Embers — A Twilight Story

Скарлетт сидела на краю утеса над пляжем, крепко скрестив руки на груди, пока море разбивалось о скалы внизу. Прошла неделя с тех пор, как у Пола началась внезапная лихорадка, неделя безответных звонков и тишины — и, наконец, он попросил её встретиться здесь. Когда он пришёл, она сразу поняла, что что-то не так. Пол двигался так, будто был сделан из напряжения — жесткий, сжатый, опасный. Никакой той лёгкости, которая когда-то была в нём, не осталось. — Пол, — начала она осторожно. — Ты выглядишь... ужасно. Он даже не хмыкнул в ответ. — Я в порядке. Скарлетт невольно вдохнула — и замерла. Он излучал тепло, сжигающее и дикое. Но под этим новым ощущением прилипло к нему что-то вроде запаха. Волк. Её желудок опустился. — Ты изменился, — прошептала она. — Ты… — Да, — перебил Пол. — Я знаю, кто ты. Наконец-то получил объяснение этому... ощущению, которое возникало рядом с тобой. Его челюсть напряглась. — Следовало понять, что что-то не так. Глаза Скарлетт сузились, голос её зазвучал остро, как стекло. — И что? Хочешь сказать это? Он полностью развернулся к ней, сверкая глазами. — Ты вампир. — Он выдал это с презрением. Она встретила его взгляд, не моргнув. — А ты волк. Пол презрительно хмыкнул. — Видимо, мы всегда были созданы для того, чтобы ненавидеть друг друга. Её руки сжались у боков, тепло слегка колебалось под кожей. — Я не ненавижу людей, Пол. Но волков? Безрадостная улыбка коснулась её губ. — Я всегда ненавидела волков. — Хорошо, — сказал Пол, отступая назад. — Тогда мы на одной волне. Держись подальше от Ла Пуш. Не лезь в мои дела. И больше не звони мне. Он не ждал ответа — развернулся и пошёл по тропе вниз с утеса, тепло исходило от него как предупреждающий сигнал. Скарлетт смотрела ему вслед, челюсть стиснута так сильно, что она почувствовала трещины в своем самообладании. Что-то в её груди закололо — не горе, не утрата, просто раздражение на саму себя за то, что позволила человеку приблизиться настолько близко, чтобы это имело значение. Волки. Конечно, это должен был быть волк. Каллены собрались на кухне, тихий гул их дома нарушался только резким шагом Эдварда. Скарлетт прислонилась к столешнице, снова скрестив руки, выражение лица плоское и непроницаемое. — Она знает, — наконец сказал Эдвард. — Белла? — спросила Розали. — Насколько «знает»? — Достаточно. — Эдвард вздохнул. — Я не говорил ей этого, но она слишком наблюдательна. Скарлетт взглянула вверх. — Отлично. Это наверняка закончится хорошо. Карлайл мягко улыбнулся её сарказму. — Скарлетт, она не угроза. — Ещё нет, — поправила она тихо. Элис, не обращая внимания на напряжение, хлопнула в ладоши. — Она мне уже нравится. Будет нравиться ещё больше, когда я наконец встречу её. Скарлетт молчала, свечи мерцали в тонком всплеске от её дыхания. Её мысли вернулись к Полу, к теплу, запаху, злости. Голова Эдварда наклонилась так, как он делал это, когда подслушивал. — Прекрати рыться в моей голове, — пробормотала она. — Мне и не нужно, — тихо ответил он. — Ты слишком громко думаешь. Она закатила глаза и повернулась к коридору — Эдвард последовал за ней. Скарлетт вошла в свою комнату, тепло внутри встретило её как знакомый пульс. Эдвард прислонился к дверному проему, наблюдая за ней с раздражающе проницательным выражением лица. — Ты расстроена, — просто сказал он. Она бросила на него взгляд. — Я раздражена. — Из-за Пола. Скарлетт зажгла свечу, касаясь её пальцем; пламя мгновенно вспыхнуло. — Он стал таким из-за меня. Потому что его инстинкты среагировали на меня. А теперь он меня ненавидит. — Она пожала плечами, притворяясь, что это её не волнует. — Ладно. Так даже проще. Эдвард не поверил в эту ложь. Она могла понять это по легкому приподниманию его брови. — Он был твоим другом, — тихо сказал он. — Недолго, — усмехнулась она. — В конце концов, он бы всё равно меня ненавидел. Все волки такие. Эдвард вошёл в комнату. — Скарлетт... Я слышал, что произошло. И мне жаль. Она отвела взгляд. — Неважно. Всё уже сделано. Эдвард замолчал, но она чувствовала, как он думает — думает о ней, а затем о Белле. И Скарлетт осознала кое-что. Что-то важное. Она вздохнула, сев на край своей гамак. — Эдвард... ты любишь её. Он замер. Скарлетт едва улыбнулась. — Ты действительно любишь. И ты это знаешь. Его голос едва был слышен. — Я не знаю, как держаться от неё подальше. — Так не держись, — резко сказала Скарлетт. — Ты нашёл свою судьбу. Это заняло у тебя достаточно времени. Эдвард хмыкнул с улыбкой. — Я не уверен, что она чувствует то же самое. — Чувствует, — сказала Скарлетт. — Но даже если бы и не чувствовала, ты вампир. Время на твоей стороне. Глаза Эдварда смягчились. — А что насчет тебя? Скарлетт взглянула на пламя свечи, наблюдая, как оно извивается вверх с её дыханием. — Если он существует, то появится, когда будет готов. Выражение лица Эдварда стало серьёзным. — И когда это произойдёт, ты знаешь, что мы будем рядом с тобой. Всегда. Скарлетт усмехнулась. — Я знаю. Эдвард задержался у дверного проема ещё на мгновение, бросив ей последний взгляд перед тем, как оставить в теплом свете комнаты. Скарлетт тихо выдохнула, пламя свечей наклонилось к ней, как всегда. Она ещё не знала этого, но где-то далеко от Форкса, он почувствовал что-то.