё как-то до этого времени надо дожить с прилипшими к позвонкам желудками. ____________________       — Если быть честным, я думал, мы закажем пиццу.       Илья заинтересованно разглядывал содержимое стеклянных контейнеров, которые Фил доставал из холодильника       — Обижаешь, — блондин говорил почти не отрываясь от холодильника, прикидывая, что ещё у них было и в каких закромах это искать. — Эти выходные у нас были итальянскими. Моей маме, как и тебе, интересны другие страны. К ней должны были зайти подруги, но не зашли, так что еды осталось много. Есть ризотто с шампиньонами, суп макку — как относишься к бобовым? И я могу быстро нарезать капрезе.       — Нейтрально. Раз такое дело, то буду всё, Grazie.       — Per favore, Илюша. Я и сам ужасно голоден.       Что ещё за «Илюша»? Это так.. странно слышать от Фила. Вообще всё странно. Сидеть сейчас на барном стуле напротив Фила, нарезающего помидоры.       Фил наверняка переодически сидит так же, наблюдая как готовит его мама. Ежедневно пьёт здесь с утра воду, кофе или чай. Завтракает, обедает, ужинает. Живёт здесь.       А Илья как-то протесался в привычный мир Фила, и тот кажется даже не против. Сам пригласил, сам специально для гостя красиво сервирует салат.       Это сбивает с толку, радует, пронизывает нежностью, когда блондин так сосредоточено раскладывает аккуратно нарезанные ломтики сыра и помидора друг на друга.       Перехватывает дыхание смотреть на то как Фил готовит. А уж тем более когда готовит для Ильи..       Худи заранее стянуто и ожидает хозяина на спинке дивана в гостиной. Белое поло довольно плотно прилегает к телу («всё же не рубашка»), руки оголены, на левом запястье виднеются часы. У Фила красивые руки, запястья, пальцы, — длинные, аккуратные и ухоженные. Илья бы даже назвал их утончёнными или изящными. А что? Раз есть такая возможность, то почему бы не поглазеть? Надо брать от жизни всё, пока она благосклонна.       — Часто готовишь?       — Часто помогаю, — заулыбался Фил, поправляя гостя.       Квартира у Фила не сильно отличалась от квартиры Ильи. Хороший ремонт с дизайнерскими элементами, приятные гармонирующие цвета, с превалирующим серым и белым, с акцентами на голубой, бирюзовый, синий. Вот только у Черных состояние квартиры не омрачено проживанием на жилплощади никаким из животных.       Конечно Илья знал про аллергию. Он помнил, как в младших классах никогда не видел этой белёсой макушки среди детей в контактном зоопарке. К тому же у него есть уши, и он прекрасно слышал, как тогда в кафе Фил расчихался, умоляя убрать животное хотя бы на пол, стоило Кире взять на руки четвероного друга, исходя из повадок, явно щенка.       Да и в комнате у Фила весьма красиво. На удивление не было ни мусора, ни валяющихся носков. Только небольшой утренний беспорядок на столе, похоже, что рюкзак собирался в спешке.       Красивые вид из окна, заставка на компьютере, постер на стене, оголённая спина Фила..       Фил раздевался, переодеваясь в домашнее, но уже натягивает футболку. Аккуратно складывает худи на полку шкафа, заранее проверив предмет одежды на наличие пятен, как-никак это подарок от Вика, пусть и в виде стёба. Затем вешает поло на плечики.       — Что? — Спрашивает блондин, когда с него не сводят ошарашенный взгляд. — Что не так?       — Я не ожидал, что ты настолько аккуратный, — конечно Илья скорее вовсе не рассчитывал на то, что Фил хотя бы аккуратен, а тут такое.       — А я думал, не можешь никак взгляд отвести, — в парня летит подушка, удачно схваченная с компьютерного кресла.       Не сказать, что блондин не прав. Эмоции ведут к привычной защитной реакции — скрыть «слабость» за ухмылкой:       — Небось и рубашки сам гладишь?       — А что в этом такого?       Илья хлопает глазами. Даже как-то стыдно. У него дома этим занимается мама или домработница, которую переодически приглашает Яна, не в силах убирать квартиру.       — Тебе самому то футболку дать?       Илья переодевается, отвернувшись от Фила, который решил, что вполне нормальным будет продолжить переодеваться, без намёка на смущение, снимая штаны. Собственно, как и Фил переодевался спиной к Муромову, а лицом к шкафу.       Сам не знает зачем согласился. Глупо наверное переодеваться в гостях на оставшиеся два часа. Но Илья и не знает, что принято делать с друзьями в гостях. Да и.. пока жизнь предоставляет ему возможность посидеть в футболке Фила — грех не воспользоваться.       Ребята погружаются в обсуждение, и в процессе всего этого действа Илья осознаёт, что в комнате у Фила довольно жарко было бы даже просто в рубашке. Даже при приоткрытой балконной двери.       Очередное уведомление раздражало нервную систему. На экране телефона то и дело светилась заставка блокировки с иконкой тгк-группы четвёрки. Не то чтобы этот чат нельзя было ставить на «без звук», ведь каждый из участников в случае чего мог — до банального просто — позвонить. Однако интерес такой активности в мессенджере пересилил и Фил залип в мобильник. Вик: Ребяат, мы что-то давно не виделись.       Надо исправлять. Кира: тут ты конечно прав, братец       какие предложения? Вик: Давайте найдём удобную для всех дату и съездим за город. Арт: Мы не поедем разносить мне дачу       Даже не предлагай Вик: Да нет же..       В общем как насчёт потусить в пригороде у Вэл? Кира: Виииииик Арт: А что, это идея       Я свободен в любой день. Самая загруженная у нас Кира Кира: да, у меня такой загруженный график, но что ж, время подписанное «на Арта» я готова пожертвовать Арт: Эй       Мы же собирались в кино Кира: вот именно! опять твоё долбаное кино. как долго, по-твоему, мы не собирались компанией? Арт: Ладно ладно       Тогда мы свободны в следующую субботу с самого утра       Фил листал переписку, пока Илья внимательно изучал наработки и заметки на компьютере. Как вдруг блондину пришла мысль:       — Слу-ушай.. — протянул гласную Фил, отлипая от телефона, и словив вопросительный взгляд, продолжил. — У тебя свободна следующая суббота?       — Вообще не очень, но это легко поправимо, — теперь уже на лице у Фила читался вопрос. — Ну не слишком важно. Можно и пропустить разок.       — Как ты смотришь на поездку за город? Ладно, ладно. Не буду удерживать интригу. Хочешь поехать с нами, посмотреть на эту диковинную Валентинку Вика?       При слове «диковинную» Фил руками изобразил «волшебство» и изменил интонацию.       — Ты думаешь, это хорошая идея?       — Я не умею, — отшутился Фил, быстро что-то печатая в телефоне. — Но ребята не против, — в доказательство он развернул телефон:

у нас ведь новые люди? как насчёт взять с собой Илюшу?

Вик: Нифига Кира: и это предлагаешь ТЫ??

кто против?

Вик: Чем больше народу, тем лучше. Вэл здесь одиноко. Арт: Я в нейтралитет Кира: ничего против не имею       Илья прочёл и отвёл от телефона взгляд, что стало сигналом собеседнику вновь уткнуться в гаджет.       То как Фил отшутился.. его всё же задела та ситуация в столовой. Илье хватало проницательности, чтобы осознать, что Черных всё это время «я не умею думать» не отпускало.       Он пообещал себе относиться и говорить, (как минимум стараться), впредь также, как теперь к нему относится этот.. этот дурак-блондин. Как можно проглотить обиду, ещё и улыбаться, как бы к слову шутя о ней..?       И как же относится Фил к Илье? По-доброму, с вниманием и интересом. Также как Кира. Похоже, это основополагающие дружбы.