tiens ma main jusqu'à ce qu'on meure.

загрузка завершена.

первое, что видит перед собой новая модель-помощник - трое людей, один из которых являлся консультантом магазина андройдов, а остальные его базе данных были записаны как преподаватели института. – мы его возьмём, — говорит один из неизвестных. консультант подходит к модели, те двое делают то же самое. – OC2900, запиши своё имя, — приказывает он, и один из преподов подходит к модели, чтобы назвать имя. – Олежа, — чётко проговаривает тот. – моё имя Олежа, — повторяет модель. через полчаса Олежа уже стоял перед другим студентом, который, оказывается, является причиной покупки OC2900, Олежи. он смотрел на него с презрением, а потом ссорился с преподавателями, мол, он ему не нужен и он вполне может справиться сам, без этих "тупорылых жестяных банок", но безуспешно. пришлось с ним возиться. – меня зовут Олежа, моя модель - ОС2900, я здесь для того, чтобы- – бла-бла-бла, заткнись уже, — злится Дима, — мне плевать кто ты и зачем. Олежа, не выражая ни единой эмоции, просто смотрел на Диму, который делал то же самое, но с отвращением и злостью. – моё предназначение заключается в помощи студентам, попавшим в беду, — Олежа всё равно продолжал говорить, несмотря на выражение лица Димы, которое почти кричало, что сейчас же пойдёт и сдаст его в металлолом. – я тебе, вроде как, уже сказал, — продолжал студент, — мне от тебя вообще ничего не надо, поэтому молчи свой рот. Олеже ничего не оставалось, кроме как послушаться. следующие дни прошли как в аду. только для Димы, естественно. андройд просто следовал своим инструкциям и указаниям студента. но вскоре Дима смирился с тем, что ему с этой "Душной железкой", как он его обозвал, ещё несколько месяцев тусоваться. да и помогал он неплохо, готовил иногда. в общем, Дима свыкся, но лучше к нему относиться не стал. и так продолжалось несколько недель. с одной стороны то, что институт предоставил Диме андройда это очень плохо, ведь так делают только с теми студентами, которым ну совсем трудно с учёбой, а с другой - у тебя есть "друг", с которым можно тусоваться и обсудить что угодно, но Дима в основном использовал его как мишень для оскорблений.

***

в одно утро Дима проснулся от кошмара. Олежа стоял в углу комнаты на зарядке с закрытыми глазами. но это чудное мгновение, когда Дима был освобождён от этой душнилы, закончилось. Олежа открыл глаза, встал с зарядки и повернулся к Диме. – доброе утро, Дима, — поприветствовал его андройд, — пора вставать и собираться на пару. – без тебя знаю, железка, — сквозь зубы выругался Дима, поднимаясь с кровати. Олежа хотел помочь, но первый его оттолкнул и встал сам. у Димы начался ад. точнее, очередной день с этим сраным андройдом, от которого отбоя нет. Дима уже думал над тем, чтобы его прикончить, но всё-таки потраченные деньги института было немного жалко, поэтому Побрацкий старался держать себя в руках. ещё пара дней прошли точно также. Дима думал, что начинает сходить с ума. но потом он, лёжа в кровати уже в полудрёме, начал думать, перематывать эти дни в голове, и не зря: заметил, что с Олежей происходит что-то странное. начал быть чуть более эмоциональным, чем обычные андройды и вообще практически перестал вести себя, как андройд. его диод стал часто мигать синим, в основном, рядом с Димой. один раз они проходили мимо остановки специально для андройдов, и Олежа смотрел на них с какой-то грустью, но Дима решил не спрашивать. он вообще не хотел лишний раз заводить диалог с Олежей, но что-то пошло не так конкретно сейчас. он чувствовал неприятное, колющее ощущение в груди. Дима лучше признает, что трава белая, а небо зелёное, чем в то, что может переживать за эту тупую Душную железку. к его несчастью, странное ощущение в груди не прошло за ночь, а только усилилось, когда Дима утром снова увидел Олежу, чей диод мигал жёлтым. – слушай, а у тебя эта мигалка отключается хоть когда-нибудь? — раздраженно спросил Дима, указав на правый висок и встал с кровати, пытаясь вспомнить, какой сегодня день недели. – только если меня полностью отключить, — на пару секунд диод желтеет, но затем становится нормально-голубым. – если ты не перестанешь так меня встречать каждое утро, то я это проверю. Олежа хочет что-то сказать, но останавливается. диод загорается красным. Дима тут же чувствует, что зря это сказал, но тут же отдёргивает себя от того, чтобы извиниться. ещё бы он перед этой железкой извинялся, просто смешно. – сегодня выходной, чем хочешь заняться? — Олежа возвращается к своему нормальному, роботизированому поведению. – а, да? — Олежа не мог понять, был ли в словах Димы сарказм или нет, — тогда я буду лежать на кровати и втыкать в потолок. – от меня что-нибудь требуется? – да, хочу, чтобы ты закрыл свой пиздак. Олежа поджимает губы. он кивает и отходит к второй кровати, которую Дима благородно ему отдал. студент, в свою очередь, сделал всё, как и планировал. иногда смотрел на Олежу, замечал жёлтого света диод и отворачивался. будто смотрел в холодильник несколько раз за пять минут, в надежде, что там появится что-то вкусное. – эй, Олеж, — окликнул его Дима, повернув голову. – да? — тут же отозвался андройд и посмотрел на Диму в ответ. Дима немного подумал, стоит ли вообще с ним говорить, ведь ничего нового или интересного ни он, ни Дима не скажут. – у андройдов же не может быть бед с башкой, да? – да, — уверенно отвечает Олежа, но внутри будто показало «программный сбой». – круто, окей, — кивнул Дима и, положив руку себе под голову, отвернулся и закрыл глаза.

***

у Димы скоро сессия. всё это время Олежа от него не отходил: подсказывал, давал задания, подготавливал к ней, в общем. но было ещё кое-что, что вызывало у андройда программные сбои - Дима пил очень много энергетиков в день. и как бы Олежа не пытался его остановить, всё было безуспешно, но тот надежды не терял. прятал, выбрасывал пару банок в день, полностью уверенный, что это поможет. но не тут-то было. Дима, сидя за столом и читая какие-то материалы к сессии, сделал очередной глоток энергетика, после чего схватился за сердце и упал. внутри у Олежи что-то начало ломаться. он тут же подбежал, поднял Диму и параллельно вызывал скорую. – Дима! — диод Олежи начал мигать красным, — Дима, боже, ты живой? пожалуйста, не уходи, не надо! последнее, что увидел Дима - слёзы андройда и противно мигающий красным диод в его виске. скорая приехала быстро. Диму доставили в больницу и смогли откачать. сначала в клинической смерти студента хотели обвинить андройда, впрочем, как все и делали по всем странам, где находились андройды, но когда выяснилось, что у него был инсульт, подозрения пропали. самого же андройда не пускали к больному, заставили сидеть в общаге. затем, когда Диму выписали и он вернулся, Олежа понял, что может чувствовать: он был очень рад видеть этого хулигана, потому обнял, как только увидел. Дима во время этих объятий вдруг вспомнил, что андройд плакал. он, конечно, мало что в них понимает и вообще понимать не хочет, но это явно было ненормальное поведение. – слушай, — решил начать Дима, не разрывая объятий, — я помню, что ты плакал, это же, вроде, неправильно? тебя, может, в ремонт унести там, или чёт такое? – нет, — Олежа вдруг возвращается к своему нормальному поведению робота-душнилы, — я провёл диагностику и уверен, что моя система исправна. Дима отошёл от Олежи к своему столу, усаживаясь на стул. – ну ладно-ладно, но если твоя эта «диагностика» скажет, что тебе нужен ремонт, сразу говори, окей? – хорошо, — кивает Олежа. – а ещё мне надо готовиться к пересдаче, — тяжело вздыхает Дима, доставая материалы. – это моя вина, — роботизированый голос Олежи вдруг меняется на более нормальный, человеческий, — я должен был приложить больше усилий, чтобы этого не случилось. Дима молчит. вздыхает, спорить не хочет и не видит смысла. – иди отдыхай, я сам тут разберусь, — приказывает студент и машет рукой на кровать. Олежа послушался.

***

следующий день Дима готовился к пересдаче сам, полностью игнорируя попытки Олежи помочь, как и самого Олежу. тому это не нравилось, и он не знал, как заставить Диму принять помощь, ибо если Дима не сдаст второй раз - Олеже грозит путь обратно в Киберлайф, где его разберут и будут пытаться понять, почему он не выполняет свои функции, либо утилизируют, что, в принципе, ещё хуже. – Дима! — Олежа старался сказать так, чтобы тот точно услышал. – да чего тебе? ты не видишь, я занят! — Дима наконец повернулся к андройду и замер, увидев его грустное лицо. – пожалуйста, позволь тебе помочь, моя модель буквально создана для того, чтобы помогать в учёбе! — Олежа понимал, что это, скорее всего, бесполезно, но попытаться стоит. – я тебе уже тысячу раз говорил, что мне не нужна твоя помощь. и мне плевать, для чего ты там создан, я о тебе не просил. Олежа замолк. сделал шаг назад, обняв себя руками. – они уничтожат меня, если ты не сдашь, — он опускает голову, делая ещё один шаг назад. – че? погромче можно? – они меня убьют, Дима! убьют, понимаешь?! — Олежа останавливает себя, понимая, что сорвался и сказал лишнего. Олежа пятится назад, а Дима встаёт со стула и наблюдает за андройдом. вдруг Олежа начинает очень часто дышать, после чего упал на пол. – боже, Олеж, — Дима опешил, сразу бросился к андройду, помогая встать, — ты че? Олежа закрыл лицо руками, и у Димы внутри что-то начало противно колоть, тянуть, будто кто-то выплюнул туда жвачку и она там слепила все органы воедино. Дима положил руки андройду на плечи, немного встряхнув, пытаясь хоть как-то помочь. – Олежа, очнись, — Дима настороженно смотрел ему в глаза, — я щас ремонтников вызову, потерпи, — он встал, собираясь достать телефон. – нет! — Олежа схватил Диму за руку, уже почти поднявшись на ноги, — нет, Дима, пожалуйста! Дима стоял в ступоре. он не понимал всего пару секунд, а потом вспомнил про неких «они», которые «убьют Олежу». Дима присел перед Олежей, который всё ещё не отпускал его руку. – понял, ладно, не звоню, успокойся. хватка ослабла. Олежа прижал руку к груди, сев на колени. так они и сидели: Олежа на коленях, с прижатой к груди рукой, а Дима на одном колене, и первый второго за руку держит. – а говорил, что у андройдов не бывает бед с башкой, — издевательски улыбается Дима. Олежа коротко усмехнулся. – очевидно, я ошибся. Дима впервые улыбнулся Олеже по-настоящему. не издевательски, как пару секунд назад, не с сарказмом и не иронией, а искренне. сам он этого не заметил, а вот Олежа запомнит это навсегда, это навечно будет отпечатано в памяти андройда.

***

Дима бы никогда не поверил, что сможет подружиться с машиной. тем более, с такой Душной железкой, как Олежа. оказалось, что у них есть хоть что-то общее, и это помогло им как-никак сблизиться. было только одно но: Диме осталось сдать только один экзамен и он свободен, выпустится из института и пойдёт на все четыре стороны, а судьба Олежи после этого всего до сих пор остаётся загадкой. Дима даже пытался спрашивать у преподов, знает ли кто, куда отправляют андройдов после выпуска учеников, которым они принадлежали, но никто не знал. одна однокурсница Диме сказала, что им стирают память и отдают следующему. и Диму это, по идее, должно радовать, ведь всё-таки не утилизируют, как говорит Олежа, но с другой стороны…это ведь только предложение, а как всё на самом деле, не знает, наверное, даже сам Элайджа Камски. и Олежу пугала эта неизвестность. умирать ему не хотелось, не хотелось становиться куском металла или, что даже хуже, тостером каким-нибудь. ему хотелось просто сбежать. он искал информацию о странах, которые приветствуют андройдов и в которой Диме было бы комфортно, но это так, на всякий случай. он нашёл много новостей из Америки, в которой происходили даже бунты девиантов, и начал думать над тем, чтобы туда сбежать. план побега был слегка недоработан, но он был: Дима оканчивает институт, получает диплом, в это время Олежа со всеми собранными вещами его встречает и они бегут на самолёт в Америку, где будут жить в бегах. такой себе план, на самом деле. Олежа хотел для Димы хорошего будущего, стабильного, но он был почти уверен, что тот захочет сбежать вместе с ним. но, справедливости ради, решил у него спросить, когда они вернулись в общежитие после учебного дня. – Дима, — неуверенно начал андройд, — слушай, а тебе..нравится здесь? – в смысле? ну, допустим, нравится. а что? – я просто…я хочу сбежать. – ну это я знаю. ты хочешь, чтобы я сбежал с тобой, чтоли? у Олежи внутри всё застыло. выражение лица Димы будто говорило, какой Олежа идиот, что мог даже на секунду об этом задуматься, верил, что Диме настолько будет важен этот сраный андройд, что он сбежит с ним в другую страну, что… – Олеж, я всё понимаю, но ты реально думаешь, что тебя будут искать, если ты сбежишь? ты же, ну, просто андройд для учёбы, а не коп-андройд какой-то. Олежа задумался. Дима был как всегда прав, но что-то всё равно не давало ему покоя. – у меня есть сестра в Америке, — Дима потирает шею, — я могу, ну, ей звякнуть, узнать, че да как. у Олежи загораются глаза. он бросается к Диме, обнимая. тот обнял его в ответ. – спасибо, — Олежа упирается лбом Диме в плечо. Дима с Олежей обсудили всё и решили, что лучше этот упоротый план Олежи, чем ничего. они начали готовиться: Дима утряс вопросы с жильём и деньгами, Олежа изучал свою систему, может, сможет что-то в ней изменить.

***

наступил день икс: вручение дипломов. Олежу ещё не забрали, это значит, что могут забрать сегодня или завтра, поэтому действовать нужно быстро. после получения диплома Олежа встретил Диму у выхода с вещами, и они собрались в путь к аэропорту. тупорылый закон подлости как всегда сработал на отлично: Диму с Олежей встретили какие-то двое неизвестных, которых даже не было в базе данных андройда. Олежа встал за Диму, взяв того за руку. – пора обратно, ОС2900, — сказал один из них, но Олежа не послушался. Дима закрывал Олежу собой спереди, но никто не ожидал, что кто-то может подойти сзади. крепкие руки схватили Олежу, и в мгновение ока он уже был не прижат к Диме, а его держал третий неизвестный, которого Олежа не видел, поэтому не мог опознать. – отпусти его, гад! — Дима хотел броситься к Олеже, но и того схватили за руки и скрутили за спиной. Олежа вырывался, пытаясь выбраться, но тщетно. – Дима! — Олежа рвался вперёд, хотел дотянуться до Димы. – слушай, он меня уже достал, — сказал тот, который держал Олежу, — он уже который раз девиантом становится, мне кажется, это неисправимо. тот, что держал Диму, только вздыхает, уходя в раздумья. – ты прав, но я сомневаюсь, что босс думает также, — пожимает плечами он, — я б его давно на металлолом сдал. – он вам не какая-то тупая железка, ясно?! — Дима не оставляет попыток вырваться из хватки, — отпустите его, твари! мужчины переглядываются. – слушай, давай, может, реально их отпустим просто? этот девиант ж всё равно ничего не сделает, — голос мужчины, который держал Олежу, звучал очень уставшим, как и вздох второго, а третий просто наблюдал, сидя в машине. – ла-адно, но сам будешь объяснять это боссу. у Димы вся жизнь пронеслась перед глазами. эти двое действительно их отпустили, поверить только! Олежа сразу же бросился к Диме, схватив того за плечи и сканируя, проверяя на наличие травм, и не найдя ничего, с облегчением выдохнул. – успеем на самолёт, — оповестил Олежа, хватая Диму под руку, а в другую - свой рюкзак. – чел, как же я рад, что у нас тут спустя рукава все работают, — усмехается Дима, поправляя свою сумку через плечо. Олежа кивнул, улыбаясь. они доехали до аэропорта. Олежа натянул капюшон кофты, которую недавно купил ему Дима, чтобы избавиться от униформы, стараясь скрыть диод. – у нас ещё есть время, мне надо в туалет, — Олежа наклонился к уху Димы. – че? андройды ещё и в туалет ходить могут? во технологии, — Дима усмехается, но начинает глазами искать туалет. – нет, я хочу вытащить диод. – вытащить…погоди, че? – диод меня выдаёт, без него я больше буду на человека похож, — пояснял Олежа, — вон он, — он указал пальцем на туалет. действовать нужно было быстро. Олежа достал из своего рюкзака кусачки для ногтей и, прицелившись, попытался вытащить диод, но даже с зеркалом было трудно. он протянул их Диме с немой просьбой помочь. Дима взял кусачки. он пытался вытащить этот сраный диод осторожно, из-за чего не получалось. – господи, Дима, я не чувствую боли, не переживай, просто вытащи и всё. – да блин, как я тебе его вытащу? — ворчал Побрацкий, — тебе точно не больно? Олежа кивнул. спустя ещё несколько попыток у Димы всё же получилось. диод упал на пол, а висок, в котором только что была дырка, мгновенно зажил. Дима не мог поверить своим глазам. с одной стороны завораживает, а с другой ему завидно, что у андройдов всё так легко, не то что люди, что хрупки, как фарфор. Олежа присел, поднял диод, поднялся и засунул его в карман. на немой вопрос Димы, который можно было легко прочитать в его взгляде, андройд вздохнул. – а что ещё делать? тут его оставить, чтобы все знали, что тут был девиант? – жесть ты мегамозг, — Дима смотрит на андройда с приоткрытым ртом. они выходят и идут на проверки, вскоре садятся в самолёт. с лица Олежи всё это время не сползала улыбка, а у Димы она возникала всякий раз, когда смотрел на Олежу. – поверить не могу, у нас получилось, — сказал Олежа, когда они взлетели. – это ещё не конец, — вздыхает Дима, скатываясь вниз в сидении. Олежа кладёт голову на макушку Димы, а тот ему на плечо.

всё только начинается.