Embers — A Twilight Story

Скарлетт сидела на краю своей кровати, скрестив руки на груди, и смотрела на Карлайла, Эсми и Элис с недовольством. Они провели последний час, уговаривая, дразня и слегка запугивая её, чтобы она пошла на выпускной бал. — Скарлетт, это всего лишь одна ночь, — мягко сказала Эсми. — Музыка, танцы, встречи с друзьями, время с семьей... — Я пережила века без школьных танцев, — пробормотала Скарлетт. — Сомневаюсь, что этот изменит что-то. Карлайл подошел ближе, спокойный как всегда. — Дело не в других. Дело в том, чтобы разделить момент с теми, кто о тебе заботится. Ты этого заслуживаешь. Элис прислонилась к дверному проему с ухмылкой. — А увидеть тебя в платье вместо твоей привычной черно-красной куртки? Это уже стоит того. Скарлетт подняла бровь. — Ты думаешь, это платье заставит меня по-другому вести себя? — Нет, — ответила Элис, — но ты будешь выглядеть потрясающе. После почти часа уговоров Скарлетт наконец сдалась. — Ладно. Но если мне не понравится ни секунда, это на останется вас. Позже она вышла в черно-красном платье, которое элегантно обтягивало её фигуру, в паре с каблуками, добавляющими немного роста и перчатками. Её рыжие кудрявые волосы были собраны в красивую прическу, сделанную с помощью Розали. Эсми мягко улыбнулась. — Ты выглядишь прекрасно. Скарлетт слегка усмехнулась. — Приемлемо. Элис подтолкнула её. — Тебе это даже может понравиться. Скарлетт закатила глаза. — Посмотрим. Каллены прибыли вскоре после Эдварда и Беллы, скользя с легкостью и грацией. Скарлетт сразу заметила Пола, который неловко стоял рядом с группой студентов из резервации. Она сжала губы. — Отлично... он здесь, — пробормотала она. Эдвард и Белла направились к танцполу, Розали и Эммет начали игриво кружиться, Элис показывала Джасперу несколько шагов, а Скарлетт прислонилась к стене, наблюдая за происходящим с скрещенными руками. Эммет, всегда провокатор, схватил Скарлетт за руку. — Давай! Не позволяй Элис затмить нас! Скарлетт коротко рассмеялась и позволила себе немного повести себя, слегка закружившись, её каблуки резко стучали по полу. Она слегка отталкивала Эммета от его чрезмерных вращений, тихо смеясь над его преувеличенной театральностью. Джаспер подошел следующий, подшучивая: — Постарайся не закатывать глаза на всех. — Без обещаний, — ответила Скарлетт с усмешкой. Эдвард подошел к ним. — На одну песню? — спросил он. Скарлетт приподняла бровь. — Только если ты сможешь угнаться за мной. Вместе они танцевали — Скарлетт с её характерным острием, Эммет и Розали создавали небольшие комичные помехи, Джаспер двигался осторожно, а Эдвард скользил с тихим совершенством. Смех и подшучивания переплетались по танцполу, пока семейные шалости продолжались вокруг них. В конце концов Каллены разбились по парам, оставив Скарлетт на краю танцпола. Со скрещенными руками и тихим щелчком каблуков она смеялась над хаосом вокруг себя. Пол, который задерживался на дальнем конце зала, сразу это заметил. Несмотря на недавнее напряжение, он не мог вынести вида её одиночества. — Скарлетт... — начал он осторожно. — Ты не могла бы... потанцевать со мной? Просто... чтобы ты не сидела здесь одна? Челюсть Скарлетт напряглась. — О, так теперь тебе важно, что я одна? Забавно — после всех этих... изменений. Глаза Пола сузились. — Ты думаешь, я этого хотел? Поверь мне, нет. Но видеть тебя сидящей здесь... Я не могу. Я просто... не могу. Грудь Скарлетт сжалась, в ней застрял укол того, что она не хотела признавать: ей не хватало дружбы, которая у них была раньше. Её гордость спорила с сердцем, но сердце победило. — Ладно, — пробормотала она, выходя в центр танцпола. — Но не ожидай от меня вежливости. Улыбка Пола на мгновение стала неловкой и натянутой. — Я не планировал вежливости. Первые ритмы были жесткими и напряженными. Руки Скарлетт оставались твердыми, поза была резкой, её глаза искрились раздражением. Руки Пола неопределенно парили в воздухе, от него исходило напряжение. — Ты все еще пахнешь мокрой псиной, — сухо произнесла Скарлетт, наполовину подшучивая, наполовину с негодованием. Пол вздрогнул, но не отступил. — А ты все еще двигаешься как буря. Почему я не могу перестать об этом думать? Скарлетт тихо хмыкнула. — Буря, да? Очаровательно. Их шаги были размеренными, защитными, каждое движение было безмолвной битвой воли. Скарлетт позволила себе слегка разжечь огонь на кончиках пальцев, реагируя на своё раздражение и беспокойство. Пол немного споткнулся во время одного из её резких поворотов, и она саркастично заметила: — Осторожнее. Я могу поджечь твои туфли тоже. Постепенно напряжение стало ослабевать. Пол начал подстраиваться под её движения, обретая уверенность. Скарлетт позволила себе легкую усмешку от его адаптации, подшучивая над ним с помощью поворотов и вращений. — Ты… не ужасен, — тихо признал он. — Не ужасен? Ты щедра, — ответила она, её губы дрогнули от смеха. К третьей песне они двигались более плавно. Скарлетт слегка наклонилась ближе во время поворота; Пол без колебаний повторил её движение. Её усмешка оставалась, но под ней скрывалось тепло — признание общей истории, невысказанной связи и напряжения их новой реальности. Небольшие комичные моменты прерывали их танец: почти столкновения с другими парами, ошибка во время движений и сухие комментарии Скарлетт о неловком положении Пола. Когда песня закончилась, они замедлились, остановившись в центре танцпола. Никто не заговорил сразу, оба переводили дыхание после интенсивного танца. Каблуки Скарлетт тихо щелкали по полу, когда она выпрямилась, сохраняя свою остроту и резкость. Пол взглянул на неё, неопределенно, но искренне. — Спасибо… за танец. Даже… вот так. Скарлетт слегка усмехнулась. — Не благодари меня. Это была единоразовая акция. Напряжение сохранялось, история оставалась невысказанной, но общий танец смягчил края. Скарлетт пережила ночь, потанцевала со своей семьей, столкнулась с неловкостью Пола и осталась полностью собой. Когда она взглянула на него через зал, в её груди мелькнуло легкое признание: сегодня ночью она вышла из своего уголка на своих условиях — все такая же острая, все такая же огненная и чуть-чуть… человеческая.