Мятежница

      Китнисс не спеша складывает оставшиеся вещи в сумку и садится на край кровати. Девушка не считала дистрикт 13 своим домом. Он лишь напоминал о родном доме в двенадцатом дистрикте. Китнисс даже не думала, что кот её сестры когда-нибудь будет вызывать чувства опустошения и одиночества. Заставит вернуться в тот самый день, когда Прим не стало. Девушка не знала, стоит ли его брать с собой. Она понимала, что когда кот будет попадаться ей на глаза, слёзы так и будут душить её изнутри, заставляя издавать сдавленный крик невыносимой боли. Китнисс попыталась отвлечься от мыслей о сестре и встав с кровати, застегнула сумку и вышла из комнаты подальше от причиняющих боль воспоминаний.       Коридор был достаточно длинный с множеством разных дверей по левую и правую стороны. Чуть дальше был поворот налево и направо. Китнисс свернула налево и упёрлась в железный лифт. Зайдя в него, девушка нажала кнопку, и лифт поехал вверх. Он несколько раз останавливался, запуская пассажиров. Вот в лифт заходит молодая, белокурая девушка, следом похожий на неё парень. Должно быть брат и сестра. Проехав ещё два этажа, лифт снова остановился и впустил ещё пять человек; двое из которых были промокшими, как-будто на них только что опрокинули ведро с водой. Это были двое мужчин, бурчащие себе под нос режущие слух слова. Один из них подмигнул удивлённой Китнисс. Девушка в свою очередь слегка покачала головой и отвела взгляд в сторону.       Китнисс заметила, что поездка на лифте несколько затянулась, однако за это время в голову залезло куча приятных и неприятных мыслей. Одна из них была о дальнейших действиях Коин. Никто не знает почему отменили Игры, даже Плутарх, один из самых приближённых людей Коин понятия не имеет, почему президент отменила уже продуманный и готовый к осуществлению план. С другой стороны многие облегченно выдохнули. Кончено, дистрикт 13 ненавидел Капитолий, но на такие крайности никто не был готов пойти. Хотя были и такие безумцы, которые просто жаждали крови капитолийцев.       После того, как Китнисс казнила Сноу, Коин решила тут же отослать её. Если честно, девушка была не против. Здесь слишком много тяжёлых воспоминаний, включая и саму Коин, которая специально ускорила ход войны, даже не попытавшись предупредить девушку. В конце концов, Китнисс едет домой ни одна. Жаль только, что мама не поедет. Миссис Эвередин отказалась лететь вместе с дочерью. Для неё плохих воспоминаний больше дома, чем здесь, но Китнисс не винила мать. Женщина прошла через многое, потеряв мужа и младшую дочь. Пит вернулся в прежнюю форму, Хеймитч больше не пьёт. Ах, да. Самое удивительно, что приключилось с Китнисс так это то, что Эффи Тринкет тоже едет в двенадцатый дистрикт. Сначала Китнисс думала, что это Коин отправила её туда, но позже выяснилось, что Эффи отправляется в дистрикт по личным причинам, о которых девушка ни за что бы в жизни не догадалась. Если бы не случайно подвернувшийся случай.       Случилось так, что Китнисс решила наведаться в комнату Эффи, чтобы поговорить с ней о своих проблемах. На тот момент, понять её горе и посочувствовать могла только Эффи. Мама Китнисс прибывала в состоянии лёгкого шока и женщину порой приходилось успокаивать, а Китнисс просто хотелось слов утешения и дружеских объятий.       Эффи сидела на своей кровати, задумчиво изучая что-то в книге, сравнивая страницы и возвращаясь к началу. Как только зашла Китнисс, Эффи тут же выпрямилась и с мимолётным испугом в глазах глянула на девушку. Затем, испуг сменился на жалость и скорбь. Куратор отложила книгу и пригласила Китнисс сесть рядом. Девушка села и тут же кинулась в объятия к Эффи. Куратор утешая приобняла бедняжку. Затем Эффи пыталась хоть чем-то развесилить Китнисс, что неплохо получалось. Девушка и сама стала через некоторое время шутить и смеяться.       После очередной шутки, за дверью послышался чей-то знакомый голос и дверь открылась.       — Эффи, придётся нам спать в одной кровати. Они отказались давать нам ещё одну, я уже молчу о комнате побольше, так что…- внезапно Хеймитч замолчал, заметив сидящую на кровати Китнисс, а рядом проводящей рукой по лицу Эффи.       — О, привет, солнышко, — усмехнулся Хеймитч.       — Я так понимаю, я немного не вовремя, да? — улыбнулась Китнисс, взглянув на смущённую Эффи, не знающую куда деть свой взгляд.       — Можно сказать и так, — хихикнул мужчина.       — И давно? — прочистила горло Китнисс.       — Ну-у, — потянул Хеймитч, глянув на Эффи, плотно сжавшей губы.       — Сразу после того, как он меня спас, — с лёгкой улыбкой ответила женщина.       — Потрясающе…- снова улыбнулась Китнисс — а почему не рассказали сразу?       — Хеймитч отказался, — Эффи перевела взгляд на мужчину.       — Почему? — приподняла брови Китнисс, последовав примеру Эффи.       — Эм…ради нашей безопасности — отдалённо ответил Хеймитч — если бы кто-нибудь знал, эта тайна могла бы раскрыться за несчастные два дня и тогда, у кого-нибудь был бы шанс сломать меня. Окончательно.       Китнисс понимала о чём говорит её бывший ментор. У Хеймитча не было никого, кого можно было использовать против него. У Хеймитча не было семьи, никаких родственников. Если бы Сноу выпала такая возможность, он бы мог пытать Эффи уже в плену, а может даже не раздумывая убить её. Девушка была рада за своих наставников. Рано или поздно, она бы всё равно узнала. Эффи явно не стала бы жить в доме Китнисс и Пита и нашла бы способ обмануть двоих. Но как известно тайное всегда становится явным.       Наконец лифт притормозил и минуты через две окончательно остановился. Китнисс облегченно вздохнула, когда двери лифта открылись на нужном ей этаже. Следом за Китнисс вышли те самые четверо человек, которые заходили в лифт несколько этажей ниже. Они шли в том же направлении, что и Китнисс. Девушка услышала лязг закрывающихся позади дверей лифта. Пятеро человек шли до конца коридора, пока наконец не разминулись. Китнисс пошла в правую сторону, а остальные четверо человек в левую. Девушка слышала их перешёптывания и чувствовала на себе их взгляды. От этого стала немного неловко. В животе заурчало. День близился к вечеру. Сейчас где-то около трёх часов.       — Пора бы поесть, — подумала Китнисс, заходя в столовую. В ней никого не было, кроме Пита, сидящего в глубине зала и задумчиво ковыряющего картофельное пюре. Девушка хотела подойти тихо и не заметно для парня, но после того как Китнисс споткнулась об ножку стула и та неприятно скрипнула, она поняла, что план провалился. Пит повернул голову в сторону замершей Китнисс и усмехнулся.       — А ещё говоришь, что я не умею тихо ходить.       — Это просто не моя среда, — попыталась оправдаться девушка, улыбнувшись.       Китнисс подошла к столу и уселась рядом с Питом. Девушка глянула на нетронутое картофельно пюре и прижала руку к животу, который неожиданно издал звук погибающего кита.       Пит усмехнулся и придвинул тарелку к Китнисс.       — Ешь, я всё равно не голоден.       Девушка придвинула тарелку ещё чуть ближе и взяв ложку, принялась за еду, стараясь есть как можно аккуратнее и приличней.       — Ты волнуешься? Ну, по поводу нашей новой жизни? — спросил Пит.       Китнисс ожидала этот вопрос. Волнение? Может быть.       — Новой? Не думаю, что что-то изменилось… — произнесла Китнисс, проглатывая ложку пюре.       — Мы ведь вернёмся в разрушенный дистрикт. Там всё иначе. — Продолжал Пит. — Только наша деревня Победителей осталась и больше ничего.       — Ты не прав. — слегка улыбнулась Китнисс — остались наши леса.       — Наши? — недоумённо спросил Пит.       Китнисс смолкла и тут же вспомнила о Гейле, который останется здесь и вряд ли они ещё когда-нибудь увидятся. Наши леса. Что за глупость она сейчас сказала? Сейчас, это только её леса. Возможно, она сможет научить Пита охотиться, ведь силы то у него не мало!       — А ты знаешь, что Хеймитч и Эффи любят друг друга? — Китнисс ловко перевела тему разговора на другую.       — Правда? — удивлённо поднял брови Пит, заглядывая в глаза Китнисс. — И давно ты знаешь?       — Не то чтобы очень. Они хотели сами тебе сказать, но, как видишь, я не удержалась. — ответила девушка, доедая, на удивление, вкусное картофельное пюре.       — Понтяно. — Пит отвёл взгляд в сторону и стал что-то внимательно изучать. Через некоторое время, он произнёс.       — Через час нам надо быть на взлётной площадке. Сейчас что-то быстро темнеет. К шести шести часам будет как ночью.       — Хорошо. — кивнула Китнисс. — Можно хоть сейчас идти ко взлётной площадке. Мне показалось, что я пробыла в этом лифте вечность.       Пит снова усмехнулся.       — У нас есть одно дело. Кстати, хорошо, что ты пришла. Коин сказала нам подойти к ней до поездки.       В голове Китнисс на секунду пронеслась мысль о том, что президент передумала отсылать героев революции домой. Хотя зачем ей это? Она бы сказала это за несколько дней, а не в день поездки. А может ей просто захотелось устроить «сюрприз». Так или иначе, стоило поторопиться. Время поджимало. Планолёт конечно не улетит без них, но и заставлять всех ждать тоже не вариант. Китнисс, оставив ложку в тарелке, встала из-за стола и, дождавшись пока Пит проделает тоже самое, направилась к выходу.       Всё это время которое они шли до Коин, Пит и Китнисс не обмолвились ни словом. Каждый был погружён в свои мысли. Пит думал о том, как они будут жить дальше, в то время как Китнисс больше интересовали события происходящие в данный момент. Навряд ли Коин позвала их для того, чтобы дружески обняться или обменяться рукопожатиями, а так же сказать слова напутствия перед поездкой, нет. Тут что-то гораздо более серьёзное.       Войдя в тот коридор, по которому двадцать минут назад шли те самые четверо человек, Китнисс и Пит услышали чей-то громкий голос. Он был слышен на весь коридор. Не смотря на то, что до кабинета Коин ещё довольно далеко, Китнисс была уверенна, что этот крик доносится именно оттуда. Пит и Китнисс переглянулись, как только вплотную подошли к двери, которая неожиданно раздвинулась, заставив их испуганно отпрянуть назад.       Спокойной и холодный голос Коин растворился в миг повисшей тишине. Та самая четвёрка, по всей видимости находившаяся в кабинете президента всё это время, раздраженно глянула на двух прошенных гостей. Коин слегка кашлянула, заставив чётвёрку оторваться от Китнисс и Пита и перевести свой взгляд обратно на президента.       — Мы договорим с вами чуть позже, — с той же холодностью произнесла Коин, явно намекая на то, чтобы четвёрка убралась прочь из кабинета.       Всё ещё мокрый мужчина бросил яростный взгляд на Коин и специально толкнув Пита, вышел прочь. За ним последовали и остальные, однако Пита толкать не стали. Коин опёрлась одной рукой на стол и устало выдохнув и прикрыв глаза, произнесла:       — Вы пришли…       Это было довольно странное предложение по мнению Китнисс. Конечно они пришли, а что, должно быть иначе? Про себя Китнисс подумала, что несколько удивленна тому, что Хеймитча и Эффи не пригласили на эту беседу. Коин прочистила горло и скрестив руки на груди, оглядела двух прибывших. Затем она как-то странно закачала головой, словно прогоняла про себя то, что вот-вот скажет.       — Знаете, мы пару дней назад обсуждали вашу поездку домой…- раздражающе медленно начала Коин — и, я хотела бы предложить вам поехать одним.       Китнисс удивлённо изогнула бровь, не понимая причины такого неожиданного поворота событий. Без Хеймитча и Эффи? Может она прознала об их отношениях? Хотя, и что с того? Им нельзя зажить нормальной жизнью или она что-то хочет от них?       — Просто, — продолжила Коин — зачем вам лишний груз на плечах?       — Груз? — настороженно переспросил Пит — о чём вы? Хеймитч и Эффи взрослые люди. Они вполне смогут позаботиться о себе.       — Я сомневаюсь во взрослости мисс Тринкет, — с кривой улыбкой на губах произнесла Коин.- Мисс Тринкет — жительница Капитолия. Увы, её не изменить.       — Однако, она смогла выжить в тринадцатом дистрикте, не противясь вашим правилам и не жалуясь вам, президент Коин, — заметила Китнисс.       — Но ведь это было временно, — отметила президент. — А там, в двенадцатом дистрикте, мисс Тринкет будет вести себя как ребёнок.       — Эффи сама вызвалась поехать с нами. Никто её не заставлял. И я не собираюсь отказывать ей, если вы на это намекаете, — раздражённо выдохнула Китнисс — поэтому я не вижу смысла продолжать разговор.       Снова повисла тишина. Коин несколько секунд стояла со скрещёнными руками и поджатыми губами, напоминая обидевшегося ребёнка, которому не дали конфету. Затем она опять качнула головой и произнесла:       — Ну что ж, моё дело предложить…       — А наше, по всей видимости, отказаться, — холодно перебила Китнисс.       — Счастливого вам пути и пусть удача всегда будет с вами, — та же кривая улыбка на губах.       Китнисс недоумённо удивлённо приподняла бровь и украдкой глянула на Пита, который стоял в недоумении. Зачем Коин это сказала? Что она имела ввиду? Коин прошла в глубь своего кабинета и через минуту она исчезла из поля зрения.       — Я думал мы хотя бы обнимемся, — разочарованно вздохнул Пит, а затем усмехнулся.       — Ага, размечтался, — улыбнулась Китнисс, направляясь к выходу — она даже не предложила нам присесть, а ты про объятия говоришь.       Пит пожал плечами. Китнисс вновь захватили разные мысли. И всё же, зачем эти слова сказала Коин? Девушка вспомнила злобный блеск в глазах президента.       — Ты думаешь о её словах? — спросил Пит, когда они уже подходили к лифту.       — Да…- отдалённо ответила девушка, не желая продолжать разговор. Да и Пит не стал продолжать. Было видно, что его эти слова тоже заставили задуматься. Коин их явно не просто так произнесла.       Казалось, что лифт двигается ещё медленнее чем час назад. Хорошо ещё, что он не останавливался почти на каждом этаже. Проехав некоторое количество этажей, лифт резко остановился. Послышался лязг и двери разъехались в разные стороны. Перед взором Пита и Китнисс предстал склад различного оружия, бомб и кучи людей, что-то несущих и перекладывающих. Китнисс заметила огромную белую доску, на которой высвечивались какие-то неясные чертежи. Девушка посмотрела в другую сторону и увидела, как человек зачем-то разбирает одно из всех этих опасных оружий. Вдалеке виднелся огромный планолёт, а рядом несколько человек. Темнеть действительно стало намного раньше обычного и холодать тоже. Скорее всего зима придёт немного раньше, чем её ожидают.       Пит и Китнисс не спеша подошли к транспорту и наконец разглядели, кто их ожидал всё это время. Хеймитч, Эффи, Плутарх, миссис Эвередин и Гейл. Единственная, кто был раздражён задержкой парочки была Эффи; однако она не стала читать очередную лекцию. Через пару минут её лицо расслабилось и уголки её губ слегка приподнялись.       — Что-то вы долго. Вы минут на тридцать опоздали. — Заметил Хеймитч.       — Но мы пришли, — улыбнулся Пит.       Пит и Китнисс решили умолчать о разговоре с Коин. Не стоит лишний раз затрагивать эту тему, тем более она будет не очень приятной. Девушка краем глаза заметила шевелящуюся сумку на плече у Гейла. Она недоумённо посмотрела в глаза парня и заметила в них такую невинность, что решила оставить свой вопрос на потом.       — Я желаю вам удачи, Китнисс — улыбнулась миссис Эвердин — прости, что не еду с вами.       — Не надо, мам — девушка метнулась к матери и крепко обняла её, понимая, что возможно больше никогда не увидит. Комок подкатывал к горлу.       — Будьте счастливы, — шепнула миссис Эвердин дочери. Китнисс кивнула и мягко отстранилась от матери.       Когда очередь дошла до Гейла, девушка закусила губу. В это время Пит обнял миссис Эвередин и улыбнулся ей. Они что-то говорили друг другу, но эти слова пролетали мимо ушей. Китнисс смотрела в глаза Гейла и не знала что сказать. Вопрос решился сам собой.       — Возьми его, Кискисс, — парень протянул шевелившуюся сумку в руки девушки. — Пусть он будет у тебя. Мне кажется, что Прим бы хотела этого.       Конечно Китнисс догадалась кто это, особенно когда услышала жалобное мяуканье. Слёзы пытались душить изнутри, но девушка взяла себя в руки и возвращать кота не стала. Китнисс знала, что наверняка Прим бы так и поступила и это была бы её последняя просьба. Одна из последних.       — Береги себя и не забывай про наш лес. — Попросил Гейл, вглядываясь в покрытые слёзной пеленой глаза Китнисс.       — Никогда. — Пообещала девушка, обняв своего друга, а затем так же мягко отстранившись от него, подошла к Эффи и Хеймитчу, давая возможность Питу попрощаться с Гейлом.       Плутарх стоял с той же улыбкой и задором в глазах. Китнисс улыбнулась, заметив его взгляд. Он мягко пожал руку девушки и сказал:       — Я верю, что всё у вас будет отлично. Хеймитч и Эффи позаботятся о вас.       — Это ещё большой вопрос, кто о ком будет заботиться, — заметила Китнисс, усмехнувшись.       — Удачи, Китнисс. — произнёс Плутарх.       — Спасибо, — шепнула девушка.       Пит пожал Плутарху руку и они даже слегка обнялись.       Когда планолёт резко загудел, открывая вход внутрь, Китнисс вытерла скатывающуюся слезу и приготовилась заходить. Девушка наблюдала за тем, как первыми заходят Хеймитч и Эффи, а следом Пит. Но тут он остановился и, подойдя к Китнисс, тихо произнёс:       — Давай сделаем это вместе?       Девушка ничего не сказала, а лишь уверенно глянула на Пита и, взяв его за руку, зашла в планолёт. Последнее, что она увидела, это улыбку матери, ободряющий кивок Плутарха и то, как Гейл подмигнул ей. Такими она их и запомнит, пожалуй.       Внутри планолёт особенно ни чем не отличался. Разве что был немного поскромнее предыдущих. Техникой и прочими оборудованиями он был нагружен меньше и скорее всего главное его предназначение заключалось в перевозке пассажиров или мелкого груза. Сейчас было примерно часов шесть, потому что темнеть стало катастрофически быстро.       Когда все сели на выбранные себе места и пристегнулись, планолёт загудел с большей силой и принялся набирать высоту. Китнисс только сейчас заметила сопровождающую их бледнолицую девушку, не с лучшими манерами. Она сидела в слегка вызывающей позе, и держала при себе оружие. Заметив изучающий и недоверчивый взгляд Китнисс, брови девушки подпрыгнули вверх. Китнисс тут же отвела взгляд. На глаза ей попались едва слышно беседующие Хеймитч и Эффи. Китнисс никогда не видела их такими и это радовало. Теперь они одна большая семья. Эффи, можно сказать, спасла жизнь Хеймитча. Он больше не пьёт, одевается куда лучше чем раньше, ведёт себя прилично и к людям относиться стал более доброжелательнее. Теперь было ясно чья это заслуга. Китнисс улыбнулась и краем глаза заметила, что Пит тоже смотрит в их сторону и на его губах играет не скрываемая улыбка.       Проснулась Китнисс только тогда, когда планолёт хорошенько тряхануло. Да с такой силой, что невозможно было не проснуться. Девушка потерянно огляделась и заметила Хеймитча с ножом в руке. Пожалуй, эта единственная привычка, от которой Эффи его ещё не отучила. Сидящая напротив Китнисс сопроводительница, равнодушно оглядев вскочившую девушку, продолжила смотреть в одну точку.       — Сколько ещё осталось? — спросила Китнисс сонным голосом.       — Уже подлетаем. — холодно ответила сопроводительница.       — Я кажется задала конкретный вопрос, — заметила Китнисс.       — Китнисс. — Предостерегающе окликнул её Пит, а затем перевёл взгляд на особу сидящую впереди.       — Минут десять. Через пять начнём снижаться. Всего прошло около часа. — Занудным голос произнесла сопроводительница.       — Хорошо, — кивнул Пит, расслабленно опускаясь на спинку сидения.       И действительно, через пять минут уши стало закладывать и в животе Китнисс всё сжалось в комок. Вот теперь она почувствовала настоящее волнение. Первое что её ждёт, так это руины бывшего дистрикта и только. Пройти через них — значит пройти всю свою старую жизнь. Когда планолёт наконец сел и сопроводительница разрешила отстегнуть ремни безопасности, Китнисс сделала это быстро и взяв свою сумку, приготовилась к выходу.       Как только в лицо подул ветер и приятная прохлада пробежалась по всему телу, а перед глазами предстала деревня Победителей, Китнисс облегчённо выдохнула. Ей не придётся проходить через все эти воспоминания. По крайней мере сегодня.       — Ты забыла кота, — произнёс Пит, вешая довольно тяжёлую сумку на плечо девушки. Китнисс ничего не ответила. На этот раз первыми вышли Пит и Китнисс. И вот остался один шаг, чтобы ступить на холодную землю, как сопроводительница окликнула их.       — В ваших домах необходимый для выживания запас еды. Пожертвованный Капитолием. — Китнисс услышала пренебрежение в её тоне, когда она произнесла это слово — Как только вам потребуется что-нибудь, сообщите нам и всё будет доставлено.       После того как Хеймитч и Эффи вышли из планолёта, люк закрылся и транспорт отбыл обратно в тринадцатый дистрикт.       — Больно нужны нам их пожертвования. Будто мы не сможем добыть себе еды в лесу. — Буркнула Китнисс и не глядя на остальных, направилась к своему дому.       Через полчаса все собрались в доме Пита. У него был самый большой стол, если выбирать из всех трёх домов. Китнисс не стала разбирать свои вещи. Она просто закинула их в шкаф, а кота оставила в своём доме. Эффи уже успела высказать пару замечаний по поводу того, в каком состоянии дом Хеймитча и как там отвратительно пахнет, на что Китнисс лишь улыбалась, понимая, что Эффи не сразу привыкнет к жестокой реальности, ибо сейчас она находилась в одном из своих эксцентричных нарядов и в парике. Правда туфли были обычные.       — Не всё поместилось, к сожалению, — объяснила это Эффи.       Однако, Хеймитч рассказал Китнисс и Питу довольно коварный план касающегося гардероба Эффи, на что пара лишь отреагировала хихиканьем и дала слово ничего не говорить женщине.       Все сидели за столом, пока Китнисс пыталась что-то приготовить. Для девушки было неожиданно, что Эффи попыталась помочь и у неё неплохо получалось, не считая пары разбитых тарелок. Накрыв на стол, Китнисс уселась на своё место рядом с Питом. Неожиданно повисла тишина, как тогда в кабинете Коин.       — Мы не пьём сегодня, да? — поинтересовался Хеймитч.       — Можно, раз уж у нас началась новая жизнь. — Кивнул Пит, взглянув на Китнисс, а Хеймитч взглянул на Эффи.       — Только сегодня, Хеймитч. — строго отметила женщина.       — Хорошо-хорошо — засмеялся мужчина, наблюдая затем, как Пит уже сбегал за бутылкой вина и разливал его по бокалам.       Разговор затянулся на целых два часа. Было ещё не поздно, но всех уже тянуло поспать. Однако, всё новые темы для разговора не давали им этого сделать.       Когда, наконец, пробило двенадцать часов ночи, все поняли, что завтра будет тяжело вставать. Особенно после выпитой бутылки вина. Китнисс решила переночевать у Пита, а утром наведаться в свой дом. Ей не хотелось, чтобы кот думал, словно это его собственное жилище. Хотя, ему сейчас наверно так же паршиво как и Китнисс.       Пит, проводив Хеймитча и Эффи, подошёл к стоящей у окна Китнисс, которая наблюдала затем, как падают хлопья только что начавшегося снега.       — Ты в порядке? — спросил он.       — Пит, я хочу забыть своё прошлое. Я хочу жить настоящим. Я хочу новой жизни.       — Так оно и будет, Китнисс, — Пит нежно приобнял девушку, а затем прошептал. — Я обещаю.