Улыбочку, господин хранитель!

Вечер в храме Микагэ шел своим чередом, пока Нанами не приспичило во что бы то ни стало добыть нормальное фото Томоэ. Не ту серьезную мину, которую он корчил при каждом удобном случае, а что-то... настоящее. На заставку телефона. Но поймать этого хитрого лиса в объектив было сложнее, чем заставить его признаться в любви: он либо ворчал, либо просто закрывался веером. Тихо, как заправский ниндзя, Нанами подкралась к дверям ванной. Сквозь щель пробивался пар и слышался плеск воды. Сердце колотилось где-то в районе ушей, но азарт был сильнее здравого смысла. «Один кадр, и я смываюсь!» — пообещала она себе, вцепившись в смартфон мертвой хваткой. Она резко отодвинула ширму. Томоэ как раз выходил из воды, накинув на плечи лишь короткое полотенце. Капли воды еще блестели на его коже, а длинные мокрые волосы рассыпались по плечам. — Нанами?! — только и успел выдохнуть опешивший хранитель. Щёлк! Вспышка, которую она в панике забыла выключить, на мгновение ослепила обоих. Нанами, издав нечленораздельный писк, развернулась на пятках и припустила по коридору так, будто за ней гнались все демоны преисподней разом. Томоэ замер. Прошло секунд десять, прежде чем до него наконец дошло, что сейчас произошло. Его лицо медленно, начиная от самых кончиков острых ушей, заливалось густым пунцовым цветом. Он стал красным, как вареный рак. — Э-эта... эта девчонка... совсем стыд потеряла! — прошипел он, хватаясь за косяк, чтобы не свалиться от возмущения. Его обычно прищуренные глаза округлились, а в голове царил полный хаос: он не знал, то ли бежать за ней и требовать удалить фото, то ли провалиться сквозь землю от жгучего смущения. — НА-НА-МИ! — его крик, полный праведного гнева и звенящей неловкости, разнесся по всему храму. Духи Котэцу и Онири испуганно вжались в стены, не понимая, в чем они опять провинились. А Нанами в это время, забаррикадировавшись в своей комнате, прижимала телефон к груди и счастливо улыбалась. Она смотрела на слегка смазанный, но чертовски эффектный снимок своего хранителя. План сработал идеально.