Ловушка для двоих

๑ ๑ ๑

Шэнь Юаню снилось, что он наблюдает за каким-то состязанием. Он и другие зрители располагались на многочисленных трибунах, а участники находились где-то далеко — их можно было видеть на висящих в воздухе хрустальных экранах. Юноши и девушки в белых одеждах вели охоту на монстров в мрачном, но живописном горном ущелье. Монстры были Шэнь Юаню хорошо знакомы — он читал о них в какой-то книжке и теперь с удовлетворением отмечал, что изображены они просто шикарно. Графика была отличной, физика на высоте. Единственное, чего не понимал Шэнь Юань — это зачем он вообще пришёл сюда, когда можно было посмотреть шоу из дома, попивая пиво и похрустывая попкорном; но потом решил, что на большом экране происходящее выглядит эффектнее. Он с полюбовался на то, как высокий стройный юноша несколькими ударами меча сразил белого саблезубого волка, и одобрительно улыбнулся. Ещё один молодой человек сбил железного грифа огненной стрелой. Раненая птица не успела долететь до земли и была уничтожена парой взрывающихся талисманов. Очень зрелищно! Каждый раз, когда очередной монстр погибал, из его тела вылетал кристалл и сам собой нанизывался на браслет на руке участника — видимо, это был способ подсчёта баллов. Соревнующихся оказалось много, и, к большой досаде Шэнь Юаня, все они были одеты одинаково и не носили никаких знаков отличия. Возможно, на их личном счету баллы и копились, но зрители не имели возможности следить за динамикой. Что за глупая недоработка со стороны организаторов! В итоге Шэнь Юань больше обращал внимания на монстров, чем на заклинателей. Уж они-то отличались разнообразием! И всё же двое участников выделялись на фоне прочих. Это были юноша и девушка, которые работали в паре. Они двигались слаженно, словно были единым целым, и убивали монстров максимально эффективно и экономно, останавливаясь буквально на пару мгновений, а потом шли дальше. Они по очереди воздевали руки, ловя высвободившиеся кристаллы. На трибунах шумели, спорили, делали ставки. Шэнь Юань хотел крикнуть что-нибудь, чтобы поддержать понравившуюся парочку, но тут на него обрушилось воспоминание: у него есть только одно слово, предназначенное для единственного человека. И этим словом обязательно нужно распорядиться правильно. Он замер, вглядываясь в экран. Азарт схлынул. Звуки на трибунах стихли, наступила тревожная тишина. Шэнь Юань переводил взгляд с одного экрана на другой. Он должен выбрать лучшего, так? Или… просто кого-нибудь выбрать? Вот невзрачного вида юноша разрубил гигантского паука. Вот три юных заклинательницы кое-как завалили четырёхрогого овцетура. А этот участник, кажется, неплох, но вокруг него собралась целая стая прилипал — все женского пола, и незадачливый парнишка только и занимается тем, что отгоняет от своего импровизированного гарема низкоуровневых монстров. Эх, приятель, личная жизнь важна, но ты же на соревновании! Надо правильно расставлять приоритеты! Шэнь Юань вздохнул и потёр глаза, мимоходом удивившись тому, что прекрасно видит без очков. Потом снова обратил взгляд на экран и замер в изумлении. Он увидел девушку, стремительно бежавшую по дну ущелья. Она легко перепрыгивала с камня на камень; оттолкнувшись от огромного валуна, перелетела через широкий ручей. Её цингун был великолепен. Несколько раз она, не глядя, посылала в полёт талисман и подбивала мелкого монстра — то ящерицу-древоточца, то чернильную крысу. Браслет её был унизан разноцветными камнями. Она задержалась лишь для того, чтобы разделаться с железной пастью — монстром, похожим на гигантский взбесившийся капкан. Тогда-то Шэнь Юань и увидел, что её тоже преследуют прилипалы. Они держались на отдалении и добивали добычу, которую заклинательнице не удалось сразить одним ударом. Похоже, девушка намеренно позволяла им это, лишь бы они не висли на ней и не задерживали её. Эта участница была хороша необычайно. Она вполне стоила того, чтобы называться лучшей! Шэнь Юань уже всерьёз собрался отдать ей свой голос, когда вспомнил, что должен выбрать мужчину. Простите, барышня! И тут дискриминация! Следующий кандидат нашёлся почти сразу. Этого молодого заклинателя Шэнь Юань видел в самом начале состязания — тогда он мимоходом раскромсал пару чёрных теней, обратив их в клочья тумана. Сейчас юноша сражался с пожирателем луны. Это была поистине жуткая тварь — гигантский питон, покрытый костяными наростами, которые невозможно было пробить мечом. Когда он, подобно кобре, раздувал капюшон, распахивал пасть, полную длинных острых зубов, и издавал низкий устрашающий рык, даже Шэнь Юаню на его зрительской трибуне становилось не по себе. Победить пожирателя луны было невозможно. Юноша убегал от него, лавируя среди скал. Монстр то и дело застревал между камней, потом вырывался, круша их и обдирая наросты на своём теле. Наконец заклинателю удалось заманить его в ловушку и устроить обвал. Всё это звучит не слишком впечатляюще, но Шэнь Юань знал, что пожиратель луны сильнее всех виденных им сегодня монстров, а юноша, хоть и не сумел нанести ему существенного урона, держался на удивление хорошо. Он не паниковал, неплохо контролировал ситуацию, а по части цингуна ничуть не уступал недавней фаворитке Шэнь Юаня. В его движениях, в напряжённом и сосредоточенном лице было что-то странно знакомое, что-то очень располагающее. Конечно, этот участник соревнования был объективно силён. Но, если честно, Шэнь Юань был готов отдать ему голос из чистой симпатии. Просто почему-то медлил — наверное, хотел досмотреть бой до конца. Юноша загнал тварь в расщелину между камней, обрушил ей на спину огромный валун и швырнул несколько взрывающихся талисманов прямо в разверзшуюся пасть. Монстр содрогался в конвульсиях, его огромное тело билось о скалы, дробя их в крошку. А юноша застыл на возвышении, словно размышляя — попытаться добить или убежать? В этот миг Шэнь Юаня царапнуло сомнение. Может, стоит ещё понаблюдать? Его ведь никто не торопит с выбором. Он пробежал взглядом по остальным экранам. И от увиденного его бросило в жар. Незадачливый паренёк — владелец гарема, состоящего из бестолковых курочек — вступил в бой с драконьей гидрой. Чудовище вздымалось из воды на высоту пятиэтажного дома, двигалось быстро, поднимая высокие волны. Бой был жестоким и стремительным. Юноша перемещался подобно молнии, нанося удары чудовищной скорости и силы. Шэнь Юань наблюдал за ним, вцепившись в подлокотники кресла. У него пересохло во рту, по коже бежали мурашки. Святые небеса! Он едва не совершил ужасную ошибку! Зато теперь сомнений точно не осталось. Когда драконья гидра была повержена, её гигантское тело погрузилось в воду, распространяя облако багровой крови, а юноша вернул меч в ножны, Шэнь Юань вскочил на ноги, указывая на экран, и выкрикнул: — Он! Мир застыл, а потом как будто запустился в ином режиме. Какие-то шестерёнки в нём прощёлкивали, какие-то маховики вращалось вхолостую. По экрану побежали помехи. Камера приблизилась к избраннику Шэнь Юаня и показала крупным планом его лицо. Ха! Понятно, почему девицы преследовали его — этот молодой человек был очень хорош собой. Он поднял на Шэнь Юаня сияющие, словно звёзды, глаза и проникновенным голосом произнёс: — Учитель. Ты снова узнал меня, и моё сердце трепещет от радости. Пожалуйста, узнай меня и в третий раз. И прости, это будет действительно сложно. Мир осыпался хрустальными осколками — словно был изображён на одном из экранов. Шэнь Юань вновь очутился перед воротами, из-за которых сочился свет. Они раскрывались медленно и, хотя Шэнь Юаня тянуло наружу, он смог отступить в темноту и оглядеться. Во все стороны от ворот уходили тоннели. Некоторые из них были похожи на коридоры какого-то подземного бункера, некоторые — на прорытые в земле норы, какие-то были вырублены в скальной породе, другие — выстланы длинными узловатыми корнями. Они будили любопытство и вызывали страх. И страх, пожалуй, был больше. Шэнь Юань помедлил немного у выхода. Почему-то ему было жаль покидать это место. Но и оставаться здесь не было смысла. Он дождался, пока створки раскроются достаточно широко, и шагнул в просвет. Ворота за спиной захлопнулись. Свет, поначалу призрачный и тусклый, становился всё ярче, знаменуя скорое пробуждение. Но тут кто-то вцепился в его одежду, и явь как рукой сняло. — Шэнь Цинцю! Так, значит, твоя душа не ушла на перерождение! Говоривший оказался стариком, облачённым в роскошные одежды. Его пальцы, похожие на когти хищной птицы, крепко держали Шэнь Цинцю за рукав. Шэнь Цинцю помедлил, понял, что запираться нет смысла, и со вздохом констатировал: — Старейшина Мэнмо. Помнится, мы с вами уже встречались. — И правда ты, — с осуждением заметил старый демон. — Ну что, видел там своего ученика? — А должен был? Вокруг Мэнмо заклубился чёрный туман, в его глазах сверкнули молнии. — Вот упрямец! Неужто не понимаешь, что лучше сразу ответить мне? Если я пожелаю, то ты целую вечность будешь блуждать среди кошмаров, а нужные сведения я всё равно извлеку из твоей памяти. — Демон выдержал драматическую паузу и снова спросил: — Ну так как? Встретил мальца? Чем он там занят? Некогда Шэнь Цинцю на своём опыте убедился, что обещания Мэнмо — не пустые угрозы. Но теперь (вот удивительное дело!) почему-то совсем не боялся. — Почему бы старейшине не пойти и не проверить самому? Это ведь он здесь властитель снов. Старик помрачнел и приготовился выдать новую порцию угроз и проклятий. — Не можете? — догадался Шэнь Цинцю. — Хах! — с досадой выплюнул Мэнмо и отступил на полшага, но его рукав не отпустил. — Не могу. Ладно, кого я прошу о помощи… Раз уж ты жив, то только рад будешь избавиться от этого сопляка. Упрёк был отвратительно справедливым. Встреча с Ло Бинхэ наяву не сулила Шэнь Цинцю ничего хорошего. Но он всего лишь не желал видеться с бывшим учеником и никаких коварных планов не вынашивал! — С Ло Бинхэ что-то случилось? — как бы невзначай поинтересовался он. — Неужто беспокоишься? — с насмешкой спросил Мэнмо. Раз уж разговор никак не заканчивается, то пусть хотя бы будет конструктивным, решил Шэнь Цинцю и признался: — Я встретил Ло Бинхэ, но так и не смог с ним толком объясниться. — Ну прямо все их отношения в одной фразе! — Не будет ли старейшина так любезен растолковать мне, что происходит? Демон раздражённо поджал губы, но ответил: — Этот сопляк влез куда не следовало и попал в ловушку. Всё из-за тебя! — Ловушка?.. — Шэнь Цинцю задумался. Обвинение в свой адрес он проигнорировал. Похоже, Мэнмо невзлюбил его ещё с первой встречи и считает (не без оснований) причиной любых неприятностей. А вот ловушек в мире снов Шэнь Цинцю в романе Самолёта навскидку вспомнить не мог. Стоит обдумать этот вопрос наяву. — Что ты там видел? — принялся расспрашивать Мэнмо. — И почему попадаешь в его сон, но, пройдя через эти врата, обратно вернуться не можешь? — Почему — не знаю, — честно ответил Шэнь Цинцю. — Но, кажется, моё появление что-то нарушило в этой ловушке. Возможно, Ло Бинхэ теперь сумеет из неё выбраться. Он умолчал о том, что неведомая сила выдала ему абонемент на три визита. Надо полагать, следующей ночью ему предстоит снова узнать Ло Бинхэ среди множества людей, едва догадываясь, что именно от него требуется. И это, мать его, точно нужно обдумать наяву. Заметив, что демон снов отвлёкся на размышления, Шэнь Цинцю выдернул свой рукав из его хватки и проснулся.

✧ ✧ ✧

Оказалось, что город вполне обитаем. Вдалеке были видны горящие в окнах огоньки, где-то перегавкивались собаки. Ближайшее освещённое здание находилось на другой стороне улицы — не то гостиница, не то чайная. Ночной ветерок раскачивал фонарь, висящий у входа, и трепал флаг с надписью, которую Шэнь Цинцю не мог разобрать. Он намеревался вернуться в хижину и снова лечь спать, но увидел, что по улице в сторону того самого здания движется высокая фигура со сложенными за спиной крыльями. Остановившись у входа, фигура уменьшилась в размерах; крылья исчезли, очертания стали подозрительно напоминать человеческие. А потом ночную тишину нарушил громкий стук в дверь. Ба! Да это же призрачный кровопийца! Демоны упомянутой разновидности отличались тем, что могли принимать облик человека, крови которого только что насосались, но неспособны были проникнуть в человеческое жилище, пока их не пригласят. Шэнь Цинцю скептически хмыкнул. В пограничных землях вряд ли найдутся недоумки, которые посреди ночи станут специально приглашать кого-то войти в здание, будь то жилой дом, гостиница или лавка. Увы! После короткого диалога дверь отворилась, и подозрительная фигура скрылась внутри. «Братец Самолёт, почему все твои НПС так непроходимо тупы!» — мысленно возопил Шэнь Цинцю и бегом припустил к зданию с фонарём. Он успел позабыть, что ещё не освоился в новом теле, и дважды запутался в ногах, чуть не навернувшись. А один раз навернулся, но сумел остановить падение с помощью мощного потока ци, выпущенного из ладоней. Вот с духовной энергией всё, напротив, было отлично! Стучаться Шэнь Цинцю не стал — ему, в отличие от призрачного кровопийцы, особого приглашения не требовалось. Внутри стояла кромешная тьма — демон погасил все лампы. Однако в нынешнем теле Шэнь Цинцю не составляло труда разглядеть очертания человеческих фигур и багровую ауру демона. Призрачный кровопийца уже принял свой истинный облик и держал за шею одного из мужчин, медленно приподнимая его над полом. Шэнь Цинцю атаковал демона духовной энергией. Тот пронзительно вскрикнул и истаял серым дымом. Всё закончилось за пару секунд. Жизнь становится намного проще, когда в теле нет Неисцелимого! Шэнь Цинцю щелчком пальцев зажёг погасшие светильники и по очереди осмотрел двух лежащих на полу людей. — Не пострадали — просто без сознания, — сообщил он. Тем временем мужчина с длинными усами, которого призрачный кровопийца хватал за шею, перестал надрывно кашлять, сложил руки в малом поклоне и почтительно произнёс: — Тысяча благодарностей Вашей Милости за спасение моей недостойной жизни! Ну что ж, хорошо, что этому человеку не чуждо чувство признательности. А то, что он чуть раньше с большим подозрением косился на неожиданного спасителя, понять можно. Ведь этот спаситель выглядел так, будто совсем недавно восстал из могилы. Шэнь Цинцю огляделся. Место, куда он попал, оказалось скромной чайной, где в поздний час собралась компания из шести мужчин. Он без церемоний хлопнул усача по плечу и попросил: — Ну, раз так, то скажите мне вот что… Шэнь Цинцю решил, что вопрос о том, какой сейчас год, вполне впишется в его нынешний имидж и никого не удивит. Но ответ поразил его самого. Выяснилось, что он провёл в земле целых пять лет! Подумать только! Его ученики, которых он помнил едва вступившими в пору юности, стали взрослыми людьми. Надо полагать, они давно оплакали своего учителя и живут не хуже прежнего. А что до Ло Бинхэ… Ло Бинхэ ведь получил своё возмездие. Ему давно пора было забыть о человеке, предавшем его и погибшем в попытке компенсировать нанесённый ущерб. Это был вполне типичный конец для не совсем уж прогнившего злодея, который сохраняет проблеск света в душе, но недостаточно хорош для счастливого финала. Который достоин капли сочувствия, однако в прекрасном светлом будущем станет раздражающей помехой. Самого Шэнь Цинцю такой исход вполне устраивал. Так какого хрена спустя столько лет он, едва вернувшись в мир живых, тут же попадает в сон к Ло Бинхэ? Из-за этих-то размышлений Шэнь Цинцю и был застигнут врасплох вопросом о своём имени. Естественно, посетители чайной желали знать, кто уберёг их от верной гибели. Он едва не произнёс по привычке: «Шэнь Цинцю, мастер Сюя из школы Цанцюн», отчего пришёл в ещё большее замешательство и поспешно выпалил: — Цзюэши Хуангуа. Разумеется, выращивая новое тело, Шэнь Цинцю планировал обзавестись новым именем. Так где же это имя сейчас? А там же, где одежда, деньги и прочие вещички, которые должны были обеспечить ему благополучную жизнь после возрождения. Нигде. Не подумал, не успел, понадеявшись, что до возвращения протагониста у него ещё пара лет в запасе. Всё это в совокупности вогнало Шэнь Цинцю в такое смущение, что он вознамерился потихоньку выскользнуть из чайной и скрыться в ночи, но спасённый им усач перехватил его у выхода. — Куда же направляется Цзюэши Хуанхуа посреди ночи? Окажите милость, подождите до утра! Не выставляйте нас белоглазыми волками, обидевшими своего благодетеля. Шэнь Цинцю поразмыслил и поправил его: — Хуан Юань. Имя, оставленное в прошлой жизни, прозвучало неуместно, и от его использования Шэнь Цинцю отказался в тот же миг. Со временем нужно будет придумать что-нибудь звучное и героическое. — А-ха-ха… конечно же… — неловко засмеялся мужчина. — Простите, Непревзойдённый Хуан Юань, этот Лу ещё не отошёл от потрясения и плохо расслышал. Вот так Шэнь Цинцю и согласился. Если подумать, куда лучше дождаться утра среди людей, чем возвращаться в заброшенную хижину и досыпать там под обгорелым одеялом. Ему наперебой стали предлагать еду, помощь, советы. Шэнь Цинцю попросил только чашку чая и поинтересовался, не завалялось ли где-нибудь ненужного веера. Чай показался ему необыкновенно вкусным, а шёлковый веер роскошным и совсем не подходящим к его нынешнему образу. Оказалось, что усатого мужчину зовут Лу Лю, и он возглавляет небольшой отряд заклинателей, несущий вахту в пограничных землях. В чайной у них было что-то вроде базы. Члены отряда то ли опасались выходить на улицу после недавнего происшествия, то ли просто слишком засиделись в тот вечер — так или иначе, все остались на ночлег в чайной. Разместились на верхнем этаже в общей спальне, где кровати заменял один большой топчан вдоль стены, на который были свалены подушки и одеяла. Шэнь Цинцю вовсе не был истощён короткой перебежкой от лачуги до чайной и последующим боем, зато стражи границы его быстро утомили. Прожив несколько лет на пике Цинцзин, он отвык от того, что люди могут быть настолько болтливыми. Спать ему вроде и не хотелось, однако, устроившись в дальнем углу и завернувшись в одеяло, он быстро пригрелся и задремал. Сквозь сон он слышал, как один из заклинателей сказал: — Лю-гэ, так что ты собирался поведать нам об отношениях главы Шэня и его прославленного ученика? Если не ненависть, то что же их связывает? — Ай, шиди, это долгий разговор, — отмахнулся Лу Лю. — Завтра расскажу и объясню во всех подробностях. Но, возможно, Шэнь Цинцю всё это просто послышалось.