Trident

Пока Тим работает над новым делом команды, его компьютерная программа продолжает работать в фоновом режиме. Она по-прежнему ищет происхождение денег на банковском счёте Джереми Бейкера. Пару раз, когда Тим думает, что никто не видит, он проверяет её работу. Несмотря на то, что часы проходят, ничего. У него ничего нет. Вздыхая, Тим прижимает руки к лицу. Офисное пространство тихое, слишком тихое. Даже Тони ДиНоззо сидит за своим столом, угрюмый и неподвижный, пытаясь выяснить, куда мог деться их сбежавший морской пехотинец. К этому моменту Тони уже должен был бы делать ставки на то, как далеко их морской пехотинец сможет убежать, прежде чем его поймает команда. Тим проиграл их последнее пари на дезертирство, потому что думал, что тот останется в Вашингтоне. Каким-то образом мужчина добрался до Тусона в рекордно короткие сроки. Как Тони узнал, что тот направляется туда, остаётся загадкой. Тим хочет ещё один шанс отыграть свои двадцать долларов. Телефон Тима звенит от сообщения. Его сердце наполняется радостью, потому что он, наконец, может получить ответ по поводу запросов на ордера на доступ финансовой отчётности Бейкера. Ему нужно поглубже изучить несколько компаний, которые всплыли в в результате его поисков. Он думает, что это пустышки, но ему нужен ордер, чтобы это доказать. Вместо этого, это сообщение от его литературного агента Линди Кроушоу: У тебя есть что-нибудь для меня, Тимоти? Я всё ещё жду, и не сказать чтобы терпеливо. Вернувшись в свою квартиру, Тим видит в печатной машине чистый лист, который насмехается над ним, как «Сердце-обличитель». Он снова возвращается к делу — к делу о дезертире-морпехе и Бейкере — потому что это проще, чем написать своему литературному агенту, что он не написал ни слова за два месяца. Пришло ещё одно сообщение: Ради всего святого, пришли мне что-нибудь. Твой редактор ожидал этот черновик ещё три недели назад! Тим так сильно швырнул свой мобильный телефон, что все подняли на него глаза. Тони нахмурился, поднял брови и поджал губы, а Зива изучала его взглядом, словно пытаясь разгадать его секреты. Гиббс скривился и прищурился. По какой-то причине Тиму показалось, что он мог бы догадаться, что дело Бейкера так и не было полностью передано. - У тебя что-нибудь есть, МакГи?- спрашивает Гиббс. Смущённо улыбаясь, Тим качает головой. - Пока нет, босс. Я к этому иду. Гиббс ещё больше прищуривается. - Добирайся туда быстрее. Тим снова погружается в работу. Здесь он должен сосредоточиться на своей настоящей карьере федерального агента. Он должен следовать приказам — приказам Гиббса — и выдавать факты, информацию и данные, имеющие отношение к их делу. Здесь нет места для его мыслей или идей. И всё же он продолжает работать над делом, которое ему приказали закрыть. Тим, осторожный и осмотрительный, перепроверяет свою программу. Заметив, что она потеряла отслеживание денег, он не может скрыть своего разочарования. Он возвращается к последней финансовой транзакции, чтобы посмотреть, сможет ли он что-нибудь выудить из ничего. Тот, кто перевёл тысячи долларов на банковый счёт Джереми Бейкера, умел хорошо заметать следы. Ну я лучше. Тим, наклонив голову, хрустит шеей. Он украдкой бросает взгляд на своих товарищей по команде. Тони сидит за своим столом, как ни в чём не бывало. Ка будто команда только вчера не узнала, что он морской пехотинец. Ему бы следовало связаться с товарищами дезертировавшего морпеха, но Тим не может понять, чем он занимается. Большую часть утра он провёл за телефонными звонками. А теперь, возможно, он отправляет электронные письма. Зива, вернувшись после полудневного отстранения, корпит за компьютером. С момента возвращения она гораздо тише, чем обычно. Её внимание сосредоточено на Тиме, словно она хочет выяснить, не был ли он тоже в курсе секрета Тони. Тим чувствует себя странно, словно насекомое под микроскопом. Внезапно Гиббс встаёт со стула. - Иду за кофе. Тим возвращается к делу о дезертире-морпехе. Ему бы следовало изучить систему заказов Корпуса морской пехоты, чтобы выяснить, как морскому пехотинцу удалось изменить адрес в уже оформленном заказе. Не говоря уже о том, что они должны пытаться выяснить, что этот человек планировал делать с пожизненным запасом сухих пайков. Тиму не потребовалось много времени, чтобы получить доступ к программному обеспечению. Изучая его, он не заметил никаких попыток взлома кода. Насколько он мог судить, морской пехотинец не имел доступа к программе для оформления заказов. Не было никаких санкционированных входов в систему. Никаких дополнительных заказов. Никаких следов, указывающих на изменение адреса. Уже во второй раз менее чем за час у него ничего нет. Он начинает ненавидеть чувство пустоты. Но каким-то образом тысяча сухих пайков была перенаправлена не по адресу. После ухода Гиббса Тони оживляется. - Мы собираемся поговорить о настоящей трагедии? Тим и Зива смотрят на него, но молчат. На мгновение Тиму почти кажется, что Тони собирается рассказать о своих днях в рядах морских котиков. И всё же, когда Тони встаёт, его движения свободны, словно он перед камерой. Он играет роль студента из братства, шутника, проказника. Почему Тони ведёт себя так, будто всё вернулось на круги своя? Вчера его так сильно расстроила смерть Бейкера. Тони издаёт громкий цокающий звук. - Возможно, ты прольёшь на это свет,- говорит Зива. - Да, Зи-ва. Я просветлю тебя и столь же сбитого с толку МакНепоняйку. Пропавшего морпеха зовут Томми Томпкинсон. Не Томас, а Томми,- Тони театрально качает головой, но сердце у него явно не на месте.- Как думаешь, нам стоит арестовывать и его родителей? Зива хмурится. - На каком основании, Тони? Назвать его...- она проверяет папку, словно сама не может в это поверить,- … Томми Томпкинсом? Тони ходит вокруг своего стола. - А, точно. Старина Томми Том. Томпкинатор. Томас-Томпкинс и его друзья. Том… - Томас кто?- перебивает Зива. - Это отсылка к паровозику Томасу,- объясняет он. Они долго смотрят друг на друга. Брови Зивы приподняты, рот слегка приоткрыт. Тони наклоняется вперёд, словно бросает ей вызов. Их взгляды встречаются, выражения лиц бесстрастны и нейтральны. Они выжидают, кто первым сдастся. Тим задаётся вопросом, знают ли они вообще о его присутствии. Этот момент кажется настолько интимным и личным, что он чувствует себя лишним. Он должен работать, но не может заставить себя отвести от них взгляд. Какая бы ссора между ними ни просиходила, она граничит с абсурдом. Зива упирает руки в бока. - Ты не можешь так говорить без объяснений, Тони. Не верю, что ты посмотрел столько фильмов, если бы видел «Томаса-паравозика». Это же для малышей, правда? - Однажды я встречался с девушкой, которая работала няней,- Тони пожимает плечами.- Это был странный период в моей жизни. Очень-очень странный, но запоминающийся. Она делала вот что… Зива вскидывает руки. - Я больше ничего не хочу знать. - Ну, разрази меня мои буфера!- восклицает Тони своим ужасным английским акцентом. - Я ничем не могу тебе помочь,- резко отвечает Зива.- Тебе придётся разобраться со всем самостоятельно. С трудом сдерживая улыбку, Тони поправляет галстук. Облизывает губы, чтобы скрыть смех. Встретившись с анализирующим взглядом Тима, смущение медленно сползает с лица Тони. Выражение его лица становится расчётливым и осторожным. Всё тело Тима напрягается, и он снова обращает внимание на свой компьютер. Он не может представить, как кто-то мог получить доступ к программному обеспечению, установить смену адреса и стереть все следы своего пребывания там. Как бы хакер ни старался, следы почти остаются. А Тим, он всегда находит это. Тони внезапно нарушает молчание: - Ты опять застрял, стажёр? Тим не оглядывается. - Нет, мне просто нужно выяснить, как был получен доступ к системе. Это многое расскажет мне о том, как Томпкинс это сделал. Вероятно, есть какая-то лазейка, которую мне просто надо найти. - Ты только что признался, что тебя победил морской пехотинец, которого мучил сильный голод?- нараспев произносит Тони. Тим моргает. - Сильно голодал? Томпкинс был любителем марихуаны? Тони едва сдерживает смех. - Если так спрашивать, был ли Томми Том наркоманом, то да. Он был...- он использует кавычки,- … «любителем марихуаны». Сотрудник, проводивший обыск в его доме, сказал, что они нашли...- снова кавычки,- … «накротические принадлежности». Можете поверить, что они использовали такую фразу. - Я не верю, что ты сможешь произнести это по буквам,- вставляет Зива. Тони игнорирует её. - Итак, стажёр, я снова спрашиваю тебя. Ты признаёшь, что тебя победил морской пехотинец, которого мучил сильный голод. - Никогда,- щёки Тима слегка порозовели.- Никогда. - Ну, знаете, есть лазейка: можно сказать «никогда, никогда», если иметь в виду это настолько, чтобы повторить это дважды. - Это же очередной фильм, да?- вмешивается Зива. Тони медленно поднимается на ноги и прислоняется к столу. Если бы Тим не знал его, он мог бы подумать, что Тони вернулся к своему прежнему состоянию. Однако за движениями скрывается что-то ещё. Он ведёт себя так же, как Тони: шумно, громко и живо, но его действия более сдержанны и дисциплинированы. Кажется, будто он разыгрывает представление. Мне кажется, я наблюдаю за его игрой. Он всё это время играл? - Конечно, Зи-ва,- говорит Тони.- «Мачеха» с великолепной Джулией Робертс и ещё более замечательной Сьюзен Сарандон. Это история о детях разведённых родителей, которые пытаются разрешить свои разногласия с мачехой. Это заставляет Зиву наклонить голову. - Ты добровольно признался, что присматривал за курятником. Оторвав взгляд от экрана компьютера, Тим бросает на Тони растерянный взгляд. Он даже не может догадаться, какую фразу высмеивает Зива. Разум Тима всё ещё застрял в байтах и двоичном коде, пытаясь собрать воедино решение, чтобы его не одолел голодный морской пехотинец. Тони едва сдерживает смех. - Думаю, ты имеешь в виду мелодраму для девушек. Зива вызывающе вскидывает подбородок. - Полагаю, суть осталась бы той же. Птицы всё ещё есть. - И они, скажем так, те ещё птицы. Зива сжимает губы в тонкую линию, обдумывая его слова. Она явно не понимает игру слов, но делает вид, что это ниже её достоинства. Она просто закатывает глаза, но последовавшая тишина, говорит о том, что у неё пока нет ответа. Тим слегка улыбается этой шутке. Чтобы окончательно убедить всех, Тони театрально пожимает плечами и заявляет: - Любой фильм — хороший фильм, и я, например, не делаю различий. И тут Тони сокращает расстояние до стола Тима. Он останавливается рядом с Тимом, внимательно наблюдая за молодым человеком, пока тот не поднимает взгляд. Тим не уверен, как ему следует себя вести, потому что Зива наблюдает за ними, он тайком встречается за спиной у Гиббса, их пропавший морпех ведёт игру, а Тони никогда не говорил ему, что служил как морской котик. Меня это не должно беспокоить. Меня это не беспокоит. На его лице появляется лёгкое раздражение. - Что? Тони наклоняется ближе. - Что нового, МакГу? Выражение лица Тима слегка помрачнело. - Я не могу понять, как он получил доступ к системе заказов морской пехоты, чтобы перенаправить груз. Я проверил логины сотрудников, ответственных за заказ. Я проверил попытки несанкционированного доступа. Я… - Возможно, голодный солдатик Джо позвонил,- предполагает Тони. Тим вздрогнул. - А… что? Тони театрально поднимает трубку настольного телефона Тима и говорит: - Привет, я хотел бы, чтобы следующую партию сухих пайков отправили по новому адресу. Ах да, это мой дом. Тони долго смотрит Тиму в глаза. За шуткой скрывается нечто большее в выражении лица Тони. Нечто большее, что Тим не может понять. Словно он пытается выяснить, полностью ли Тим передал дело Бейкера, как ему велел Гиббс. Словно он пытается выяснить, всё ли ещё Тим прикрывает его спину. Тим первым отводит взгляд, вставая со стула. - Мне нужен перекус,- говорит Тим.- По возвращении позвоню в компанию, производящую сухпайки. - Я уже этим занимаюсь, МакГи,- Тони смотрит на Тима так, будто не может его понять.- Продолжай работать над компьютерным аспектом. Может быть, голодный солдатик Джо станет следующим Биллом Гейтсом. Тим хочет сказать, что Билл Гейтс не хакер, но это не так. Вместо того чтобы что-либо сказать, Тим направляется в комнату отдыха для персонала. К счастью, там никого — ему нужно несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Он замирает перед полностью укомплектованным автоматом. Пробегает взглядом по ассортименту, как всегда, будто надеется выбрать что-то другое. Злаковые батончики и попытки морской полиции предложить «здоровые» снеки, срок годности которых истёк ещё несколько месяцев назад. Конфеты и чиспы — они свежие и аппетитные. Он останавливает свой выбор, как всегда, на пачке Nutter Butters. Опускает в автомат точную сумму, нажимает несколько кнопок, и аппарат выплёвывает его печенье. Как только он берёт в руки снек, он тот же открывает его. Может, если он просто что-нибудь съест, это поможет ему прояснить мысли. Тогда он сможет понять, что именно его так задело. Это определённо, абсолютно не его книга. Совсем нет. И это не морской пехотинец. И это не Тони, который был морским котиком. И это не… Когда он обернулся, Зива стояла прямо перед ним. Между ними были всего несколько сантиметров. Он чуть не подпрыгнул от неожиданности, его тело с глухим стуком врезалось в торговый автомат. Печенье разлетелось по полу. Он сердито посмотрел на неё. - Зива,- ворчит он.- Ты больше не должна подкрадываться к нам. Мы уже говорили об этом. - Мне нужно было поговорить с тобой,- она встречается с ним взглядом. Наедине. Тим наклоняет голову. - О чём? - Тони был морским котиком,- в её голосе слышался металл.- Возможно, ты это знал. Скрестив руки, Тим кривится. - Мне никто не говорил, пока я вчера случайно не услышал Тони на месте преступления. Я понятия не имел, что Тони когда-либо был морским котиком. Долгое мгновение она пристально смотрит ему в глаза. Этого достаточно, чтобы заставить переместить его вес и крепче прижать руки к груди. Он направляется обратно к рабочему пространству, но она преграждает ему путь. - Зива,- в его голосе звучит предупреждение. - А твоя книга о морских котиках,- продолжает она.- Разве не Тони консультировал тебя по таким вопросам? Не тот, на ком основана твоя книга? Тим качает головой. - У меня был независимый консультант, которого я нашёл сам,- когда она открывает рот, он поднимает руку, чтобы заставить её замолчать:- Это точно не Тони. Я не могу сказать тебе, как его зовут, потому что подписал соглашение о неразглашении. Но я скажу тебе, что Тони не был к этому причастен. Вообще. Словно приняв это, она быстро кивает. Затем достаёт из кармана однодолларовую купюру. Когда она собирается вставить её в автомат, она так близко подходит к Тиму, что их тела соприкасаются. От неё пахнет сандалом, чёрным чаем и ванилью. Он смотрит на неё. Совершенно и абсолютно растерян. Звук откашливания привлекает Тима и Зивы к входу в комнату. Тони стоит там, его лицо выражает грозу. Зива отскакивает, словно её ударило током. Тим пытается отступить, но ему некуда деваться, ведь за его спиной стоит торговый автомат. Тим хочет что-то сказать, но Тони не отрывает взгляда от Зивы. И снова такое ощущение, будто Тима вообще нет в комнате. - Если у тебя есть вопросы обо мне, задавай их мне,- Тони поднял подбородок.- Мне в лицо. Зива переносит вес тела. Делает ещё один полный шаг в сторону от Тима. Поджав губы, Тим переводил взгляды с Зивы на Тони. Их нынешнее шаткое положение с каждой минутой становилось всё более неустойчивым. Если ему придётся терпеть это ещё дольше, к завтрашнему дню в торговом автомате закончится печенье Nutter Butters. - Поняла?- спрашивает Тони. Затянувшаяся тишина. Их взгляды встретились, спины выпрямлены, челюсти плотно сжаты. Два бойца, застрявшие в начале поединка, ни один из которых не хочет отступать. А Тим просто хочет перекусить. Интересно, заметят ли они, как я убегаю со своими печеньями Nutter Butters? Выражение лица Тони помрачнело, как гроза. - Зива, я спросил тебя, поняла ли ты это. - Я поняла, Тони. Выскочив из комнаты отдыха для персонала, она протиснулась мимо Тони. Тим хотел что-то сказать Тони, но старший агент молча отвернулся. Тим смотрел на пустоту, оставшуюся после них. Да понимаем ли мы хоть что-то теперь?