Hass oder Liebe?

***

—Как твоё имя,еврей? —Кайл Брофловски В помещении повисла тишина. Какое он имеет право так дерзить?Этот уродливый, как ему казалось, мальчишка не выглядил напуганым,что действительно заставляло нервничать. Эти рыжие,мерзкие кудри напомнили ему Скотта Тенормана. Неужто, этот ублюдок решил его преследовать даже под видом других людей. —Скажи,жид,ты говоришь по немецки? —Говорю Лицо еврея не изображало никаких эмоций. В глазах читалась безразличность,но лёгкая дрожь в руках выдавала его страх. С силой сжав подбородок Кайла,мужчина скривил лицо. —Ты меня уважаешь,еврей? —Таких монстров как вы не уважают‐произнёс он стиснув зубы. На этом мозги Картмана закипели. Нахмурив брови,толстый нацист влепил рыжему пощёчину,да с такой силой, что парень с грохотом упал на пол. На щеке сразу образовался красный след от ладони,а глаза заблестели от подходящих слёз. *Не смей рыдать,тряпка!*-пытался настроить себя зеленоглазый. —Ты пожалеешь о том что сказал,untermensch Со злобой на лице,герр Картман молча указал на выход,после чего двое солдат потащили за собой парня,подхватив того под руки. Кайл знал, что ему теперь точно не жить. Пытаться вырваться было бесполезно. Не страшно если пострадает он,страшно если пострадает его семья. Что с ними сейчас?Живы ли они? Запутавшись в собственных мыслях,еврея снова запихнули в машину и повезли в непонятном для него направлении. Теперь то они его точно убьют. Они будут мучать его в лагере или растреляют сразу?Страшные мысли не давали покоя,как и руки не переставали трястись. Сидя спереди,довольный собой генерал наконец почувтвовал страх. Гордо ухмыльнувшись,Эрик отвернул голову к окну. *Не беспокойся,жид,скоро ты прочувствуешь на себе мучения*. Спустя какое то время машина наконец затормозила. Молча кивнув водителю,герр Картман вышел из авто,открыв дверь своей новой "игрушке". —На выход Ни сказав ни слова,еврей вышел из машины,не осмелевшись посмотреть на немца. —Иди за мной Ну все,теперь точно конец. С каждым шагом сердце билось быстрее,а дрожь в теле все не прекращалась. Перед ним целеустремлённо шёл герр Картман. Выглаженная фашистцкая форма и черная фуражка, металлическая пряжка на ней с символом,при виде которого сжималось сердце. Мысли навязчиво лезли в голову,как назойливые мухи. Его мать,вечно переживающая за него и брата,наверное сейчас из кожи вон лезет. Отец,все время пытался шутить,чтобы развеять страхи,но Кайл видел как тот боится за семью. Впереди идущий генерал ускорил свой шаг,приближаясь к дому. Брофловски заставил себя сделать пару шагов ближе. Теперь он видел его лучше,но все также немог рассмотреть лицо. Тяжёлые сапоги,начищенные до блеска,чёрный кожаный ремень,как и положено генералу. Дойдя до достаточно большого дома,кареглазый отворил дверь,запуская гостя внутрь. —Нам сюда Каждый шаг по скрипучему паркету отдавался в ушах еврея,усиливая его тревогу. Чем дальше он ступал в темноту дома,тем страшнее становилось. Вокруг витал запах пыли,смешанный с едва уловимым ароматом табака. Подойдя к двери, нацист остановился. Грубые пальцы сжали ручку старой,дубовой двери и тут же её отворили. Зеленоглазый затаил дыхание,его сердце отчаянно колотилось в груди,предчувствуя неизбежное. Вход в комнату был словно шаг в другой мир,за которым скрывается неизвестное. Что ждёт его дальше? В кабинете стояла мебель из темного дерева,кресла с бархатной обивкой и старые книги. Но также невозможно было не заметить запах этого места–смесь табака,кожи и чего то горького,что почему то вызывало отвращение. Это место было пропитано бесчеловечностью и чьей то пролитой кровью. —Садись-приказал немец,кинув мимолетный взгляд на кресло перед столом. Еврей медленно опустился на него,чувствуя как обивка сминается под его весом. Обогнув стол,генерал присел напротив. Его тёмные,полные гнева глаза, казалось,проникли сквозь рыжего, пронизая его насквозь. Кайл сглотнул,пытаясь сохранить спокойствие. —Что вам от меня нужно?Я ничего не сделал!Это ошибка! На весь кабинет раздался громкий смех. Хлопнув ладонью по столу,документы полетели в разные стороны. —Ошибка?Ха! Твоя ошибка–родиться евреем! Посмотри ка‐толстая рука вытащила из ящика пачку бумаг с черно-белыми фотографиями людей. —Тысячи таких как ты мразей были и будут убиты. Скоро я получу на тебя документы. Сколько золотых зубов у твоей мамки,а?Рассказывай,хотя скоро я проверю это сам!–ехидная улыбка снова расплылась на лице фашиста,обнажая белые зубы. —Скоро это закончится и вы,бесчеловечные ублюдки, сгините вместе со своим руководителем!-закричал парень,не в силах больше сдерживать свою ненависть. Молчание. Лицо нациста исказилось от гнева. Медленно поднявшись, он сделал шаг в сторону еврея. Кровь закипела,глаза горели яростью. —Встань Покинув кресло,масивная рука генерала молниеносно скользнула по лицу Брофловски глухим ударом,заставляя потерять равновесие. Щека мгновенно опухла после потворного удара,а из носа тут же хлынула красная жидкость. В глазах помутнело от пронзительной боли, мир на мгновение померк. —Запомни,еврей-прорычал Картман,хватая копну рыжих волос, и оттягивая голову назад. —Ты–лишь пустое место,которое не достойно жизни!-фашист ни на секунду не отпускал еврея,его хватка на волосах оставалась сильной,причиняя жгучую боль. Наконец отпустив рыжие кудри,еврея тут же схватили за руку,и с силой потащили за собой. Каждый шаг давался с трудом,отдаваясь эхом в пустом коридоре. Наконец, Картман распахнул скрипучую дверь погреба. Мрак и запах сырости ударили в ноздри. Сплошная темнота и ничего более. —Добро пожаловать домой,еврейское отродье–сквозь зубы прошипел Картман, толкнув Кайла внутрь. —Сегодня ночуешь тут,скажи спасибо что не в бутке вместе со псиной Кинув хищный взгляд на рыжего,герр Картман развернулся и собирался покинуть погреб,но его прервали. —Да,я действительно еврей-произнес Кайл,его голос приобрёл неожиданную твёрдость. —И моя семья..они такие же. И это все,что у нас есть. А что есть у вас,герр Картман?Только ненависть?–в изумрудных глазах, полных гнева и боли промелькнула что то иное...вызов. Брюнет резко повернул голову,его взгляд остановился на лице Кайла. Этот вызов и непоколебимая уверенность в рыжем парне,выбила его из колеи. Он ожидал мольбы и страха,но не этого. —У меня есть..моя воля,и я не позволю вам.. вам, евреем разрушить ее-прорычал он,пытаясь вернуть себе контроль. —Ваша воля,основанная на боли других?-спросил Кайл,смотря прямо в глаза фашиста. —Думаете,это сделает вас сильнее?Это делает вас пустым Слова прозвучали тихо,но в этой тишине они были подобны удару. Картман замер,почувтвовав необъяснимое чувство внутри себя. Он привык к страху,к унижению,но не к такому прямому,искреннему обвинению,которое как ни странно,вызывало в нем не просто гнев,а что-то совершенно новое и тревожное. Развернувшись к двери, ариец покинул подвал,громко хлопнув дверью. —Скоро ты будешь умолять о пощаде,когда я покажу тебе истинную силу нашей расы-шёпотом проговорил себе брюнет,уходя к себе.