Embers — A Twilight Story

Утренний воздух прилипал к краям школьной территории, густой и влажный от затянувшегося тумана. Каллены стояли на краю школы, прямо у входа в кафетерий, двигаясь как единое целое, несмотря на легкое напряжение. Скарлетт шла чуть позади Джаспера, ее руки были небрежно заправлены в карманы темных джинсов, а глаза вглядывались в суетливых школьников с едва заметным отстранением. Эдвард резко остановился, его взгляд упал на нее. «Тебе это не особо нравится, да?» — тихо спросил он, слегка наклонив голову, уголки его губ дергались в маленькой усмешке. Улыбка Скарлетт стала более сжатой, почти незаметной. «Нравится? Вряд ли. Люди, шум в кафетерии, бесконечные пустые разговоры — это чудо, что я все еще важиваю здесь». Глаза Эдварда немного потемнели, когда он наклонился ближе. «Я слышу каждую твою мысль, которую ты пытаешься скрыть», — сказал он. Скарлетт простонала, качая головой. «Мне нужно волноваться о том, что ты разоблачишь меня перед всей школой?» «Только если это будет настолько интересным, чтобы не устоять», — ответил он с низким, игривым голосом. «Ты не очень-то скрытна, Скарлетт». Она издала сухую усмешку, взглянув на него с притворным раздражением. «Скрытность переоценена. Люди все равно не могут ее оценить. Кроме того», — добавила она, понизив голос, — «я не собираюсь притворяться, что мне нравится это место». Прежде чем Эдвард успел ответить, громкий голос Эммета прорезал напряжение. «Ой, да ладно тебе, Скарлетт. Школа не так уж плоха. Может быть, тебе нужно напугать пару человек, чтобы они оставили тебя в покое», — сказал он, драматично сгибая руки. Скарлетт закатила глаза, но уголки ее губ дрогнули. «Некоторые вещи просто нельзя исправить грубой силой, Эммет». «Пока нет», — добавил он с озорной улыбкой и подмигнул ей. Эдвард покачал головой со вздохом и указал на двери кафетерия. «Пойдем?» Каллены вошли внутрь, почти бесшумно скользя по переполненным коридорам. Скарлетт почувствовала привычное любопытство вокруг, человеческие шепоты касались ее сознания. Она проигнорировала их. С другого конца кафетерия Белла сидела за столом с Джессикой, ее любопытство буквально вибрировало в воздухе. Ее глаза уже нашли Калленов, и она наклонилась ближе, чтобы прошептать: «Кто они?» Глаза Джессики блестели от предвкушения сплетен. «Это Каллены. Они переехали сюда пару лет назад. Усыновлены доктором и миссис Каллен. Они… все вместе. Это действительно странно». Белла наклонила голову, прислушиваясь. «Там Розали и Эммет. Джаспер и Элис. А это Эдвард… ну, Эдвард — это Эдвард», — продолжала Джессика, выделяя его имя, как будто это было предупреждение. «А это Скарлетт Хейл. Она очень странная». Взгляд Беллы переместился, когда Эдвард и Скарлетт вошли вместе. Девушка шла с той спокойной, отстраненной грацией, которая делала воздух вокруг нее почти холоднее, а Эдвард естественно шагал рядом с ней. Они двигались так, как будто остальная часть кафетерия не существовала, и Белла почувствовала странное притяжение, наблюдая за ними. «Они…вместе?» — прошептала она, не в силах скрыть восхищение в голосе. Джессика усмехнулась. «Нет. Не совсем. Но они близки. Очень близки». Скарлетт и Эдвард заняли свои места среди остальных Калленов, тихий гул разговоров окутывал их. Взгляд Скарлетт лениво скользил по кафетерию, безразличный к взглядам, которые они вызывали. Но она заметила, как внимание Эдварда скользнуло к Белле. То, как он изучал ее, тонкая заинтересованность в его золотых глазах — это заставило Скарлетт наклонить голову. «Не делай ничего глупого», — пробормотала Розали тихо, бросив на Эдварда острый взгляд. Скарлетт, сидя рядом, кивнула на предупреждение. «Не то чтобы ты когда-либо слушал, когда кто-то говорит тебе как вести себя», — добавила она сухо, с легкой усмешкой, чтобы подразнить его. Губы Эдварда дернулись в ответ, но он не двинулся. Тонкое напряжение между наблюдением, желанием и развлечением висело в воздухе, ощутимое только для тех, кто знал его хорошо. Скарлетт откинулась назад, скрестив руки, ее мысли были наполовину сосредоточены на людях вокруг них и наполовину на тихом, невысказанном танце, когда Эдвард замечал кого-то. Каллены, как всегда, оставались отдельно, но вместе — единая семья, идеально синхронизированная и всегда чуть недоступная.