Лань и пантера

Аяла смертельно устала, но уснуть не смогла. Она свернулась в постели, поджав колени к груди, пытаясь забыть о пульсирующей тревожности, которую стимулировал кофеин, голод и случившееся в библиотеке. На короткий миг она даже захотела сбежать. Просто выпрыгнуть в коридор и бежать сломя голову. Она скучала по ночам в своем лесном домике. По тем моментам, когда звезды касались её лица, а ветер развевал волосы. Но рассудок работал даже в условиях общей тревожности, поэтому она осталась в кровати, меланхолично ожидая рассвета. Утром Аяла посетила столовую. Лениво окинув взглядом то, что солдатам давали на завтрак — салат из крупно нарезанных овощей, куриная грудь, березовый сок, кофе и какой-то шоколад, она решила продлить голодовку. Не то чтобы еда была отвратительной, нет. Все выглядело съедобно и даже пахло вкусно, просто она любила искушать судьбу и…Перл Торн. Ей было интересно как далеко она сможет зайти в своем голодном протесте против CRM. Взяв стакан березового сока и чашку кофе, она приземлилась за стол. Не прошло и минуты, как рядом села её ненаглядная, в уголках губ Перл играла улыбка. Торн с нетерпением ждала разговора, желая увидеть, как Аяла отреагирует на нее. Все же это был их первый совместный завтрак за последние три недели. — Привет, — мягко сказала она, глядя на нее краем глаза, — как ты себя чувствуешь сегодня? Аяла подняла на неё усталый взгляд. Руки тряслись от кофеина и голода. — Здравствуйте, старший сержант-майор. Все хорошо, благодарю. А вы как? Ночь наверное была насыщенной. Перл внимательно изучала Аялу, ее взгляд задержался на дрожащих руках. — Я в порядке, спасибо. Но я вижу, что ты – нет. Твои руки дрожат, — она осторожно взяла руку Аялы в свою, сжимая ее, — тебе нужно поесть. Аяла искосо посмотрела на их переплетенные вместе пальцы. Кофе с молоком. «Отвяжись, Перл Торн». — Я не голодна, старший сержант-майор. Перл наклонилась ближе, ее голос стал более мягким и интимным: — Пожалуйста, позволь мне позаботиться о тебе. Аяла прищурилась, отнимая руку. — Я. Не. Голодна. Она схватила свой стаканчик с кофе и направилась к выходу из столовой. В квартире Аяла сняла с себя верхнюю одежду, оставшись только в одних трусах. Было жарко. Внутри. Она плюхнулась на кровать. Спустя мгновение она услышала, как её дверь кто-то открывает. Дверь, которую она закрыла на ключ. У кого есть ключ…? Аяла тут же прикрыла одеялом обнаженные части тела, пялясь на выход. Это была Перл с подносом еды. Аяла нахмурилась, едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза.Торн тихо закрыла за собой дверь. Она молча подошла к кровати и поставила поднос на тумбочку. Ее взгляд смягчился, когда она увидела изможденное лицо Аялы. Она присела на край кровати, пальцами осторожно убрала прядь волос с её лица — уже фирменный жест. — Тебе нужно поесть. Аяла сонно посмотрела на тарелку с едой. — Я не ем мясо, — она наивно заартачилась, пытаясь выбить себе время. — Хорошо, мясо можешь не есть. Тут есть салат, — Перл наколола кусок помидора на вилку, — открывай рот. — Я бы предпочла услышать этот приказ в других обстоятельствах, — саркастично ответила Аяла. Перл вскинула бровь, в уголках ее губ заиграла ухмылка. — Правда? Буду иметь это в виду. А теперь открой рот, пока я тебя не заставила. — Что, правда заставишь? — Не испытывай меня, — Торн наклонилась к ней. Аяла мотнула головой. Старший сержант-майор протянула руку и осторожно взяла ее за подбородок, откидывая голову чуть назад. — Я буду считать до трех. Раз...— она слегка сжала подбородок, ее глаза потемнели, — Два... Аяла дернулась, хватаясь обеими руками за руку Перл, которой она удерживала её лицо. На сопротивление почти не было сил. Она зарычала: — Отпусти, блять. — Три. Торн сняла кусочек помидора с вилки и пальцами затолкала его ей в рот, другой рукой сильно надавила на челюсти. Когда Аяла проглотила его, она покровительственно улыбнулась. — Ну вот, это было не так уж плохо, правда? — Какого хрена?! — гневно зашипела Аяла. — Давай, съешь весь салат, — Торн проигнорировала её приступы бешенства. Аяла отчаянно все съела, не желая повторять акт пищевого насилия. Но это не означало, что она не припомнит Перл эту выходку. Она обязательно вернет ей все с лихвой в самый удобный момент. — Хорошая девочка…— Торн наклонилась и нежно поцеловала Аялу в лоб, ее пальцы нырнули в её волосы, —…я люблю твои мягкие волосы. Аяла сцепила зубы, чтобы не сказать чего-нибудь, о чем она пожалеет. Вместо дерзости, пользуясь моментом, она выхватила ножик из нагрудного кармана Торн. Перл быстро среагировала, схватив Аялу за запястье. У Перл рефлексы как у кошки, она проворная и быстрая. — О нет, не сегодня. Она толкнула Аялу на кровать, сжав ее запястья над головой. Нависнув над ней, вдавила в матрас, обездвиживая. Аяла, кажется, даже дышать перестала. Раз. Два. Три. Она нервно посмотрела на Торн. В её глазах блеснул гнев. Кровь прилила к её щекам — да что там, затопила их. Её шея и щеки запылали даже ярче глаз. Она стиснула зубы. Четыре. Пять. Шесть. С трудом вздохнув, она попыталась выдохнуть ярость, кипящую внутри. Её рот наполнился слюной. Зрение затуманилось. Семь. Отцовский голос, словно эхо из прошлого, прозвучал в ее голове: "Только ты управляешь собой, Аяла. Не позволяй гневу брать вверх. Сделай глубокий вдох, сосчитай до десяти – и ты справишься". И она подчинилась. Жгучее пламя в щеках утихло. Дыхание стало ровным. Она разжала пальцы и отпустила нож. Перл медленно выпустила запястья Аялы, нежно поглаживая покрасневшую кожу на них. Она спрятала нож обратно в карман. Аяла натянула на себя одеяло, отводя взгляд. На мгновение Перл замешкалась, не зная, уйти ей или остаться. Ее сердце болело от желания утешить Аялу. Она осторожно легла на кровать рядом с ней, натягивая на себя одеяло. Положила голову ей на плечо, обхватила ее за талию руками, притянув к себе. — Перл… Аяла была обескуражена её ласковым и дипломатичным поведением. Она замерла, не зная что сделать или сказать. Когда Торн вела себя так, Аяле хотелось забыть о сопротивлении. Забыть о побеге. Забыть о свободе. Она отмахнулась от этих мыслей. Нет. Нет. Нельзя сдаваться. Золотая клетка CRM не обманет её. — Тебе разве не нужно…на твои эти военные дела? Ты же старший сержант-майор. Перл прижалась к Аяле, наслаждаясь теплом ее кожи. Пальцы вычерчивали ленивые узоры на её животе, прикосновения были легкими и нежными. Аялу захлестнул жар. — Сейчас моя единственная обязанность — это прекрасная молодая женщина в моих объятиях, — она наклонилась, чтобы поцеловать Аялу в угол челюсти. И тут до Аялы дошло. Обязанность. Обязанность от CRM. Она вздрогнула, посмотрев на Торн холодными глазами. — Я — твое задание, да? Ты типа нянька для имунной, да?! Тело Перл напряглось, когда пришло осознание ошибки в формулировке. Она подняла глаза на Аялу, встретив ее холодный взгляд. — Это...не совсем так. Да, CRM поручили мне присматривать за тобой и обеспечивать твою безопасность. Но... — Она колебалась, ее разум метался в поисках нужных слов, чтобы объясниться. Она сделала глубокий вдох, ее голос стал тише. — Ты мне небезразлична. — Спать со мной тебе тоже поручили? — Аяла резко села на кровати, придерживая одеяло на груди. Её гневный взгляд сверлил Торн. —Отвечайте честно, старший сержант-майор. — Нет! — она воскликнула, садясь рядом с Аялой, — Конечно, нет! Это был мой собственный выбор. Выбор, о котором я не жалею. Мои чувства к тебе — это не часть миссии CRM. — Она взяла руку Аялы, большим пальцем проводя по костяшкам. — Мои действия по отношению к тебе продиктованы моими собственными желаниями. С первого момента, как я увидела тебя, я не могла оторвать от тебя глаз. Я хотела тебя. Во всех смыслах. Аяла по привычке бросила взгляд на ножи на груди Торн, прежде чем встать с кровати, чтобы одеться. — Не пялься, — рыкнула она, натягивая рубашку. Торн нагло посмотрела на неё, её сердце щемило от холода Аялы. Встав за ней, она обвила её тело руками. Пальцы осторожно взяли подбородок и развернули ее голову, чтобы встретиться взглядом через плечо. — Я ничего не могу с собой поделать. Меня тянет к тебе. Каждый раз, когда ты рядом, мой разум как будто пустеет, как будто в мире нет ничего, кроме тебя. Разве ты тоже этого не чувствуешь? У Аялы внутри екнуло. Она поджала губы, но взгляд не дрогнул. Лицо оставалось бесстрастным. Конечно, она чувствует. — Чувствую, — едко процедила она. Вывернувшись из её объятий, Аяла приземлилась в кресло. Сердце Перл затрепещало от ее признания. Она достала из кармана небольшой пакет. С улыбкой протянула его ей. — У меня есть кое-что для тебя. Аяла тихо развернула пакет, в нем была маленькая коробочка с кольцом. — Ты делаешь мне предложение? — чтобы разрядить атмосферу, она усмехнулась, — Аяла Торн – звучит неплохо. Перл тихонько засмеялась. — Нет, это скорее подарок. Я хотела подарить тебе что-то особенное, символ нашей связи. Оно выковано из пули, которой я тебя подстрелила. Я знаю, это звучит странно, но мне хотелось превратить что-то болезненное в нечто прекрасное. — Это военная романтика? — Аяла приподняла бровь, крутя в пальцах кольцо. — Не знаю. Может быть, — Перл сделала паузу, ее взгляд был сосредоточен на кольце в руке Аялы. Молчание затянулось на мгновение, ее ум метался в поисках нужных слов. — У нас уникальная связь, Аяла. Связь, скрепленная тьмой и насилием. Но в этой тьме расцвело нечто прекрасное и неожиданное. Я никогда не испытывала ничего подобного. Я никогда...— она сделала паузу, ее голос слегка дрожал, — никогда…— она оглянулась на Аялу, ее дыхание перехватило в горле при виде кольца на ее пальце, — я никогда раньше не испытывала такой глубины чувств, никогда не чувствовала такой связи с другим человеком. Это ошеломляет, но в самом лучшем смысле, — она сделала глубокий вдох, ее голос стал тише, — мое сердце в твоих руках, Аяла. Пожалуйста, будь с ним помягче. У Аялы все сжалось внутри от такого признания. Это стратегия или…? Или…Перл действительно чувствует именно то, о чем сказала? Аяла оглядела её лицо, Перл смотрела щенком. Маленьким уязвимым щенком. Аяла поджала губы, подошла к ней и поцеловала в щеку. — Спасибо, Перл. Она замерла, дыхание перехватило в горле. Ощущение губ на коже разожгло в ней огонь, сердце затрепещало в груди. Она коснулась место поцелуя, ее пальцы слегка дрогнули. — Все, что угодно для тебя. Что угодно. — Все, что угодно, но только не свобода? — Ты же знаешь, я не могу этого сделать, — Перл сделала глубокий вдох, ее глаза наполнились смесью разочарования и беспомощности. — Я знаю. И я этого не прошу. Больше не прошу. — Хорошо. Я рада это слышать, — она почувствовала облегчение от того, что Аяла, кажется, понимает ее позицию, что она не ожидает, что Перл бросит вызов СRM. Они переместились на диван. Торн рассказала Аяле о том, как она попала в CRM. Она узнала обо всем: о прошлом морпеха, о буднях консигнатора и о том, как Торн стала старшим сержант-майором. Закончив, Перл откинулась назад, ее тело расслабилось. В каком-то смысле то, что она открылась Аяле и поделилась частичкой своей души, освободило ее. Она подняла взгляд, чтобы изучить её лицо на предмет осуждения или презрения. Но все, что она увидела, — это спокойное созерцание и понимание. В конце концов, они не такие уж и разные. Наверное. Перл вздохнула, ее лицо погрустнело, когда она посмотрела на часы на стене. — Долг зовет, — она встала, неохотно покидая уютное присутствие Аялы, — ты справишься здесь одна? — Конечно. Перл улыбнулась, кивая в знак признательности. Она бросила еще один долгий взгляд на Аялу, прежде чем выйти из квартиры. — Хорошо. Я вернусь как только смогу. Оставайся в безопасности. Она вышла в коридор и закрыла за собой дверь с тихим щелчком. Аяла вздрогнула, поняв, что Торн закрыла её на ключ. Она бросилась к прикроватной полке, обнаружив, что и её ключ старший сержант-майор тоже утянула с собой. Она вздохнула, закатывая глаза. Мариноваться в квартире весь день не входило в планы. Что ж, придется взломать замок. Благо, отец её этому учил. Она достала шпильку, которую преднамеренно украла у Перл еще тогда, в библиотеке, на мгновение погрузилась в произошедшее между ними, слегка краснея, а потом направилась к двери. Немного возни и она открыта. «В конце концов, могу же я погулять по территории? Не помню, чтобы это было мне запрещено». На улице было полно солдат. Аяла жалась по углам, чтобы избежать ненужного внимания. К счастью, они были слишком увлечены своими делами и её не замечали. Аккуратно озираясь, чтобы не наткнуться на Перл, она заскочила на склад с форменной одеждой прежде, чем её кто-либо успел заметить. Найдя более-менее подходящий комплект и шлем, она переоделась. Форма была несколько большевата, но не критично. Если не будет снимать шлем, то её никто не заподозрит. Аяле очень хотелось посмотреть на консигнаторов. Она знала их примерное расположение, поэтому, ориентируясь на машины, решила добраться туда пешком. Дорога заняла около 45 минут. Подойдя к черте города, она улыбнулась самой себе. Это то самое место. Исподтишка наблюдать было куда безопаснее, невзирая на то, что она была в форме, а лицо закрывал шлем. Сердце замерло. Она увидела Перл, рядом с ней стоял высокий мужчина. Они говорили с какой-то женщиной-консигнатором. Аяла отметила, что Торн смотрела на эту женщину недоверчиво, а мужчина рядом…избегал зрительного контакта? Она подобралась ближе. Тут за спиной раздался мужской голос. — Солдаты CRM не подслушивают чужие разговоры. Назовите себя. Аяла замерла, волосы на шее встали дыбом. Она должна была вернуться обратно. Всё её существо кричало бежать, спасаться, уносить ноги. Но она подавила в себе этот порыв и, вместо того чтобы сорваться с места, обернулась и посмотрела на мужчину, стоявшего позади. — Сержант Берг. — У нас таких нет, — прорычал мужчина, — сними шлем. Прежде чем она успела хоть как-то отреагировать, он уже навалился на нее, схватив ее руки стальной хваткой и грубо потащил за собой. Сопротивление было бесполезным, она ощутила это всем своим телом. Он был слишком силен, слишком массивен. Оставался лишь один выход. Она двинула ему коленом между ног. Сгибаясь от боли, мужчина застонал, его пальцы разжались. Вырвавшись — и заодно швырнув ему в лицо свой шлем, — Аяла кинулась к первому попавшемуся на пути складу. Когда мужчина ухватил ее за рукав форменной куртки, она молниеносно рванула застежку, расстегнув куртку. Но солдат бежал за ней и дальше, и шаг у него был почти втрое шире ее… На складе он схватил ее за запястье. Аяла рванулась к коробкам с трезубцами для консигнаторов, уронив одну на него. Воспользовавшись его замешательством, она извернулась, пытаясь освободиться, но он тут же снова ринулся следом и схватил ее за воротник рубашки. Они вцепились друг в друга, безуспешно пытаясь сохранить равновесие. А потом упали прямо на стенд. Оглушительный грохот. Аяла уже решилась отбросить все предосторожности и просто кинуться бежать, но подняв взгляд, её сердце остановилось. На склад вошел генерал-майор Билл со своей свитой. Борода с проседью, глаза — холодно-голубые. Они слегка расширились, когда он оглядел Аялу — растрепанные волосы, красное лицо, бешеный взгляд — а затем сощурились, когда он оценил беспорядок вокруг. Он едва заметно кивнул мужчине. — Отпустите её, сержант Рид. Он протянул руку Аяле. Она положила свою маленькую ладонь в его, удивляясь, какой нежной была его хватка. — Ты ранена? Аяла мотнула головой. В тот же миг на склад вошла Перл Торн. Сердце Аялы пропустило удар. — Генерал-майор Билл, — скрипя зубами, начала она, — Аяла. Аяла осмелилась посмотреть на Перл лишь на мгновение. Билл кивнул Торн и снова посмотрел Аяле в глаза. Оглядел ее лицо, смягчился — будто взвесил ее на весах и нашел очень легкой. Он заложил руки за спину. — Так, значит, ты и есть наш золотой билет. Аяла кивнула, не смея вздохнуть. Торн напряженно молчала, ожидая, когда Билл позволит ей заговорить. — Что случилось, Аяла? — тон генерала был спокойным. — Я хотела посмотреть на консигнаторов. Случилось недопонимание. Наверное…сержант Рид принял меня за какую-нибудь шпионку или…не знаю. Я попыталась сбежать. Ну, вот мы и оказались здесь. Она говорила неуверенно, боясь, что из-за неё Перл влетит. Её глаза бегали по лицу генерала. Билл приподнял бровь и отпустил сухой смешок. Он бросил короткий холодный взгляд в сторону сержанта Рида. У Аялы от этого взгляда побежали мурашки. — Старший сержант-майор Манхур, сопроводите его со склада. Женщина, стоявшая по правую руку от генерала, взяла мужчину под локоть и вывела его со склада. Воздух будто стал электрическим. Аяла бросила женщине вслед любопытный взгляд, отмечая её внешнюю привлекательность. Перл заметила этот взгляд, слегка сжав челюсть. Слабый укол ревности? — Без сомнения, он подумал, что ты выглядишь подозрительно в форме CRM, которая на два размера больше. Но я ценю твою честность, Аяла, — Билл обратился к ней снова. Аяла бросила свой фирменный невинный взгляд на Перл. В её глазах читалось короткое «прости». Выражение лица Билла смягчилось при виде умоляющего взгляда Аялы на Торн. Он слегка усмехнулся, а затем кивком головы обратился к её старшему сержант-майору. — Думаю, девушка находится под вашей опекой, да? Перл кивнула. — Так точно, генерал. — Инцидент исчерпан. Он бросил последний взгляд на Аялу, выражение его лица было мягким мгновение, затем он вернулся к своей обычной властной манере и кивнул ей. — В следующий раз смотри, куда бежишь, золотая. Он вышел со склада, оставляя Перл и Аялу наедине. Торн повернулась к ней, выражение ее лица было суровым, но не без понимания. — Тебе следовало остаться в квартире. Я предупреждала тебя, что выходить на улицу опасно, — она скрестила руки на груди, оглядывая Аялу с ног до головы, — и ты украла форму? Серьезно? — Зачем ты закрыла меня на ключ? Аяла напала в ответ, — я не могу сидеть в четырех стенах вечно! Что может со мной случится на улице? Тут же только армия CRM! Взгляд Перл ожесточился. — Ты не понимаешь насколько важна твоя безопасность. Ты нужна нам живой и невредимой. Риск слишком велик. Кроме того...— она понизила голос, обвела глазами склад, чтобы убедиться, что они одни, прежде чем продолжить, — лучше, если другие солдаты не будут знать о твоем положении. Внутри Аялы трепетало раздражение. — Так я – секрет? Кто еще знает, кроме тебя и генерала?! Перл на мгновение замешкалась, слегка сжав челюсть. — Несколько высокопоставленных офицеров и сержантов были проинструктированы. Они должны знать твою личность и твою важность для CRM. Но они понимают необходимость соблюдения секретности. Только несколько человек знают о твоем иммунитете, и все они поклялись хранить тайну, — она посмотрела на Аялу измученно, — это не личное. Это для твоей же безопасности. — Я…я не знала. Никто мне особо не объяснял как тут все работает. Прости. Перл слегка смягчилась и ее взгляд стал менее холодным. — Я понимаю, что ты все еще адаптируешься. Я должна была объяснить это лучше с самого начала, — она сделала шаг навстречу, осторожно положив руку ей на плечо, — Просто...пообещай, что будешь оставаться в квартире, пока меня не будет рядом. Ради твоей же безопасности. Аяла вздохнула. — Хорошо. Взгляд Перл блуждал по надетой на неё форме, она ухмыльнулась. — Тебе идет...но она немного великовата. Аяла закатила глаза. — Генерал мне это уже сказал, спасибо. Перл засмеялась, забавно покачивая головой. — Ну, я не могла этого не сказать. Все равно это довольно мило. Я рада, что ты...в порядке. Когда я увидела тебя, я подумала...— она сделала паузу, выражение лица стало более серьезным, — я волновалась за тебя. — Я в порядке. А вот…— до Аялы дошло, что сержант Рид не знал кто она, —…что будет с тем сержантом, который «напал» на меня? Перл слегка напряглась в ответ на вопрос Аялы. Его «уберут». Секретность превыше всего. На мгновение она задумалась, стоит ли приукрасить действительность или рассказать ей холодную правду. — В CRM существуют строгие протоколы, касающиеся неподчинения и угроз безопасности. Сержант, напавший на тебя…скорее всего будет привлечен к дисциплинарной ответственности, включая снятие с должности. Она на мгновение замерла, опустив взгляд в пол. Это не совсем вся правда. Аяла заметила эту перемену, но промолчала, закусив язык и прищурившись. Слишком много потрясений за один день. — Наверное мне нужно вернуться в квартиру, — сухо констатировала она. — Да. Я провожу тебя. Они сели в машину. Перл посмотрела на Аялу, на мгновение задерживая взгляд на ее лице, прежде чем завести ее. Ее разум все еще боролся с ситуацией, пытаясь выбрать наилучший вариант действий. Как только они оказались в квартире, она повернулась к Аяле, ее голос стал более суровым. — Пока оставайся здесь. Мне нужно поговорить с генералом. — У тебя будут проблемы из-за меня? — тревожно спросила Аяла. На мгновение Торн замешкалась. — Нет, — она успокаивала ее твердым, но мягкий голосом, положив руку ей на плечо, — просто оставайся здесь, хорошо? Я не буду долго отсутствовать. — Ладно, — тихо ответила Аяла, садясь на кровать, — я тебя жду. Приходи, ладно? — Конечно. На переговорах с генералом Перл узнала, что она идет на повышение до офицера. Она получила новый инструктаж по поводу Аялы. В разговоре они обошли стороной судьбу сержанта Рида, понимая, что его имя можно уже стереть из памяти и истории CRM. Наконец, она вернулась в квартиру. — Привет, — Торн вошла в комнату и со щелчком закрыла за собой дверь. Аяла сидела на кровати. У неё шумело в ушах, щеки налились румянцем. Глаза были дикими. Температура повышена. Во время отсутствия Торн она выкрутила все свои чувства и эмоции на максимум, копаясь в своей голове в поисках плана для выживания, для побега, для жизни вообще. Она перестала понимать себя. Перестала понимать жизнь и свои мотивации, перестала понимать чего она на самом деле хочет. Ей нравилась Торн, но также ей нравилось, когда ей не диктуют как жить, когда ее не контролируют и не задают лишних вопросов. Ей нравилась свобода. — Трахни меня, Перл Торн. Сейчас. Перл замерла, выражение ее лица изменилось от замешательства к удивлению, а затем к резкому беспокойству. — Что? Ты...? — она подошла ближе, приложила руку ко лбу Аялы, проверяя, нет ли жара, — Ты вся горишь...Ты хорошо себя чувствуешь? — Нет. Нет, — Аяла сползла с кровати, приземляясь на колени. Она уткнулась лицом в ладони Перл, — Просто возьми меня. Перл колебалась, ее сердце колотилось от волнения и желания. Она нежно взяла лицо Аялы в свои руки. — Аяла...Мы не должны...Ты плохо соображаешь. — Ты же хотела, чтобы я осталась на твоей стороне, — Аяла целовала пальцы Перл, — ты хотела…ты забрала мой дом. Мою свободу. Мой ум. Возьми тогда остатки моей невинности. Возьми мою душу. Перл посмотрела на Аялу, в ее глазах плескалось опасное желание. — Ты уверена? Я не буду нежной. — Я и не прошу нежности. Ты не бываешь нежной, когда отнимаешь что-то. Волна желания захлестнула Торн. — Хорошо. Но потом не говори, что я тебя не предупреждала. Она притянула Аялу к себе, прижалась к ее губам глубоким, голодным поцелуем. Ее язык скользнул в рот, захватывая его с яростным желанием. Она толкнула Аялу на кровать, последовав за ней, как хищница за своей жертвой. Перл крепко прижалась к Аяле, пальцы обхватили ее запястья, удерживая их над головой. Губы и язык двинулись вниз по её челюсти. Аяла подчинилась. У неё не было сил на борьбу. Она начала расстегивать свою рубашку трясущимися пальцами. Перл с ожесточением следила за каждым её движением, взгляд горел, прослеживая путь каждой расстегнутой пуговицы на рубашке. Она параллельно сняла с себя сначала водолазку, потом топ. Аяла прижала пальцы к подтянутому сухому прессу Торн. Следом пошли брюки и нижнее белье. — Скажи это, — Перл потребовала хриплым и властным голосом, — я хочу услышать, как ты это скажешь. — Я хочу тебя. Торн оседлала Аялу. Она снова захватила ее губы яростным поцелуем, руками блуждая по обнаженной коже. Дрожь пробежала по её позвоночнику, когда Аяла наконец стянула с себя рубашку, обнажая грудь. Ее глаза блуждали по ее телу, впитывая каждый дюйм. — Такая красивая, — прошептала она, ее голос был хриплым и полным благоговения. Она поцеловала Аялу в губы, рукой скользнув между ее ног. Та смущенно отвернулась. Рука Торн остановилась, чувствуя отсутствие влаги. Она с беспокойством посмотрела ей в глаза. — Ты недостаточно мокрая, — мягко сказала она, в голосе слышались нотки нежности. — Масло, слюна...что угодно, Перл. Сделай это, пока моя голова не работает, — взмолилась Аяла. В глазах Торн промелькнуло сомнение. — Ш-ш-ш...Я все исправлю. Она наклонилась, и ее рот нашел мягкую плоть шеи Аялы. Она покусывала и посасывала её, оставляя на коже следы засосов. Руки обхватили грудь Аялы, нежно массируя и разминая её. — Черт, — Аяла прогнулась в пояснице, тихо застонала, её соски напряглись. Перл улыбнулась. Ее губы двинулись вниз, целуя шею, ключицы, мягкую плоть груди. Она протянула руку и взяла с прикроватной тумбочки небольшой контейнер с кокосовым маслом, которым Аяла по утрам полоскала рот и напитывала кончики волос. Чертово кокосовое масло. Перл пришлось изрядно побегать, чтобы добыть его для неё. Хорошо, что в итоге добыла. Сердце заколотилось в предвкушении, когда пальцы погрузились в подтаявшее от комнатной температуры масло. Она опустила голову, ее рот скользнул по животу, прокладывая влажную дорожку из поцелуев. Ее рука нашла место, так нуждавшееся во внимании, пальцы заскользили по нежной коже, распределяя там масло. — Давай, Перл, — шепнула ей Аяла. — Скажи это еще раз, — Торн требовала, ее прикосновения становились более смелыми, более настойчивыми, — Скажи. Мое. Имя. — Перл… Звук собственного имени на языке Аялы — как укол адреналина. Желание нарастало. Она снова захватила ее губы, язык проник в рот, а пальцы наконец заскользили внутрь. Она не торопилась, поглаживая и кружась пальцами по нежной коже. — Черт, — зашипела Аяла, сведя ноги вместе, — черт. Она напряглась. Её тело и разум сопротивлялись. Абсурдное влечение — вот как она окрещивала любую страсть. Абсурд, доведенный до одержимости. И сейчас она стала заложницей этой страсти. — Расслабься, — прошептала Перл, ее голос успокаивал, — я рядом, просто расслабься. Она продолжила свои ласки, ее пальцы двигались все настойчивее. Она провела большим пальцем по её клитору, поддразнивая. Аяла дернулась, прогнувшись в пояснице. В Перл разгорелось первобытное удовлетворение. Вид ее, такой отзывчивой, вызвал в ней волну собственничества. — Вот так. Поддайся, — пробормотала она, и ее пальцы скользнули глубже. Уставшая Аяла просто обрушила на себя расслабление, закрыв глаза. Её руки вцепились в Торн, слабо царапая её спину заточенными коготками. Перл наблюдала за ней, жадно вбирая в себя каждую деталь — трепет ресниц, вздымающуюся и опускающуюся грудь, слегка приоткрытый рот. Ее собственное тело отвечало ей тем же, тепло разливалось по животу. Пальцы продолжали двигаться в ровном ритме внутри. Аяла поморщилась, стиснула зубы и зашипела, когда движения пальцев Торн стали более резкими. Неприятно. У неё на лице заиграли жевалки, она распахнула глаза, сжав пальцы на предплечьях Перл. Торн опешила от такой резкой перемены. — Что случилось? Я была слишком груба? Она осторожно убрала пальцы, этой же рукой успокаивающе погладила её по щеке. Аяла остановила руку Торн, почувствовав металлический запах крови. Перл в замешательстве наморщила лоб. Она отдернула руку. Выскочив из-под нее, Аяла зашипела как злобная кошка. Торн не успела её схватить, и она набросилась на неё. Внезапное движение застало её врасплох. Аяла была быстрой, но Перл была сильнее. Она обхватила руками её плечи, пытаясь удержать. Аяла будто даже не заметила этого. Перл прижала её к себе, чувствуя острую боль от впивающихся в кожу ногтей. — Ш-ш-ш, — зашептала она, прижимаясь теплым дыханием к уху Аялы, — просто дыши, Аяла. Дыши. Она билась в её руках. — Что, не нравится? Я думала, ты куда более смелая, — хищный, низкий шепот Аялы был приправлен дикими огоньками в глазах. Перл выдохнула, услышав игривые нотки в её тоне. Вот же актриса. Она все еще крепко держала Аялу, ее хватка напоминала тиски. Глаза сузились, её игривый взгляд разжег в ней пламя. — Не путай сдержанность со страхом. Я просто позволяю тебе закатить истерику, прежде чем как следует тебя проучу. Аяла усмехнулась, сжав ее бедрами. — Попробуй. Челюсть Перл сжалась, глаза потемнели от вызова. Она скользнула руками по телу Аялы и, крепко обхватив ее, вдавливая пальцы в плоть, повалила на кровать. Аяла усмехнулась в ответ, наконец полностью расслабившись. — Вот так-то лучше, — промурлыкала Торн, проводя большим пальцем по её губам. Аяла взяла в рот её палец. Она почувствовала металлический вкус своей крови. Секунда. Зубы слегка сомкнулись на фаланге. У Перл перехватило дыхание. По позвоночнику пробежала дрожь возбуждения. — Непослушная девчонка, — прошептала она, ее голос был хриплым от желания, — пытаешься играть грубо, не так ли? Давай я научу тебя как это делается. Быстрым движением она наклонилась вперед и укусила ее за мочку уха. Аяла то ли зарычала, то ли вскрикнула от неожиданности. Перл не удержалась и хихикнула. — Такая вздорная, — пробормотала Перл с дразнящей ноткой в голосе, — мне это нравится. Посмотрим, какие еще звуки я смогу заставить тебя издавать. Она впилась в ее губы еще одним обжигающим поцелуем, а затем медленно придвинулась к Аяле всем телом, скользнув коленом между ее ног. Аяла закусила губу, сжав бедра. Перл почувствовала, как она напряглась под ней, и ухмыльнулась. Она слегка отстранилась, глядя на Аялу — раскрасневшуюся, задыхающуюся и полностью отданную на ее милость. — Ты такая отзывчивая, — хмыкнула она, проведя руками по ее телу, кончики пальцев заплясали по коже, — это восхитительно. Она легонько раздвинула ноги Аялы, ее колено переместилось выше и плотно прижалось к её промежности. Глаза Аялы вспыхнули, она вздрогнула и напряглась. — О, черт, — она зарделась, — неожиданно приятно. Перл приподняла бровь в ответ, в уголках ее рта заиграла легкая улыбка. Она наклонилась и нашла ртом впадинку на её шее. Ее зубы заскользили по коже, оставляя за собой след из засосов. Движения были осторожными и нежными, каждое прикосновение было направлено на то, чтобы извлечь больше восхитительных звуков. Аяла сомкнула пальцы на затылке Торн, когда та опустилась между её ног. Дыхание перехватило. Она заставила себя дышать. Вздох через нос, выдох через рот. Перл стащила с неё нижнее белье, приникнув ртом к вершине бедер. Ее дыхание приятно согревало чувствительную кожу. — Расслабься, — прошептала она, мягко приказывая. Аяла чуть ослабла хватку. Язык Перл закружил на клиторе, отыскивая чувствительные точки. Руки крепко обхватили ее бедра, удерживая на месте. Аяла издала протяжный стон, снова сжав пальцы на затылке Торн. Она сдавленно задышала, краснея. Металлический привкус приводил Перл в еще большее возбуждение. Она добавила к своим ласкам легкое покусывание: зубы задевали ее клитор, когда она проводила по нему языком, а пальцы впивались в бедра, оставляя небольшие красные следы, которые завтра наверняка превратятся в синяки. Она чувствовала, как тело Аялы напрягается под ней, как стоны срываются с ее губ, точно расплавленный сладкий мед. Голова у Аялы кружилась, ей не хватало воздуха. Она раскраснелась как блудливая грешница. До неё будто только сейчас дошло чем именно они занимаются. Хорошо, что Перл не видела её лица в этот момент. Язык Перл двигался с решительной твердостью, кружась, облизывая и посасывая, пока она не почувствовала, что Аяла дрожит. Ее тело содрогалось от усилий, которые она прилагала, а звуки, срывающиеся с ее губ, становились все громче. Аяла кончила, стиснув пальцы в волосах Торн. Ногти впились в кожу её головы, она громко выругалась: — Черт. Перл продолжила нежно ласкать ее, высекая последние искры оргазма. Ее дыхание стало прерывистым, тело напряглось от желания. Когда она наконец подняла голову, ее глаза были темными от вожделения, а выражение лица – хищным. Аяла, все еще содрогаясь, приподнялась на локтях, чтобы разглядеть её лицо. Сейчас Торн была пантерой. В её темных глазах играла хищная ночь, а губы…едва алели от крови. Аяла вздрогнула. Перл лишь ухмыльнулась, наклонилась за очередным поцелуем. Она удовлетворительно хмыкнула, ощутив на языке вкус железа – напоминание о том, что они только что разделили. — Ибо душа всякого тела есть кровь его, она душа его, — Аяла прошептала ей в губы. Перл слегла отстранилась. — Что ты сказала? — она прошептала в ответ, ее тон был немного резче, чем она хотела. — Разве ты не услышала? Она на мгновение нахмурилась, пытаясь понять, что имела в виду Аяла. Потом до нее дошло. Это было из Библии. Что-то о жизни и крови, и...ох. Понимание нахлынуло на нее, и она почувствовала, как защемило в животе. — Но вкус...— она облизала губы, ее глаза блестели в тусклом свете, — вкус был божественным. И таким неправильным. Ее глаза потемнели от желания. То, что началось как момент страсти, превратилось в нечто гораздо более интригующее. — Как и наши отношения, — тихо прошептала Аяла. Она задумалась. В городе не было церквей, они остались за чертой CRM. Да и те были уничтожены. Бомбами. Отец ей говорил, что церкви и вообще любые храмы уничтожались специально. — В городе нет церквей, не так ли? — Нет, — прошептала Перл в ответ, не обращая внимания ни на что, кроме ощущения тела Аялы под своим, — и не пытайся говорить со мной о религии, когда ты подо мной. Она нагнулась, чтобы поцеловать её. Поцелуй был настойчивым, в нем смешались кровь и похоть. Сев сверху, она прижалась к бедрам Аялы своими. Они задвигались навстречу в медленном, нарочитом движении. Руки блуждали по ее телу, прикосновения были властными и требовательными. Аяла нахмурилась, впившись в бедро Перл пальцами, будто пытаясь её остановить. — Почему? — спросила она подозрительно. Перл замерла, ее глаза сузились в раздражении. Она не хотела, чтобы эта ночь прошла именно так. Она взяла Аялу за подбородок пальцами. Ее хватка была крепкой, а взгляд — непоколебимым. — Перестань. После этих слов они обе напряженно примолкли. Аяла присмотрелась к Перл внимательней. Что-то с этой темой было не так. Она заметила как пресс Торн, нависшей над ней, напрягся сильнее. Аяла тревожно закусила губу, бросив на Перл невинный, почти испуганный взгляд: — Это вы…CRM…разбомбили церкви за чертой города и базы? Выражение лица Перл стало суровее, глаза сузились. Она не хотела отвечать на этот вопрос, не сейчас, когда они обе были на грани удовлетворения. Она двинула бедрами навстречу бедрам Аялы, плотно прижавшись к ее разгоряченной и влажной плоти, и ухмыльнулась, когда та издала вздох. — Сейчас не время. Мы сможем обсудить это после того, как я заставлю тебя выкрикивать мое имя. Понятно? Аяла захотела взбрыкнуть, но оглушительный гром за окном её отвлек. Она вздрогнула. В памяти всплыли все те бури, что она в одиночку переживала в доме в лесу, когда отец исчез. Было громко, страшно, темно и холодно. Казалось, что дом вот-вот разрушится от этой неукротимой силы природы. Будто сама судьба вторила её опустошению после его исчезновения, посылая гром и проливные дожди. Перл почувствовала это напряжение. Она сильнее прижалась к ней, пытаясь вернуть внимание к себе и к тому, чем они занимались. — Вернись, — прошептала она, отчаянно пытаясь вернуть её в момент, предшествовавший буре, — сосредоточься на мне. Аяла посмотрела Торн прямо в глаза, слабый импульс возбуждения прокатился по нижней части живота. Она закусила щеку, пытаясь понять что больше её сейчас тревожит — фашистская политика CRM, гром за окном или то, какой требовательной становилась Перл в постели. Торн приподняла бровь, глядя на смесь эмоций, мелькающих на лице Аялы. Она могла почти точно определить каждую из них — страх, желание, опасение...это был интригующий коктейль. — Ты слишком много думаешь, — сказала она, гладя пальцами её живот, — просто расслабься. И Аяла расслабилась, чтобы отвести от себя подозрения. Она собиралась сделать вид, что фашизм CRM её вовсе не волнует. Поэтому позволила Торн смаковать, наслаждаться их близостью половину ночи. Она нарочито избегала зрительного контакта, пытаясь скрыть свою настороженность. И ей удавалось, Перл не замечала неожиданного мрака, поселившегося в ее душе. Она была слишком занята ее телом. Они заснули ближе к трем часам ночи. И даже во сне Торн не желала отпускать Аялу, положив свои цепкие руки на её бедра. Буря прошла, оставив после себя лишь холодную тишину. Утром Аяла вскочила, вырываясь из пут мучительного кошмара. Она села на кровати, обняв себя руками. — Эй...эй, — сонно прошептала Перл, ее голос был низким и успокаивающим, — с тобой все в порядке, Аяла. Тебе приснился кошмар, вот и все. Это было не по-настоящему. — А выглядело все очень по-настоящему, — фыркнула она, вспоминая сон. Она все еще пыталась избавиться от мерзкого послевкусия. Перл сочувственно улыбнулась, пальцами нежно проведя по её руке. Должно быть, сон был действительно ярким, раз так потряс ее. — Хочешь поговорить об этом? — она мягко предложила, ее голос звучал успокаивающе. Аяла кивнула, пялясь в стену. — Мне снился тот день, когда ты выволокла меня из леса. Я была…на ранних сроках беременности. В CRM меня пытались накормить абортивными таблетками. Хотели избавиться от плода, прежде чем начать ставить опыты. Ты пыталась их остановить. Тебя убили. И я видела тебя в гробу. Вот такой вот был сон. Выражение лица Перл стало растерянным, когда Аяла рассказала о своем кошмаре, хватка на ее руке слегка ослабла. — Это кошмар, Аяла. Это не реально. Ты здесь, ты жива, и самое главное — ты не одна. Я здесь. Аяла отмахнулась от прикосновений Торн и поморщилась от боли. Все тело ныло после их совместной ночи. Она посмотрела на свою спину через плечо, обнаружив на ней царапины, а на плечах и груди — синяки. — Ты…просто. Уф. Больно, вообще-то. Перл вздрогнула. — Прости, — пробормотала она, в ее голосе прозвучало сожаление, — я увлеклась прошлой ночью. Не хотела причинить тебе боль. Аяла развернулась, сев напротив Перл в позе лотоса. Одеяло прикрывало её голое тело. Она нахмурилась. — Правда? Мне казалось, что хотела. Ты была такой требовательной. Ее глаза потемнели от обвинения, в них вспыхнуло желание. — Есть разница между требовательностью и грубостью, Аяла, — сказала она с язвительной ухмылкой, — и прошлой ночью тебе это нравилось. Не отрицай этого. — Мне все понравилось, — слукавила Аяла, фыркнув. — Тогда в чем проблема? Почему ты так защищаешься сегодня утром? Неужели ты снова начала отрицать наши чувства друг к другу? — А что я отрицала? — Все, — ответила она с насмешкой, — все, что мы чувствуем друг к другу. Ночью ты рассыпалась в моих объятиях. Я видела, как ты смотрела на меня, когда я прикасалась к тебе. Тогда ты страдала по мне. Не пытайся отрицать это. — Вот еще, — Аяла фыркнула и закатила глаза, — я просто сказала, что мне больно. Перл закатила глаза ей в ответ, голос стал резче. — Не надо, — сказала она, покачав головой, — ты отмазываешься. Здесь происходит что-то еще, и я хочу знать, что именно, — она осторожно взяла подбородок Аялы в руку и повернула ее к себе лицом, — скажи мне правду. Больше никаких игр, никаких отрицаний. Я хочу знать, почему ты так защищаешься сегодня утром. Аяла свирепо уставилась на Перл. Она ответила ей тем же. — Я на допросе, старший сержант-майор Перл Торн? Выражение лица Перл стало более суровым при упоминании ее формального звания. Это был явный признак того, что Аяла отдаляется, отстраняется. Вместо того чтобы отступить, она придвинулась ближе, не сводя с неё глаз. — Нет, — пробормотала она мягким, но твердым тоном, — ты не на допросе, Аяла. Я просто хочу понять, что творится у тебя в голове. Ночью мы делились чем-то интимным, а теперь ты возводишь стены. Почему? — Мне нужно переварить случившееся между нами ночью. И то, что мне приснилось. Потому что это отражает мои переживания по поводу CRM. Выражение лица Перл смягчилось. — Это...имеет смысл, — сказала она, понизив голос, — бери столько времени, сколько тебе нужно. Но не отгораживайся от меня полностью, хорошо? — Она аккуратно убрала пряди волос со лба Аялы, большой палец нежно погладил ее щеку. — Я не твой враг, Аяла. — Ты — нет. «Но CRM – да» — хотелось добавить. Её слегка потряхивало. Перл нахмурилась, глядя на дрожащую Аялу, ее глаза были полны беспокойства. — Тебе холодно? — она мягко спросила, протягивая руку и успокаивающе кладя ее на предплечье, — Давай-ка оденемся. Она встала, пересекла комнату и порылась в шкафу. Через минуту она вернулась с длинной фланелевой рубашкой, аккуратно накинула ее на Аялу и стала застегивать пуговицы. Та резко дернулась, вскочив с кровати. — Я способна сама одеться. Перл подняла бровь из-за резкости в ее голосе. — Я никогда не говорила, что это не так, — тихо ответила она, в ее тоне появились нотки раздражения, — я просто пыталась помочь. С этими словами она отступила, давая ей возможность одеться, а сама принялась застилать постель, разглаживая сбившиеся простыни. — Я есть хочу, — наконец буркнула Аяла. Перл сделала небольшую паузу, разглаживая руками складки на простынях. — Точно...завтрак, — сказала она, взглянув на часы, — пойду посмотрю, что можно найти в столовой. Есть что-нибудь, что тебе хочется съесть? — Не поняла? — Аяла приподняла бровь, — Почему мы просто не можем пойти в столовую? Ты не хочешь меня выпускать? Глаза Перл расширились от вопроса, а на лице промелькнуло беспокойство. — Дело вовсе не в этом, — возразила она, покачав головой, — я просто не хотела, чтобы другие солдаты распускали слухи, вот и все. — Перл жестом указала на шею Аялы, где за ночь образовалось несколько глубоких засосов. — Тем более, что совершенно очевидно, с кем ты проводишь ночи. — С чего это очевидно? — Аяла смерила ее суровым взглядом. Торн поборола желание закатить глаза и лишь понимающе ухмыльнулась. — Может, с того, что я постоянно с тобой тягаюсь? Громкие звуки, доносящиеся из твоей квартиры всю ночь? То, что на тебе сейчас моя одежда? Или, может быть, пурпурные следы на твоей шее? Выбирай. Аяла закатила глаза и ухмыльнулась. — Ты сама оставила на мне эти засосы, знаешь ли. Перл рассмеялась, в ее глазах появился озорной блеск. — И чья же это вина? — Ладно, — фыркнула Аяла, — просто принеси мне мяса. Брови Перл взлетели вверх. — Я только что услышала, как ты попросила у меня мясо? — с любопытством спросила она, наклонив голову вбок, — Ты уверена? У нас есть много других продуктов, которые, я уверена, ты бы... — Перл отмахнулась, покачав головой. — Хорошо, — согласилась она с забавной улыбкой, — как пожелаешь. Я вернусь с мясом. Аяла плюхнулась в кресло, в ожидании сжав челюсти. Через некоторое время Торн вернулась, неся поднос с едой. Она с широкой ухмылкой поставила его на стол. — Как и просила, — провозгласила она, складывая руки на груди, — Давай, приступай. Аяла скептически оглядела поднос с овощами, куриным филе и кофе. — Спасибо, — почти отмахнувшись, сказала она. Аяла набросилась на свой завтрак как дикий маленький хищник. На протяжении их трапезы она избегала зрительного контакта с Перл. Торн отметила, что Аяла съела больше обычного. Ни много ни мало — целых две порции. Для девушки, которая сутки назад голодала и отказывалась есть…это несколько странно. Когда Аяла закончила, она прочистила горло, нарушив тишину: — А у тебя неплохой аппетит, — прокомментировала она размеренным голосом. Аяла подняла на Торн резкий взгляд, который ощущался почти как удар по голове. — Боишься, что раздамся вширь? — огрызнулась она, потянувшись за чашкой кофе. Глаза Перл расширились от язвительного тона, она не смогла сдержать хихиканья. — Для этого тебе нужно съесть много…мяса. Мне просто интересно, откуда взялся этот голод. Обычно ты не очень любишь мясо. Аяла вздохнула, подняв взгляд на Перл. Обсуждать эту тему ей не хотелось. — Просто захотелось. Перл подняла бровь, ее любопытство росло. — Просто так, из ниоткуда? — она сказала это со скептицизмом в голосе, откинувшись в кресле и сложив руки на животе, — Знаешь, ты можешь сказать мне, что у тебя на уме, Аяла. В конце концов, я твоя партнерша. И если тебе что-то нужно или хочется, я бы хотела знать об этом. — Прям партнерша? — Аяла скорчила удивленную мину, в её голосе звучала насмешка. Перл закатила глаза на это замечание, в ее взгляде мелькнуло раздражение. — О, заткнись, — пробормотала она, — ты знаешь, о чем я. Просто скажи мне…— мягко призвала она, ее тон был твердым, но не недобрым. Аяла облизнула губы после трапезы. — Это ты мне скажи, ты всегда такая настырная? Перл не удержалась и рассмеялась. Вопрос застал ее врасплох. — Ты действительно хочешь знать ответ? Конечно, я настойчива. Ради всего святого, я солдат и старший сержант-майор. Аяла вспомнила про религиозный фашизм CRM. — Ну если ради всего святого, то скажи мне зачем CRM бомбили церкви за пределами своего контроля? Выражение лица Перл изменилось, в глазах мелькнуло раздражение. Она не ожидала, что Аяла затронет столь деликатную тему так скоро. — Это...довольно сложный вопрос, — осторожно ответила она, подбирая слова, — вокруг религиозных сооружений формируются опасные группы сопротивления. — Да уж, сопротивление, — Аяла вздрогнула, вспоминая свое прошлое вне CRM, но тут же одернула себя, — значит, в грандиозных планах на будущее у CRM нет места религии? По этой же причине нет вообще никаких храмов в городе? Перл тяжело вздохнула, ее плечи слегка опустились. Ее взгляд был по-прежнему отстраненным, глаза устремлены на стол. — Религия – источник расколов и конфликтов, — пояснила она напряженным тоном. — И тебе это нравится? — Что? — Быть фашисткой, — Аяла отчитывала её как провинившуюся кошку, которая оборвала карниз. Перл вздрогнула от этих слов, ее глаза сузились, когда она медленно встретилась взглядом с ней. Челюсть сжалась. — Как ты смеешь...— прошипела она себе под нос, ее тон был низким и опасным, — ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Даже не думай бросаться такими словами, только потому... — Только почему? — Аяла испытывала её, ставила под вопрос её авторитет. — Я не позволю тебе проминать мои границы, — заявила Торн, ее голос был острым, как нож. Аяла пожала плечами и флегматично парировала: — Всегда можешь вернуть меня туда, где нашла, если тебе не нравится мое поведение. — Я даю тебе шанс взять свои слова обратно, — мягко сказала она, хотя в ее голосе прозвучали опасные нотки. — Или что? — Аяла продолжала нарываться. Не раздумывая, Перл схватила ее за запястье и притянула ближе, пока они не оказались лицом к лицу. — Иначе я дам тебе чертовски вескую причину научиться быть уважительной. Ты меня понимаешь? Аяла вскинула брови, расстегнув нижние пуговицы на надетой на себя рубашке. — Разве этого не достаточно? — она продемонстрировала шрам на боку. — О, милая, — пробормотала она, и выражение ее лица немного смягчилось, — ты думаешь, я не несу на своих плечах груз той ночи? Твой шрам – постоянное напоминание о том, что мне пришлось сделать. У тебя есть шрам на теле, а у меня есть шрамы...в моем сердце. Аяла сглотнула. — У тебя есть сердце? — Конечно, у меня есть сердце, — Перл сделала глубокий вдох, ее голос понизился, — но служба в армии закалила его. — Только не говори мне, что ты намекаешь на то, что это я оставила шрамы у тебя на сердце. Перл постучала пальцем по груди. — Ты думаешь, мне было легко принять решение выстрелить в тебя? Что я не чувствовала ни боли, ни угрызений совести? Поверь мне, так и было. Мне было так же больно, как и тебе. Аяла глубоко вздохнула, не желая больше дерзить. Она знала, что Перл говорила правду. Она открыла рот, чтобы извиниться, но тут заметила мышонка в углу спальни. Её глаза расширились. Она спрыгнула с кровати и галопом понеслась к двери. — Выпусти меня отсюда, Перл, — заверещала она, дергая ручку двери. — Что за... Перл проследила за ее взглядом и наконец заметила мышь в углу. Она вскинула бровь, на ее лице отразилась смесь веселья и недоумения. Она подошла к Аяле, взяв её за руку. — Ты боишься маленькой мышки? — в уголках ее рта заиграла ухмылка. Верхняя губа Аялы дрогнула от раздражения и она влепила Торн сочную пощечину за это. Звук шлепка эхом разнесся по комнате. Воспользовавшись замешательством, она вытащила из её брюк ключи, открыла дверь и выскочила в коридор. — Ты маленькая...— потирая щеку, Перл рявкнула вслед Аяле. Собрав нервы в кулак, она спокойно последовала за ней в коридор. Аяла быстро шла по коридору, ругаясь себе под нос. Её глаза бегали по полу, она сжимала челюсти, пытаясь справиться с раздражением. «Фу, фу, фу». Её остановила грудь мужчины, в которую она врезалась по неосторожности. Она подняла взгляд. Борода с проседью. Черт, генерал. Рядом с ним стояла та самая привлекательная женщина. Аяла ей улыбнулась. Билл с весельем посмотрел на растрепанную девушку, оценивая ее внешний вид — единственной одеждой на ней была рубашка с нашивкой CRM и именем Перл, принадлежавшая старшему сержант-майору Торн. Он поднял бровь, глядя на ее босые ноги. — У нас что, проблемы с тем, чтобы не забыть надеть обувь? «Блять, он наверное считает меня какой-то недалекой. Впрочем, возможно это даже хорошо» — подумала Аяла, мотнув головой. — Я…вышла проветриться, — глупо ляпнула она. Он подавил смех над ее неудачным оправданием, его взгляд переместился на любовные укусы на ее шее. — Ты "вышла проветриться" без обуви и брюк, в одной лишь рубашке, которая явно принадлежит кому-то другому? — он выгнул бровь. — Да… — А потом ты случайно столкнулись со мной. Просто из любопытства, чья это рубашка? — спросил он, будто не видел нашивки. Как по команде, позади раздались шаги Перл. Билла позабавил вид присоединившейся к ним женщины. — А вот и законный владелец рубашки… Торн отдала честь генералу, а потом хмуро уставилась на Аялу. — …хотя отсутствие брюк остается загадкой, — продолжал генерал. Перл переводила взгляд с Аялы на генерала, на ее лице читались разочарование и раздражение. Она глубоко вздохнула, прежде чем заговорить, ее слова прозвучали натянуто. — Это...недоразумение, — сказала она сквозь стиснутые зубы, ее тон был резким, — у Аялы были...небольшие разногласия со мной, и она приняла импульсивное решение выбежать вот так. Она смотрела на Аялу, молча желая, чтобы та держала язык за зубами. — Полагаю, ничего серьезного, — Билл кивнул Перл, силясь оторвать взгляд от её покрасневшей щеки, — нам пора. Генерал-майор Билл и старший сержант-майор Манхур пошли дальше по коридору. Аяла бросила еще одну ухмылку в сторону женщины рядом с Биллом. Перл сжала челюсти, глядя, как они уходят. Она задержала взгляд на кокетливой ухмылке Аялы в сторону Манхур. Внутри у нее все кипело, но она заставляла себя сохранять самообладание, особенно в присутствии начальства. Она глубоко вздохнула, ее голос стал низким и едва контролируемым. — Ты даже не представляешь, что я хочу тебе сейчас сказать, — пробормотала она, раздраженно сверкнув глазами, — но поверь, ничего хорошего. Аяла флегматично пожала плечами. — Я тебе верю, кошечка. Охотно верю. Кто эта женщина рядом с генералом? Э-э-э…Манхур? Перл снова кольнула ревность. — Тебе о ней беспокоиться не нужно. — А вот ты явно обеспокоена. Перл сжала кулаки, вспыхнув от слов Аялы. Она понимала, что та просто пытается вывести ее из себя, и это работало. Ее челюсть сжалась, она изо всех сил старалась сохранить голос ровным. — Осторожно, — предупредила она резким тоном, — ты ступаешь по тонкому льду. Аяла закатила глаза. — Ладно, ладно. Я…не хочу возвращаться в квартиру. Перл подняла бровь, на ее лице промелькнул намек на удивление. Она ожидала очередной остроты или саркастического замечания, а не внезапной смены темы. Она скрестила руки на груди, раздражение все еще не прошло. — И что, по-твоему, я должна с этим делать? — ее тон был скептическим. — Дайте мне другую квартиру. Глаза Перл расширились. На мгновение она ошарашено уставилась на нее. — Ты хочешь, чтобы я нашла тебе новую квартиру...из-за мыши? — она язвительно усмехнулась, покачав головой в недоумении, — Я не могу просто дать тебе другую квартиру, потому что ты боишься маленького грызуна. Так дела не делаются, дорогая. — Тогда я перееду к тебе, — Аяла почти недовольно топнула ножкой. У Перл едва не отпала челюсть, когда она выслушала предложение Аялы. Она на мгновение запнулась, не находя слов. — Ты что, хочешь...переехать ко мне? Вот так просто? Торн искала на ее лице хоть какие-то признаки сарказма или обмана, но увидела лишь решимость. Она тяжело сглотнула, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце. — А какая разница? Ты все равно чуть ли не каждую ночь ошиваешься в моей постели, — фыркнула Аяла. Щеки Перл вспыхнули от грубого напоминания Аялы об их ночных встречах. Она пыталась вернуть самообладание, отводя взгляд, словно внезапно смутившись. — Это... другое, — пробормотала она низким и смущенным голосом, — к тому же так бывает не каждую ночь. Она тяжело сглотнула, в ее голове бушевали противоречивые эмоции. Действительно ли это была хорошая идея? Мысль о том, что Аяла будет так близко каждую ночь...интриговала ее. Аяла покачала головой. — Ты все равно приходишь в квартиру только чтобы поспать. Так что какая разница? — она запнулась, — Впрочем, не важно. Давай тогда поменяемся. Квартиры тут все равно одинаковые. Перл на мгновение задумалась. Действительно, квартиры были одинаковыми. По логике вещей, особой разницы не было... Но от одной мысли о том, что придется жить с Аялой в таком тесном помещении, у нее замирало сердце. Это означало бы постоянно находиться друг с другом под одной крышей, без всякой передышки. Она глубоко вздохнула, ее решимость ослабла. — Если я соглашусь на это...Тебе лучше не сводить меня с ума. Понятно? — Согласишься на что? Я же предложила поменяться. Или тебя интригует перспектива жизни со мной? — Аяла начала её поддразнивать. Глаза Перл сузились от раздражения. Как эта девушка может быть такой раздражающей и в то же время такой очаровательной? — Не льсти себе, — ответила она с сарказмом в голосе, — я соглашаюсь на это только для того, чтобы присматривать за тобой. Кто-то должен следить за тем, чтобы ты не попала в беду. Аяле потребовались все силы, чтобы не закатить глаза. Она ткнула кулаком в плечо Перл и почти вприпрыжку отправилась назад, но уже не в свою, а в квартиру Перл. Которая, кстати говоря, была через две квартиры от её собственной. Перл наблюдала как Аяла скрылась за дверью своей – их – квартиры со смесью веселья и смирения. Она недоверчиво покачала головой, бормоча себе под нос: — Это будет ошибкой. Огромной ошибкой. Несмотря на свои сомнения, она не могла не почувствовать волну возбуждения. Мысль о том, что Аяла будет так близко, под одной крышей, что-то всколыхнула в ней. Но она быстро отогнала эти мысли, напомнив себе о возможном хаосе и головной боли, которые придут вместе с этим. Уже в квартире Аяла легла на кровать на бок, подперев подбородок рукой. — Технически, у нас две квартиры. Ты просто можешь жить в моей, разве нет? — она все еще дразнила Перл за то, что та не хотела признавать своего желания быть с ней рядом постоянно. Перл закатила глаза, стоя в дверях спальни. Она сложила руки на груди, не сводя взгляда с самодовольного лица Аялы. — Не начинай с этого, — проворчала она, стараясь сохранить привычный фасад беззаботности, — дело не в квартирах, а...в…— раздражение смешалось с нотками уязвимости. Щеки Перл окрасились в розовый цвет, и она отвернулась, избегая взгляда Аялы. Она ненавидела то, что Аяла всегда знала, где и как нужно нажимать. Торн вздохнула, неохотно признавая правду. — Ты невозможна, — пробормотала она, ее голос едва превышал шепот, — я…возможно, я хочу проводить с тобой больше времени. Теперь довольна? Довольна, что заставила меня признать это? Аяла невинно улыбнулась в ответ. — Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что ты боишься мышей, — поддразнила Перл с ноткой легкомыслия в голосе, — после всего, через что ты прошла, выживая в лесу, имея дело с мертвецами...маленькая мышка заставляет тебя бежать прочь? Аяла нахмурилась. — Мыши переносят инфекции. А мыши в спальне – это жутко, понимаешь? Перл не удержалась и рассмеялась: ей показалось забавным то, как Аяла пытается оправдать свой страх, указывая на риск заражения. Она села на кровать рядом с ней. — Да ладно, — поддразнила она, легонько ткнув Аялу в ребра, — ты же знаешь, что шансы подхватить какую-нибудь страшную болезнь от одной мыши довольно малы. Если только ты не планируешь подружиться с целой мышиной семьей и не обниматься с ними в постели. Аяла скривилась. — Поэтому я сплю с кошечкой, — она ткнула Перл в ребра в ответ, — но все равно. Спальня – слишком уязвимое место, мне некомфортно, когда такие места становятся еще более уязвимыми, понимаешь? — Эй! Поаккуратнее с "кошечкой", ладно? — Перл предупреждала, хотя в ее тоне был намек на забаву. Она сделала небольшую паузу, обдумывая объяснение Аялы. — Наверное, я тебя понимаю, — согласилась она, ее пальцы стали нежно касаться спины Аялы, — но, согласись, все равно немного забавно видеть, как кто-то такой бесстрашный, как ты, убегает с криками от крошечной мышки. — Дело не только в мыши. Если бы ты не была рядом, я бы так не отреагировала, — Аяла подкрадывалась к откровениям. Перл с любопытством подняла бровь, намек на уязвимость в ее голосе вызвал интерес. — О? Что ты имеешь в виду? Ты о том, со мной ты чувствуешь себя в большей безопасности? Аяла кивнула, её сердце забилось быстрее. — Да, в достаточной безопасности, чтобы иногда позволять чувствам брать вверх. Хотя я все еще не уверена, что это правильно. Это расслабляет. Выражение лица Перл смягчилось, она почувствовала уязвимость и неуверенность, скрывающиеся за ее заявлением. Она нежно заправила прядь волос за ухо Аялы, внимательно изучая ее лицо. — Нет ничего плохого в том, чтобы чувствовать себя в безопасности рядом с кем-то, — мягко успокаивала она ее, — и позволять своим эмоциям течь естественно, даже если иногда это означает ослабление бдительности. Это называется близостью, Аяла. Это то, что делает отношения настоящими и значимыми. Аяла глубоко вздохнула. — Ладно, иногда можно. Просто это откатывает меня обратно в подростковый возраст, ты знаешь, начинаю чувствовать себя…слабой? Незрелой? Что-то такое. — Я понимаю, — тихо сказала Перл, ее голос был мягким, но твердым, — но в уязвимости есть сила. Позволяя себе чувствовать себя уязвимой, ты не становишься слабой. Это делает тебя человеком. И это показывает, что ты доверяешь мне настолько, что позволяешь видеть эту сторону себя. — Ладно, рыцарь, я спать хочу, — Аяла соскочила с темы, положив голову на подушку. — Тогда спи, принцесса, — поддразнила Торн, осторожно притянув Аялу к себе, — я буду караулить, чтобы к тебе не подобрались мыши. — Очень смешно, — нахмурилась Аяла. Ночью, когда они наконец улеглись в одну постель, Аяла тихо прошептала: — Я боюсь. Перл, которая уже наполовину уснула, услышала её шепот. Она перевернулась на спину, сонно моргая в тусклом лунном свете. — Что? Что ты сказала? — она пробормотала, ее голос был томным от усталости. — Ничего, — прошептала Аяла, поняв, каким идиотским может быть последующий диалог. Перл нахмурилась в темноте. — Нет, на «ничего» это не похоже, — запротестовала она, в ее голосе слышалось беспокойство, — ты сказала, что боишься, не так ли? Чего? Перл придвинулась ближе к ней, нащупав ее руку под одеялом. — Так ты слышала, — Аяла нахмурилась, убрав руку. Перл тихонько вздохнула. Она чувствовала, как поднимаются стены в сознании Аялы, и понимала, что должна действовать осторожно. — Конечно, я услышала, — пробормотала она, нежно касаясь ее, — и я не собираюсь это так оставлять. Ты можешь поговорить со мной. Расскажи мне что тебя пугает. Аяла придвинулась ближе к Перл, чтобы украсть поцелуй. Сердце Торн учащенно забилось. Ее тело немедленно откликнулось, по позвоночнику пробежала дрожь, когда их губы встретились. Она ответила на поцелуй, ее рука нежно обхватила шею Аялы. Но как бы ей ни хотелось раствориться в этом моменте, она не могла отделаться от ощущения, что что-то не так. Она осторожно прервала поцелуй. — Ты пытаешься сменить тему. — Получается? Аяла закинула ногу на бедро Перл, скользнув пальцами по резинке её трусов. Торн резко вдохнула, ощутив тепло ее тела. Ее разум затуманился от желания при прикосновении ее руки, от ощущения ее пальцев на своей коже. Она заставляла себя сосредоточиться, хотя ее тело жаждало большего. Перл сделала глубокий вдох. — Ты хороша. Но не настолько, — твердо сказала она, стараясь сохранить самообладание. — Разве? Нежные пальцы Аялы нырнули в её белье, настойчиво коснулись её больших половых губ, аккуратно раздвигая их. Тело Перл непроизвольно выгнулось навстречу прикосновениям. Она боролась с желанием отдаться ощущениям, но ее глаза по-прежнему были прикованы к лицу Аялы. Дыхание стало неглубоким, прерывистым от желания. — Ты...негодяйка, — пролепетала она, ее голос слегка дрожал, — я пытаюсь вести серьезный разговор... — Нет, не пытаешься. Иначе ты бы меня уже осадила. Пальцы Аялы вошли во влажную, горячую плоть Перл. Она хищно ухмыльнулась. Торн сдержала стон, но ее тело инстинктивно откликнулось, бедра покачивались от прикосновений. Она теряла контроль над собой, ее разум помутился от желания, но она все еще цеплялась за остатки рассудка. — Ты...ты играешь грязно, — прошептала она, ее голос огрубел от желания, — я должна быть здесь главной. — Здесь? В постели? — Аяла насмехалась, — Рассказывать сказки про авторитет будешь своим солдатикам, старший сержант-майор. Я не солдат, помнишь? Она сделала один рваный толчок внутри неё. Один. Перл пришлось сильно сжать губы, чтобы не вскрикнуть. Ее руки вцепились в простыни, контроль над собой висел на волоске. — Ты...о боже, пожалуйста...— она задыхалась, ее бедра непроизвольно двигались навстречу руке Аялы, — я…я припомню тебе это, — задыхаясь, произнесла она. Темные лукавые глаза Аялы смотрели прямо в душу Перл. — Припомнишь что? Она вынула из неё пальцы, заговорщически покачав головой. Перл подавила стон протеста, ее тело все еще дрожало от неутоленного желания. Она уставилась на Аялу и сжала челюсти, не желая сдаваться. — Ты...ты испытываешь судьбу. — Н-да? — Аяла зевнула. Перл раздраженно хмыкнула, наблюдая за тем, как Аяла притворно зевает, и ее бесстрастное отношение почти вывело ее из себя. — Ты просто умоляешь, чтобы тебя наказали, не так ли? — пробормотала она, недоверчиво покачивая головой. Несмотря на раздражение, в ее голосе прозвучал намек на забаву. — Ни в коем случае, старший сержант-майор. Я просто хочу спать, ведь сейчас 3 часа ночи! Аяла перевернулась на живот, обхватив руками подушку. Лунный свет красиво падал на её обнаженную изящную белую спину. — Не строй из себя невинность, маленький дьяволенок, — пробормотала Перл, ее голос был хриплым от подавляемого желания, — ты прекрасно знаешь, что делаешь со мной. — Нет…— Аяла сонно покачала головой, закрыв глаза, — нет…не знаю. Перл с досадой вздохнула. Она легла на бок, прижавшись ближе к Аяле. Ее тело все еще гудело от неудовлетворенного желания. Но раздражение быстро улетучилось, когда она почувствовала, как Аяла прижалась к ней спиной. Тихий звук ее дыхания сигнализировал о том, что она заснула. Перл тихонько вздохнула от противоречия между прежней дерзостью Аялы и этой нежной демонстрацией уязвимости. Даже во сне девушка умудрялась нажимать на все ее кнопки. Она обхватила ее руками, притянув ближе. Несмотря на разочарование, она не могла отрицать, что упрямство и игривость Аялы были частью того, что так привлекало ее в ней.