treat you better

Свадьба Чжао Джеймса и Джиа проходила на открытой террасе с видом на залив Уотсонс-Бэй. Воздух был пропитан запахом соли, белых лилий и счастья. Гости смеялись, музыка лилась мягким потоком, но внимание всех друзей было приковано к одной паре. Конхо выглядел безупречно в своем светло-сером костюме, а Сонхен в белой шелковой рубашке казался воплощением чистоты. Весь вечер Конхо проявлял удивительную выдержку: он лишь бережно держал Сонхена за руку или осторожно касался его плеча, боясь напугать омегу, который слишком долго знал только насилие. Когда официальная часть церемонии подошла к концу, Джеймс взял микрофон. Его глаза блестели от шампанского и радости. — Эй, народ! Сегодня мой день, но я хочу отдать частичку этого времени моему брату по духу. Конхо, сцена твоя! Толпа затихла. Конхо медленно повернулся к Сонхену. В его руках внезапно оказалась бархатная коробочка. Он опустился на одно колено прямо на песок, игнорируя вспышки камер. — Сонхен-а, — его голос, обычно стальной, сейчас дрожал от нежности.  — Восемь лет назад я пообещал себе, что никогда не отпущу тебя. Я опоздал тогда, но я здесь сейчас. Я не хочу быть просто твоим спасителем. Я хочу быть твоим мужем. Ты выйдешь за меня? Сонхен стоял, прижав ладони к губам. Вокруг него были друзья — Мартин, Джухун, сияющие молодожены. Он чувствовал их поддержку, их тепло. — Да... — прошептал он, и его голос окреп.  — Да, Конхо! Друзья взорвались радостными криками. Конхо надел кольцо на его палец и, подхватив Сонхена на руки, вовлек его в их второй настоящий поцелуй. Это был поцелуй со вкусом свободы и соленого бриза. Вечером вся компания — Конхо, Сонхен, Мартин, Джухун и молодожены — перебралась в арендованный роскошный особняк в Поттс-Пойнт. Стеклянные стены, огромный бассейн и терраса, утопающая в зелени. Они пили дорогое вино, смеялись и играли в «Правду или действие». Градус алкоголя и эмоций рос. Мартин и Джухун не скрывали своей страсти, Джеймс и Джиа то и дело уходили потанцевать в тени. — Ну что, Конхо, — подмигнул Джеймс, прижимая к себе Джиа.  — Ты весь вечер вел себя как викторианский джентльмен. Пора бы уже показать Сонхену, что такое настоящая австралийская страсть! Конхо лишь ухмыльнулся, но его взгляд, направленный на Сонхена, стал хищным и глубоким. Запах удового дерева начал медленно заполнять гостиную, смешиваясь с ароматом спелого персика, который теперь пах сладко и призывно. Когда друзья разошлись по своим комнатам, в огромной гостиной остались только они двое. Конхо медленно подошел к Сонхену, который стоял у панорамного окна. — Ты уверен? — тихо спросил Конхо, его рука осторожно легла на талию омеги.  — Я могу ждать столько, сколько нужно. Сонхен обернулся, его глаза сияли в лунном свете. Он сам потянулся к Конхо, расстегивая верхнюю пуговицу его рубашки. — Я ждал этого восемь лет, Конхо. Я хочу чувствовать тебя. Всего тебя. Конхо больше не сдерживался. Он подхватил Сонхена и отнес в спальню, где пахло свежим постельным бельем и морем. Его поцелуи стали требовательными, горячими. Он исследовал тело Сонхена так, словно читал самую драгоценную книгу. Каждое касание Конхо было полно благоговения: он целовал старые шрамы, стирая их своим теплом, он вдыхал запах персика, который теперь принадлежал только ему. Когда они наконец стали единым целым, Сонхен почувствовал, как его доминантный альфа заполняет не только его тело, но и душу. Это не было похоже на ту боль, что причинял Джиху. Это была симфония, где узел их связи затянулся в идеальный узор истинности. Сонхен плакал, но это были слезы экстаза и очищения. — Ты мой, — рычал Конхо, его голос вибрировал в груди Сонхена.  — Навсегда. Этой ночью в Сиднее старая метка окончательно побледнела, уступая место новой жизни. Они заснули на рассвете, сплетясь телами, и впервые за восемь лет ни один из них не видел кошмаров. Прошел ровно год с того дня, как Конхо и Сонхен приземлились в аэропорту Кингсфорд-Смит. Сидней стал для них не просто убежищем, а настоящим домом. Они решили не устраивать пышную свадьбу в Сеуле — им не нужны были вспышки камер, шепотки светской элиты и косые взгляды тех, кто еще помнил скандальный развод с Джиху.  Вместо этого они просто расписались в маленькой мэрии у океана, пригласив только самых близких друзей. Им было достаточно того, что их души и тела теперь связаны клятвой истинности, которую не расторгнет ни один суд. Сонхен наконец-то осуществил свою мечту: он поступил в университет на факультет дизайна. Его английский стал почти свободным, а в глазах появилось то самое сияние, которое Конхо полюбил восемь лет назад. Конхо же успешно руководил австралийским филиалом «Ан Групп», возвращаясь домой каждый вечер, чтобы почувствовать самый родной запах — спелого персика.