Под чужим взглядом

После лета Хогвартс будто изменился вместе с ними. Старинный замок, как и прежде, возвышался над чёрной гладью озера, но в этом году всё ощущалось иначе. Те же каменные стены, те же лестницы, те же свечи под зачарованным потолком — и всё же воздух стал гуще, тяжелее, насыщеннее. Теперь он был переполнен ароматами. Терпкими, сладкими, будоражащими, раздражающими. Запахами альф, омег и бет, которые смешивались в коридорах, цеплялись за мантии, скользили по коже и заставляли каждого помнить: детство осталось позади. На седьмом курсе это уже нельзя было игнорировать. Прошло всего несколько недель с начала учебного года, и школа постепенно привыкала к новой реальности. Кто-то гордо носил свой вторичный пол как знак отличия. Кто-то, наоборот, старался лишний раз не привлекать внимания. Кто-то менялся заметно, а кто-то почти неуловимо. Северус Снейп относился ко второй категории. Он шёл рядом с Лили Эванс по коридору к Большому залу, чуть сутулясь, придерживая под мышкой учебник по зельеварению, хотя до занятий было ещё далеко. Лили что-то оживлённо ему доказывала, размахивая рукой, а он отвечал коротко, но резко, как всегда, когда был увлечён разговором. - Я всё равно считаю, что Слизнорт специально завысил оценку Белби, - с недовольством говорила Лили. - Его противоядие было слишком жидким. - Оно расслоилось через три минуты после снятия с огня, - сухо заметил Северус. - Это даже не спорный вопрос, это факт. Лили фыркнула. - Иногда ты бываешь совершенно невыносим. - Иногда? - едва заметно скривил губы он. Лили тихо засмеялась, и они вместе вошли в Большой зал. Как всегда, там было шумно. Гул голосов отражался от заколдованного потолка, над которым плыли лёгкие облака. Серебряные блюда, кубки с соком, звон столовых приборов, смех, выкрики - всё смешивалось в привычный хаос школьного обеда. Но теперь к этому прибавлялось ещё кое-что: запахи. Множество запахов. Слишком много. Северус едва заметно напрягся, переступив порог. Сладковатые ароматы омег витали ближе к середине зала. Более густые, сильные запахи альф тянулись от гриффиндорского и слизеринского столов. Всё это давило на виски. Раздражало. Лили, кажется, не придала этому значения. Она всё ещё что-то говорила, наклоняясь к нему ближе, но Северус уже скользил взглядом по залу, оценивая, где сегодня будет меньше всего людей и чужого внимания. - Ладно, увидимся на травологии, - бросила Лили, заметив своих подруг. - Если ты не опоздаешь, - отозвался он. Она выразительно закатила глаза и направилась к гриффиндорскому столу, где её тут же окликнули. Северус уже хотел пройти к своему обычному месту, когда услышал негромкий голос: - Снейп. Сюда. Он повернул голову. Регулус Блэк сидел чуть ближе к концу слизеринского стола и смотрел на него с привычным спокойствием. Рядом место действительно оказалось свободным. Северус секунду поколебался, потом всё же подошёл и сел рядом. - Спасибо, - коротко сказал он. Регулус лишь кивнул. В отличие от большинства, младший Блэк никогда не проявлял к Северусу ни особой дружбы, ни открытой вражды. Он был наблюдателен, сдержан и удивительно молчалив для человека из такой семьи. Сидеть рядом с ним было проще, чем рядом с шумными однокурсниками, которые слишком любили совать нос в чужие дела. Северус потянулся к кубку с тыквенным соком и только сейчас позволил себе чуть расслабиться. Напрасно. За гриффиндорским столом уже вовсю гремел смех. Поттер, как обычно, сидел в центре своей маленькой свиты и что-то с азартом рассказывал, активно жестикулируя. Рядом с ним развалился Сириус Блэк — самоуверенный, громкий, раздражающе красивый и ещё более невыносимый, чем его лучший друг. Несколько гриффиндорских омег слушали их с таким вниманием, будто речь шла не о тренировке по квиддичу, а о великом подвиге века. - …и потом я просто выхватываю квоффл у него из-под носа, - с широкой ухмылкой говорил Сириус, явно наслаждаясь произведённым эффектом. - Видели бы вы лицо Маклаггена. Омеги засмеялись. Поттер что-то вставил, и стол снова оживился. Сириус, привыкший быть в центре внимания, лениво обвёл зал взглядом. Джеймс вдруг запнулся на полуслове - его глаза задержались на Лили, только что севшей среди подруг. Поттер мгновенно перестал замечать всё остальное вокруг. Сириус хмыкнул, уже собираясь отпустить какую-то колкость, но тоже посмотрел в ту сторону, откуда пришла Лили. И замер. Точнее, не на Лили. На Снейпе. Это было странно. Сириус видел Северуса тысячи раз. В классах, в коридорах, в библиотеке, у котлов, на отработках, на другом конце дуэльного круга, когда тот смотрел на него с привычной ледяной ненавистью. Ничего нового в нём не было. Всё тот же худой силуэт, чёрные волосы, мрачное лицо, напряжённые плечи, пальцы, сжимающие кубок чуть сильнее, чем следовало. И всё же что-то изменилось. Не во внешности даже - скорее в общем ощущении. Снейп стал… мягче? Нет, не мягче. Нежнее — и от этого ещё более невозможным. Будто его резкие линии не исчезли, а просто скрыли под собой что-то другое, что раньше не бросалось в глаза. Что-то, от чего на секунду хотелось смотреть дольше, чем нужно. Сириус сам не понял, с чего вообще продолжает пялиться. - Эй, Бродяга, ты меня слушаешь? - толкнул его плечом Джеймс. - А? - Сириус моргнул, но взгляд всё равно вернулся к слизеринскому столу. Снейп как раз наклонился к Регулусу, отвечая на что-то вполголоса. Тонкая прядь волос упала ему на щёку. Он раздражённо убрал её за ухо, и в груди Сириуса почему-то что-то неприятно дёрнулось. Он резко выпрямился. - Редко вижу такую трогательную картину, - протянул он, прищурившись. - Регулус! Ты совсем опустился, если начал подбирать себе компанию вроде Снейпа! Его голос прозвучал громко слишком громко. Несколько человек за обоими столами тут же обернулась. Лили напряжённо переводила взгляд со своего друга на Сириуса и обратно. Регулус поднял голову и посмотрел на брата с тем же холодным равнодушием, которым обычно встречал все его выпады. А Северус подавился соком. Он резко кашлянул, сжал кубок и зажмурился на миг, явно не ожидая услышать голос Блэка прямо посреди обеда. Несколько капель расплескались на стол. Регулус чуть повернулся к нему, будто собираясь помочь, но Северус уже отмахнулся. Потом он всё-таки обернулся. Их взгляды встретились через весь зал. На лице Снейпа читалось раздражение - привычное, острое, почти злое. Но в этот раз в нём мелькнуло что-то ещё. Растерянность? Напряжение? Что-то слишком быстрое, чтобы Сириус успел разобрать. Северус почти сразу отвернулся, будто сам факт этого взгляда был ошибкой. Сириус неожиданно почувствовал странное недовольство. - Очень остроумно, - холодно бросил Регулус. - Я старался, - ухмыльнулся Сириус, хотя сам уже не был уверен, зачем вообще окликнул брата. Поттер снова начал что-то говорить, рядом засмеялись, разговоры вернулись в обычное русло, но для Сириуса шум Большого зала вдруг отошёл на второй план. Он видел только, как Снейп с преувеличенным спокойствием ставит кубок обратно на стол. Как напряжены его пальцы. Как он больше ни разу не поворачивается в сторону гриффиндорцев. Почему-то это бесило. И почему-то цепляло ещё сильнее. После обеда ученики начали расходиться по занятиям. Скрипели скамьи, задвигались мантии, голоса сливались в спешный поток. Лили первой поднялась из-за стола, подхватила сумку и, бросив на Северуса быстрый взгляд, вышла вместе со своими подругами. Регулус задержался, перекинувшись парой слов с старостой. Снейп поднялся один. Сириус заметил это сразу. Он наблюдал, как тот быстрым шагом идёт между столами к выходу из Большого зала. Всё такой же прямой, замкнутый, отстранённый. Вокруг него двигались другие ученики, звучали чьи-то голоса, кто-то смеялся, кто-то спорил о расписании, а Северус будто существовал отдельно от всех. Сириус смотрел ему вслед дольше, чем следовало. - Опять задумал какую-то гадость? - лениво спросил Джеймс, поднимаясь рядом. Сириус не ответил сразу. В дверях Большого зала Снейп на секунду замедлил шаг, словно почувствовал на себе чужой взгляд. Но не обернулся. Только сильнее расправил плечи и исчез в коридоре. Сириус нахмурился. - Пока не решил, - наконец сказал он. Но впервые за долгое время он понял, что дело совсем не в привычном желании поддеть Снейпа. Здесь было что-то другое. И это ему совсем не нравилось.