Приëмный сын небожителя и демона

Илин не был городом. Он был привычкой выживать. Дома здесь стояли криво, будто каждый из них однажды пытался сбежать, но передумал. Деревянные стены гнили, крыши текли, а узкие улицы пахли сыростью, углём и чем-то ещё — тем, что прилипает к коже и не смывается даже дождём. Люди здесь не смотрели друг другу в глаза.Слишком опасно. Если ты видишь чужую боль — тебя могут заставить разделить её. Мальчик бежал.Его дыхание рвалось на короткие, болезненные куски. В груди жгло так, будто кто-то поджёг лёгкие изнутри. Босые ноги скользили по грязи, цеплялись за камни, но он не останавливался. Останешься — умрёшь. Позади — лай.Глухой, хриплый, голодный.Собаки. Он не помнил, когда начал их бояться. Возможно, тогда, когда впервые увидел, как они разрывают чей-то труп на окраине. Или когда одна из них вцепилась ему в руку, оставив шрам, который так и не исчез. Или, может, он боялся их всегда. — Нет… — выдохнул он, спотыкаясь. Лай стал ближе.Они чувствуют страх.Они любят страх. Мальчик резко свернул в узкий переулок, надеясь затеряться, исчезнуть, раствориться в этом городе, как это делали все слабые. Но судьба, кажется, сегодня решила поиграть с ним. Он врезался. Сильный удар.Мир на секунду исчез. Он отшатнулся, поскользнулся и рухнул на землю. Ладони больно ударились о камни, колени обожгло. Тишина. Слишком резкая. Слишком неправильная. Он медленно поднял голову. Перед ним стоял человек.Белые одежды.Чистые. Не просто чистые — невозможные. Как будто этот человек не принадлежал ни грязи, ни этому городу, ни даже этому миру. Длинные чёрные волосы, мягко собранные за спиной. Лицо — спокойное, почти светящееся. Глаза — тёплые. Настолько тёплые, что это пугало. Такие глаза не бывают у людей, которые выживают в Илине. — Ты ранен? — спросил он. Голос был тихим.Не требующим.Не угрожающим.Просто… заботливым. Мальчик замер. Это неправильно. Никто не спрашивает так. Он резко отпрянул, как загнанный зверёк, готовый укусить, если подойдут слишком близко. — Не трогай меня! — голос сорвался, стал резким, почти диким. Рука человека в белом остановилась в воздухе. Но не отдёрнулась. Он не выглядел обиженным. Не выглядел злым. Он выглядел… обеспокоенным. — Хорошо, — мягко сказал он. — Я не буду. И это было ещё страшнее. Потому что люди не соглашаются. Они давят. Ломают. Берут. А этот — нет. И в этот момент— Лай. Собаки выскочили из-за угла. Три. Грязные, худые, с жёлтыми глазами и обнажёнными клыками. Они рычали. Мальчик вскрикнул и сжался, закрывая голову руками. — Не надо! — вырвалось у него. — Пожалуйста! Он знал, что будет дальше. Они набросятся. Укусят. Будут рвать. Так всегда. Но секунды тянулись… и ничего не происходило. Ни боли. Ни укусов. Только тишина. Он осторожно приоткрыл глаза. Собаки стояли. Но уже не рычали. Они скулили. Дрожали. И смотрели… не на него. А за его спину. Мальчик медленно обернулся. И впервые за долгое время забыл, как дышать. Там стоял кто-то ещё. Он появился так, будто всегда был здесь. Красные одежды. Тёмные, как кровь, впитавшая ночь. Чёрные волосы падали на лицо, скрывая часть взгляда, но то, что было видно… Это не были глаза человека. Это были глаза чего-то, что слишком долго жило. И слишком много видело. — Гэгэ, — протянул он лениво, будто вся сцена его откровенно забавляла, — ты опять подбираешь мусор? Мальчик вздрогнул. Слово ударило. Прямо. Точно. Как нож. Он привык. Но почему-то… сейчас это было больнее. Человек в белом нахмурился. — Сань Лан. — Что? — тот усмехнулся. — Я же не сказал, что это плохо. Он сделал шаг вперёд. Собаки заскулили громче и отступили ещё дальше. Мальчик заметил это. И понял. Они боятся. Но не его. И даже не человека в белом. А его. Красного. — Убери их, — тихо сказал Се Лянь. — Уже, — отозвался тот. Он даже не посмотрел на собак. Но те, будто получив приказ, резко развернулись и исчезли в переулке, поджав хвосты. Тишина снова вернулась. Но теперь она была другой. Густой. Напряжённой. Красный человек наклонил голову, рассматривая мальчика. Долго. Слишком внимательно. Будто видел больше, чем должен. — Хм… — протянул он. Мальчик сжался сильнее. — Не бойся, — мягко сказал Се Лянь. Не бойся. Как будто это так просто. Красный тихо рассмеялся. — Гэгэ, ты иногда говоришь такие вещи, будто сам веришь, что они работают. Он сделал шаг ближе. Мальчик замер. Бежать? Ноги не слушались. Кричать? Бесполезно. — Эй, — тихо сказал он, наклоняясь почти к самому лицу мальчика. Слишком близко. Слишком… опасно. — Ты ведь не обычный ребёнок, да? Сердце пропустило удар. Мальчик не ответил. Но глаза выдали. Страх. Растерянность. И что-то ещё. Глубже. Темнее. Красный человек улыбнулся. Медленно. Как будто нашёл что-то интересное. — Сань Лан, — предупредил Се Лянь. — Да понял я, понял, — отмахнулся тот, но взгляд не отвёл. — Он напуган. — Он не только напуган, — тихо сказал красный. И в этих словах было что-то… что заставило воздух похолодеть. Се Лянь на секунду замолчал. Потом снова посмотрел на мальчика. И его взгляд стал мягче. Ещё мягче. — Как тебя зовут? Мальчик колебался. Имя — это опасно. Имя можно отнять. Имя можно использовать. Но… он не знал почему. Может, потому что устал. Может, потому что впервые его не били. Может, потому что… этот человек смотрел на него так, будто он уже важен. — Вэй… Ин, — тихо сказал он. Се Лянь улыбнулся. И эта улыбка была… домом. Которого у него никогда не было. — Вэй Ин, — повторил он. — Красивое имя. Красный человек усмехнулся. — Да, звучит знакомо. Он выпрямился. И посмотрел на Се Ляня. Их взгляды встретились. И в этом взгляде произошло что-то, чего Вэй Ин не понял. Но почувствовал. Решение. — Гэгэ, — тихо сказал он. — Да? — Мы его берём. Тишина. Се Лянь моргнул. — Что? — Ну ты же уже решил, — лениво пожал плечами тот. — Я просто озвучил. Вэй Ин резко поднял голову. Берём? Куда? Зачем? Он открыл рот— — Я никуда не пойду! — резко сказал он. Инстинкт. Защита. Страх. Красный человек посмотрел на него. И вдруг улыбнулся. Не страшно. Не холодно. А… почти тепло. — Пойдёшь, — спокойно сказал он. — Просто ещё не понял. И это было не приказом. Это было знанием. Се Лянь присел перед ним. Медленно. Чтобы не напугать. — Вэй Ин, — тихо сказал он, — ты можешь пойти с нами. Никто не будет тебя обижать. Никто. Слишком красивое слово. Чтобы быть правдой. — Почему? — спросил он хрипло. Почему он? Почему сейчас? Почему не прошли мимо, как все? Се Лянь на секунду задумался. А потом ответил честно. — Потому что ты один. … Вэй Ин замер. И вдруг понял. Он проиграл. Не собакам. Не городу. А этому человеку. Потому что… он не хотел больше быть один. Он медленно опустил голову. И почти неслышно сказал: — …ладно. Красный человек тихо рассмеялся. — Вот и всё. Илин продолжал жить. Гнить. Дышать. Но для одного мальчика в этот момент… он закончился.