Лис в Хогсмите.

Первая неделя после Хогсмита тянулась как застывшая патока. Хината не рассказывал о лисе никому. Не потому, что боялся насмешек – Танака смеялся над ним каждый день, и Хината привык. Просто история про лиса с человеческими глазами была слишком личной. Слишком странной. Слишком похожей на то, что случается только в сказках, а не в коридорах Хогвартса, где пахнет пылью и жареными сосисками. Но Хината заметил. Он заметил, что стал чаще оглядываться. В классе Защиты от тёмных искусств, когда профессор показывал им патронус – серебряную выдру, что танцевала между парт, – Хината смотрел не на неё, а в окно. На деревья. На кусты у опушки Запретного леса. Ему казалось – или он хотел, чтобы казалось, – что кто-то наблюдает оттуда. На зельях он снова чуть не испортил котел. Снейп поставил ему «Плохо» и велел остаться после занятий. — Мистер Хината, — начал Снейп, когда класс опустел, и его голос зазвучал особенно мерзко, как скрип несмазанной двери. — Вы не гений. Это мы уже выяснили. Но обычно вы хотя бы не пытаетесь взорвать лабораторию. Что с вами? — Ничего, сэр, — ответил Хината, глядя в пол. — Ваши оценки падают. Ваша успеваемость ухудшается. И если это продолжится, я буду вынужден обсудить это с вашим деканом. — Снейп сделал паузу. — Вам что-то мешает? Или кто-то? Хината поднял глаза. В чёрных глазах профессора читалось что-то похожее на усталое любопытство – как будто Снейп действительно хотел знать ответ, но не надеялся его услышать. — Я просто… отвлёкся, сэр, — сказал Хината. — Больше не повторится. — Надеюсь, — отрезал Снейп и махнул рукой, отпуская его. В коридоре Хината прислонился спиной к холодной каменной стене и закрыл глаза. Где-то внизу, в подземельях Слизерина, сейчас сидел Кагеяма. У них была одна и та же пара по Зельям, просто в разных группах. Иногда они встречались в коридоре после уроков – и тогда Кагеяма смотрел на Хинату тем особенным взглядом, который Хината не умел расшифровывать. Они не виделись три дня. Не то чтобы Хината избегал его. Просто… после Хогсмита он не знал, что сказать. Как объяснить, что его мысли заняты не снитчем, не тренировкой, не предстоящим матчем с Пуффендуем, а лисом с жёлтыми глазами, который смотрит на него из темноты? Кагеяма не поймёт. Кагеяма поймёт всё слишком буквально – и решит, что Хината сошёл с ума. Или, что хуже, пожалеет его. Хината ненавидел, когда его жалели. Особенно Кагеяма.

***

В четверг вечером случился первый снегопад. Не тот лёгкий снежок, который тает, не долетев до земли, а настоящий, плотный, укрывший замок белым одеялом за пару часов. Хината смотрел, как снежинки кружатся за окном гостиной Гриффиндора, и чувствовал непонятное беспокойство. — Идём в Хогсмит? — предложил Танака, натягивая толстый свитер. — В субботу опять разрешили. Рождество скоро, там ёлку поставят в центре деревни. — Идём, — ответил Хината, не оборачиваясь от окна. Ему не хотелось в Хогсмит. Вернее, хотелось, но страшно. Потому что он знал: если он поедет туда снова, лис появится. Он был в этом уверен так же, как в том, что снитч улетает от ловца, а не наоборот. Но сказать «нет» Танаке он не мог. Друзья бы начали задавать вопросы. А Хината не умел врать правдоподобно. В субботу утром они отправились в Хогсмит втроём: Хината, Танака и Хитока. Ячи натянула вязаную шапку с помпоном и выглядела как ожившая кукла – очень серьёзная и очень маленькая. Танака же напоминал гору в пальто: широкоплечий, громогласный, он шёл по деревне, раздвигая толпу одним своим видом. — Куда сначала? — спросил он. — В «Три метлы», — ответила Ячи. — На улице холодно, а там горячий сливочный эль и можно сесть у камина. — Я за, — кивнул Хината. Но пока друзья заказывали напитки и спорили, кто будет платить, Хината снова отстал. Он стоял у окна, глядя на заснеженную улицу, и ждал. Он не знал, чего именно ждёт. Но через пять минут – или через десять, время потеряло счёт – он увидел его. Рыжая шерсть на белом снегу была видна за версту. Лис сидел у крыльца соседнего дома, под навесом, где не падал снег. Он не прятался. Он смотрел прямо на Хинату сквозь запотевшее стекло, и в его жёлтых глазах не было ничего – ни просьбы, ни угрозы. Просто внимание. Чистое, безжалостное, как свет люминоса в кромешной тьме. Хината выбежал на улицу, не надевая шарфа. — Стой! — крикнул он, но лис не двинулся с места. — Ты… ты кто? Снег падал на его волосы, на ресницы, таял на щеках. Холод пробирал до костей, но Хината не замечал. Он стоял в двух шагах от лиса и смотрел в его глаза, и впервые ему показалось, что он видит не зверя, а человека. Очень усталого человека с очень старыми глазами. Лис чихнул. Медленно поднялся. И шагнул к нему. Хината не отступил. Они стояли друг напротив друга – рыжий зверь и рыжий студент – и снег кружился между ними, как миллионы крошечных секунд, которые нельзя вернуть. — Ты не обычный, — прошептал Хината. — Я знаю. И я хочу знать, кто ты. Лис наклонил голову. Его хвост медленно качнулся из стороны в сторону – не как у собаки, а как маятник, отсчитывающий время. А потом он развернулся и побежал. Не быстро. Так, чтобы Хината мог за ним идти. Хината пошёл. Он оставил друзей в «Трёх мётлах», не думая о последствиях. Он шёл за лисом по узким улочкам Хогсмита, мимо закрытых лавок и спящих домов, туда, где деревня заканчивалась и начинался лес. Лис остановился на границе – там, где последние дома уступали место голым ветвям и сугробам. Он обернулся. Посмотрел на Хинату долгим взглядом. И исчез. Просто шагнул в снег – и растворился, как утренний туман. Хината стоял на опушке, тяжело дыша, и чувствовал, как что-то огромное и неизвестное накрывает его с головой. Это было похоже на прыжок с метлы без страховки – когда ветер свистит в ушах, а земля стремительно приближается, и ты не знаешь, разобьёшься или успеешь выровняться. — Хината! — донёсся издалека голос Танаки. — Ты куда пропал, придурок?! Хината не обернулся. Он смотрел в лес, в чёрную пустоту между стволами, и знал – лис там. Смотрит. Ждёт. — В следующий раз, — прошептал Хината. — В следующий раз я зайду дальше. Снег шёл всё сильнее, заметая следы. И следы лиса исчезли первыми.

***

В поезде обратно в Хогвартс Хината молчал. Танака сначала пытался его разговорить, потом махнул рукой и уткнулся в журнал о квиддиче. Хитока читала книгу, но иногда бросала на Хинату быстрые взгляды поверх страниц. — Ты кого-то искал там? — спросила она тихо, когда Танака уснул, свесив голову на плечо Хинаты. — Нет, — ответил Хината. — Меня искали. Хитока не стала уточнять. Она только кивнула, словно всё поняла, и вернулась к чтению. А Хината смотрел в тёмное окно, на пролетающие мимо поля и леса, и думал о том, что его жизнь только что разделилась на «до» и «после». До встречи с лисом он был просто ловцом, просто студентом, просто Хинатой, который бежит за снитчем и иногда ссорится с Кагеямой. После — он не знал, кто он. Но знал одно: рыжий лис с жёлтыми глазами появится снова. И в следующий раз Хината не отступит.