A conflict of interest (in your orbit)

В тот вечер Уилл никак не мог уснуть — мысли не давали покоя. Он снова и снова прокручивал в голове всё, что произошло в офисе: каждый взгляд, каждый вздох, усмешку на лице Майка, когда тот наблюдал, как Уилл не находит себе места. То, как чуть приоткрылись его губы, когда он ждал, что Уилл назовёт его профессором Уилером. То, как Майк стоял, указывая на стол — непринуждённый, спокойный и уверенный, что Уилл подчинится. То, как он отшлепал его чёртовой книгой. Уилл резко сел в кровати. Простыни скрутились вокруг него. Что, чёрт возьми, произошло? Чему он позволил произойти? И почему, почему он лежит здесь в темноте, думая об этом снова и снова и возбуждаясь от одних воспоминаний? Уилл тряхнул головой, чтобы избавиться от назойливых мыслей, свесил ноги с кровати и побрёл на кухню за водой. Он чувствовал себя, как будто находился внутри печи: потный, разгорячённый и совершенно готовый. В дверь постучали. Уилл механически двинулся к выходу, схватил белую футболку со стула и натянул ее на голый торс. Сейчас едва перевалило за половину десятого, но он пытался лечь пораньше — это была жалкая попытка наладить режим дня, чтобы снова не опоздать на занятие Майка на следующей неделе. Господи. Майк словно держал его под каким-то извращённым психологическим контролем. И это работало. Уилл подошёл к двери и открыл её, не глядя в глазок. Он застыл. В коридоре стоял Майк: волосы уложены аккуратнее, чем раньше; он переоделся в чёрный джемпер и тёмные джинсы. Майк выглядел слишком хорошо, что даже почти раздражал. — Привет, — улыбнулся Майк. — Привет… — Уилл запнулся, вдруг остро почувствовав полоску голой кожи между футболкой и пижамными штанами. — Как ты… как ты узнал, где я живу? Майк усмехнулся: — По документам. — Это разве не… незаконно? — Нет, если речь идет о твоём лучшем друге детства, — поддразнил Майк, скользнув взглядом по груди Уилла. Как этот человек мог быть тем самым Майком Уилером? Когда он успел стать таким… таким… самоуверенным? С этой усмешкой и с тем, как он заявился к Уиллу домой, будто так и должно быть. — Можно войти? Уилл отступил в сторону, не успев толком подумать. Он машинально одёрнул футболку, пытаясь прикрыть оголившуюся кожу. Майк прошёлся по небольшой студии, смотря по сторонам. На его лице играла легкая усмешка. — Здесь уютно, — сказал он, остановившись перед аккуратно сложенными в углу картинами. — Понятия не имел, что ты живёшь в Чикаго. Когда переехал? — Э… я много переезжал. Сюда приехал три года назад. Спасибо. Тут, э-э… тесновато. Но мне много не нужно. — Только место для рисования, — закончил за него Майк. Уилл медленно кивнул. Между ними снова повисло это странное, почти молчаливое понимание. — Ну так… — Майк хлопнул в ладоши и развернулся. — Робин сегодня выступает с группой. Пойдёшь? Уилл замялся. Он не мог выбросить из головы то, что произошло в кабинете. Как у Майка вообще получается вести себя так… нормально? — Не знаю, Майк. — Почему нет? Уилл замолчал. — Хочешь, чтобы я тебя заставил? — Майк, — резко бросил Уилл. — Хватит. Я знаю, что ты делаешь. Ты издеваешься надо мной из-за того, как я с тобой обошелся. Я понял. Извини. Прости за всё — за то, что разрушил нашу дружбу из-за глупой влюбленности. Которой больше нет, уверяю тебя. Так что можешь прекратить этот спектакль? Слова и тон удивили даже самого Уилла, и комната вдруг стала как будто меньше. Майк вздохнул. — Ладно. — Значит, ты все это делал, чтобы поиздеваться надо мной? — Может быть? — Майк. — Окей-окей. — Он поднял руки. — Я всё ещё был зол. Совсем чуть-чуть. Нужно было выпустить пар. Думаю, я увлекся. Не стоило заходить так далеко. Не стило заходить так далеко? Он вообще понимает, как это повлияло на Уилла? — Но чувак, я не шутил насчет опозданий. Тебе правда нужно научиться приходить вовремя и проверять почту. Уилл не смог скрыть раздражения, и Майк это заметил. Он придвинулся ближе, выражение его лица смягчилось, в глазах загорелся знакомый огонёк. Тот самый взгляд, который появлялся, когда Майк знал, что добьётся своего — достаточно было включить обаяние и быть невыносимо милым. — Мир? — спросил Майк. — Обещаю. Прости меня. — Он протянул руку. — Друзья? Уилл сдался. *** К тому времени, как они добрались, в баре яблоку негде было упасть — голоса сливались в сплошной гул, люди толпились вокруг столиков и маленькой сцены. Группа Робин уже была на месте и проверяла инструменты. Майк пробирался сквозь толпу, Уилл следовал за ним по пятам. Они нашли место у левого края сцены — не в первом ряду, но достаточно близко. Майк прислонился к колонне, держа пиво в руке, и встал так, что почти касался Уилла. Слишком близко. Майк никогда не умел соблюдать дистанцию. Ещё в детстве он всегда наваливался на Уилла на диване, тянулся через него за кубиками во время игры, вставал плечом к плечу там, где свободного места было полно. Похоже, с тех пор ничего не поменялось. Свет погас. Группа Робин начала играть первую песню — что-то быстрое и гранжевое, и толпа сразу задвигалась. Она была хороша. Правда хороша. Робин играла на барабанах, будто выбивала накопившуюся злость — только с широкой улыбкой на лице. Майк ткнул Уилла локтем. — Говорил же, что она крутая. После второго пива Уилл расслабился и согрелся. Музыка пульсировала в зале, и он поймал себя на мысли, что он наслаждается моментом. Ему хорошо. Быть здесь с Майком, смотреть, как играет Робин. Никакого напряжения и неловкости между ними. Просто… они снова друзья. Он справится. Он сможет держать старые чувства в узде. Прошло десять лет — он больше не тот мальчишка, Уилл может быть рядом с Майком и ничего не усложнять. Потом свет на сцене вспыхнул,и профиль Майка заиграл золотом и тенями. Решимость Уилла разлетелась в прах. Майк увлеченно смотрел на группу, с головой уйдя в музыку. На его губах заиграла лёгкая и искренняя улыбка. Свет выхватывал углы его лица — эта линия челюсти, эти скулы — как будто высеченные из камня. Он выглядел старше того Майка из Хокинса, как будто бы острее, но по сути оставался тем же Майком Уилером. Он повернулся к Уиллу и заметил его взгляд. — Что? — Ничего, — быстро сказал Уилл, переводя взгляд на сцену. — Просто… здесь весело. Майк ухмыльнулся. — Ага. Правда, весело. Последний аккорд отзвучал, и зал взорвался криками и аплодисментами. Робин слегка поклонилась, улыбаясь. Группа начала разбирать аппаратуру. — УИЛЛ ЧЁРТОВ БАЙЕРС? Уилл едва успел обернуться, как Робин уже неслась сквозь толпу к нему. Она налетела на него, чуть не сбив с ног своими объятиями. — Боже мой, это действительно ты? — Она отстранилась, взяла его за плечи и осмотрела с ног до головы, словно не веря своим глазам. — Ты что здесь делаешь? — Меня Майк пригласил, — смеясь, ответил Уилл. — Ты великолепно играла. — Ещё бы! — Робин сияла. — Боже, как же здорово тебя увидеть. Ты же знаешь, как я скучала. Понимаю, почему ты не поддерживал с нами связь. Мы ведь напоминаем тебе о том самом... Ну, ты понимаешь... Слова немного ранили, хотя Робин и не хотела этого. Тут рядом возник Майк. — Я пойду ещё возьму выпить. Уилл, тебе взять? — Ага, давай. Проходя мимо, Майк дружески сжал плечо Робин. — Отличное выступление. — Спасибо, Уилер! Стоило Майку направиться к бару, как Робин снова повернулась к Уиллу. Выражение ее лица стало серьезнее. — И как это случилось? Ты и Майк? Уилл пожал плечами, стараясь выглядеть беспечным. — Я записался на вечерние курсы. Вышло так, что он вёл один из них. — Не может быть. — Да. Чистое совпадение. Мы выпили потом по пиву и просто... вновь стали общаться, наверное. Робин проводила взглядом Майка, пересекающего зал, и снова посмотрела на Уилла. — Как твоя личная жизнь? Уилл горько усмехнулся. — Плачевно. — Всё так плохо? — Хуже. Майк вернулся, балансируя тремя бутылками пива в руках. Он протянул одну Уиллу, их пальцы на секунду соприкоснулись, и Уилл постарался не заметить искру от этого касания. — Держи, — сказал Майк, почти сияя. Робин наблюдала за ними, как ястреб. Уилл чувствовал, как её взгляд перескакивает с одного на другого, пока Майка не утащил в разговор кто-то из толпы. — Господи, Байерс, — сказала она. — Не могу поверить, что вы до сих пор смотрите друг на друга вот так. Это мило, но реально странно — столько времени прошло. Может, я в вас и ошибалась. Уилл залился краской. — Мы не... Робин, ну ты чего. — Я просто говорю. — Он гетеро, Робин. Робин наклонила голову, разглядывая Майка у другого конца бара, где тот болтал с кем-то из ее группы. — Не знаю. Я никогда не видела его с девушкой. Не с тех пор, как... Робин не договорила. Наверное, поэтому Майк ни с кем и не встречался. Логично. — Слушай, — медленно произнёс Уилл. — Произошло кое-что странное. Брови Робин взлетели вверх. — Странное? Рассказывай. Что именно странно? Уилл огляделся, убедившись, что Майк всё ещё занят, и наклонился к ней ближе. — Он... ох, это прозвучит безумно. — Слушаю. — Он меня отшлёпал. Робин моргнула. — Прости, что? Повтори, Байерс. — Он отшлепал меня книгой. В его кабинете. Потому что я опоздал на пару и не сделал домашку. — Когда Уилл произнес это вслух, это и правда звучало как полный бред. — Уилл Байерс, ты серьёзно? — голос Робин взлетел на октаву. — Гетеросексуалы так со своими друзьями не обращаются! Это звучит как начало одного очень хорошего фильма. — Он сказал, это наказание. За нарушение правил или что-то вроде того. — И ты просто… разрешил ему это сделать? Щёки Уилла вспыхнули. — Ну… да? Сначала я думал, он шутит, но потом он реально… — Боже, — Робин прикрыла улыбку ладонью. — Уилл. Это не… гетеро так не делают. Так даже нормальные преподаватели не делают. Так делают, когда хотят тебя. Спорим, у него это какая-то фантазия. Типа он хочет делать с тобой всякие штуки. — Что? Да ладно. Он сам сказал, что просто хотел мне отомстить за то, что я перестал с ним общаться. Ну, знаешь, типа розыгрыша или что-то в этом духе. Робин посмотрела на него с выражением: «ага, конечно, продолжай так думать дальше». Она наклонилась ближе. — Его заводит такая игра. — Он был зол… — Поэтому он решил нагнуть тебя над столом? — ухмылка Робин становилась всё шире. — Это не злость, милый. Это совсем другое. — Ты всё усложняешь. — Уилл открыл рот, чтобы снова всё отрицать, но запнулся. Потому что, честно говоря, он сам не знал, как объяснить то, что произошло на самом деле — напряжение между ними, реакцию собственного тела, взгляд Майка после ситуации. Выражение лица Робин стало серьёзным. — Уилл. Я не осуждаю. Я просто говорю… Может, он не такой уж гетеро, как ты думаешь.