Steidon

«На Ковчеге её боялись больше, чем смерти. На Земле она сама стала смертью.» *** Воздух был тяжёлым от пыли и запаха гари. Лагерь Сотни готовился к ночи, костры отбрасывали пляшущие тени на ржавые останки посадочного модуля. Беллами Блейк стоял на импровизированном посту, его глаза сканировали линию деревьев. Шесть дней на Земле, и он уже понял: выживание — это не игра. Здесь не было правил Ковчега, не было судов и приказов. Была только воля и сталь, которую ты готов пустить в ход. — Она наконец объявилась. — голос Кларк прозвучал глухо, без намёка на удивление. Она стояла позади, держа в руках планшет с мигающей точкой. — Мы думали, челнок разбился, но нет. Он сел в трёх километрах к северу. Сигнал слабый. Беллами нахмурился, не оборачиваясь. — Ещё один «подарок» с небес? Надеюсь, там припасы, а не очередной беспомощный подросток, которого нужно учить, с какой стороны держать нож. — Это не подросток. — Кларк сделала паузу, её голос стал тише. — Это… Новера. По крайней мере, так её называют на Ковчеге. Я слышала о ней только слухи. Говорят, она работает на Совет. Напрямую. Секретные операции, устранение целей… Она — призрак. Никто не знает её настоящего лица, только прозвище. Тень с Ковчега. Беллами наконец повернулся. — Устранение? Ты хочешь сказать, что они отправили сюда наёмную убийцу? Чтобы она помогала нам собирать ягоды? — Она выполняет грязную работу, Беллами. Ту, о которой не говорят вслух. И судя по тому, что она здесь, задание Совета — следить, чтобы мы выжили. Любой ценой. Эта мысль не понравилась Беллами. Ещё одна пешка в чужой игре. Ещё один человек, который будет оспаривать его власть. — Тогда идём. Встретим нашу «гостью». — прорычал он, закидывая винтовку за плечо. *** Они нашли её не сразу. Сигнал привёл их к расщелине между скалами, где густая листва скрывала от посторонних глаз. И то, что они увидели, заставило даже бывалого Беллами замереть на месте. Корабль был не таким, как их модуль. Военный. Обтекаемый, тёмный, с отметинами от лазерных пушек. Вокруг него, на земле, лежали тела. Но не людей. Чудовища. Двупалые, с бледной, светящейся в темноте кожей и вытянутыми черепами без глаз. Беллами уже сталкивался с ними — гризли-мутанты, порождение радиации, дикие твари, от которых не спасали даже пули, если не попасть точно в голову. Здесь их было шесть. Все мёртвы. И убиты с хирургической точностью. — Чёрт… — выдохнул Беллами, сжимая оружие. В этот момент из тени челнока вышла фигура. Она была невысокой, но в её осанке чувствовалась смертоносная грация хищника. Камуфляжные штаны, лёгкий бронежилет поверх чёрной водолазки. В руках она держала два изогнутых клинка, всё ещё блестевших от чёрной крови тварей. Её лицо было скрыто под тканью маски, из-под которой виднелись только глаза — ледяные, безжалостные, сканирующие пространство. Длинные светлые волосы, заплетённые в тугую косу, напоминали хвост хищной птицы. — Кларк Гриффин. — Голос девушки был низким, с хрипотцой, будто она долго молчала. — Я ожидала увидеть тебя раньше. Она перевела взгляд на Беллами. И в этот момент он почувствовал, как его рука инстинктивно сжала приклад винтовки. В ней было что-то неправильное. Словно она смотрела на него не как на живого человека, а как на цель на полигоне. — Беллами Блейк. — она произнесла его имя так, будто пробовала на вкус. — Тот самый, кто подбил мать на сокрытие рождения сестры. А потом попытался убить канцлера Джаху. Внушительный список для одного человека. Беллами шагнул вперёд, заслоняя собой Кларк. — А ты, видимо, та самая мясница с Ковчега? Слышал, у тебя есть хобби — превращать людей в космическую пыль. Девушка не среагировала на оскорбление. Она лишь слегка склонила голову набок, изучая его, как необычный экспонат. — Оскорбления — признак неуверенности, Блейк. — спокойно ответила она. — На Ковчеге меня боялись. Здесь мне плевать на страх. Моя задача — гарантировать ваше выживание. Даже если для этого придётся убить каждого из вас своими руками. Она убрала клинки в ножны за спиной и, не обращая внимания на напряжённые позы, прошла мимо них к выходу из расщелины. — Вы привели меня в ваше логово? Или мне искать дорогу самой? — бросила она через плечо. Кларк переглянулась с Беллами. В глазах девушки-медика читалась тревога, но и жгучее любопытство. Беллами же чувствовал только одно — жгучую, иррациональную ненависть к этой ледяной статуе. — Идём. — процедил он. — Но учти, здесь мои правила. Одно неверное движение, и я лично отправлю тебя обратно в космос, даже без скафандра. Нова остановилась. Медленно, будто нехотя, она повернулась к нему. В тусклом свете звёзд её глаза на секунду вспыхнули неестественным голубым свечением — тонкие вены под кожей засветились, как электрические провода. — Постарайся, Блейк. — прошептала она. — Это сделает наш совместный досуг намного интереснее. *** В лагере её появление вызвало волну страха. Даже самые дерзкие из Сотни, те, кто смеялись в лицо смерти, теперь отводили взгляды. Новости о ней распространились быстрее пожара. «Тень», «Мясница», «Та, кого боятся даже на Ковчеге». Беллами не сводил с неё глаз. Он видел, как она методично, по-военному разбирает свой инвентарь, как проверяет оружие, как наносит на карту неизвестные отметки на основе одному ей известных данных. Она не спала. Она не ела с ними. Она стояла на краю лагеря, вглядываясь в темноту леса, и ждала. Он подошёл к ней, когда лагерь стих. — Ты не похожа на обычного солдата. — Я не солдат. — не оборачиваясь, ответила Нова. — Солдаты убивают по приказу. Я убиваю потому, что это единственное, что я умею хорошо. — И тебя это не мучает? — спросил он, пытаясь задеть её. Нова наконец посмотрела на него. В её взгляде не было боли, только странная, пугающая пустота. — Мучает? — переспросила она. — Нет. На Ковчеге меня вырезали из мёртвого тела матери. Её убили за попытку дезертирства. Совет дал мне имя и номер. И сказал: «Ты должна быть полезна». Я стала полезна. И теперь я здесь. Вопросы о морали оставь философам, Блейк. Здесь только выживание. Она замолчала, глядя на звёзды, которые когда-то были её домом. — Иди спать. Завтра нам предстоит встреча с хозяевами этого леса. Земляне уже знают, что мы здесь. И они не в восторге. Беллами хотел возразить, но слова застряли в горле. Эта девушка пугала его. Не своей силой, не своим прошлым. А тем, как спокойно она принимала жестокость этого мира. Будто рождена для него. Он развернулся и ушёл, но до самой полуночи не мог сомкнуть глаз. Он знал: с этой минуты началась игра. Игра, в которой ставкой были их жизни. И её холодные голубые глаза, казалось, уже видели финал.