Рыжий ворон

Когда ровно в час ночи раздался звонок будильника, Жан целую минуту бессмысленно таращил глаза, пока не вспомнил, зачем нужно вставать. Сунув будильник под подушку и пожелав Ваймаку с Кевином поскорее сдохнуть, он заставил себя свесить ноги с кровати. Едва Жан слез с кровати, как в дверь постучали, и он поплелся открывать. Свет, падающий из коридора, был неожиданно ярким. Жан снова потер глаза — во‑первых, чтобы избавиться от цветных кругов, а во‑вторых, чтобы не смотреть на тренера. Невероятно, но в этот поздний час Ваймак выглядел свежо и бодро. — Хватит зевать, пошевеливайся, — Ваймак похлопал в ладоши перед лицом у Жана. — У нас расписание. Через пять минут чтобы сидел в автобусе. Моро захлопнул дверь, оставив тренера за порогом, и пошёл одеваться. Минуту спустя он вышел из комнаты; жуткая усталость никуда не исчезла, однако сознание уже переключилось в автономный режим. Рене поприветствовала его вымученной улыбкой и слабым взмахом руки. Дэн на заплетающихся ногах добрела до Мэтта, закинула руки ему на шею и практически сразу задремала. Трое братьев и Кевин выползли в коридор последними. Жан сразу пошёл к Кевину и облокотился на него, почти полностью заставляя того держать его тушку. Кевин недовольно на него посмотрел, но лишь удобнее схватил Моро за плечо, чтобы нести. Ваймак наставил на Кевина палец, не обращая внимания на то, что Дэю и так не очень прелестно сейчас. — Как, чёрт возьми, им удалось тебя разбудить? — Они вообще не давали мне спать, — Кевин угрюмо покосился на Эндрю, но тот словно не заметил его взгляда. — Умно, — отметил Ваймак и махнул рукой в сторону лестницы. — Идёмте. Эбби ждала их на улице возле автобуса. Жан видел его, конечно, не впервые, но автобус всё время стоял в закрытом гараже, чтобы его не попортили вандалы. Раскрашен он был так же, как стены стадиона: яркая оранжевая полоса и отпечатки лисьих лап на белом фоне. Внутри вместо обычных двух рядов сидений обнаружился только один. В широких креслах свободно умещались два человека, так что Жан планировал полностью улечься на Кевина. Кажется, тот догадался о мыслях своего друга и косо посмотрел на него, после слишком обречённо вздохнув. — Parfois, tu ressembles trop à notre troisième frère. Перевод с французского: — Иногда ты слишком похож на нашего третьего брата. Моро не обратил на это внимания. Да, была правда Кевина. Когда Натаниэля заставляли рано вставать, тот полностью повисал на одном из братьев, и тому, кому досталась эта ноша, приходилось таскать его на руках, плечах, спине — как угодно, а Веснински было всё равно, в какой позе спать. Словно кот. Часто он не спал ночами, следя за тем, чтобы не пришёл Рико, а днём Жан с Кевином сторожили его малый сон. Эндрю повёл свою компанию к задним местам — к ним прилагалась тушка Жана из‑за Кевина; Эбби села в самом первом кресле, Мэтт и Дэн — сразу за ней, а позади них расположилась Рене. Как только Моро прошёл с братом к их месту, француз, не стесняясь, положил свою голову Дэю на плечо. Тот скорчил недовольное лицо, но принял это и следом положил свою голову на макушку брата. Жана разбудило то, что из‑под него вырвали его подушку — Кевина. Он медленно разлепил веки и застал крайне интересную картину: Кевина подняли и заставили ходить туда‑сюда по салону автобуса. Когда француз собирался вновь закрыть глаза, его тоже настигла участь брата. Ваймак толкнул его в сторону водительского сиденья. Француза начали стебать старшекурсники, Жан недовольно хмыкнул и произнёс: — Kevin, quelles sont les chances que ces idiots stupides se taisent? Penses‑tu qu’ils plaisanteraient aussi avec le troisième? Ferait‑il quelque chose contre eux pour ça? — сонливо спросил Моро. — Jean, chérie, je ne sais pas. Je veux dormir. Laisse tomber. Et oui, si le rouquin était réveillé comme ça, il enverrait tout le monde se planter et soit continuer à dormir, soit grimper sur ton dos ou sur moi et continuer à dormir, mais déjà là, — обречённо ответил Кевин, желая, чтобы поскорее закончилось всё это. Перевод с французского: — Кевин, каковы шансы, что эти глупые идиоты заткнутся? Как думаешь, они бы стебали и третьего? Сделал бы он что‑то им из‑за этого? — Жан, милый, я не ебу. Я хочу спать. Отстань. И да, если рыжего бы разбудили, он бы всех послал и либо продолжал спать, либо забрался бы к тебе на спину или ко мне и продолжал спать, но уже там. После этих слов Моро невольно улыбнулся, представляя всё то, что мог бы сказать Натаниэль, и с каким трудом его бы подняли, а он в ответ просто уселся бы на спину к кому‑то. Жану очень хотелось бы увидеть это. Очень… Их небольшой разговор прервал Эндрю: — Кевин, — позвал блондин, впервые подав признаки жизни с тех пор, как залип у окна. Кевин дошёл ещё только до середины салона, но, заслышав своё имя, повернул назад. Ваймак посторонился, пропуская его к Эндрю. Кевин вытащил из кармана пузырёк с таблетками и передал Миньярду. Под пристальными взглядами Кевина и Ваймака тот вытряхнул в ладонь одну таблетку и проглотил, не запивая. Жан давно уже заметил, что лекарства хранятся у его брата; причины неизвестны, но Моро и не настолько углублялся в это: ему было всё равно, каким образом Миньярд ест эту дрянь и у кого она находится. Минутой позже возвратились Эбби и Рене, нагруженные пакетами с едой и напитками в картонных подставках. Лисы навалились на сэндвичи с котлетами и обещанные Дэн пончики. Взбодриться помог не только кофе, но и напоминание о том, что их ждёт участие в одном из самых рейтинговых телешоу страны. Когда автобус снова вывернул на дорогу, Даниэль, Мэтт и Рене прямо‑таки дрожали от нетерпения. Спустя четверть часа они подъехали к двухэтажному зданию, где проходили съёмки утреннего шоу Кэти Фердинанд. Ваймак припарковал автобус у ворот и вышел переговорить с охраной. Моро наблюдал в окно, как он показывает их удостоверения и оформляет разрешение на въезд. Вскоре тренер вернулся с талоном на парковку и стопкой гостевых бейджей. Ворота со скрипом отворились, и автобус въехал на служебную стоянку. Ваймак вышел на улицу первым и, стоя у подножки, раздал Лисам бейджи. Последней автобус покинула Эбби и заперла за собой дверь. Едва команда двинулась к зданию, как навстречу им показалась Кэти Фердинанд, лично вышедшая их встречать. Вид она имела даже более свежий, чем Ваймак. Жан не впервые видел эту женщину, так что внимания её облику особо не придал. Очевидно, что макияж и бла‑бла‑бла… — Кевин! — Кэти радостно шагнула вперёд. — Сколько лет, сколько зим! Я очень рада, что ты сегодня к нам выбрался. — Я тоже рад встрече, — Кевин с улыбкой пожал протянутую ему руку. За спиной у Кэти Дэн изобразила, как падает в обморок на руки Мэтту, Жан фыркнул. Кэти улыбнулась остальным гостям, и в лучах утреннего солнца сверкнули её безупречные зубы, какие бывают только за деньги. — Кевин, вчера ты был восхитителен. У тебя настоящий талант. С твоим приходом команда здорово прибавила. — Ребята начали прибавлять ещё до меня, — возразил Кевин. После она высматривала кого‑то ещё и, наконец увидев, сказала: — Жан, здравствуй! Давно не виделись! По привычке Жан улыбнулся и сказал: — Здравствуй, Кэти. Рад встрече. Боковым зрением Моро увидел, как Дэн драматично схватилась за сердце, прикрывая глаза. Он фыркнул, Кэти вопросительно склонила голову, Жан отмахнулся, и его с Кевином наконец повели в раздевалку, остальных — в гостиную зону, чтобы смотреть эфир. Как только ассистент ушёл, сказав, что гримёры будут минут через 10, Жан начал осматриваться. Ничего интересного: вешалки с одеждой, которую принёс как раз тот парнишка, везде зеркала. — Kevin, penses‑tu que notre chien enragé sera interviewé parce qu’il est un nouveau membre de l’équipe, etc.? — Жан перешёл на французский, избегая лишних ушей, также не произнося имя их брата. — Qu’est‑ce que tu veux dire ? Quel chien ? — не вдумываясь, спросил Кевин, перебирая одежду. — Putain, Kevin, sois pas idiot. — AAA. Tu parles de pain d’épices ? Tout est possible, du moins je l’espère vraiment. Mais il peut lâcher quelque chose de superflu, donc, connaissant le propriétaire comme un fait, il ne peut que faire quelques remarques sèches de sa part et c’est tout. — Tu penses qu’on aura le droit de parler au banquet ? — Soit Rico ne le quittera pas une seule étape, soit le propriétaire le prendra juste après la partie officielle, j’en suis sûr. — Эти слова очень разочаровали. Он надеялся поговорить с ним на банкете, но ведь и правда: Ната не выпустят поговорить с ними, плюс к Кевину приставлен ручной монстр. — Tu penses qu’on peut l’aider d’une manière ou d’une autre ? — Seulement en le disant à Vaimak, mais si nous lui disons, alors nous n’exaucerons pas sa demande, un cercle vicieux. — Qu’en pensez‑vous, qu’en est‑il du match ? — Surtout pas. Ils ne le laissent tout simplement pas hors de vue. Перевод с французского: — Кевин, как думаешь, нашего бешеного пёсика будут интервьюировать, потому что он новый член команды и так далее? — Что ты имеешь в виду? Какую собаку? — Чёрт, Кевин, не будь идиотом. — А‑а‑а. Ты про рыжика говоришь? Возможно всё, по крайней мере, я на это очень надеюсь. Но он может отпустить что‑то лишнее, поэтому, зная хозяина как факт, он может лишь от себя дать пару коротких комментариев — и всё. — Думаешь, нам разрешат поговорить на банкете? — Либо Рико не оставит его ни на шаг, либо хозяин заберёт сразу после официальной части, я уверен. — Думаешь, мы можем ему чем‑то помочь? — Только рассказав Ваймаку, но если мы скажем, то не удовлетворим его просьбу — замкнутый круг. — Что думаешь насчёт матча? — Абсолютно нет. Они просто не оставляют его вне поля зрения. Пока они разговаривали, успели надеть более‑менее прелестные костюмы — рыжие рубашки и красные пиджаки с алыми галстуками. Брюки тоже красные. Сразу после того, как Жан наконец помог завязать Кевину галстук, зашли гримёры и начали разукрашивать их лица. — Ваш выход через пять минут, пройдёмте, — сказал уже новый парень. Жан посмотрел на Кевина: у того было бесстрастное лицо. Ровно в семь часов началась вступительная часть. Кэти перечислила статусы Кевина, что‑то ещё, после чего Дэй вышел. Он поприветствовал Фердинанд поцелуем в щёку, после чего сел на диван. Потом ведущая начала говорить: — Также у нас ещё один гость! Со всех экранов он пропал так же, как и Кевин Дэй! Мы не видели его долго, но вот вчера он вновь появился, но уже в оранжевом и в другой команде! Давайте же поприветствуем его! — Ваш выход, — шёпотом произнёс ассистент и подтолкнул Жана в спину. Француз холодно улыбнулся и аккуратно пожал такую тонкую руку ведущей, после этого сконфуженно сел рядом с Кевином, надеясь, что в основном ответы на вопросы он возьмёт на себя. — Итак, обсудим вчерашнюю игру. Прежде всего: как понимать то, что с началом сезона вы надели оранжевую форму? Только без обид, ладно? Я совершенно ничего не имею против вашей новой команды, и всё же — с чем связан ваш переход в Пальметто? Насколько я знаю, изначально ты пришёл туда на должность второго тренера, а Жан — на роль защитника. Но почему ты остался там, когда восстановился после травмы? Не сомневаюсь, перед тобой были открыты двери в любую команду, Жану тоже. Так зачем опускаться с верхней ступеньки на нижнюю? — Тренер Ваймак и моя мама были друзьями. Как всем, разумеется, известно, это она научила его играть в экси. Даже после смерти мамы, когда меня забрал к себе тренер Морияма, тренер Ваймак не терял со мной связи, — Кевин рассеянно посмотрел на свою левую руку. — В декабре прошлого года я думал, что уже никогда не возьму в руки клюшку. Я был раздавлен. Тренер Ваймак был единственным, к кому я мог обратиться, и он меня не подвёл. Он и его команда приняли меня без колебаний. Мне нравится работать с этими ребятами. — Что насчёт меня, я не мог бросить своего брата в такой сложный период и пошёл за ним. Куда Кевин, туда и я. Жан сжал левую руку Кевина, тот наконец отвёл от неё взгляд и благодарно посмотрел на Моро. — Как это мило! Признаюсь, я ожидала, что осенью ты вернёшься в университет Эдгара Аллана, и Жан тоже последует за тобой. Впрочем, за кого бы ты ни играл, снова видеть тебя на поле — просто потрясающе. Твоё возвращение заслуживает аплодисментов. Зрители с радостью поддержали Кэти. — В стартовом матче вам пришлось играть против Брекенриджа. Неудачный расклад, верно? Ты принёс команде три гола, пятикурсник Сет Гордон — два, и ещё три забил Жан на новой позиции. Жан, почему ты решил сменить позицию? — Это временное решение. Конечно, я являюсь защитником, но лисам требовался именно нападающий после ситуации с Джейни, а защита и так достаточно неплохая, так что я решил стать нападающим. Всё время Кевин помогал мне освоиться на новой позиции, и вот — результат перед вами. — Как долго ты собираешься быть нападающим? — Пока моя новая команда не найдёт нового нападающего. Как я сказал, это временное решение: защита мне гораздо роднее, поэтому, как только появится возможность, я сразу же вернусь на свою прежнюю позицию. Кэти закивала, словно болванчик в машине, и вдруг произнесла слова, из‑за которых у Жана отхлынула кровь от лица: — Вы слышали, что в свите короля пополнение? Натаниэль Веснински. Вы знали про него, когда ещё были в Воронах? — Нет… Мы не были с ним знакомы и не знали про него, — с трудом ответил Жан. От этой лжи становилось больно, чертовски больно. Но только так можно скрыть правду. — Что же, Рико или тренер Тэцудзи никогда не говорили, кого они хотят взять на третье место? — Нет. Они держали это строго в секрете. — Можно понять почему. Ходят слухи, что Натаниэль на данный момент несовершеннолетний. Что вы думаете на этот счёт? — Слухи на то и слухи. В команду не могли бы взять школьника: не закончив школу, он не мог бы поступить в университет, поэтому я считаю, что Натаниэль совершеннолетний. Кэти снова закивала. — Кевин, за тобой перешёл Жан, а что насчёт Рико? С ним вы поддерживаете связь? Почему он не поехал тоже с тобой? — Всё это время мы не виделись с Рико. Жан является защитником, тогда как Рико — капитан. Он не может так бросить свою команду. Я не знаю, почему мы не продолжили общение, но я уверен: в будущем всё наладится, — сказал Кевин так тихо, что можно было не услышать, если бы не было микрофона. Он, видимо, не может отойти от темы с Воронами и Натаниэлем. — Что же, тогда я вас обрадую! Вы сможете встретиться со своим братом и новым членом свиты прямо сейчас! В висках начала громко стучать кровь, перебивая яростный гимн Воронов. Со стороны зрителей послышались возгласы: «Король! Король! Король!» Жан не мог понять, что происходит: время будто замедлилось, пульс стучал слишком громко. Его начала накрывать паника, сильнее, чем когда он услышал новость о смене округа. Боковым зрением, он увидел как на Эндрю запрыгнула Рене, упираясь пятками в пол и закрыла рот рукой блондину, Ваймак с Мэттом держали каждый свое запястья, не оставляя шансов ему выбраться. После до него дошло озарение: он увидит не одного Рико, а ещё и Натаниэля. Жан резко повернул голову ко входу на сцену. Сначала был Рико, а за ним шёл… Натаниэль? Шёл — сложно сказать… Он еле перебирал ногами, когда Рико слишком сильно сцепил свои пальцы на его предплечье. Он будто нёс Ната. Вид Натаниэля оставлял желать лучшего. Кожа была серого, почти мертвенного цвета, хотя гримёры явно пытались это скрыть. Из огромного слоя консилера и тонального просвечивали синяки под глазами, словно бездны. «Что же он с тобой сделал, Натаниэль?» — пронеслось в голове у Жана. Его глаза, обычно такие озорные и счастливые, потеряли свой блеск, став пустыми. Вот рыжик поднял голову — в его глазах появились искры узнавания, но потом они сразу сменились смятением и разочарованием. «Отчего так?» — Жан сам не понял. Рико сразу посадил Натаниэля на диван; тот на него будто упал, но, конечно, слепые фанаты этого не заметят. Их с Кевином обычно всегда весёлый рыжик повесил голову и уставился на свои руки. Жан разглядел на его пальцах новые шрамы: на внутренней стороне ладони, на каждом пальце — вертикальные рубцы. Чуть приоткрывшийся воротник на шее показывал фиолетовые синяки от пальцев. «Может, после эфира я смогу поговорить с братом?» — Моро очень желал этого. Слишком сильно. Невыносимо сильно. Он не мог видеть Натаниэля таким мёртвым. Он завял, словно цветок. Солнце потухло, «пёсика» утопили… Будто и не было их брата. Жан даже не заметил, когда подошёл Рико и сжал в объятиях Кевина, а после и подошёл к самому французу. Жан поднялся и крепко, будто ломая рёбра, сцепил руки на чужой спине. — 彼に何をしたんだ? (Что ты с ним сделал?!) — яростно, но тихо прошипел Жан. Его акцент заметно усилился. — 何のことかわからない。(Не понимаю, про что ты.) — с злорадством ответил Рико. — お前は俺の言いたいことがわかるだろう。(Ты, чёрт возьми, понимаешь, о чём я.) — ああ、まあ、ちょっとやりすぎたかもね、とにかく君のせいだよ。(Ох, ну, возможно, я слегка перестарался. В любом случае, вы виноваты в этом.) Жан, сжав кулаки, наконец разъединил объятия и сел обратно на своё место, в то время как Рико подошёл к Натаниэлю. К их Натаниэлю. Кевин сжал бедро Жана. — Qu’est‑ce que tu lui as dit là‑bas ?! ( Что ты ему там сказал?!) — прошипел он. Жан покачал головой — мол, потом — и указал подбородком на заинтересованную Кэти. — Какое милое воссоединение! Рико, Кевин упоминал, что вы всё это время не общались. Почему? — Да, это так. Травма Кевина для нас двоих стала ударом: если для Кевина — физическим, то для меня — моральным. Мы всё детство играли в экси, и тут всё… Кевин не может играть. Из‑за этого наше общение пострадало, но, думаю, Жан смог помочь Кевину восстановиться. — Кстати, говоря об этом, почему ты не пошёл за Кевином так же, как и Жан? — Я, как капитан, обязан заботиться о каждом члене команды. Однако из‑за одного я не могу бросить всех. Как раз с Кевином пошёл Жан и помогал ему. К тому же я должен был помогать освоиться новому участнику: Натаниэль не мог привыкнуть и влиться в наш коллектив. Жан холодно усмехнулся над этим. Так «помогал», что сейчас Натаниэль будто не в этом мире. Не то что в мире — вообще не существует. Он сидит так же, как и сидел: в глазах пустота, в которой можно запросто утонуть. Натаниэля не существует. — Кстати о вашем новом участнике. Натаниэль был избран в свиту изначально или вы просто сохраняли место для кого‑то более лучшего? — Натаниэль был выбран давно. Отчего Жан получил четвёртый номер. Ната мы не показывали, чтобы уберечь от излишнего внимания: ведь он всё ещё учился в школе. Разные люди очень завистливы и могли бы ему навредить, из‑за этого мы скрывали личность третьего номера. «Да‑да! Конечно! Натаниэль, блять, должен до сих пор учиться в школе!» — пронеслось в голове у Жана. — Натаниэль, а что ты скажешь на то, что являешься третьим номером? Как к тебе относятся в команде? Смог ли ты со всеми найти общение? В ответ ей послужила тишина — мёртвая, холодная, способная утащить в тьму и не вернуть. Натаниэль просто сидел. Он будто даже не услышал, что к нему обращаются. Сейчас он был слишком далеко отсюда. Улыбка Кэти дрогнула, Жан побелел сильнее. «Насколько сильно ему плохо, что он даже не услышал? Что. С. Ним. Сделали.» Рико ущипнул его за запястье, после положил рыжую голову на своё плечо, говоря: — Натаниэль просто не мог уснуть. Его часто мучает бессонница и мигрень. Не стоит беспокоиться насчёт того, что он может иногда пропадать в своих мыслях. Повторите вопрос — он сейчас ответит на него. В этот момент Натаниэль будто очнулся. Он оглянулся, посмотрел на Жана и Кевина. Француз замер. Взгляд стал болезненным. «Что с тобой сделали, брат?» — Жан очень волновался. Он хотел, чтобы сейчас Натаниэль вновь кинул в них подушку, запрыгнул на спину, отобрал сладкое… Да хоть что‑то! Что угодно, лишь бы стал собой. Лишь бы он был в настоящем порядке… — Да? Может, тогда ему лучше пойти отдохнуть? — спросила Кэти с обманчиво беспокоящимся тоном. Жан уловил его. — Он отдыхает в этом положении, — ответил Рико. — Что‑то я сомневаюсь, — сказал Жан с чётко слышимым акцентом. Он всегда усиливался, когда Моро злился или переживал. Сейчас Жан был в ярости. Он очень зол на Рико, на всех тех, кто сделал плохо их рыжику. Кевин попытался ущипнуть и шептал что-то на французском. — Жан, не волнуйся. Тебе точно не стоит беспокоиться: ты ведь впервые увиделся с третьим, правда? Натаниэль просто устал. Он обязательно поспит, как мы вернёмся домой. — А скоро ли вы вернётесь домой? — Жан был готов рассказать всё про гнездо. Поспорить с Рико. Лишь бы ему обратно отдали Натаниэля. Лишь бы он мог утешить, обнять, вернуть его. Жан думал, что же скажет Рико, но впервые за интервью заговорил Натаниэль. Его голос… Он был болезненным, пустым, лишённым всех эмоций. Это было ужасно слушать. Жан был готов разрыдаться, как ребёнок, лишь бы ему дали забрать Натаниэля. Он переживал, беспокоился — всё вместе. Он ужасно волновался… — У нас будет долгий перелёт. Там, думаю, я тоже смогу поспать. Он будет ночной, с прекрасной луной — она поможет сделать прекрасный сон. Не стоит беспокоиться, я смогу выспаться, — произнёс Натаниэль. Чёрт…Натаниэль… Зачем ты себя мучаешь? — Как это замечательно выглядит! Участники из прошлой свиты заботятся о новом участнике! Это прекрасно! Но, Жан, Кевин, последний вопрос именно к вам: вы выбираете жёлтый или чёрный? — влезла Кэти. — Оранжевый — наш цвет, и мы будем в нём до конца, — синхронно ответили Кевин с Жаном. Натаниэль снова потух. Свет выключился, и, как только микрофоны сняли, Натаниэля за руку увёл Рико. Жан с Кевином почти бежали за ними. Они увидели, как Морияма впечатал Ниэля в стену… Моро сразу подбежал и груб о ударил Рико по лицу. Тот хотел ответить, но тут прозвучал звук удара тела о пол — Натаниэль упал. — Что с ним?! Что ты, чёрт возьми, с ним сделал?! — почти кричал Жан. Рико произнёс грубую брань и подхватил Натаниэля на спину. — Я бы рад с вами поговорить, но, увы, любимый Натти не выдержал нагрузки… Как жаль… И он ушёл.