Здравствуй, Глубина

      После ужина мы все отправились в казарму, где очень быстро поспешили к каптенармусу, как его назвала Коммуна, или же, упрощённо, к каптерщику. В нашем случае им оказался уже знакомый старшина, зорко охраняющий наши телефоны и гаджеты. Зачем мы пришли к нему? Так ведь «час звонка»! Наконец можно взять свой телефон и позвонить родным. По правилам, конечно, положены «тапики», особенно с учётом наличия в части проверяющих, но мы заперлись внутри, и под обещания старшине «не шуметь» пользовались родными смартфонами.       Звонок родителям выдался непростым. Что рассказать, разумеется, было, но заставлять их переживать не хотелось, поэтому мой рассказ вышел сухим, и в основном содержащим мысль «всё хорошо, не беспокойтесь». Те в свою очередь рассказали о своих делах. К счастью, ситуация в моём родном городе была спокойной, кроме наплыва беженцев с побережья и объявления мобилизации молодой части населения. Люди активно помогали друг другу, поддерживали, и привыкали жить в новой, быстро меняющейся действительности. От родителей я же узнала о японских канмусу и их прорыве блокады у побережья Южной Кореи. В остальном я лишь ещё раз успокоила родных, поинтересовалась как там у знакомых и друзей, после чего пообещала что мы встретимся как можно скорее.       Закончив звонок, я подошла к Шило, которая скролила интернет:       — Ну что, товарищи-канмусу. Конмуськи. Кумысы. Канмысы. Канселы.       — Последнее звучит так, будто нас отменили. Ну, знайте, cancel, все дела, — прокомментировала слова Шило Коммуна.       — Звучит так, будто я теперь героиня какого-то проклятого японского гаремника. Но это всё ещё лучше, чем девочка-кораблик.       — Я вроде что-то слышала о канмусу. Было такое аниме… Попробую найти… — сказала Покемон.       Совсем забыла. Красный Восток наша оказалась… анимешницей. Нет, я конечно тоже иногда смотрю творения японской мультипликации, но тут был особый экземпляр. Ведь Красный Восток смотрела буквально всё подряд, мечтала съездить в Японию (потому учила японский язык), и даже подумывала стать косплеершей. Надо ли говорить, как быстро Шило «нашла» кличку для Восток, и как нашу Покемон это раздражало?       Вот с Народоволец вышло интересней — Шило её нарекла Вдовой. И связано это с историей её трансформации в… канмусу. Она тоже на тот момент приехала на море, вместе со своим парнем. Сначала все было хорошо, потом ей стало плохо, во время трансформации она впала в кому, а когда пришла в себя, выяснилось, что любимый парень, которого она любила и уже думала выйти замуж, за время её комы успел найти другую. Как она на это отреагировала? Почти спокойно. Всё же, воспринимает она себя теперь больше как корабль, но помня о своих чувствах до этого, она пообещала себе при встрече, цитирую, «оторвать ему достоинство и выбросить в открытое море». Жестоко? Справедливо! Ну, во всяком случае так решил наш женский корабельный совет. А вот парню лучше действительно больше не напоминать о себе. Ведь свою угрозу Народоволец теперь реализовать действительно сможет. Женская мстительность, корабельная сила, и непереносимость измены — страшная смесь.       — Покемон, я уверена, что у тебя есть аниме на каждый случай жизни, — насмешливым тоном произнесла Шило.       Красный Восток покачала головой, продолжая листать смартфон, вводя новые запросы:       — Не-не, там было… Блин, не находит. Я даже фан-артов найти не могу. И групп никаких нет, и вики не находит. Будто весь интернет вычистили. И «азурки» нет…       — Может, тебе приснилось то аниме? — не унималась Шило. — Ты ведь их столько пересмотрела, сама рассказывала.       — М-может, но я точно помню…       Я смотрела с телефона репортаж из Южной Кореи по поводу канмусу. Удивительно. Они все такие молодые, прямо как мы. И ведь они сами смогли проплыть такое расстояние, победить глубинных. Герои, что сказать. Не то что я.       На душе словно вновь стало погано. Я не завидовала тому, как прославились японки. Скорее, мне было стыдно, что я, обретя новую силу, так и не использовала её для благих дел. Даже когда мы спасали Петропавловск. А теперь меня скорей всего отправят в то училище, пока одни из нас будут сражаться с глубинными в Турции… С другой стороны, может, стоит пойти вместе с ними? Считайте это глупой попыткой отмыть совесть кровью глубиннников. Или во мне заиграли души экипажа подлодки. Плевать. Я просто… просто хочу стать полезной.       После сдачи телефонов, мы вернулись в расположение, где началась уже привычная вечерняя суета. Я же смотрела в окно, наблюдая за подготовкой к приезду некого «важного» человека в часть. Вы смотрели когда нибудь заставку к «Смешарикам»? Ещё рисованную, где герои быстро строят декорации мультфильма? Вот сейчас за окном я наблюдала похожую сцену. Офицеры и их подчинённые в каком-то невероятном темпе чуть ли не перестраивали часть, устанавливали на плацу сцену, красили дома. Выглядело это всё, конечно, крайне потешно. Хорошо, что к нам не приходили, чтобы подключить к идущему «празднику жизни».       — Классика жизни. У нас тоже, когда должен был приехать губернатор, вместо лекций мы занимались уборкой кабинетов, — произнесла Коммуна, удобно поставив табуретку, и важно попивая воду из под крана из силиконового стакана, найденного в несессере.       — Потому что всё делают в последний момент, а не следуют правилам всегда, — фыркнула Петропавловск, читая какую-то книгу. Вроде, по обложке, устав.       Коммуна вздохнула, и отпив воды (блин, может это корни корабля Российской Империи, но пьёт она простую воду из под крана так, словно какая-то аристократка), ответила Бестии:       — Я тебя умоляю. Слышала ведь о термине «итальянская забастовка», и к чему она приводит? А это, между прочим, именно твое любимое строгое следование правилам.       — Я прекрасно знаю о итальянской забастовке, и поняла что ты хочешь сказать, но то, чем занимаются люди за окном, называется натуральный цирк. Как, собственно, и наша эскадра.       — Весь мир один большой цирк, а мы в нём клоуны… — улыбаясь, с намеренно философской интонацией произнесла Коммуна.       — Слышьте, канмусу несчастные, стиралка минут сорок моя, все поняли?! — это крикнула Шило в одном нижнем белье и футболке, а после убежала в сторону умывальников с охапкой своих вещей.       — …К слову, о клоунах, — произнесла Док, когда Шило скрылась из виду, отчего находившиеся рядом девочки захихикали. Даже Алиса.       С другой стороны, несмотря на то, что мы всё тут разные, за это время нам удалось обрести незримую связь. Да, подшучивание между нами никуда не делось, но сейчас я действительно ощущаю, что мы команда. И пусть кто попробует что-то сказать Петропавловск — поверьте, МО-4 обязательно разобьёт лицо обидчику. Или пусть кто-то, вне коллектива, назовёт Сторожевой хомяком — мигом получит в глаз. Причём от всех сразу. Да и саму Петропавловск, несмотря на её заскоки, всё любят. Да, она строгая и странная, но от неё так и веет аурой настоящего командира, за которым как за стеной — ничего не страшно.       Так и прошёл остаток вечера. А на следующий день началась суета. Нас подняли, провели зарядку. На сей раз вела нас не Петропавловск, но на турниках она всё равно нас загоняла. Несмотря на обретение суперсил, в своей основе наше тело всё ещё сильно схоже с человеческим, потому физические занятия нам всё так же нужны.       После зарядки и завтрака, всех построили на плацу. Там нас поздравили с днём Военно-морского флота, который, внезапно, оказался сегодня. Ну, учитывая что ещё недавно мне на всю эту морскую тему было, мягко говоря, плевать, удивительно что мне удалось прочувствовать гордость за такое событие. Подозреваю, что сама идея поздравить нас в такое время не случайна — помимо того, что пытаются задобрить наши «корабельные» стороны, тут ещё вопрос принципа. Значительная часть флота была потеряна во время эвакуации прибрежных зон. Фактически, с учётом неуязвимости глубиннников против привычного оружия, это значит, по сути, закат военно-морского флота как такового. И тут появляемся мы, канмусу, и дарим надежду, что шанс отомстить Глубинному флоту ещё не угас. Показываем, что несмотря ни на что, флот существует, и будет дальше существовать. Петропавловск, по мыслесвязи, даже сравнила это с парадом в Москве в разгар Великой Отечественной. Я бы посмотрела, как эти хитиновые акулы грызут незримые когти, наблюдая как эти чертовы людишки, даже после разгрома своего флота, продолжают праздновать и гордиться им.       Кстати. «Большим человеком», приехавшим к нам в часть, оказался никто иной, как президент. А с ним приехал и министр обороны вместе с кучкой журналистов.       «Улыбаемся и машем, девочки. Улыбаемся и машем», — прокомментировала ситуацию Шило.       Всё же мыслесвязь прекрасная вещь. Со стороны мы стоим как оловянные солдатики. Лицо кирпичиком, никаких разговоров. Но по мыслесвязи стоит такой галдеж, что Петропавловск приходится затыкать нас хотя бы ради приличия.       Президент так же поздравил присутствующих, рассказал о том, какие мы всё важные последние надежды человечества, и всё такое прочее. Если честно, сама речь меня не впечатлила. Скорей было просто приятно внимание «аж таких людей». Хотя вот во время минуты молчания в честь погибших во время эвакуации моряков действительно ощутила грусть. И осознание, какие смелые люди служили на тех кораблях.       После речи и выступления оркестра, одна часть военных маршем направилась на парад, а нас, отдельно, отвели к президенту в один из кабинетов. Там было… Ну, как сказать. Нас поблагодарили за службу, поспрашивали о том, как наше состояние, насколько все хорошо в части. Иначе говоря, от встречи с президентом мы ждали чего-то более впечатляющего. Разве что было забавно наблюдать вопросы Петропавловск к президенту, где она прямо спросила его о том, когда их направят на борьбу с глубинниками, и «что там с социалистическим разворотом». Очень хорошо, что тут не было журналистов. Не уверена, что кто-то в правительстве действительно ради одобрения канмусу будет менять экономику, но Петропавловск мягко убедили, что вопрос «стоит на повестке дня, но новостей, увы, нет». А вот про битву с глубинниками ответ был интересней — ОДКБ ведёт переговоры с НАТО о совместной операции в Чёрном море (звучит как анекдот, но спасибо Глубине, что способствовала резкому сближению давних противников). И туда хотят привлечь Петропавловск вместе с Народовольцем! Остальных же действительно собирались направить на обучение в училище.       Я вызвалась направиться с ними, и меня поддержала, внезапно, Сторожевой. Причём если к стремлениям Сторожевой всё были будто готовы, то вот мой перформанс был встречен непониманием. Ну, да, с учётом истории с Z-35, всё, вероятно, думали, что я ни за что не соглашусь направиться в зону боевых действий. Тем не менее, нам обеим сообщили, что примут к вниманию наше желание участвовать в будущей операции.       Потом, после вручения небольших пакетов с подарками и ухода президента, нас проинструктировали по поводу журналистов, заставив чуть ли не учить заготовленные бумажки с ответами. Ну и, разумеется, нас провели через журналистов. Я, честно, не ответила ни на один вопрос. Не создана я для камер и всё тут! По итогу за всех отдувалась Петропавловск. Надо сказать, отвечала уверенно, сдержанно. Хотя по мыслесвязи явно говорила о том, как была недовольна своей внезапной славой. Ещё было что-то вроде фотосессии, мы даже для красивых фоток показали как в две пары рук поднимаем грузовик (а то вдруг подумают, что мы тут не загадочные канмусу, а так, ряженые девки) и ещё пару фокусов. Благо, уже скоро всех посторонних из части выгнали, а нас повели в столовую, где всех ждал «праздничный обед». Примерно то же, что и всегда, но теперь ко всему прочему добавилось сладкое. Армия.       В общем, остаток дня прошёл в странной атмосфере армейского праздника. А потом, начиная со следующего дня, нас стали очень усиленно и активно готовить к уже настоящим боевым действиям. Водные манёвры, работа в команде, обучение использованию оружия, лекции по морскому делу, изучение карт пролива Босфор. А ещё оказание медицинской помощи (хотя не уверена, что это возможно сделать на воде), и даже уроки английского.       Чем ближе была грядущая операция, тем больше я нервничала и думала о ней. Через несколько дней Шило, Док, и Покемон уехали на полноценное обучение (вроде как на полгода), потому нас осталось всего четверо. Интересно, будут ли в этой операции участвовать европейские канмусу? По новостям мы видели, что такие были.       Кстати, о новостях! Мама, я в телевизоре! Показали на федеральных каналах, начали крутить передачи о каждом из наших кораблей, включая Д-4. А чиновники стали говорить о необходимости «адаптации» законодательства с учётом появления дев флота (причем по ТВ называли только так, возможно, не желая перенимать японское наименование). Правда, после скандала с японками, нас всех теперь называют именно кораблями в теле людей. Эдакие киборги-убийцы с суперсилами, но точно не дети и обычные девочки, ни-ни. Это таким образом политики по всему миру отбиваются от нападок журналистов, обвиняющих тех в планах кинуть детей в борьбу с глубинными, ага. А ещё СБ ООН объявил о создании Объединённого флота — некой структуры, которая будет координировать действия морских сил государств ООН для борьбы с Глубинным флотом. Как это будет работать на практике пока не ясно, но уже была назначена специальная комиссия по формированию Устава Объединённого флота. Правда, люди в интернете новую структуру ООН не оценили:       «Лоооол, вот это отмыв бабла >_<»       «Класс, чё, пацаны, опять цены поднимут на всё? Кто будет оплачивать это, а?»       «Новой структуре ООН — новые коррупционные скандалы))))»       «Объединённый флот объявит ГЛУБИННУЮ озабоченность из-за действий ГЛУБИННОГО флота! Бойтесь, глубинники!»       «Пиздец, пока япошки реально дерутся с этими тварями, эти бюрократы придумывают как бы напомнить о своём существовании. Мда».       «А ООН когда в последний раз делала что-то полезное?»       Ещё из интересного — подъём государств Ближнего Востока. Внезапно, местные вспомнили, что когда-то были центром научного прогресса, и крайне развитым регионом. С учётом проблем прибрежных государств, местные власти стали привлекать иностранный капитал, предлагая выгодные условия при переносе производств на их территорию. И, что удивительно, радикализм на местных территориях как-то уж совсем резко затих. Возможно, местные наконец почувствовали шанс вновь вернуть себе былое величие, и ради такого шанса были готовы самыми жестокими методами наводить порядок дома. С другой стороны, получится ли у них это или нет — вопрос открытый.       В Германии конференция с первыми немецкими канмусу закончилась скандалом, когда журналист спросил у девы флота о том, как она оценивает преступления вермахта во времена Второй Мировой. Трансляция конференции была прервана по «техническим причинам». Однако, немецкие чиновники позже уверяли, что канмусу, пусть и обладают памятью кораблей тех лет, но не одобряют прошлое. Схожая ситуация произошла с английскими канмусу, когда у них поинтересовались о их мнении по поводу современной Англии и современных прогрессивных трендов… В общем, после интервью с английскими девами флота журналистов к канмусу больше не подпускают.       Да, в мире как обычно весело, а мы активно готовимся к своей первой настоящей битве с глубинниками.