Дочь Хладной Гавани 3: Кристаллические сердца

Уранополис (Небесный город), Акавир. Императорский дворец. В Зале Совета как никогда людно. Собрались представители трех народов Акавира, Вампиры Волкихар и Лавра. Оборотни Йоррваскра, члены Круга. А также семья Димитреску, Донна, Энджи, Кама, Отар. Стелла, Валерика, Серана, Искра, Ушеви, Хана и многие другие. Над широким овальным столом развернулись карты Скайрима, план Форта Стражи Рассвета с его окрестностей, включая пещеры и ущелье, где находилась башня. Довакин и Гераклион доложили о том, что Изран объединился с Талмором и Стендаррцами, желая уничтожить и оборотней, и вампиров под корень. Единственный выход – битва за свои жизни, за своих семьи, за будущее своих детей и свободу остальных людей, которые не ведают об угрозе… За столом разгорелся страшный спор. Императору Леонтию пришлось вмешаться. - Я не вправе просить вас, братья и сестры. Тем более о таком. Однако я прошу: давайте вместе защитим эту семью, - он показал на Леди Димитреску и ее дочерей. – Они оказались в нашем мире по воле небес и моей погибшей тети… Забыли ли вы, какой ценой мы освободили Акавир от гнета страшной змеи Липснейкис? Она не остановилась. Ей было плевать, кто перед ней: старик, женщина или ребенок. Она пожирала всех. Создала империю зла и горя. Я пытаюсь, по мере моих скромных сил, создать царство мира и процветания. Стража Рассвета считает, что нам нет места в этом мире. Они желают выжечь нас дотла, развеять пепел наших тел по ветру. Неужели мы сдадимся! Я спрашиваю: мы просто дадим им пронзить наши сердца и души? Гости присмирели, слушая Императора. Ободренный взглядами родных, Лео продолжил. - Я молод и многого не знаю. Поэтому обращаюсь за помощью к вам, моим старшим товарищам: давайте сами пойдём к людям и потребуем, чтобы они оставили нас в покое! Мы имеем право на свободу! Совсем недавно мы бились за нее! Нельзя перекладывать на наших детей бремя войн и раздоров. Нужно стремиться положить этому конец. Как Довакин встал на защиту всех людей Скайрима, когда черный дракон Алдуин обрушил на нас свой гнев и огонь. Если кто-то из вас отказывается принимать участие в походе… что ж… никто вас не держит. Вы вольны уйти, – никто не смел нарушить молчание. Леонтий обвел всех строгим взглядом. – В таком случае собрание можно считать оконченным. Мой отец, белый дракон Гераклион поведет армию вампиров. Мой дядя, Довакин – возглавит оборотней. Мои жены – представители древнейших родов Акавира, цаэски Ушеви Айна и ниттахонка Хана – будут представлять интересы моего величества и семьи Димитреску. Да будут благосклонны к нам Девять Великих Божеств, в особенности покровительница любви домашнего очага Мара и прародитель всех драконов Акатош. Я все сказал. Речь встретили пламенными аплодисментами. С поклоном многие удалились собирать обмундирование и вещи. Зал опустел. Леонтий упал в кресло. Побледнел. Ушеви поднесла ему сладкого вина. - Отличная речь, мой господин. - Перестань. Я все еще против вашего участия… - Не ворчи, милый. Отар обнял Донну, оставив ее беседовать с Альсиной. Сам подошел к Гераклиону, а тот уже позвал с собой Ушеви. Она попросила прощения и вышла следом за ними на балкон. - Что тебе нужно? Отар, вытирая вспотевший лоб платком, заговорил дрожащим голосом. - Прежде чем мы отправимся к этим охотникам на нечисть в их логово, у меня есть к вам просьба… Цаэски изогнула бровь. - И что? - Я смог излечить Донну с помощью воды священного озера в глубинах Валенвуда. Однако нас поймали и чуть не убили. Я умоляю вас вернуться туда и доставить нам образцы озерной воды, чтобы изготовить лекарство для юных Димитреску и самой графини. Гераклион почесал затылок. - Откуда ты знаешь, что именно вода исцелила кукольницу? - Я видел собственными глазами! Чтоб мне на месте провалиться! - Почему ты просишь нас? - Потому что вы можете обращаться в драконов! Я более чем уверен, что темные эльфы усилили охрану в лесах вокруг озера. Возвращаться туда опасно. Но к драконам у них вряд ли возникнут вопросы. - Ты хочешь, чтобы мы выпили озеро, что ли? – хмыкнул Гераклион. - Нет. Собрали воду в бочки. Мы со Стеллой уже разработали план. Вода в озере имеет очень редкие целительные качества. Уверен, что с ее помощью госпожа Димитреску забудет о своем недуге. Для брата ее счастье дороже собственной жизни… Я никогда его таким не видел. Столько лет спустя, прошедших с гибели жены Лиссы… он ожил и готов бороться за мир. Я хочу ему помочь. - Чего именно ты просишь? – уточнила Ушеви. - Стелла приказала изготовить пять больших бочек по пятьдесят литров. Вы наполните их водой из священного озера и доставите в «Небесное сияние». Там госпожа Валерика и Стелла проведут ряд экспериментов, чтобы окончательно убедиться в том, что вода – лекарство. Когда закончится битва против охотников за нечистью… мы вылечим семью Димитреску. - А куда ты хочешь вылить эту воду? В наше озеро, что ли? – растерялся Гераклион. - Да, насколько я понял, озеро вашего замка тоже обладает некими волшебными свойствами. Считаю, что это идеальная купальня. Осталось только найти надежных драконов, чтобы доставить бочки с водой. - И проникнуть на вражескую территорию. - Ну да… вы это уже поняли. - Хм… Гераклион оперся руками о перила и посмотрел в сад. Затем взглянул на мрачную Ушеви. - Ушеви… госпожа Айна… ты согласишься полететь со мной? - Я? – цаэски удивленно вскинула брови. – Почему ты просишь меня? - У меня не так много знакомых драконов. Помнится, ты спасла моего сына и даже помогла ему обратиться… Я в долгу перед тобой. Ты осталась одна, когда я сбежал… Мне очень стыдно и хочу искупить вину. - Ну, я согласна полететь. Давно не разминала крылья. Но где мы найдём еще трех драконов. Гераклион улыбнулся. - О, на сей счет я спокоен. Носларум и Восларум не откажутся помочь в таком благородном деле. Осталось лишь попросить Довакина вызвать Дюрневира из Каирна Душ. И тогда наша драконья эскадрилья спокойно полетит в Валенвуд за водой. Цаэски поправила черные локоны. - Оставлю остальное на тебя. Пойду отпрашиваться у моего господина. Женщина поправила кимоно, вздохнула и вернулась в дом, ища глазами Леонтия. Тот общался с родными. Гераклион отыскал Мачете во дворе рядом с додзем. Имперские вампиры что-то не поделили с оборотнями Йоррваскра, и Драконорожденный их разнимал.

***** ***** *****

Тем временем Кама, отыскав укромный уголок в просторном дворце, говорил с Альсиной и тремя вампиршами. - Я знаю, ты недовольна моим решением, но я отправлюсь с тобой. До битвы осталось два месяца. Мы успеем подготовиться. - Тебе не обязательно идти. Ты смертный… - Упрекаешь меня… Альсина скривилась. - Прошу прощения, ты меня неправильно понял. - И ты тоже. Я не спрашиваю твоего позволения. Я утверждаю, что отправлюсь с тобой. Если понадобится моя жизнь, чтобы защитить вас четверых – я отдам её. Девочки готовы были разрыдаться, услышав эти слова. - Кама! Не говори так… - Папа… - Не надо тебе в пекло лезть… Кама взял Альсину за руку в перчатке. - Послушай. Меня не было, когда погибла моя Лисса. Я чувствую, что ее дух поныне рядом со мной, где-то здесь, - он коснулся своего сердца. – Дани напоминает мне о ней. Значит, это знак, что я могу снять со своей души тяжеленный груз. Ты дала мне смысл жить дальше… Бороться за любовь. И если нашему счастью угрожает опасность, я хочу встретить ее вместе с той, кого люблю. Я люблю тебя, Альсина. И не собираюсь бежать и прятаться за спинами. Даже если это спины могущественных существ. Альсина улыбнулась, сдерживая слезы. Дочки смотрели на мать. - Никто никогда не говорил мне таких ласковых слов… Кама… я тоже тебя люблю. Кама посмотрел на девочек. - Вы – самые прекрасные создания на всем белом свете. Для меня честь сражаться за ваше счастье и свободу. - Звучит как прощание. - Я прощаюсь со своей трусливой сущностью… Я желаю встретить врага у ворот вместе со всеми. Какой прок, если я буду в тылу ждать вашего возвращения? Я умру от неизвестности и страха. Такого я никогда себе не прощу. А смерть… смерти искать не надо. Она следует за каждым из нас. Просто часть жизни… жизнь – это мост между вечностями… - Если мы будем осторожны… - вздохнула Альсина, посмотрев на мужчину ласково. – Возможно, мы переживем тот роковой час свидания с судьбой. Хорошо, ты поедешь с нами. Девочки, вы будете неотлучно находиться рядом с ним и ни в коем случае не полезете на рожон. Ясно? Девушки вздрогнули от тона матери. Понурили головы и ответили в унисон. - Ясно… - Вот и хорошо, мои цветочки. – Она ласково погладила каждую по голове и поцеловала. - Побудьте с папой. Мне нужно кое-что сделать. – сказала Димитреску, грациозно поднявшись. Дочки недоуменно проводили маму глазами. Затем прилипли к Каме и замурлыкали как дикие кошки.

Сколько мы лет не общались, хоть каждый день были рядом?

Ночи в кошмар превращались, я свою жизнь сделал адом!

В тайном в моём ритуале – я совершил оживление,

Но от людей скрыл в подвале своё ужасное творенье.

Все зря, надежды безумца сжигало пламя огня;

И чем труды обернуться – никто не предостерёг меня!

Память ушла безвозвратно, с этим не мог я смириться

И каждый день пил изрядно; Как право, тут, не напиться?

Тело её танцевало в сумраке так неуклюже.

С годами лучше не стало. Стало, клянусь, только хуже!

Все зря, надежды безумца сжигало пламя огня;

И чем труды обернуться – никто не предостерёг меня!

Гибла любовь с каждым годом. Дразнили, ради забавы,

Бесы меня кукловодом; и, чёрт возьми – были правы!

Я с ней бедой обрученный, такой судьбы поворот.

В прошлым – гениальный учёный, а ныне я – кукловод!

Я с ней бедой обрученный, такой судьбы поворот.

В прошлым – гениальный учёный, а ныне я – кукловод!

Ныне я – кукловод!

***** ******

- Донна, у меня есть просьба к тебе. - Альсина? – кукольница удивленно посмотрела на подругу. Кукольница прошла следом за высокой женщиной. Альсина села в глубокое широкое кресло. Осторожно взяла Донну на руки и посадила себе на колени. Щеки Донны зарделись. - Ты так прекрасна, Донна, - выдохнула с улыбкой Альсина. – Я счастлива, что ты избавилась от боли и всех страданий. Особенно от этой гадины – Каду. Скажи, неужели сила озера настолько велика? - Прекраснее места я не видела за всю свою жизнь. – тихо ответила Донна. Она говорила спокойно. Не было в ее речи обрывов, нервных взвизгиваний, как раньше. Не видно было в глазах тоски и безумия. Она и вправду излечилась. Донна заглянула в золотистые глаза подруги. – Я видела свое прошлое, настоящее и будущее. Видела свою мать, отца… сестрицу… И не ожидала, что озеро разделит нас с Энджи и подарит ей человеческий облик. Я не смогу объяснить словами того, что увидела. Почувствовала. Испытала. И не проси, умоляю, рассказывать. Ты должна сама это испытать. Альсина слушала Донну, затем погладила ее блестящую гладкую кожу. - Прекрасна как весенний цветок. Надеюсь, ты больше не будешь работать с ядовитыми растениями. Кукольница пожала плечами. - Я швея в первую очередь, а потом уже алхимик. Стелла и Валерика предложили мне работу. В том числе по поиску лекарства для тебя и твоих дочек. Я согласилась. - Тогда я попрошу тебя о том, чтобы остаться в нашем замке. Вместе с Отаром. Места хватит всем. А пока мы будем участвовать в битве, я буду спокойна, если дома нас будут ждать друзья. Донна смотрела в ее глаза. Кивнула и счастливо улыбнулась. - Ты можешь на меня рассчитывать, сестра. Я никогда не брошу тебя. Альсина довольно кивнула, поцеловав кукольницу в лоб. - Рада, что мы поняли друг друга. А Энджи может побыть с детьми Сераны и Стеллы. Ведь вам вдвоем не мешает поговорить. – при этих словах Донна покраснела. Леди Димитреску рассмеялась. - Тебе стоит больше загорать, дорогая. Бледность портит кожу… - Альси… - пролепетала Донна, не зная, куда деться. Их отвлек Отар. Альсина опустила кукольницу на пол. - Что ж… пойду спасать Каму от нежности моих дочерей. Да помогут нам всем боги в этом непростом деле, выпавшем на нашу долю.

Свет ярких факелов слепит глаза

Как туннели горят зеркала

В древнем храме, стоящем у скал

Ждет свой час золотая Иштар

В ночь когда солнце сольются с луной

Звезды в танце замрут над землей

Жизнь откроет вселенной врата

Я проснусь от столетнего сна

chorus:

Жарким пламенем разгорается

Страсть в твоей душе, и в сердце богини

Жизнь как сладкий сок разливается

Бьет ключом, забирая все силы твои

Ты - верный жрец, ты избранник небес

Как награду прими этот крест

В алом шаре последней зари

Раствориться в объятьях любви

bridge:

Свет ста тысяч ярких солнц

Озарит горизонт

Свет поманит за собой

Унесет, растворит, наполнит тишиной

chorus, solo, chorus

chorus:

Жарким пламенем разгорается

Страсть в твоей душе, и в сердце богини

Жизнь как сладкий сок разливается

Бьет ключом, забирая все силы твои

Ты - верный жрец, ты избранник небес

Как награду прими этот крест

В алом шаре последней зари

Раствориться в объятьях любви

***** ***** ******

Рассказав соображения Отара жене и детям, Гераклион в сопровождении Ушеви и Довакина покинул императорский дворец. Обратившись в драконов, они прилетели в замок Димитреску, уговорили братьев-драконов, вызвали Дюрневира, и вскоре пять драконов, Валерика, Стелла и Довакин полетели на юг, в дремучие тропические леса Валенвуда за священной водой. Альсина же отчего-то отказалась принимать лекарственную ванну, пока не покончат с угрозой охотников на вампиров. С ней никто спорить не стал. Подготовка к битве продолжилась.

***** ******

Ночь. Зажигаются свечи

Звон с черной башни летит

Вновь начинается вечер

Слышишь дьявольских вальсов мотив?

Стоны скрипок и хрипы гобоев

Дивные песни сирен

Нимфы стелют туман над рекою

Манят путников в плен

Свет. Мелькают тени

Смех звенит в зеркалах

Бал гуляет нечисть

От заката и до утра

За портьерой шорох случайный

Чей-то вздох и испуганный взгляд

Кто-то хочет узнать наши тайны

Чьи глаза за нами следят?

chorus:

За гранью подсознанья разум прячет тайны

Каждую минуту искажая порядок цвета и места

Меняет очертанья и не ясно что же здесь реально

Скрытые желанья ждут когда начнется игра

Взмах и удары плети

Страх застывает в глазах

Ты к нам попался в сети

Нет дороги назад

Ты явился без приглашенья

Здесь не любят незванных гостей

Здесь легко можно стать угощеньем

Для моих любезных друзей

Замри на месте каменным телом

Немым исполином, лишенным души

Покорным рабом, безвольной тенью

Заклинаю столетья служить

Свежие силы в иссохшие вены

Жизнь тает словно свеча

Обнажайте шкуры, когти, крылья

Час настал, к нам взывает луна

chorus, solo, chorus

code:

Звон озарил небо жаром

Свет сдвинул стрелки рассвет

Свод разукрасило алым

Новый день пред тобою встает

Рассыпаются хрупкие тени

Разлетаются в мелкую пыль

Нежно тает под утренним светом

Иллюзорный придуманный мир

Изран и его союзники-душегубы тоже не сидели сложа руки, разрабатывая план захвата вампирских поместий и кланов оборотней. Сорин Журар еще не выдала себя, но чувствовала, что уже попала под подозрение. На территории Форта Стражи Рассвета развернулись лагеря нескольких фракций. Точились мечи, ковались доспехи, изобретали новые яды для стрел и копий. Изран искал любой действенный способ покончить со скверной раз и навсегда. Он вконец обезумел и перестал видеть, кто друг, а кто враг. Он стал подозревать всех, и вздрагивал даже от собственной тени в огне камина. Люди, орки и другие расы чувствовали изменение настроения своего начальника и старались не попадаться ему на глаза или хуже того, под руку. Осень прошла под сенью приготовлений к великой битве. И ставки повышались с каждым днем. Удар, который намеревался нанести Изран, не состоялся. Его застали врасплох благодаря внутренней борьбе Сорин Журар. В начале зимы ночью Форт Стражи Рассвета подвергся внезапному нападению.

Терпкой каменной смолой

Льется вечность пред тобой

Между небом и землей

Столетиями ведешь ты бой с самим собой

В темноте горят клинки

Здесь вокруг одни враги,

Жаждут мести

Только встань к ним спиной

Ждёт удар роковой,

Прямо в сердце

Припев:

Боже раскрой мои глаза

И пусть прочь отступит Тьма

Будь в мыслях всегда со мною

Дай сил исполнить то,

Что судьбой предрешено

На все сила твоя и воля

Мир который ждал тебя,

В час отмеченный судьбой

Не наступит никогда,

Ты ослеплен своей безумною войной

Припев, Соло, Припев