Здравствуй, Глубина

      «Стая, приготовиться!» — скомандовала Нерпа.       Развернувшись, все глубинные приготовились к бою. Сзади к нам приближались глубинные истребители. Цу, оскалившись, подняла свои руки с орудиям в сторону непрошенных гостей. Прозвучали первые залпы, сбившие один из истребителей, после чего оставшиеся резко повернули назад. Мы, со своей стороны, подняли в небо свои истребители, которые должны были отвлечь на себя часть противников.       «Рассредоточиться!» — резко скомандовала наш флагман — и едва мы разошлись в стороны, как по месту, где мы находились ранее, ударила артиллерия.       За первым ударом последовал второй, отчего приходилось постоянно маневрировать, про себя отмечая, что наш противник медленно стягивает вокруг нас кольцо.       Против нас вели бой, в основном, человекоподобные глубинные незнакомых мне классов… Хотя нет, вижу, как минимум, две Не-класс. Всего же я успела насчитать три десятка особей. И ещё почти по десятку обходит нас с каждого из флангов.       Впрочем, мы тоже не только уклонялись от вражеского огня, но и огрызались. Вот только противник явно имел численный перевес, и за счёт плотного огня и маневрирования старался подавить наше сопротивление. А наши истребители, ранее поднятые в небо, были сбиты подобием зениток на спинах незнакомых мне классов. Кидать в таких условиях в воздух оставшиеся истребители Нерпа не решилась.       «Флагман, нам нужно срочно прорываться из окружения», — по каналу мыслесвязи сообщила Цу.       Постоянно маневрируя от артиллерии и торпед, вся наша стая рванула в противоположную от противника сторону, надеясь выбраться из смыкающегося окружения. Вот только из-за спешки пришлось оставлять на гибель неповоротливую Ва-класс, которую достаточно быстро подбили плотным огнём. Не повезло и одной из Шнелльботов — той, что была ранена вместе со мной во время прорыва из Суэцкого канала. Шальная торпеда сначала сильно повредила её, сильно замедлив, а затем очередной залп вражеских орудий отправил её на дно.       Да, вот так просто она погибла. От случайной торпеды. Даже в хаосе боя я слышала её крики боли позади, но просто плыла зигзагами вперёд, надеясь, что по мне не попадут.       Сверху послышался жужание глубинных истребителей.       «Только вас не хватало!» — нервно подумала я.       За жужанием скоро послышались щелчки и нарастающий свист.       «Уклонение».       Сделав резкое движение в сторону, я смогла спастись от упавшей рядом бомбы, которая подняла большой столб воды, обливший меня с ног до головы. Намокание, разумеется, было меньшей из вещей, что волновали меня в этот момент. А вот авианосцу нашему повезло меньше — избежать авианалёта ей не удалось. Ещё одна потеря…       В это время кольцо продолжало сужаться, всё сильнее блокируя возможность побега от враждебной стаи. Я почувствовала раскрывшуюся ауру Нерпы, и то, как моё тело частично берётся под контроль нашего флагмана. Словно кто-то держит тебя за руки, и показывает, как надо делать. Вместе с тем я чувствовала всю остальную стаю. Их инстинкты, их эмоции. Видела их глазам, слышала их ушами.       Мысли в голове очистились. Стало спокойней, и… безразличней? Повинуясь контролю со стороны флагмана, я совершила очередной манёвр против авианалёта, а затем вытянула не до конца зажившую руку, где успело прорасти торпедное оружие из глубинного хитина, и выпустила свою первую «глубинную» торпеду вперёд, в сторону одной из глубинниц-противниц, заходящих к нам по правому флангу.       Знакомого свиста не было. Я услышала приглушённый щелчок, и ощутила, как странный нарост от торпедной установки раскрылся. Очень странно ощущать, как по твоей руке, изнутри, разгоняясь, несётся маленькая торпеда, которая, вылетев наружу, плюхнулась в воду и продолжила плыть в сторону противника, запустив подобие миниатюрных винтов.       Вместе со мной отвлекающий огонь начала одна из И-классов, намеренно своим огнём принудив цель уйти в манёвр как раз в сторону траектории торпеды.       А затем прямое попадание пусть и не убило глубинную, но повредило её ноги, временно замедлив и помешав взять нас в окружение.       Именно это и было нужно.       Пользуясь моментом, наша стая прорвалась из окружения, потеряв ещё два эсминца, банально не успевших увернуться от плотного огня.       Но выйти из окружения — лишь начало. За нами по-прежнему несётся озлобленная стая, имевшая явную цель перебить нас. И судя по тому, что аура Нерпы их не пугает — мы действительно имеем дело с кем-то серьёзным.       Ухо вновь уловило проклятое жужание. Как же я ненавижу этих летающих тварей…       К счастью, резко развернувшись и остановившись Цу-класс расстреляла истребители на подлёте к нам, чтобы затем вновь развернуться и на полной скорости догнать нас, дабы не попасть под огонь дальнобойного оружия.       «Мне кажется, они от нас не отстанут!» — сказала я Нерпе.       «Да, верно, — спокойно, без эмоций ответила мне флагман. — Это прихвостни Невесты, и они не успокоятся, пока не потопят нас. Среди них точно есть Химе, я ощутила её ауру».       Она бросила взгляд назад, а затем на свою стаю, думая, как поступить дальше.       Мы потеряли авиацию, несколько эсминцев, одну Шнелльбот. Против нас превосходящий по численности противник, который точно не отстанет и будет преследовать нас, пока не потопит. Мы посреди Индийского океана, вокруг даже островов нет! Уйти под воду? Так нас и там догонят, и далеко не факт, что мы сможем дать отпор. А учитывая, насколько настойчивые нам попались глубинники — вариант спрятаться вряд ли подойдёт. Будут активно искать, пока не найдут. Может, устроить засаду? Да только где и какую, учитывая что мы даже оторваться от погони не можем…       Пока моя голова пыталась придумать выход из сложившейся ситуации, к Нерпе обратилась Цу:       «Флагман, позвольте мне отвлечь врага на себя и дать стае уйти».       «Слуги Невесты охотятся за мной. Даже если ты останешься, твоих сил не хватит задержать их. А убив тебя, они продолжат погоню».       «Тогда позвольте и мне умереть за вас, флагман!» — вмешалась Шнелльбот, оскалив свои акульи клыки, демонстрируя Нерпе свою жажду битвы, и желание умереть ради неё.       Мои уши зафиксировали уже знакомое жужание приближавшихся истребителей. Цу-класс вновь пришлось остановиться и развернуться, чтобы растрелять очередных летающих глубинных.       Боковым зрением я заметила, как кулаки Нерпы сжались, а её глаза сузились.       «Стая, делимся на две группы. В первую группу вхожу я. Вторая группа переходит под управление линкора и продолжает путь самостоятельно, — сухо отдала команду Нерпа и посмотрела на Цу-класс: — Линкор, любой ценой сберечь стаю».       «Флагман, настоящая Принцесса так не…» — начала было линкор, но была прервана Химе:       «Это приказ вашего флагмана».       Приказ этот сопровождался её подавляющей аурой, не допускающей возражений своих слуг. Цу-класс, тут же умолкнув, лишь послала своему флагману образ повиновения. Я почувствовала, словно контроль Нерпы надо мной плавно перешёл к Цу. Это было… Не знаю как описать. Словно передача полномочий? Я просто ощущала, что мой флагман сменился. Я должна подчиняться линкору.       Но контроль Цу-класс отличался. Если аура Нерпы отдавала пронизывающим до костей холодом, а Петропавловск — тёплым успокаивающим ветром, то контроль ауры Цу-класс был прохладным, но не ледяным порывистым ветром. Разумеется, в реальности никакого ветра не было, но вот ощущения от её контроля… Да, наверное, это наиболее близкий пример.       «Стая, полный вперёд. Цель — оторваться от преследования враждебной стаи».       Повинуясь приказам нового флагмана, мы продолжили путь вперёд, в то время как Нерпа остановилась. Полностью раскрыв свою ауру Химе. Я, пожалуй, впервые воочию увидела, почему эти создания считаются самыми опасными и сильными среди Глубинного флота.       Сейчас Нерпа не напоминала странную глубинную с неизменно забавным выражением лица. Сейчас это был настоящий монстр, пространство вокруг которого стало преломляться. От неё веяло знакомым ледяным морозом и единственным желанием — убивать.       Стоило Химе попасть в зону действия артиллерии враждебной стаи, как те принялись незамедлительно её обстреливать. Но снаряды взрывались, не попадая по ней, словно наталкивались на настоящее силовое поле. Нерпа же, не теряя времени, скинула с себя своего демона, который, не отплывая от хозяйки, принялся пускать торпеды во врагов, пока мешковатая одежда Нерпы на спине рвалась от выдвигающегося из-за спины нароста хитина, похожего на артиллерийское орудие. Из бёдер же, точно так же разрывая одежду, показалось несколько торпедных аппаратов.       Всё это вооружение, что ранее Химе прятала в себе, было использовано против неприятеля, сопровождаемое подавляющей аурой, что буквально парализовывала страхом. Пользуясь каким-то преломлением (щитом, как в каких-то фантастических фильмах?), она двигалась прямо к вражеской стае.       В этот момент я почувствовала ещё одну мощную ледяную ауру, исходящую со стороны преследующей стаи. Она была такая же подавляющая, ничем не уступающей Нерпе. Каждая клетка моего тела чувствовала иррациональный страх и желание свалить куда подальше.       «Так значит, за нами гналась Химе-авианосец. Нерпа с ней не справится», — отметила Цу-класс, каким-то образом точно определив, с кем именно мы имеем дело.       А вот Нерпе было всё равно. Она всё так же плыла в сторону своей противницы, попутно стреляя во всех, кто попадал в её поле зрение. Её снаряды казались мощнее тех, что обычно были у глубинных. Потому что враждебные монстры от попадания рвало вместе с мясом и хитином так, будто и нет никакой «волшебной» неуязвимости глубинных для людских кораблей. Разумеется, что другие глубинные, что канмусу вполне могут убить друг друга, но…       Впрочем, это может быть лишь игрой моего воображения из-за её ауры. Надеюсь, потому что я не представляю, как канмусу бороться с такими машинами для убийства. И ведь это, блин, одна из Химе! А сколько таких ещё у глубинных? И насколько Нерпа в сравнении с ними сильнее, или, наоборот, слабее?!       В воздух поднялись истребители Химе-авианосца, что также раскрыла свою ауру, словно принимая вызов моего бывшего флагмана. Из-за набора своих орудий, не подходящих для борьбы против атак с воздуха, Нерпе пришлось выдерживать бомбардировку, прикрываясь своим «щитом», о запасе прочности которого можно лишь гадать.       «Мы не успеем уплыть достаточно далеко до того, как её убьют…» — вновь стала анализировать обстановку Цу.       Повернув лицо к ней, я увидела, как она внимательно изучает меня.       «Береговая, назначаю тебя новым флагманом и приказываю сберечь стаю, — внезапно обратилась она ко мне. — Я дам вам больше времени на отступление».       «Флагман, разрешите всем нам помочь…» — вновь проявила инициативность Шнелльбот.       «Никто, кроме меня, не умеет эффективно бороться с воздушными противниками. Вражескую стаю нам не одолеть, а прошлый флагман дал мне приказ вас сберечь».       Ещё раз взглянув на меня, Цу-класс, повернула назад, направившись к Нерпе. Я даже замедлила ход от неожиданности, не зная, что делать дальше.       «Береговая, выполнять приказ».       Чувство незримого поводка исчезло. Я… свободна? Вот так просто?       — Флагман, нам продолжать отступление? — спросила меня тоже замедлившаяся Шнелльбот.       Несмотря на внешнюю безэмоциональность, я чувствовала Шнелльбот. Она была растеряна, как и я. За короткий промежуток она сменила уже двух флагманов, потеряла одну из сестёр. Схожие, пусть и более упрощённые чувства были и у примитивов.       Чувствовала ли я себя флагманом, способным управлять глубинными? Да нет, вроде ничего не изменилось, кроме чувства позабытой лёгкости… Неважно, позже успею разобраться в себе. У нас на хвосте опасная стая, нет времени во всём этом разбираться. Но что делать? Плыть к берегу? Хотелось бы, да только назад путь пока точно закрыт. Да и для начала нужно оторваться от хвоста… Значит, плывём на восток.       — Стая… то есть эскадра, полный вперёд на восток! — отдала я голосом приказ стае, наблюдая, как те беспрекословно его выполняют.       Я тоже ускорилась, чтобы не отставать. Во всяком случае, я одна посреди океана наполненного опасными монстрами. Пусть я, весьма неожиданно, избавилась от поводка Химе, мне теперь нужно каким-то чудом добраться до берега. Желательно невредимой. При помощи стаи Нерпы это сделать будет проще, но если за нами действительно так усердно охотятся, то сделать это будет не так просто…       «Да что за жизнь!» — пожаловалась на свою судьбу про себя, в последний раз обернувшись, чтобы увидеть идущий позади бой.       Сначало нужно оторваться, а затем решить, как действовать дальше.

***

      Новый авианалёт чуть не повредил щит Нерпы. Стоило ей почувствовать ауру вражеской Химе, как сразу стало ясно, с кем она имеет дело — Химе авианосца. В других условиях у неё был бы шанс победить, но с учётом перевеса в численности стаи и крайне неприятной тактики Химе — прятаться за спинами своих слуг, отправляя в бой глубинные истребители — этот бой был заранее проигран.       Был ли шанс выиграть, задействуй она всю стаю? Не в этот раз.       Тогда почему же она, флагман, решила прикрыть отступление, обрекая себя на смерть? Среди глубинных, а особенно Химе, такой поступок был нетипичным (если не сказать — невозможным). Чаще можно было ожидать, как очередная «принцесса» бросит на убой примитивов, а сама сбежит, поджав хвост. Но Нерпа не была «типичной» Химе.       Впервые она пробудилась внутри одного из Истоков Индийского океана. С самого рождения ей приходилось бороться за собственное выживание среди таких же примитивов. Убивать, поедать, устраивать засады, красть чужие запасы, прятаться от более развитых и опасных особей. В те времена ей, как и всеми, двигали лишь инстинкты. Но по мере мутаций у неё всё сильнее развивалось самосознание. И пока у других развитие разума касалось только повышения шансов выживания, у Нерпы стало проявляться… любопытство? Залечивая раны в маленькой подводной пещере на дне океана, она часто думала о том, кто она. Обрывки воспоминаний, иногда всплывающие в её голове, вместе с бессистемными знаниями и природным любопытством, двигали её к поискам ответов.       Весьма рано она поняла, что выжить в жестоком мире Глубинного флота в одиночку не выйдет. Аккуратно выглядывая из укрытий своих временных убежищ, она наблюдала за охотой развитых сестёр. За их тактиками, командной работой. Решив для себя, что ей тоже нужна своя стая, она принялась искать тех, кто будет готов выживать вместе с ней. Но поиск друзей на территориях Истока — дело гиблое. В условиях дефицита пищи и конкуренции никто не был готов «служить» какой-то там примитивной подлодке. Куда лучше у неё получались ситуативные союзы, к примеру, против более развитой особи. Тогда она и познакомилась с будущей Цу-класс, однажды спася ту от гибели…       То время сильно повлияло на восприятие Нерпы. Вопросы в её бедной голове росли как снежный ком и требовали ответов. Дров в костёр добавляли обрывки памяти, что однажды и подсказали ей её имя. В конечном итоге, достаточно мутировав, Нерпа покинула Исток.       Дальнейшие события неслись стремительно. Она побывала в нескольких стаях, каждая из которых так или иначе погибала или распадалась. Подводный мир, даже за пределами Истоков не был местом безопасным — слабые подчинялись сильным, выполняя опасную работу вместо них, являясь простым расходным ресурсом чего-то большего.       Она слышала о Бездне, пусть и никогда не видела ту своими глазами. Слышала и о мерзких береговых. О том, как «скоро» береговые будут сметены флотом Бездны. Но причин ненависти она не понимала. Просто в какой-то момент переняла мысли своих сестёр, повторяя чужие слова, в какой-то момент перестав придавать этому конфликту какое-то значение.       «Если все их ненавидят, то стоит ли так мне выделяться?»       В конечном итоге, Нерпа смогла создать свою личную стаю, достаточно сильно развившись. Она была пусть и не могущественной, но далеко не последней глубинной в Индийском океане. Но её стая была хорошо известна не из-за силы флагмана, а из-за отношения Нерпы к своим подчинённым. Сильно переосмыслив свой опыт поиска стаи будучи примитивом, Нерпа пыталась стать новатором. Создать не стаю — семью, где каждый будет подчиняться не из страха, а из чувства привязанности друг к другу, напоминающем семью. Чувства, что однажды пришло к ней из одного обрывка туманного прошлого.       Затем Бездна пропала, и древнейшие её дети, от лица «Матушки» (как её называли некоторые глубинные), провозгласили о долгожданном начале войны против берега. Но вместе с войной почти сразу пришли распри. Потеряв могущественную Бездну, каждая влиятельная глубинная пыталась вступить в гонку за власть над осколками Глубины. Так произошло и в водах Аравийского царства, до недавних пор управляемого советом старейших глубинных. С юга и востока царство атаковали новоявленные принцессы, требующих признать их единоличный контроль над водами. Одной из таких принцесс и была Невеста, приплывшая с юга. Одним точным ударом ей удалось уничтожить совет. Разрозненные стаи по всему океану встали перед выбором — либо они признают новую госпожу, либо изгоняются куда подальше. Несогласных же ждало съедение слугами новой правительницы.       Тогда Нерпе и пришлось со своей стаей бежать на запад, прямо на территорию береговых.       И кто же знал, что там она отыщет эту странную подлодку. Говорящую странные вещи, проявляющую недюжинное любопытство, и стремление бороться. Можно сказать, Нерпа, в каком-то роде, увидела в Революционер часть себя…       Сбоку на бывшего флагмана набросился примитив, но был остановлен защитной аурой. Несмотря на колоссальную мощь, которой обладает каждая Химе, у всех их есть свои пределы. Уже сейчас имперская подлодка ощущала как её силы утекают в поддержание защиты от концентрированного огня целой стаи, готовой идти прямо на её торпеды, лишь бы ослабить Нерпу, и наконец убить.       Вновь сверху послышалось жужание приближающейся авиации. Но бомбы так и не упали на её голову, ведь были сбиты со своими носителями взявшейся из ниоткуда Цу-класс. Сначала Нерпа испугалась, что её приказ был нагло проигнорирован, но её стаи поблизости не было. Значит, Цу-класс самовольно пришла ей помочь, отдав флагманскую роль кому-то ещё? Но кому, неужели этой «Орловой», как её называла Кита?       Впрочем, сейчас это уже не имело значение. Главное, что у стаи есть возможность спастись. Её «семья», столь порицаемая другими сёстрами, даже без неё ещё переживёт и этот наглый авианосец, и противную Невесту.       В это хотелось верить Нерпе.       С этой мыслью и пронеслись последние минуты жизни Химе. Она сражалась и принимала на себя весь удар целой стаи, но, в конечном итоге, защита спала. Имперская подлодка была потоплена залпом артиллерии, прожив немногим дольше Цу-класса, по своим причинам бросившей стаю, чтобы помочь чуть больше задержать врага. Уже уходя на дно океана, в затухающем сознании подлодки стали просачиваться образы прошлого, лица и слова экипажа. Первая Мировая, революции. Как переходила из рук в руки разным государствам в хаосе краха некогда огромной Империи. Как была восстановлена, как получила другое имя, и как провела остаток своей своеобразной «пенсии» в ЭПРОНе.       Последнее, что уловило угасающее сознание, это как её окружали силуэты оголодавших глубинных.       — Политрук, не спи! Помоги разобрать эти завалы! — позвал её на английском голос американского авианосца.       Пришлось помотать головой, чтобы наваждение окончательно спало.       «Странное дежавю», — подумала подлодка, что до революции и смены флага носила имя Нерпы.       Сейчас же подлодка, совсем недавно прошедшая так называемую «инициацию», очутилась в будущем, сменив свой корпус на тело человеческой девушки. Но ещё не успев толком до конца разобраться в происходящем, ей пришлось оказаться посреди большой заварушки.       Ничего, как и всегда, не предвещало беды. Она проснулась в теле молодой девушки в Индонезии. По договорённостям ООН, касающихся Объединенного флота, её в качестве канмусу от Индонезии направили на обучение в ближайший учебный центр специально для таких перерождённых кораблей, коих за годы войны открылось несколько по всему земному шару. Пусть внешне она и слабо походила на местную, но, будучи ещё человеком, являлась дочкой эмигрантов из стран бывшего Союза. Впрочем, по какой-то причине после прибытия ОФ плотно занялся ею, ненавязчиво прощупывая почву того, была ли когда-то Нерпа в Суэцком канале, и знает ли она наименование некоторых канмусу, включая историю Революционер, байку о которой только сегодня она услышала от Народоволец.       В качестве училища ей досталось Ченнаи, в честь одноимённого бывшего портового города в Индии, что с началом войны пришёл в запустение. Сама территория располагалась не в бывшем городе, а дальше — в лагуне Пуликат, что до вторжения глубинников являлся озером, отделённым от Бенгальского залива барьерным островом Шрихарикота (примечательным располагавшимся ранее на нём главным космодромом Индийской организации космических исследований, который, увы, был потерян).       Когда берег был отбит в первые годы войны, появилась необходимость организации новых портов для будущих операций в Бенгальском заливе. Тогда Объединённый флот вместе с правительством Индии решили использовать озеро в качестве места расположения и базы, и учебного центра для новых канмусу. Вначале среди особо горячих голов ОФ даже ходило предложение соединить лагуну с заливом каналом через барьерный остров, но из-за возможных экологических последствий такого решения, идея была выброшена на свалку. Откуда Политрук знала всё это? О, в первые дни после прибытия ей устроили большой «ликбез» про историю места её дальнейшего обучения, пусть подлодка и не была уверена, что вся эта информация ей когда-либо пригодится.       Времени тут она пробыла всего ничего, и сегодня к ним прибыла (как она поняла, «проездом») группа канмусу-ветеранок, которых попросили рассказать «новеньким» (хоть Нерпе, ветерану Первой Мировой, и было смешно слышать такое в свой адресс) о своём опыте. Вот только рассказы Народоволец (какая-то русская подлодка, которая, по слухам других кораблей, была одной из первых русских канмусу) прервал нежданный визит глубинников. Хоть окрестности Ченнаи ныне и считаются относительно безопасными водами, где иногда даже плавают грузовые танкеры, но это всё ещё зона боевых действий, где нет-нет, да иногда объявляются стаи глубинников. Вот только на сей раз глубинникам удалось не только подобраться очень близко к берегу, но и заявиться целой Химе со своей свитой.       Об опасности Химе не знает разве что ребёнок, а уж среди канмусу эти наиболее опасные классы монстров имеют и вовсе околомистические байки.       Сначала «новичков» отвели в бункер чтобы переждать нападение очередной стаи. Такое редко, но бывало — каждая канмусу, вне зависимости от навыков, была у людей на вес золота, и канмусу лишь только проходящих обучение сторожили как зеницу ока, вплоть до отправки в бункер на время боя. Даже несмотря на то, что на памяти всех немногочисленных знакомых Политрук тут глубинные ещё ни разу не били по «учебке». Либо этого никто не видел.       Вот только сегодня ситуация изменилась. Помимо наличия Химе, и численного превосходства стаи монстров, появилась информация о том, что часть глубинников умудрилась прорваться к берегу и высадиться.       Глубинники. Высадились. На берег.       Это было настолько выходящим за рамки поведением монстров, что требовало быстрой и оперативной реакции со стороны ОФ. Эскадра подкрепления всё ещё была в пути, а наиболее боеспособные силы канмусу были зажаты в заливе. Поэтому местным офицерам пришлось идти на отчаянный шаг — снарядить последних оставшихся резервных канмусу, оставленных на базе приглядывать за ними, на ликвидацию тварей, пока те не успели затеряться на континенте. И всё бы хорошо, но часть этих тварей смогла подобраться к училищу и начать обстреливать индийских солдат, которые охраняли её. Монстры определённо знали, что тут обучают канмусу и незаметно подобрались сюда именно из-за них. Такое планирование выходило уже далеко за рамки «обычной стаи», а понимание, что отсидеться в бункере не выйдет, заставило «новеньких» действовать. Из-за черезвычайной ситуации им всем выдали обвесы. Не индивидуальные, а более «массовые». Как их называли в самом училище — учебные, хотя «учебного» в них почти ничего не было.       Задача была проста — оказать боевую поддержку индийской армии до прибытия старших канмусу.       Вот так Политрук, она же Нерпа, оказалась в этой ситуации. Во время одного из артударов обломки ближайшего к ним здания рухнули на одну из новеньких. А вот подлодка чуть не лишилась жизни прямым попаданием, но, к счастью, удалось отделаться лёгкой контузией.       — Да отстань от неё! Не видишь, она в себя ещё не пришла? Давай, насчёт три! Раз, два… — крикнула авианосцу американская эсминка, пытающаяся вместе с ней вытащить из-под обломков здания другую канмусу того же класса.       В этот момент сознание Политрук словно переключилось, и наваждение наконец спало.       — …Ой, простите! — крикнула подлодка, и быстро поднявшись, принялась помогать в расчистке завалов.       Под завалами лежала ещё одна эсминка, имя которой Политрук ещё не успела узнать. Она была в порядке, но оказалась слегка контужена упавшими обломками здания после артобстрела.       — Отлично, жить будешь, — сказала американская эсминка, ставшая временным негласным лидером их группы.       О ней самой Нерпа знала лишь то, что она была кораблём каким-то современным, погибшим во время начала вторжения глубинных. Факт примечательный, но вроде как не первый за этот год. Если, разумеется, слухи не врут.       — Блин, обвес можно выбрасывать.       — Хотя бы ты цела…       Политрук, подняв взгляд в небо, увидело тянущуюся со стороны залива полосу запущенной ракеты, летящей куда-то на север.       — Вы видите там, в небе? — спросила она у тех, кто был рядом.       В сторону неизвестной ракеты вылетела уже другая, со стороны поста ближайшего ПВО.       — Наши запустили С-400? Это глубинная ракета?.. — ответил ей находящийся рядом офицер, тоже обративший внимание на нетипичный объект в небе, резко набравший скорость и уносящийся куда-то за пределы видимости.       — Куда глубинные её пустили? — не унималась Нерпа.       Что-то ей не нравилось, и кричало о неправильности происходящего.       — Погодите, в той стороне есть ещё одна база канмусу. Если штаб отправлял подкрепление, то…       Резкая вспышка ярче солнечного света прервала слова офицера.       — Вспышка слева!       — Азимут 20 градусов! — практически одновременно крикнули офицер и американская эсминка.       Упав на землю, Нерпа услышала громоподобный гул. Не взрыв, не грохот, а что-то среднее между глухим ударом и гулом грома.       Казалось, ненадолго бой в воде затих. И глубинные, и канмусу видели, как на севере, в небе, образовалось второе солнце. Ядерный взрыв произошёл в 250 километрах от места боя, на высоте приблизительно 25 киллометров. Сейчас ударная волна от него распространялась во все стороны. Эскадра подкрепления была уничтожена, и уничтожена оружием, которое люди долгое время считали своим козырем в борьбе с глубинниками.       В ближайшем штабе Объединённого флота, отвечающем за это направление, начала медленно расползаться паника. Рядовая вылазка глубинной стаи слишком быстро обратилась в настоящую катастрофу. Сначала умелое проникновение к берегу, минуя патрули и выстронную за годы систему раннего обнаружения (словно кто-то смог «слить» информацию монстрам), затем совершенно внезапная высадка, которую не смогли вовремя предотвратить опытные канмусу, зажатые боем в заливе. Потом атака на учебный центр, и теперь уничтожение ЦЕЛОЙ эскадры подкрепления! Такая потеря канмусу за такой короткий промежуток времени была недопустима. С точки зрения ОФ, учебный центр Ченнаи был потерян, дальнейший бой грозил ещё большими потерями и личного состава, и особенно — ценными канмусу.       Выход в такой ситуации для офицеров виднелся лишь один — срочная эвакуация и подготовка тактического ядерного удара по глубинникам. При необходимости — серии ударов. А перед этим было необходимо эвакуировать всех кого можно из зоны удара. И стоило поторопиться, пока монстры не проникли слишком далеко вглубь берега.       Что же касается тех Дев Флота, что сейчас отражали атаку в заливе…       «Не отвлекайтесь!» — скомандовала Гангут, которая, впрочем, как и все, была шокирована внезапным ударом по подкреплению.       Хуже всего пришлось Народоволец. Одна из выживших канмусу «первой волны» за время кровопролитной войны успела потерять многих сестёр. Гангут была в курсе того, как эта бедная подлодка цеплялась за надежду найти Революционер, которую, пусть и неофициально, но давно считают мёртвой.       Была Гангут в курсе и того, что среди подкрепления, вероятно, была эсминка Сторожевой — тоже одна из «старожил» канмусу, заставших вторжение.       Отойдя от шока картины ядерного взрыва, в голове подлодки что-то щёлкнуло.       — Я убью эту тварь своими руками! — крикнула она, пустив торпеду к ближайшей от себя глубинной, и начала буквально прорываться в сторону Химе, находящейся в тылу стаи и координирующей атаку.       «Народоволец, отставить! Только этого ещё не хватало!» — охладила пыл подлодки Гангут.       «Что будем делать? Без подкрепления мы точно не продержимся. Боеприпасы заканчиваются, нужно отступать!» — спросила одна из местных канмусу.       С южного фланга Гангут заметила, как по стае глубинных кто-то открыл огонь. В этот момент по мыслесвязи она услышала русскую речь:       «Говорит матрос Дарья Орлова, подводная лодка Д-4 «Революционер». Мне нужно связаться с командованием для координации сил! Вы меня слышите?..»       Но до этих событий Революционер после гибели Нерпы ещё только предстояло пройти нелёгкий путь…