Не время для драконов

Чтоб измерить линию судьбы, линейка не годится Она не имеет края, но имеет четкую границу

      На самом деле, Аляска никогда не была в порядке. Но она старалась, правда. Старалась улыбаться, как нормальный человек. Старалась исправно ходить на занятия, а не курить на крыше. Пыталась не ввязываться в драки, чтобы не привлекать лишнего внимания. Но она привлекала. Яркими волосами, обилием татуировок, пирсингом, она надеялась, что только этим. Аляска была в центре внимания не из-за внешности, а из-за прошлого. Прошлого, которое преследует её, словно тень. Прошлое, которое снится в кошмарах и не даёт вдохнуть полной грудью. Аляска так хотела жить, но каждый раз лажала и проигрывала собственным демонам. Ей так хотелось иметь такой же огонь в глазах, как у Мики. Был. Был у Мики. Вот только серые глаза Аляски пустые. В них нет ни капли жизни, она так отчаянно старалась жить, потому что Мика хотела. А Аляска просто любит выполнять её прихоти. Любила.       Может поэтому она так прикипела к Нилу? У Нила в глазах горит огонь. У Нила в глазах отчётливо видно желание жить, потому что он хочет жить, в отличии от Аляски. Она глотает таблетки, лишь бы отогнать ненужные мысли и прячет маленький складной ножик в носках, чтобы достать в любой момент. Чтобы при первой мысли она смогла сделать непоправимое. Но почему-то её из раза в раз спасают. Почему никто не спрашивает нужно ли ей это? Почему они решают за неё? Почему не спросят? Аляска смело скажет «не спасайте, оставьте умирать, оставьте тело гнить и разлагаться, чтобы его сожрали черви. Сожрали оболочку», ведь внутренности уже сожрали демоны, которым она это позволяет. Пускает их себе в голову и разрешает им жрать себя, обгладывать кости, не оставляя ничего после ужина. Аляска разрешает, потому что надеется, что они помогут положить всему конец. Но демоны оттягивают до последнего. Оставляют её дальше жить, чтобы поиздеваться. Также, как и судьба. Судьба тоже издевается и не даёт спокойно уйти. Постоянно подкидывает новые сюжеты, заставляя дышать и двигаться дальше.       Мика была бы зла, если бы узнала. Но Мики нет. Мика ушла, бросила, оставила, предала. Оставила Аляску самой справляться со своими мыслями. Аляска предательства не прощает. Поэтому делает на зло. Каждый раз после срыва поднимает голову вверх и улыбается. Издевается, показывает, что это всё из-за Мики. Из-за неё Аляска в таком состоянии. Если бы она не ушла, то у Аляски всё было бы хорошо. Она уверена, виной всему Мика. Без Мики жизнь не кажется такой прекрасной. У Мики в глазах горела жизнь. Как и у Нила.       Нил.       Нил был странным, не то чтобы Аляска была нормальной. Просто Нил… другой случай. Он постоянно оставался после тренировок на стадионе. Аляска считает, что он спит где-нибудь в душевой или раздевалке. В душ тоже последний ходит, будто боится других парней. Родителей Нила тоже никто не видел, он постоянно говорил, что те в командировке или на работе. Аляска не верила. Пусть её родителей тоже никто не видел, но она имела на это право. Прошла эмансипацию, чтобы вопросов не было. Нил не проходил. Ему уже есть восемнадцать, так что не пригодится. Она не следила, просто подмечала. Ей нравится разгадывать людей, а Нил был интересной загадкой, которая скрашивала её будни. Но надолго её не хватило. Через пару недель сдулась, полностью погружаясь в игру.       Игра.       Мика любила экси, поэтому они и стали играть. Мика стояла на воротах, а Аляска в нападении, так и играли. Пока Мика не ушла. Экси стал новым якорем. Благодаря нему Аляска держалась немного дольше. Засовывала ножик поглубже в носок и играла. Играла всё свободное время, пока не случался рецидив. Но она старалась. Старалась пить таблетки вовремя, чтобы прожить на несколько дней больше, чем ей было уготовлено. Мика всегда говорила, что они смогут пережить всё. Мика не пережила. А Аляска на грани.       Вот-вот закончится школа, и? что дальше? Вот так просто всё оборвётся? Что она будет делать? Аляска не знает. Постоянно думает и крутит эту мысль в голове, стараясь придумать ответ. Ей стоит поступить куда-то, может, получится играть в экси дальше. А если нет? Аляска не знает и не загадывает. Помнится, она как-то спросила Джостена, что он планирует делать дальше. Ох, этот взгляд. Аляска узнает его везде, потому что она такая же. Он хотел бежать, бежать сломя голову и не оглядываться. Аляска тоже старается бежать и не оглядываться, но не выходит. Она останавливается каждый раз и смотрит. Смотрит в глаза демонам, позволяя им брать над ней верх.       Аляска слишком слаба, чтобы дать отпор. Ей нужен стимул. Стимул добежать до финиша и победить. Победить каждого демона, который тянет к ней лапы. Этим стимулом была Мика. Но Мика предатель, поэтому Аляска цепляется за экси так сильно, как может. Сжимает клюшку до побелевших костяшек, тренируется до изнеможения, чтобы на ногах стоять не могла. Остаётся после основной тренировки, чтобы поиграть подольше. Может поэтому Нил иногда общался с ней? Может для него экси имеет такую же значимость?       Сегодняшнее поражение на домашнем матче выбило Аляску из колеи. Она так надеялась, что получится победить и сыграть ещё пару игр. Что получится выйти в финал, ведь их отделяло от него всего две игры, но увы. Судьба была не на их стороне, жаль. Аляска восприняла поражение, как конец света. Таблетки, которые она не трогала дней пять точно, а это уже много, вновь были приняты. Нужно было как-то скрасить суровые серые дни, и поражение, конечно же. Они были так близки, финал уже был у них в руках, но, упс, упал. Мечты разбились на тысячи осколков. Значит, Аляске больше нет смысла здесь сидеть. Ей нужно сдать ещё несколько экзаменов и она свободна. А что дальше? Пока что не ясно, обязательно что-то придумает.       Действие таблеток обычно наступает спустя двадцать минут, прошло всего десять. Приходится терпеть мелкую дрожь в пальцах, даже сигарету не подкуришь. Если она закурит здесь, то тренер её по головке не погладит. А жаль, ей бы не помешала похвала и простая любовь. А знает ли она, что такое эта ваша любовь? Аляска не любила никогда, ну, только если Мику. Но Мика это другое. Аляска была обязана её любить, по-другому нельзя. В этом суть.       Мама? Аляска бы убила собственную мать, самолично перерезала ей глотку или что-то похуже, похлеще. Она бы придумала тысячу и один способ, чтобы расправиться с ненавистной женщиной. У Аляски никогда не было примера хорошей семьи. Мать была… странной. Кто в здравом уме отдаст собственного ребёнка туда? Неважно, что денег давали много, Аляска стоила много. За неё готовы были платить. Мика волновалась всегда, переживала. А Аляска во вкус вошла, стала привыкать к жестокости и обилию крови на руках. Её руки были по локоть в крови, но кто в этом виноват? Брок сама никогда бы не пошла в это место. Она хотела бы ходить на танцы или гимнастику, как остальные девчонки, но судьба была против, решила, что Аляске место на ринге, рядом с взрослыми мужиками.       Она старается забыть это время, как страшный сон. Вот только шрамы на теле выглядят как клеймо. Напоминают, что она решила остаться. Именно она, никто больше. Было столько попыток уйти, собрать манатки и свалить далеко и надолго. Например, к отцу. И неважно, что у него уже другая семья. Аляска была готова нарушить его счастливую жизнь, чтобы выбраться.       Но у неё снова ничего не получилось.       Как жаль.       Дверь в раздевалку открывается с противным скрипом. Аляска, больше по привычке, натягивает улыбку. Словно у неё все хорошо, словно демоны не кричат в голове и не заставляют творить нечто ужасное. Ничего, скоро они замолчат и станет легче. Нужно потерпеть совсем немного.       В дверном проёме появляется тренер Эрнандес, он заглядывает аккуратно, словно в любой момент может получить пулю в лоб. Был бы у Аляски пистолет, то обязательно воплотила эту мысль. Но пистолета нет, как жаль. В её распоряжении лишь небольшой ножик, который она хранит в рюкзаке, потому что выходить с ним на игру нельзя. Вдруг проверят, а в колонию не хочется.       — Ты ещё здесь? — тренер заходит, закрывая за собой дверь. Аляска хочет заткнуть уши, потому что противный скрип эхом повторяется в её голове. Вот же, ломка делает её уши намного чувствительнее. Вот только это не ломка. Аляска знает, что такое настоящая ломка, это больно, это страшно. Кости ломает, сознание затуманивается и тошнота к горлу поступает. В голове только мысли о таблетках, порошках, уколах — обо всём сразу. Аляска гордится, что чиста, но иногда так хочется вернуться назад. Она не может, если замедлится, то упадёт из-за нехватки сил. А Аляске нельзя падать, она так близка к финишу, практически видит его вдали, стоит только немного поднажать, прибавить скорости, и она сможет сбежать. Но получится ли? Иногда ей кажется, что финиш — всего лишь мираж, который с каждым шагом отдаляется всё дальше. А ей так хочется наконец добежать, пересечь черту и остановиться. Выдохнуть. Разрешить себе пожить.       — Глупый вопрос, тренер, у вас же есть глаза, а значит всё видите, — Аляска улыбается так фальшиво, что ей хочется срезать эту улыбку со своего лица, но нельзя. Она должна показывать, что всё хорошо. Вот только всё плохо, хотя кому это важно? Верно, никому, абсолютно.       — Шутишь, уже хорошо, — тренер неловко трёт шею, но ближе не подходит. Боится, что ли? Аляску бояться не стоит, сейчас нет. Она обдолбается и будет самым милым ребёнком, которого только видел этот свет.       — Никаких шуток, вы что-то хотели? — это правда. Аляска шутить сейчас не хочет, настроения нет.       — Да, тут кое-кто приехал поговорить с тобой. Сейчас они говорят с Нилом, я хотел заранее предупредить, чтобы ты вела себя более сдержанно. Понимаешь о чём я?       Аляска понимает, но всерьёз не воспринимает. Не умеет она быть сдержанной, не её это. Аляска — это бомба замедленного действия и дело тут не в агрессии и желчи, которой она плюется во всех без разбора. Сама удивлена, как еще не попала в колонию. Зайдите в любое отделение, ее там знает каждый. Откроете ее медицинскую карту и ужаснетесь. Врачи слишком много раз доставали ее с того света. Две передозировки, три ножевых ранения, две попытки суицида, вот незадача. Спасли же, уроды. Аляска хотела спокойно уйти и не страдать. Не вышло, увы, она ведь так старалась.       В серьёз не воспринимает, но тренеру кивает и поднимается со своего места. Рюкзак хватает, закидывая на плечо и выходит из женской раздевалки почти вприпрыжку. До мужской раздевалки идти то минуту от силы, но тренер шёл так быстро, что они дошли быстрее. Такая спешка интерес вызывает, что за люди там, что тренер так спешит к ним? Аляска в голове прокручивает, что могла натворить за это время, но на ум ничего не приходит. Дома сидела и на тренировки ходила, тогда в чём причина?       Из дверей в этот момент вылетел Нил, который выглядел так, словно призрака увидел. Это немного смутило Аляску, раньше она его таким не видела. Чего же они ему сказали, что он так испугался и вылетел из раздевалки? Джостен, конечно странный, но не настолько, чтобы убегать без видимой причины?       Пока тренер смотрит вслед убегающему Джостену, Аляска открывает дверь, заходя внутрь. Окидывает взглядом комнату, тихо присвистывая. Если играть клоуна, то до последнего, да? Тренер Лисов — Дэвид Ваймак стоял у одного из шкафчиков, что-то разглядывая в папке. Аляска чётко увидела там надпись Аляска Брок. На телевизионной тумбе сидел никто иной, как сам Кевин Дэй — звезда мира экси, бывший ворон, второй номер. Имён у него куча. И завершал эту картину Эндрю Миньярд — сумасшедший брат близнец с клюшкой в руках. У кого он её уже украл?       Команду университета Пальметто не знает только идиот, аутсайдеры — именно так их называют за глаза, а кто-то и в лицо. После перехода Кевина, интерес к команде вырос в несколько тысяч раз, но профессионалами от этого они не стали. Аляска пару раз смотрела их матчи, потому что скучно было. Троянцы ей больше нравятся.       — Вы чем так напугали бедного Нили, что он сбежал? — Аляска голову по-птичьи наклоняет, разглядывая всех присутствующих по очереди.       — Всего лишь предложили место в команде, — небрежно бросил Кевин. Аляска хмурится, Джостен настолько зависим от игры, что такое предложение должно было вызвать радость, а не страх. Это интересно, но не настолько, чтобы Аляска как-то обращала внимание.       — Тебе тоже предложить хотим, — вклинивается Ваймак, обращая на себя внимание. Аляска смотрит на него вопросительно, а потом к своему тренеру оборачивается. Удостовериться хочет, не ослышалась ли. Вдруг ко всем проблемам прибавилась ещё и со слухом?       — Вы им не сказали, что ли? — всё также спрашивает тренера.       — Что ты проблема? О, именно это я и сказал, — кивает Эрнандес и Аляске рассмеяться хочется, но она сдерживается. Позволяет себе только улыбнуться, потому что не время для смеха. Хотя, когда её это останавливало?       Если быть честной, то тренер Эрнандес никогда не относился к ней плохо. Постоянно спрашивал, как она, нужно ли помочь с чем-то, не пристают ли в школе или в раздевалках и даже помог влиться в коллектив, вот только Аляска упорно игнорировала всех. Общалась только с Нилом, если это можно назвать общением. Перекидывание несколькими фразами и всё.       — Это всё не важно, твои проблемы меня не сильно волнуют. Нам понравилась твоя игра, ты ведь ещё никуда не поступила? Вот тебе предложение и университет и команда, плюсом неплохая стипендия, — перечисляет Ваймак плюсы, вот только деньги у Аляски есть, стипендией её не подкупишь.       — А кто сказал, что я планирую играть после школы? — вскидывает брови Аляска. Издевается, не хочет соглашаться слишком быстро, хочется немного веселья.       Знает же, что согласится. Вот только в отличии от Нила, Аляска играет не потому что ей нравится экси, она играет, чтобы почувствовать хоть что-то. Чтобы удержаться на плаву, чтобы не кануть в небытие. Нужен какой-то стимул. Вот она и держится за что-то хорошее.       — У тебя есть талант, зачем его губить?       — Про талант — слишком утрированно, — вклинивается Кевин, на что получает недовольный взгляд Ваймака.       — Ты знал, что сидеть на мебели неприлично? — обращается к нему Аляска, резко меняя тему.       — Не трать наше время, мы и так торчим здесь дольше положенного, — Кевин игнорирует её вопрос, возвращаясь к экси. Ну конечно, всё вертится вокруг него. Интересно, Кевин Дэй может думать о чём-то, кроме как об экси?       — Ладно, — слишком легко соглашается Аляска. Ваймак, да и остальные в комнате, даже опешили на некоторое время, но быстро вернули спокойное выражение лица. Что ж, это было легче, чем с Нилом.

***

      Аляска ненавидит переезды. Ей приходится уместить всю свою жизнь в несчастный рюкзак, который, к слову, не очень-то и вместительный. Не то чтобы за два года у неё скопилось много вещей, но всё равно пришлось некоторые из них оставить. С мотоциклом тоже пришлось заморочиться, транспортировка в Южную Каролину обошлась в приличную сумму, так ещё и доплата за срочность. Зато уже через пару дней ей доставят любимый Ninja ZX-6R в чёрном цвете с неоново-зелёными вставками. Он был куплен относительно недавно. Аляска долгое время никак не могла решиться вновь сесть за руль, пока однажды не увидела его в интернете. Это была любовь с первого взгляда. Через три дня мотоцикл стоял во дворе её дома.       Аляске нравится скорость, ей нравится адреналин, который ощущается дрожью в теле и быстро бьющимся сердцем. Ей нравится ощущение контроля над ситуацией, любое её движение будет иметь последствие. Любой намёк на потерю бдительности и всё, жизнь кончена. Машина не может дать того же, тебе не нужно держать равновесие, не нужно крепко держать руль, чтобы не свалиться. В машине спокойнее и безопаснее. Но мотоцикл — отдушина. Создаёт иллюзию контроля над собственной жизнь. Словно Аляска может в любой момент решить — достойна она существовать, или нет.       Аэропорт встречает её громкими голосами и обилием людей. По словам Ваймака её должны встретить у входа, будто самостоятельно добраться она не сможет. Аляска закидывает рюкзак на плечо, медленно направляясь к выходу. На её губах появляется ухмылка, когда она видит одного из близнецов, что стоит у стеклянной двери. Даже не удосужился зайти в здание, а если бы Аляска его не заметила?       Она насвистывает только ей понятную мелодию себе под нос, выходя из здания. По глазам тут же ударяет яркое солнце, от чего она жмурится и ругается себе под нос. Из кармана шорт тут же вынимаются сигареты, через секунду одна из пачки оказывается в зубах. Она задевает недавно сделанный прокол, от чего рана начинает щипать. По сравнению с первыми днями — боль практически незаметна. Эндрю курит прям у двери, где висит табличка с перечёркнутой сигаретой. Аляска останавливается рядом с ним, щелкая зажигалкой.       — По-моему место для курения чуть дальше, — говорит она, затягиваясь. От подобной выходки становится смешно. Так же говорил её психолог, да? Ищи счастье даже в мелочах, даже если это немного нарушает порядок. Эндрю переводит на неё скучающий взгляд, щурясь. Смотрит в глаза, словно старается разглядеть в них что-то. Как жаль, что кроме сжирающих её демонов он ничерта не увидит. Аляска предложила бы ему приглядеться получше, может найдёт что-то стоящее. Вдруг она не смогла?       — Поехали, — Эндрю выпускает дым ей в лицо, а после разворачивается на пятках, направляясь в сторону парковки. Аляска ничего не говорит, следуя за ним.       Эндрю целенаправленно игнорирует светофор, идя напролом. Водители сигналят, на что тот просто показывает средний палец, продолжая идти. Аляска усмехается, но ничего не говорит, сама не ждёт зелёного, просто следует за ним. А в голове тут картинка вырисовывается, одна из машин не тормозит, не пропускает её, а сбивает с ног, переезжая хрупкое тело массивными колёсами. По асфальту растекается алая лужа крови, а сердце прекращает биться. И на дороге остаётся лежать бездыханное тело. Очередной сигнал заставляет оторвать взгляд от колёс машин и ускорить шаг, чтобы не потерять Миньярда из виду. Как только они подходят к нужной машине, Аляска непроизвольно свистит себе под нос, оценивая тачку. Не то чтобы она была ярым фанатом, скорее любитель. Эндрю открывает багажник, кивая на рюкзак. Аляска игнорирует его намёк, закидывая рюкзак на заднее сиденье, а сама садится вперёд, предварительно выкинув дотлевающий окурок.       Эндрю садится через несколько минут, тут же включая кондиционер на максимум, за что Аляска благодарна. Она ненавидит жару.       — Аляска Брок, — медленно проговаривает её имя, словно желает распробовать. — Родители здорово поиздевались, да?       — Ага, показали весь креатив, на который только способны.       — У них не получилось.       — Ты так проницателен, — хмыкает Аляска, вглядываясь в профиль Эндрю. Повязки на руках привлекают внимание, но она не заостряется на них, недостаточно интересно. Лишь подмечает, что они не прилегают к коже в некоторых местах, словно под ними что-то есть. Вот только очертание предметов разглядеть сложно, поэтому она отбрасывает затею разгадать, что под ними. Сделает это позже, а может и сама спросит. Что там писали про Эндрю? Точно — тот, который псих. А психов Аляска любит, сама такая же. Может даже справку показать. — Мне нужно, чтобы ты подкинул меня кое-куда, а дальше я сама.       — Я не нанимался водителем, — голос Эндрю спокоен, он не показывает никаких эмоций. Обычная констатация факта, Брок ожидала, что дальше последуют возмущения, что ему это незачем, но Эндрю молчит, стуча пальцами по рулю.       — Но сейчас же ты меня везёшь, так что чисто в теории водитель, — пожимает плечами Аляска, наблюдая, как Эндрю заводить машину и выезжает с парковки.       — Пялишься, — его голос холодеет, в нём можно прочесть угрозу, вот только Аляске наплевать. Она широко улыбается, наклоняя голову по-птичьи.       — По-моему нигде не запрещалось смотреть на людей.       — Запрещается. На меня.       — Как скажешь, — Аляска отворачивается, переключая внимание на дорогу. Она бросает мимолётный взгляд на ноги, проверяя не спустились ли носки, оголяя неровные шрамы. Аляска не успела перекрыть их татуировками, поэтому приходится прятать под одеждой. Не очень практично, но показывать всему миру подробности прошлой жизни не очень хочется. Она так старательно старалась сбежать от неё, скрыться, не для того, чтобы сейчас показывать это всем без разбора.       Эндрю всё-таки отвёз её туда, куда ей нужно . И даже не сразу уехал, а остался на улице ждать, пока Аляска разберётся с документами и заберёт любимый мотоцикл. Не хочется передвигаться на такси. Интересно, почему Эндрю оставил своих друзей и поехал за ней? Разве он не таскается с Кевином везде? Словно преданная собачка бегает за хозяином. От подобной мысли Аляска хихикает себе под нос.       Эндрю на мотоцикл смотрит без каких-либо эмоций. Молча кивает и садится в машину. Аляска намёк понимает, надевая шлем, готовясь ехать за Миньярдом. Сама она добиралась бы намного дольше, незнание города могло сыграть с ней злую шутку, а опаздывать не очень хотелось, если честно. Потому Брок молча выезжает вслед за Эндрю, стараясь не потерять его из вида.

!!!

      Кто ж знал, что приедут они сразу на стадион. Аляска стягивает шлем, наблюдая, как из дверей выходит Ваймак. Он на несколько секунд зависает, наблюдая за Аляской на мотоцикле, а после отмахивается. Ей хихикать хочется, от подобных реакций, но боится спугнуть сразу же. Поэтому просто слезает с мотоцикла, упираясь о него корпусом. Смотрит на яркий стадион, от которого начинает рябить в глазах. Оранжевый к синему не очень подходит, конечно, но Аляску это не сильно волнует. Волосы всё равно будут скрыты под шлемом.       Наконец из здания начинают выходить люди и в глаза сразу бросается знакомое лицо.       — Хей, Джостен! — вскрикивает Аляска, вскидывая руку в знак приветствия. Только, когда Нил оборачивается на неё, Брок двигается в его сторону.       — Не сдохла ещё, — по-доброму усмехается Нил, ударяя кулаком об кулак Аляски. Она до сих пор помнит, каким растерянным был Джостен, когда она впервые выставила кулак, чтобы отбить. Пришлось очень долго объяснять ему, почему они обязаны так делать. Нил не выглядел особенно довольным, но, кажется, смирился. Понял, что лучше не спорить с Аляской, не отстанет же.       — А ты не сбежал, удивляешь.       Лицо Нила становится серьёзным на несколько секунд, пока он не понимает, что та просто шутит. Он часто реагирует подобным образом и Аляска не совсем понимает в чём конкретно причина. Но допытывать не собирается. Что-то же должно остаться загадкой.       — Как доехала? — Нил кидает на Эндрю подозрительный взгляд, а после возвращается к Брок.       — С ветерком, как-нибудь прокачу тебя, — Аляска кивает на мотоцикл позади себя.       — Ну нет, я еще хочу пожить.       — Многое упускаешь.       — Хватит языками чесать! Живо все внутрь, скоро остальные приедут, — кричит им Ваймак, а после скрывается за дверьми.       Аляска улыбается Нилу, вытягивая руку вперёд, мол, веди. Джостен только головой качает, но разворачивается и идёт внутрь. Брок же следует за ним, предвкушая знакомство с командой.