Мой второй шанс

— Опять у тебя тренировки? — голос Акиямы звучит недовольно и чуточку обиженно.       Гето закатывает глаза, пытаясь скрыть свою улыбку от чужого взгляда. Все — и родители, и его единственный друг были уверены, что Яга Масамичи его тренер по рукопашному бою. Хотя, по сути, эти два года они им и занимались, так что это не совсем ложь, ведь как заметил сам Гето и с чем Масамичи тоже согласился — его детское тело слишком слабое. Насколько, что не справляется с собственной же техникой. За это время Яга-сенсей почти каждый раз пытался узнать о его технике, но пока это ему не удалось – спасибо стараниям и способностям Сугуру избегать ненужных тем, хоть тот и знал, что так долго продолжаться не будет. — Не знаю, — ведь в этот раз его пригласили в кафе... что уже было странно. Обычно они тренировались в безлюдных местах или в закрытых помещениях, а тут кафе, да и еще в центре города. — Можешь отнести мой рюкзак ко мне домой? Я потом угощу тебя обедом. — Мог бы сегодня пообедать со мной, обещал же, — сделав вид, будто не замечает обиженно нахмуренные брови Акиямы, Гето передал ему собственный рюкзак. — Завтра куплю еще и десерт, — в этот раз он выбрал правильные слова — Акияма расслабился и даже едва заметно улыбнулся. Все-таки сахар иногда творит чудеса. — Ладно, тогда я хочу двойную порцию ванильного мороженого и молочно-шоколадный коктейль, — от одного этого предложения Гето ощутил на языке неприятный вкус сладости. — А ты сможешь все это слопать? — Гето первым вышел из класса, а знатно повеселившийся Мичи последовал за ним. — Не недооценивай меня, чтобы ты знал, твой лучший друг способен на большее!       Ага, как жаль, что риск развития диабета сильно мешает ему использовать весь потенциал своей внутренней сладкоежки. Большая потеря для кондитеров и фармацевтов всего мира.       «Лучший друг». За эти два года Гето сильно привык к этому и теперь даже не спорил. Как показало время, у него плохо получается переубеждать Мичи, тем более когда он так яростно готов защищать собственное мнение — ведь Гето общается только с ним, и что это значит? Правильно, то, что Мичи Акияма не просто его друг, а лучший друг, ведь то, что он единственный это и доказывает. Как говорит сам Мичи: «Я слишком хорош, вот поэтому ему и не нужны другие друзья»… стыдоба, особенно если вспомнить, что он так ответил при знакомстве с родителями Гето, выслушав их просьбу помочь Сугуру адаптироваться в школе и найти новых друзей. Удивился не только сам Сугуру, но даже родители, зато Мичи был единственным, кто довольно лыбился — так и закрыли тему о новых друзьях. — Мне совсем не нравится твой Яга-сенсей, — вот опять вернулись к началу.       Гето устало вздохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Такое синее, красивое, спокойное… Гето не будет злиться и спорить с малолеткой. — Из-за него ты совсем перестал тусить со мной после уроков, — наглая ложь. Врёт и не краснеет, гаденыш.       Во-первых, они и так особо не тусовались после школы. Во-вторых, они тренируются не так часто, два раза в месяц, иногда даже меньше, если у старшего много заданий, но никогда не больше. За эти два года, помимо силовых тренировок, Масамичи научил ему лишь тому, как скрыть свою проклятую энергию или как сражаться, не оставляя после себя след проклятой энергии, хотя последнему Сугуру так и не научился, ведь знал, что у него не получится, если придётся использовать собственную технику. Да и ученик он не особо старательный, второй раз выслушивать все это не то чтобы сил, иногда даже терпения не хватает, хоть вспоминания и не такие яркие. — Ему все равно не стать мне другом, по этому поводу можешь не волноваться, — не то чтобы Гето злопамятный, хотя тут и помнить нечего, ведь даже в прошлой жизни Яга сохранял скорее всего нейтральную позицию. — До встречи, — Гето попрощался с Мичи и направился в заранее отправленный ему адрес.       Неужели Яга еще не успел пообедать после задания? Или решил, что им достаточно формального общения? Странно все это… через минут двадцать Гето вошел в прохладное помещение, спасаясь от жары. Сразу же заметил уже знакомого взрослого, который сидел за столиком в углу спиной ко входу. Сделал шаг и остановился, заметив на столе разноцветные мочи, коктейль ярко-розового цвета и чашечку кофе. Это он заказал для Сугуру? Нахмурив брови, мальчик быстро подошел ко столу и сел напротив удивленного Масамичи. — Я не люблю сладкое, зря потратил деньги, — хотя их же можно упаковать и взять с собой, он бы мог позже угостить ими Мичи, тот точно останется очень довольным, может даже забудет о своей злобе в адрес Масамичи хотя бы на несколько часов. — Это не для тебя, — на это Гето негодующее посмотрел на него, словно взглядом спрашивая «Неужели для себя любимого?», Масамичи даже смутился и отвел взгляд. Последнее совсем не понравилось Сугуру, да и по мелочам он уже догадался, что Масамичи чувствует себя… немножко, самую малость виноватым перед ним. Да и предчувствие какое-то странное с самого утра, стоило ему прочитать чужое сообщение. — Это мой заказ. Голос такой знакомый и в то же время совсем незнакомый, но эти ноты самодовольства Гето ни с чем не перепутает. Словно в замедленной съёмке какого-то гребанного драматичного фильма Гето повернул голову и увидел человека из своей прошлой жизни. Еще слишком юного, лет девяти, все-таки они ровесники и в этом мире, с еще детской пухлостью на щеках. Даже без использования техники яркие глаза, которые он пока не прячет ни под бинтами, ни под очками. Белоснежный беспорядок, словно тот никогда не слышал о расчёске, обиженно сжатые губы, будто он единственный, кто имеет права на обиду. Конечно же, имеет — это же сам Сатору Годжо, ему можно всё. Даже дружить с самым худшим шаманом всех времен, а после убить собственного друга своими руками, ведь тот не будет злиться, да, Сатору? — Ты сидишь на моем месте, — чужой голос вернул его в реальность, где он чудом смог сдержать эмоции под контролем и, слава всему живому и мертвому, позорно не расплакаться, хотя непролитые слезы все еще туманили взор. Приходится спрятать глаза за челкой, не зря решил косплеить взрослого себя. Хоть они пока не доросли для пучка или хвостика, но достаточно длинные, чтобы иногда спрятать за ними эмоции, хоть и не надолго. — За этим столом тебе нет места, — собственный голос звучит грубо, но, что главное, без лишних чувств, которые в этот момент никому из присутствующих не нужны. Гето кожей может ощущать обиду Сатору, которая оседает на кончике языка со вкусом незаданных вслух вопросов, и негодование Масамичи, но тот сам виноват. Можно же было его хотя бы предупредить? У него вообще-то слабое сердце, шутка ли, ему уже больше тридцати, а вы знаете насколько велик риск получить сердечный приступ в таком возрасте? Вот и Гето не знает, но он точно на грани своего первого, а может и последнего сердечного приступа. Без шуток – у него сердце бьётся чуть ли не горле, отдаваясь глухим стуком в ушах, ужасно потеют ладони и так сильно не хватает воздуха, что еще чуть-чуть и он точно потеряет сознание. — Гето, что ты творишь? Это же совсем не в твоем характере, — с этим бы он поспорил. Масамичи даже не догадывается, какие ужасы он может творить. И все это и есть часть его сущности. Эй, перед вами тот, кто в одиночку убил сто двенадцать человек — целое население маленькой деревни, не оставив в живых никого: ни стариков, ни детей. Какая глупость считать его добрым. — Что? Мне нельзя ему грубить, потому что он — Сатору Годжо? Шестиглазый ворон и сильнейший маг? — кажется, никто из этих двоих не знал, что Гето будет знать о личности другого. Оба выглядели удивленными, и это даже позабавило Сугуру. — Да, нельзя, но не потому, что он Сатору Годжо, а потому, что он такой же ребёнок как и ты, — первым пришел в себя Яга и ответил даже логично, вот только не надо было ему строить из себя взрослого. — Я не ребёнок, — одновременно вскрикнули они, после чего посмотрели друг на друга и также быстро отвели взгляда. Хорошо, что в кафе было мало людей, а то устроили тут сцену: «Первая встреча когда-то бывших лучших друзей» называется сегодняшний спектакль. — Сядь уже, не стой над душой, — больше не смотрев на него, Гето передвинулся, освободив ему место рядом с собой на диване.       Сатору на это лишь фыркнул, но послушно сел рядом, а вот Масамичи наконец-то расслабился и сделал глоток уже остывшего кофе. Позвал официанта и попросил у него меню, скорее всего для Гето, который не успел еще поесть. Гето без раздумий заказал себя чашечку мятного чая и тост с тунцом. — Ты мне не говорил, что мы кого-то ждём, — ого, не только его значит обманом пригласили в эту кафешку. — А что? Если бы знал, то не пришёл бы? — вот скажите ему кто-нибудь, зачем Гето так нарывается? Вопрос даже был задан не ему, но тот все равно вставил свои пять копеек. — Я же говорил тебе, что хочу кое с кем познакомить. Вот это и есть кое-кто — Сугуру Гето. Тебя представлять не буду, раз Гето и так знает, — и бросил еще один взгляд на недовольного Сугуру, решив игнорировать его агрессивный выпад. Да, он уже догадался, что его ждет допрос с пристрастиями, ведь как мог человек, никак не связанный с миром шаманов, узнать о шестиглазом вороне. Как только принесли его заказ, Гето также сделал вид, будто никого не замечает, дабы насладиться вкусом еды. Это у него получилось не очень, но он хотя бы старался. Хотя чай хоть немного успокоил и помог прийти в себя после такой неожиданной встречи с человеком, которого он планировал больше никогда не встречать. Нет, он не ненавидел Сатору, но понимал, что именно так будет лучше для них. Он даже его жалел и не мог представить, насколько сильно ему было больно. И все из-за Сугуру, который сначала бросил его, чтобы реализовать свои планы о геноциде обезьян, а потом припёрся в колледж, чтобы объявить войну, напал на его ученика и заставил Сатору убить своего единственного лучшего друга. Иногда Гето был жутким эгоистом по отношению именно к Годжо, делая вид, будто не осознает свою важность для другого человека. Ему правда жаль, но Сатору, который сидит рядом и лопает за обе щеки мочи — не тот человек, перед которым нужно извиниться. — Значит сегодня не будет тренировки? — доев свою еду, Гето поднял взгляд на Масамичи. — Может для вас и нет, но сегодняшний день точно будет сильным испытанием для моей нервной системы, — громкий недовольный шепот взрослого вызвал у обоих фыркание. — У меня другие планы на сегодня, а вы пока ешьте и набирайтесь сил, — это так он на что-то намекал? — Годжо, точно не будешь заказывать чего-нибудь сытного? Мочи — это все-таки не еда, а десерт. — Закажи гамбургеры, здесь они очень вкусные, — как-то не особо задумываясь произнес Гето. Поймав на себе удивлённый (то ли его добротой, то ли инициативностью) взгляд, тот завис на несколько секунд, после чего также быстро спрятал свое лицо за почти пустой чашкой чая. — Знаю, я здесь уже бывал пару раз, — Годжо довольно улыбнулся ему во все зубы, словно уже забыл о его грубых словах. Боже, этот идиот оказывается всегда был таким: то ли добродушным, то ли глупым. Это же совсем не мило? Гето точно не считает маленького Сатору милым. — Не улыбайся так, — не успел он закончить свое предложение, как получил в свой адрес предупреждающий взгляд Масамичи, который казалось внимательно следил за ними, стараясь ни на что больше не отвлекаться. Вот значит как, насколько сильно боится, что Гето все испортит? Тогда незачем было его приглашать сегодня. Хотя он и не против поиграть против правил. — А то выглядишь…       Ладно, с Масамичи все и так ясно, если бы он успел, то точно закрыл бы чужой рот собственной ладонью, чтобы Гето очередной раз не произнес что-то «глупое», а может и «грубое». А вот у Сатору был очень уязвимый вид, словно тот уже собирался чуть что удариться в слезы, словно какой-то ребёнок. Хотя он и есть ребёнок.       Отложив уже пустую чашку, Гето повернулся и приблизился к нему. Внимательно посмотрел на чужое лицо, которое казалось уже готовилось к самым обидным словам, да и от улыбки, о которой шла речь, и следа не осталось, после чего прошептал в чужое ухо так тихо, чтобы никто кроме самого Годжо не смог бы его услышать: — Очень милым и красивым.       После чего так же быстро отстранился от него, чтобы с особым удовольствием наблюдать, как краснеют щеки обычно бледного Годжо. В этот раз уголок чужих губ тронула мимолетная, но не менее радостная и уверенная улыбка. Одно Гето знает точно – нынешний вид точно стоил этих нелепых и дурацких слов. Хоть он потерял контроль над собой еще несколько минут назад, но, если быть искренним, не стоило ожидать от него другой реакции, ведь Годжо был не только его другом, но и убийцей. Да, Гето не хотел его обижать, но эмоции и детское тело, в котором все ощущалось совсем по-другому и в особых случаях рот работал быстрее мозгов, не особо ему помогали. По крайней мере, теперь Годжо запомнит эти слова, а не те глупости, что он сказал, когда впервые его увидел. — Да, я такой, — вот и самовлюблённость Годжо присоединилось к веселью. Что же, сегодняшний день будет каким угодно, но точно не скучным.