Буду ли я понят и любим?

Когда пришло утро, у Сюэ Яна появился новый план в голове. Он был не самый надежный, но единственный доступный ему. И если он не сработает, то Сюэ Ян сможет назвать Сяо Синчэня лицемером за неумение отвечать за свои слова. Но Сяо Синчэнь был упрямым и стоял на своей. К тому же, он явно наслаждался компанией Сюэ Яна, так что все должно пройти хорошо. И после этого, Сюэ Ян сможет продолжить без раздражающих его сомнений, пока ему не станет скучно. Он должен приступить к своему плану сегодня, как только настанет нужное время. Все хорошо. Все должно пройти хорошо. Сяо Синчэнь не станет его убивать, наверное. Он же был так убедителен насчет «справедливости», «честного суда» и прочей херни. Но если он станет, то просто докажет Сюэ Яну, что Сяо Синчэнь ничем не отличается от других, даже если сильно пытается таким казаться.

***

      — Мы можем сходить на речку сегодня? — спросила А-Цин после еды. Погода все еще была хорошая, было даже теплее, чем вчера, но ощущалось приближение зимы. Сяо Синчэнь хотел, чтобы они наслаждались теплом и солнечными деньками, пока еще могли.              — Конечно, у меня сегодня нет дел, — сказал Сяо Синчэнь и поднялся. Он собрал все тарелки с намерением отнести их в мойку, но его друг тут же забрал их из его рук.              — Конечно, если ты не свалишься в воду снова, — поддел друг молодую девушку.              — Ты меня толкнул! — оскорбленно воскликнула А-Цин.              — А кто потом достал тебя оттуда?              — Так, вы двое. Я могу заняться посудой сегодня, а вы пока идите, — проговорил Сяо Синчэнь и попытался забрать чашки у своего друга, который отвернулся от него.              — И позволить твоим ранам ухудшиться? Даочжану ничего не нужно делать, просто присядь, — сказал его друг и ушел набирать воду.              — Ты невыносим, — проговорил Сяо Синчэнь и покачал головой, но сел и принялся ждать. Когда его друг закончил, они отправились к ближайшей реке. Вода почти наверняка была холодной, что в ней плавать, но друзья все равно хотели походить по мелководью и поискать камушки и ракушки.       — Листья кленов покраснели и выглядят так, будто они в огне. Весь лес в ярких цветах. Вот, это красивый лист, тебе следует подержать его на ладони, — его друг продолжал говорить во время прогулки. Сяо Синчэнь ощутил, как нежные руки вставляют что-то в его волосы. Ощупав этот предмет, он почувствовал гладкую поверхность прохладного листика. Прийдя на речку, Сяо Синчэнь уселся на сухую землю. Не заинтересованный в речной воде, он слушал, как А-Цин и его друг пытались столкнуть друг друга в холодное течение. — Там ракушка, прямо рядом с твоей ногой, Слепышка, — послышался голос друга. — Если там какая-то живность, я положу ее к тебе в кровать сегодня! — ответила А-Цин. Сяо Синчэнь услышал всплеск воды, но никакого вскрика за ним не последовало, так что, вероятно, там и правда была ракушка. — Так угрожаешь, как я усну сегодня ночью? Придется спать рядом с даочжаном, чтобы не было страшно, — хихикнул его друг. — Ты не поместишься в кровать даочжана, чудак, — сказала А-Цин. Послышались более громкие всплески, похоже, они пытались вымочить друг друга в холодной воде. — Ты, маленькая заноза, я тебя утоплю! — воскликнул его друг и последовали громкие плескания. — Пожалуйста, будьте осторожны, — проговорил Сяо Синчэнь, но он был вполне уверен, что они просто дурачатся и никакой опасности нет.       — Это она начала, — пробурчал его друг. Он поднялся из воды и подошел, чтобы сесть рядом с Сяо Синчэнем. В его руках оказался маленький твёрдый объект. — Вот, это камушек. Камень все ещё был холодный и влажный, но без острых углов — он был сглажен временем, пока лежал в воде. Сяо Синчэню было приятно трогать его пальцами.       — Спасибо, он красивый, — сказал Сяо Синчэнь и улыбнулся своему другу.       — Если вы двое снова начнёте гадко себя вести, я уйду, — проворчала А-Цин и тоже встала из воды.       — Отстань, — сказал его друг, но совсем не звучал агрессивно. Сяо Синчэнь почувствовал, что краснеет и повернулся в сторону А-Цин.       — Тебе не нужно уходить, мы будем вести себя хорошо, — застенчиво сказал он. Они флиртовали? Он не был уверен. Его друг просто был добр к нему подобным образом, в отличие от других, с кем он взаимодействовал. Не то чтобы Сяо Синчэню не понравилось бы, если бы друг с ним флиртовал. Но он не хотел ничего предполагать, поэтому пока не комментировал это и не предпринимал никаких действий.       — Я в любом случае хотела встретиться со своими друзьями сегодня, так что я оставлю вас, — сказала А-Цин и направилась обратно к дороге.       — Я схожу с тобой, если кто-нибудь решит похитить тебя по дороге, — послышался голос друга. — Подожди здесь, даочжан, я скоро вернусь.       — Я пожертвую тобой, если они попытаются, — сказала А-Цин, но позволила присоединиться к ней. Сяо Синчэнь улыбнулся сам себе, пока слушал их удаляющиеся голоса.

***

Сяо Синчэнь продолжал сидеть у реки, слушая успокаивающие звуки воды и ветра. Через какое-то время он услышал тихие шаги, которые остановились возле него и кто-то сел рядом.       — Даочжан? — спросил его друг самым волнующимся тоном, который Сяо Синчэнь когда-нибудь от него слышал. Что-то произошло? Они оба в порядке?       — Мой друг? Что случилось? — успокаивающе спросил Сяо Синчэнь и повернулся в его направлении, чтобы слушать.       — Ты сказал… Что неважно кто, ты поможешь ему стать лучше, — тихо и не уверенно сказал его друг. Сяо Синчэнь почувствовал облегчение. Значит ничего не произошло, его друг всего лишь был погружен в глубокие раздумья. Но они говорили об этом только вчера, неужели ему в голову уже пришло что-то новое?       — Да? Я не отказываюсь от своих слов. Я не поменял свое мнение, — сказал Сяо Синчэнь. Его друг звучал отстраненно, разговаривал медленнее и тише, чем когда-либо.       — Итак, гипотетически, ты бы помог мне. Если бы я совершил что-то плохое. Ох, наверное, ему не стоит удивляться этому. Сяо Синчэнь знал, что у его друга запутанное прошлое, и неудивительно, если это привело к тому, что он стал причинять боль другим. Но тот факт, что он доверился Сяо Синчэню и хотел загладить свою вину, говорил многом, и он был тронут этим.       — Конечно, мой друг. Что, ты считаешь, ты сделал не так? — спросил Сяо Синчэнь и нежно улыбнулся другу.       — Ха, с чего бы начать, — усмехнулся его друг. Он звучал более уверенно, но в его голосе точно было волнение, будто хрупкий кусок стекла, который может легко разбиться. — Но ты должен поклясться, что поможешь мне. Несмотря ни на что, ты не сможешь потом просто прогнать меня! — продолжил он более неуверенным тоном.       — Я не прогоню, не волнуйся. Я обещаю, что помогу тебе, — сказал Сяо Синчэнь и погладил руку своего друга в надежде успокоить его.       — Хорошо, это хорошо. Ты не возьмёшь свои слова обратно, — более твёрдым голосом сказал его друг.       — Не возьму, — сказал Сяо Синчэнь и убрал руку. Надеясь, что его друг уже чувствовал себя достаточно безопасно, он аккуратно спросил:       — С чего бы ты хотел начать? Как ты думаешь, наиболее важно сейчас рассказать мне?       — Я думаю, легче всего будет просто сказать тебе, кто я. Это многое объяснит.       — …так я знаю тебя? Из прошлого? Кто…       — Да, но ты не спрашивал, так что я не говорил! Так было безопасней, — сказал его друг, задыхаясь от волнения. Кем бы он мог быть? Он не звучал знакомо, Сяо Синчэнь как-то пересекался с ним? Почему его друг не рассказал ему? У Сяо Синчэня возникло чёткое ощущение неправильности ситуации, и он не был уверен, что все ещё хочет услышать ответ.       — Вот, это должно тебе помочь, — сказал его друг. Внезапно его рука схватила руку Сяо Синчэня, что не было бы странным, если бы не то, что это была левая рука его друга. И Сяо Синчэнь знал, что она наверняка травмирована, так как он был очень осторожен с ней. Сяо Синчэнь не сильно задумывался об этом, но, видимо, ему стоило, потому что, ощупав руку друга, он почувствовал искривленные и изогнутые пальцы, которые явно были сломаны и зажили неправильно. А там, где должен был быть последний палец, было пустое место.       — Что? Ты… Что это? — спросил сбитый с толку Сяо Синчэнь. Потому что не могло этого быть. Не могло этого быть. Кого другого он мог знать из своего прошлого, кто бы совершал преступления, кто мог бы быть найденным полумертвым на обочине дороги, кто не стал бы говорить Сяо Синчэню свое имя, у кого отсутствовал бы мизинец на левой руке.       — Сяо Синчэнь, ты ещё не забыл меня, неправда ли? — спросил его друг, и на этот раз он звучал иначе. Голос встал мягче, словно исцелился от боли в горле, а акцент стал более сильным.       — Сюэ Ян. Голову Сяо Синчэня заполнила паника. Почему он был здесь? Разве он не мёртв? Он здесь, чтобы убить его? Почему он остался? И так надолго? Почему раскрывает карты сейчас? Почему, почему, ПОЧЕМУ? Не в силах собраться с мыслями, Сяо Синчэнь резко отшатнулся от него и, обнажив Шуанхуа, направил его на Сюэ Яна — своего друга.       — НЕТ! Ты обещал мне! Ты клялся, что, несмотря ни на что, ты мне поможешь! Ты не можешь сейчас убить меня, просто потому что это я! — Сюэ Ян начал кричать на него, его тон становился все более истеричным. Но он не делал никаких движений, чтобы атаковать Сяо Синчэня. Не слышалось и не чувствовалось появление Цзянцзая. Он оставался там, где стоял все это время. Ему в шею упирался Шуанхуа, а он продолжал проклинать Сяо Синчэня и кричать все больше бреда о лицемерии.       — Заткнись! — сорвался Сяо Синчэнь, не желая больше ничего слышать. — Просто помолчи! Я… Мне нужно подумать, — и, на удивление, Сюэ Ян замолчал, было слышно только тяжелое дыхание. Ровно дыша, Сяо Синчэнь попытался успокоить себя, но он не убирал и не опускал Шуанхуа. Что ему следует сделать сейчас? По какой-то причине Сюэ Яну удалось избежать своей казни, или она была причиной, по которой он лежал раненым на дороге? Он понимал, почему Сюэ Ян скрывал свою личность во время выздоровления, но что потом? Он остался и помогал Сяо Синчэню, вёл себя как его друг и сейчас. Сяо Синчэнь ничего не заподозрил, но ни с того ни сего он просто раскрыл себя? Это не имело смысла. Невозможно, чтобы Сюэ Ян правда захотел измениться. Какой бы ни была причина, ему не стоит принимать импульсивные решения, и для этого он должен собрать свои мысли и обдумать, что ему делать.       — Я не убью тебя, я так не поступаю. Но мне нужно подумать, — сказал Сяо Синчэнь и осторожно опустил Шуанхуа. Он услышал, как Сюэ Ян затаил дыхание. Затем он протянул руку к стоящему перед ним преступнику. — Отдай мне свой меч, я не могу позволить тебе ходить с ним. И я хотел бы, чтобы ты запечатал свое золотое ядро пока что.       — …Хорошо, — неохотно сказал Сюэ Ян, и тут Сяо Синчэнь услышал лязг металла и почувствовал прилив тёмной энергии, ему в руку вложили холодное лезвие. Сяо Синчэнь тут же положил его в свой мешочек цянькунь, и мысли о том, что с ним сейчас делать, он также отложил на потом. Потом он почувствовал, как Сюэ Ян запечатывает свое ядро. — Готово, что ещё? — раздраженно сказал он.       — Мы пойдём обратно в гробовой дом. Ты останешься там, пока я думаю, — решительно ответил Сяо Синчэнь. Еще не убирая Шуанхуа, он направился к Грабовому дому, в его голове был беспорядок.       — Ты меня не свяжешь? — шутливо спросил Сюэ Ян. Так спросил бы его друг, будто бы всё было в порядке, так, как раньше, и будто бы мир Сяо Синчэня просто не рухнул на землю. Его голова гудела, а глаза горели. Все это было просто смешно, когда он думал, что получит что-то постоянное и радостное в своей жизни, но это было разрушено. Сюэ Яном.       — А надо? — жёстко спросил Сяо Синчэнь. Он был не в настроении для шуток. Также он был уверен, что Сюэ Ян не сбежит без Цзянцзая и без воплощения своих планов. — Держись рядом со мной, пошли, — продолжил он и услышал, как Сюэ Ян последовал за ним.

***

Прийдя в гробовой дом, он приказал Сюэ Яну оставаться на месте и ждать его возвращения. А-Цин, к счастью, все ещё была в городе, а если она со своими друзьями, то пробудет там до позднего вечера. Сяо Синчэнь к этому времени вернётся. Он понимал, что не лучшим выбором было оставлять Сюэ Яна одного сейчас, но ему было нужно уйти куда-нибудь, чтобы уложить свои мысли без его присутствия. Немного пройдя от дома, Сяо Синчэнь сел под деревьями и на мгновение просто сконцентрировался на своем дыхании, пытаясь не разрыдаться. Что только что произошло? Всё ощущалось немного нереальным, он не мог думать о своем друге и Сюэ Яне как об одном человеке. Казалось легче разделить их на двух разных людей, представить, что Сюэ Ян пришёл и убил его друга, заняв его место. Было бы так легко злиться на Сюэ Яна за то, что он забрал его друга, о котором он начал слишком много заботиться. Но Сяо Синчэнь понимал, что это неправильно и играть с воображением не было решением. Легче всего было бы просто убить Сюэ Яна, но Сяо Синчэнь не был убийцей и не стал бы никого заставлять им стать. Он должен привести Сюэ Яна в какой-нибудь большой клан, в котором его смогли бы справедливо судить. Но куда? Он не хотел беспокоить маленькие кланы, ведь у них не будет возможности совладать с Сюэ Яном. Ланьлин отпадает, если, конечно, Цзинь Гуаншань не почил. Сяо Синчэнь не был уверен в том, насколько этот клан коррумпированный, и не возьмут ли они Сюэ Яна обратно к себе на работу. Цинхэ тоже не был лучшим вариантом, хоть уже прошло несколько лет со смерти главы клана, он слышал, что его младший брат и действующий глава были не самыми надёжными людьми. Сюэ Ян подвергнет их клан еще большей опасности и найдет возможность сбежать. Юньмэн тоже был не вариантом. Хотя Сяо Синчэнь был уверен, что Саньду Шэншоу отнесётся к этому серьёзно и не позволит Сюэ Яну сбежать, он слышал слухи о пытках против тёмных заклинателей там, и он не думал, что пытки были решением проблем. Тогда оставался Гусу Лань. Сяо Синчэнь никогда не встречал Цзэу-цзюня лично, но, учитывая то, что он слышал, лидер клана был добрым и праведным человеком. Он бы стал судить ситуацию справедливо. И, несмотря на атаку клана Вэнь во время войны, клан Лань был в порядке и достаточно оснащен для того, чтобы сдержать Сюэ Яна. Да, это будет Гусу. Он должен отправить им письмо, потому что было слишком рискованно идти туда всю дорогу вместе с Сюэ Яном. Слишком много возможностей обмануть его. Сяо Синчэнь отправил бы им письмо, что Сюэ Ян находится здесь, и спросил бы, сможет ли кто-нибудь прийти и забрать его. Он бы следил за Сюэ Яном до этого времени. И после этого, все будет снова в порядке, он продолжит свое существование здесь с А-Цин и осознанием того, что он сделал правильное дело и с Сюэ Яном разберутся. Они могли бы продолжать ходить на рынок и на речку как раньше, и он бы продолжил ходить на ночные охоты со своим другом… Внезапно, мысль о том, чтобы ходить на ночные охоты одному, пришла ему в голову. Он будет снова один. А-Цин составляла приятную компанию, но больше в качестве младшей сестры для него, о которой он заботился, чем как компаньон. Холодное чувство распространилось по его телу, мысль о том, чтобы снова быть одному, была невыносима. Но он не может просто оставить Сюэ Яна здесь, как своего друга, преступник не мог им быть, он был непредсказуем и жесток. Что из игры Сюэ Яна в «друзей» было просто ложью? Сюэ Ян сказал, что он хотел искупить свои прошлые преступления и поменяться к лучшему, была ли в этом правда? Сяо Синчэнь сказал, что он поможет любому, кто придёт к нему. Просто Сюэ Ян был единственным человеком, кто ранил его настолько лично, так что это было другое. Но возможно, всё может быть не так, он мог бы дать Сюэ Яну шанс. И если тот не покажет желание действительно поменяться, Сяо Синчэнь мог бы тогда отправить это письмо в Гусу. Он мог бы создать соглашение с Сюэ Яном и потребовать правду, почему он хотел измениться, потому что это не могло просто прийти из ниоткуда. Удовлетворённый своими умозаключениями, Сяо Синчэнь медленно встал и направился обратно к гробовому дому. Его голову заполняли вопросы.

***

Сюэ Ян ждал и скучал в гробовом доме, пока Сяо Синчэнь вернётся. Все могло бы пройти лучше, но также могло быть и гораздо, гораздо хуже. По крайней мере, не пролилась кровь. Сяо Синчэнь был зол, его можно было понять, но ему просто нужно было время, чтобы совладать с собой, и все снова встанет на свои места. Может быть, это также поможет его даочжану осознать, как легко им воспользоваться и сделает его более осторожным. Но если нет, тогда Сюэ Ян будет рядом, чтобы присмотреть за Сяо Синчэнем. Только ему разрешалось пользоваться этой никогда нескончаемой добротой. Послышались тихие шаги снаружи дома, и вскоре Сяо Синчэнь вошёл в дверь. Он всегда ходил так, будто бы едва касается земли или ходит по облакам.       — Сюэ Ян? — спросил Сяо Синчэнь и Сюэ Ян не смог распознать его тон, но в нём не было ни злости, нет отвращения, так что все было хорошо. И было поразительно слышать свое имя сказанным вслух спустя столько времени.       — Даочжан, ты закончил свои раздумья? — весело сказал Сюэ Ян и поднялся. Рот Сяо Синчэня был сжат в тонкую линию, но он не атаковал. Медленно выпуская воздух, он спросил:       — Почему ты здесь?       — Ты сказал мне ждать тебя здесь.       — Нет, почему ты вообще здесь? Почему когда ты был ранен и я нашел тебя… Почему ты остался и ничего не сделал?       — Если ты хочешь знать, почему я был выброшен на обочину именно этой дороги, то я тоже не знаю. Видимо, Цзинь Гуанъяо устал от меня и ему захотелось от меня избавиться. Я остался, потому что был на грани смерти и нуждался в безопасном месте, — легко сказал Сюэ Ян.       — Ты выздоровел уже в прошлом году и всё равно остался. Почему ты не попытался убить меня? Я думал, это то, чего ты хотел. Почему ты раскрыл всё сейчас? — спросил Сяо Синчэнь, и звучал он при этом раздраженно. Твою мать, у него столько вопросов.       — А почему ты не убьешь меня сейчас? — в ответ спросил Сюэ Ян.       — Я не убийца, — сказал Сяо Синчэнь более недовольным голосом. И, возможно, Сюэ Ян был бы оскорблён обвинительным тоном, но это было неважно в тот момент.       — Что ж, я теперь тоже, — усмехнулся он. — Я просто решил, что хочу стать лучше. Ты знаешь, вся фигня, про которую ты говорил вчера.       — У меня есть причины сомневаться, это просто пришлось из ниоткуда, — сказал Сяо Синчэнь. — Я не знаю, что с тобой делать: верить тебе или сообщить какому-нибудь клану, чтобы они смогли прийти и разобраться с тобой. Что?! Нет, Сяо Синчэнь не мог так просто избавиться от него, отбросить его в сторону, словно Сюэ Ян ничего для него не значил. Он почувствовал, как его лицо скривилось в гримасе.       — Только попробуй отправить меня к этим ублюдкам. Я заставлю тебя убить меня до того, как они придут сюда! Серьёзно, позволь мне остаться и я буду делать всё, что ты мне скажешь. Но если ты попробуешь привести меня к этим придуркам, я буду драться, пока у тебя не останется другого выбора, кроме как убить меня! Теперь Сяо Синчэнь был сбит с толку. Что в этом такого непонятного? Сюэ Ян не собирался быть отброшенным в сторону, чтобы с ним разбирались какие-то ничтожные рожи. При худшем раскладе, его бы заперли в какой-нибудь холодной клетке до конца его жизни, и ничего не было хуже этого. Или, может быть, он был бы казнённый на этот раз, и какие-нибудь дворянские мудаки получили бы и привилегию убить его и хвастаться этим каждому, кто стал бы слушать. Нет, если кто и мог бы убить его, то это был бы Сяо Синчэнь.       — Я просто не понимаю, почему ты хочешь оставаться здесь. Я думал, что ты ненавидишь и хочешь убить меня. Теперь ты хочешь жить со мной и исправиться? Я слегка растерян, — спустя какое-то время сказал Сяо Синчэнь.       — Ну, я этого больше не хочу, звучит скучно, а это кажется интереснее, — ехидно проговорил Сюэ Ян. Он мог поменять свое мнение насчёт некоторых вещей, а когда ему однажды это наскучит, тогда он может снова передумать и убить его. Но, как и в прошлый раз, мысль о том, что Сяо Синчэнь будет мертв, окровавленный и обездвиженный, вызывала в нём холод. Выражение лица Сяо Синчэня поменялось, будто бы он кое-что понял. Он смягчился. Разве Сюэ Ян сказал что-то странное?       — Хорошо, так… я позволю тебе остаться здесь, а ты будешь пытаться искупить свои прошлые преступления? — в конечном счёте спросил даочжан.       — Конечно, — ответил Сюэ Ян. Он всё ещё обманывал его. Просто хотел укрепить свою позицию. Его не волновало искупление или исправление своего прошлого. Он не сожалел о своих поступках и особенно не думал о помощи кому-либо, но если Сяо Синчэнь этого хотел, тогда он может пока с этим жить.       — Мм, тогда, у меня есть правила для тебя, или требования, чтобы это сработало, — сказал Сяо Синчэнь, и звучало это лучше. Сюэ Ян почувствовал, как напряжение уходит из его тела, все возвращалось под его контроль.       — Это честно. Ты знаешь мои требования, так что говори свои.       — Ты не можешь убивать никого, даже не пытайся. Это моё самое важное правило, нарушишь его — и я тут же отправлю письмо в Гусу, чтобы они пришли за тобой, — начал Сяо Синчэнь. Сюэ Ян сможет соблюдать это, всё равно не было никого, кого он хотел бы видеть мёртвым прямо сейчас.       — Ты не можешь причинять вред никому, только если это сильно необходимо, но в таком случае, необходимо предотвратить более серьезный вред этим. Ты понимаешь? — продолжил Сяо Синчэнь. — Итак, никакого прямого вреда никому, и непрямого тоже, не начинай драки, не порть чужую собственность, не рань животных без причины и не используй тёмные заклинания.       — Конечно, конечно, — сказал Сюэ Ян. Всегда существовали другие способы как навредить людям.       — И последнее на сегодня: не ври мне больше. Я знаю, что ты искусный лжец, я не смогу определить, когда ты лжешь. Но если я об этом узнаю, тогда мне придётся ещё раз обдумать, что с тобой делать. И ещё: я оставлю себе твой меч, — закончил свою речь Сяо Синчэнь. Сюэ Ян мог с этим справиться.       — На сегодня? То есть когда ты добавишь новые правила, ты расскажешь мне о них или просто накажешь меня после того, как я их нарушу? — спросил Сюэ Ян.       — Что? Нет, в этом нет смысла. Если я придумаю что-то ещё, я скажу тебе об этом. Ты сможешь согласиться с ними или нет, — сказал Сяо Синчэнь. Он был оскорблен вопросом Сюэ Яна. Его наивность забавляла, просто не верилось, что такие люди существуют.       — Хорошо, тогда я согласен, — сказал Сюэ Ян и улыбнулся. Все шло хорошо, его даочжан оставался слишком наивным. Такое доверие к Сюэ Яну это доказывало. Он был согласен с их соглашением. По крайней мере, пока ему не станет скучно.