Искры мечей тысячелетия

Изаму проснулся намного раньше своего будильника. Очередной раз вскочив с этого матраса, который был как обычный камень, он быстро пошёл в ванную. Но посмотрев в зеркало, понял, что с ним всё в порядке. Эти опасения были вызваны тем, что ему приснилась битва против какого-то воина с нунчаками, который подкидывал его в воздух. А сам Изаму распорол ему живот мечом, после чего пошёл спать, как ни в чём не бывало. Но всё же, это был не сон. Изаму точно помнил это, особенно сильно про это напоминали часы на левой руке, с помощью которых он становился Рыцарем в матроске, Сейлор Ганимедом. Вчера он был Сейлор Ганимедом, и опыт этот, мягко говоря, показался для него не очень приятным. Изаму мог закрыть глаза на то, что он оказался побитым. Вчерашняя боль была по ощущениям такая, словно ему переломали почти все рёбра, но это было по странному фантомно. Словно болела только внутренняя часть. И уже сегодня Изаму чувствовал себя довольно хорошо. Но вот то, что сделал Изаму с Сейлор Тритоном, точнее с Охаяси… Он просто разрубил ему живот. Перед сном уставшему и потрёпанному Изаму просто не осталось сил на все эти мысли. Но сейчас, утром, стоя перед зеркалом, разглядывая в нём лицо потенциального убийцы, он осознавал какую ошибку совершил. В порыве ярости он потерял контроль над собой и позволил выплеснуться тупой агрессии. «Не может же быть так, что тогда не было другого выхода? Я сделал всё неправильно… Сейчас это, а в будущем буду по локоть в крови…» — примерно такие мысли посещали голову Изаму в этот момент. Часы показывали только пять утра. Слишком рано даже для пешего похода в Кейо, но слишком поздно, чтобы попытаться снова заснуть. Да и с такими мыслями Изаму точно не сможет доспать свою норму… Ему нужно было развеяться, отойти от всего и сбросить все мысли. В этом деле могло многое помочь, можно было что-нибудь почитать, поиграть, пойти в зал или просто покататься. Но всё же Изаму решил выйти на пробежку. Дав кругаля по району на своих двоих, он сможет размяться перед предстоящим днём и забыть обо всех негативных мыслях и думах. Одевшись полегче Изаму просто вышел из гаража и побежал в сторону, противоположную университету. Неважно куда он добежит и что он там будет делать, главное в этом деле — просто бежать, а ещё смотреть на время, чтобы не опоздать на учёбу. Со старта он съел парочку овощей, чтобы не быть голодным, и чтобы эти овощи не просочились окончательно. Пробежка его была интенсивной и быстрой, можно сказать, он был почти на пределе скорости. Во время бега он разглядывал окрестности. Маленькие дома, окружённые зеленью и иногда мелкими речушками, были оккупированы бродячими котами, но такие миленькие здания постепенно сменились большими многоэтажками. Постепенно, продвигаясь к центру, бетонные джунгли всё увеличивались. Это могло выглядеть как скучная и однотонная застройка без капли креатизма. Но к счастью, жители этого района оказались позитивных взглядов, и каждое из зданий, которые должны были по плану быть абсолютно одинаковыми, имело свою особенность. В одном есть чуть ли не зоопарк, где-то есть балкон, который является эстрадой для вечерних выступлений, в другом здании есть красивейшее кафе на крыше с видом на город. Всё это казалось для Изаму чудесным, но, пока что, неживым. Абсолютно все люди спали. На улице и в зданиях не горел свет, а из звуков были только редкие мяуканья котов. Да, это всё исправиться, когда зазвенит первый будильник, но пока, бегун чувствовал странную тоску, вызванную одиночеством. Но эта тоска быстро улетучилась, так как темп бега Изаму никак не замедлился. Постепенно район многоэтажек заканчивался, и снова начались маленькие домики и магазинчики. Такой обратный переход предвещал выход Изаму к огромной лестнице. Он подошёл к первой ступеньке и задрал голову. Из-за иллюзии глаз казалось, что ступенек не так много и что их там примерно бесконечность одновременно. Рядом с входной аркой находился камень с надписью: «Храм Хикава», а рядом была маленькая вывеска: «Самые точные пророчества от великой предсказательницы Хино Рей». Из-за остановки у Изаму началась отдышка, но долго стоять он так не мог. Никогда в жизни он не верил во всех этих псевдо-предсказателей и экстрасенсов, и теперь он хотел проверить что же в этом храме происходит. Подготовившись, бегун сделал первый прыжок перепрыгнув сразу три ступеньки. Затем ещё три ступеньки, и ещё три. Прыжок за прыжком Изаму преодолевал эту высокую лестницу. Он не считал время или количество прыжков, ведь это бы его отвлекало, но примерно через полминуты интенсивных прыжков он переступил последнюю ступеньку. От резкой остановки всё в глазах закружилось и затемнилось, вестибулярный аппарат дал сбой и Изаму потерял равновесие. Он стал настолько дезориентированным, что его тело уже наклонилось над лестницей. Ещё секунда, и он покатится в самый низ, прямо через каждую ступеньку без возможности остановиться. Но к счастью кто-то схватил Изаму за руку и резко оттянул на твёрдую землю. Плюхнувшись на твёрдую поверхность, он постепенно пришёл в себя. — Ох чёрт, я бы не хотел преодолевать весь этот путь наверх заново, — отшутился Изаму, — спасибо тебе… Посмотрев на своего спасителя, он увидел парня в храмовом кимоно с голубым низом и белым верхом. Лицо его было неухоженным, подбородок был усыпан щетиной, а длинные волосы смотрели в самые разные стороны. Из-за волос нельзя было разглядеть его глаза, странно что этот парень сам хоть что-то видит. Но всё же он смог увидеть Изаму и спасти его от неминуемого скатывания. — Меня Юичиро зовут, Кумада Юичиро, — представился герой сегодняшнего утра и приветственно поклонился. — Я — Ивата Изаму. Очень приятно познакомиться. — После поклона Изаму спросил, — Не спиться нам по утрам, не так ли? — Точно так. Какими судьбами вообще сюда попал, парень? — по виду Юичиро был приятно удивлён встрече с человеком в такую рань. — Да что-то уснуть не могу, вот и вышел на пробежку, — Изаму почесал затылок, словно от стыда, — а сам почему не в кровати? — А, просто я в храме работаю. — И ты каждый день просыпаешься в пять утра? Ну ты прямо-таки сверхчеловек! — Что ты, нет! — рассмеялся Юичиро, — Я тот ещё любитель поспать, а сегодня я стою здесь так рано, потому что Рей-сан решила открыться прямо сейчас. — А был какой-то повод? Тут лицо Юичиро переменилось на удивлённое, после чего снова начал говорить шутливо. — Ха! Она вчера сказала, что: «Завтра утром придёт человек, которому нужна помощь, я обязательно должна с ним встретиться». Да судя по описанию это ты! — Неужели?.. — Изаму вспомнил, по какой причине он решил подняться. Он хотел посмотреть на эту предсказательницу в её «великом деле». — Я думаю, тебе хотя бы ради интереса стоит к ней пойти, — Юичиро увидел недоверие на лице собеседника, — ну не ломайся. Сходи туда хотя бы из мужской солидарности, ради меня. Казалось, что всё это схема махинации и софистики, где в конце концов Изаму останется с напудренными мозгами и пустым кошельком. Но голос Юичиро и его глаза, которые моментами можно было разглядеть сквозь густую чёлку, говорили истинную правду. Да и вряд ли бы он и эта Рэй-сан делали такие махинации в шесть часов утра. — Хорошо, я попробую, — сказал Изаму и потянулся к заднему карману, — сколько стоят ваши предсказания? — Нет-нет! Не утруждай себя, я думаю, это предсказание будет абсолютно бесплатным. Пойдём, я тебя проведу, — Юичиро пошёл указывать путь. Изаму был приятно удивлён такому раскладу, но всё же скепсис немного остался. С долькой недоверия он зашагал в сторону входа. Храм Хикава представлял из себя типичное синтоистское святилище красного цвета. Рядом с основным зданием с двумя скатами стояли две побочные пристройки, каждое из которых было более вытянутым и имело по одному скату. Внутри же основного здания было большое пространство для молений, деревянный пол и потолок, бумажные стены и несколько ламп, вот и всё, что тут находилось. Юичиро открыл дверь, и они вышли в коридор, где проводник указал на открытый проход из которого, доносились звуки костра. — Она ждёт тебя там, — сказал он напоследок и вышел из коридора, после чего принялся наблюдать за гостем через дверь. Почему-то Изаму решил хорошо подготовиться к этому моменту. Размяв шею поворотом головы и сделав очень глубокий вдох выдох, он пошёл к проходу, после чего зашёл в комнату. По виду эта комната ничем не отличалась от основного зала, тоже пустая комната с нулём какого-то убранства, кроме, разве что, молельного костра, который стоял по центру комнаты. Огонь там разгорелся довольно-таки сильно.Казалось, что сейчас он зажжёт потолок, стены и начнётся пожар во всём храме. Но к счастью над огнищем была вытяжка прямо на улицу и владельцы, видимо, уже не в первый раз разжигали такой огонь. Прямо перед Изаму сидела женщина в такой же как у Юичиро робе, только низ у неё был красный. Она сидела к нему спиной и, кажется, медитировала. — Здравствуйте, вы Хино-сан? — спросил Изаму аккуратно. Женщина вышла из транса и повернулась к нему. Оказалось, что это не какая-то старуха предсказательница, а молодая и очень красивая девушка, наверняка ровесница Изаму. Пропорции лица были точно как у модели или айдола, да и телосложением она наверняка была как модель. Но из-за этого платья храма, всё что можно было приметить глазом — это распущенные и длинные волосы чёрного цвета. — Значит видение меня не подвело, снова, — шёпотом сказала Рей для себя, после чего начала разговор с гостем, — Приветствую вас в нашем скромном храме. Что привело нашего гостя сюда в столь ранний час? — Меня принесли сюда мои ноги, а причина моего прихода заключается в банальном интересе, — сказал Изаму, начиная попытки провернуть всё это в шутку. — Желаете получить предсказание, не правда ли? — Это только одно из моих многочисленных желаний, но в данный момент, думаю да, я бы хотел получить предсказание, — такой тон был не характерен для Изаму, но шутки ради, он решил разговаривать именно так. — Пожалуйста, присядьте, — голос Рей всё ещё оставался доброжелательным, но еле заметное резкое движение брови говорило само за себя. Изаму повиновался и сел, скрестив ноги, перед ней. — Посмотри мне в глаза, — сказала Рей. Предсказательница начала смотреть ему в глаза, пристально так смотреть. Изаму решил не отводить взгляда, поэтому начал смотреть на неё прямо как она смотрела на него. Эти двое просидели так чуть меньше полминуты, после чего произошло первое движение — Рей моргнула. — Ха, я выиграл, — сказал Изаму всё так же не отводя взгляда. — Чего? — Рей была озадачена таким заявлением посетителя, — я вообще то высматриваю вашу судьбу, а вы играть собрались? — А, так вы уже начали своё дело? Покорнейше прошу прощения, — теперь фраза Изаму звучала как чистая ирония. — К счастью уже закончила, — сказала она, неслышно при этом цокнув, но когда пришло время для оглашения будущей судьбы Изаму, то Рей успокоилась, — я увидела в твоих глазах твоё близкое будущее, слушай внимательно, повторять не буду. Тебя ждут серьёзные испытания, в котором проверке подвергнутся абсолютно все твои качества, как моральные, так и физические. Впереди будут такие трудности, от которых любой бы захотел убежать, но ты не должен. Твоя душа постоянно ищет покоя, и только после этих испытаний ты сможешь обрести спокойствие. Изаму посмотрел на неё, и после небольшой паузы сказал. — Может ещё по гороскопу погадаете, или на таро? — Если не хотели получить предсказание, то не приходили бы сюда, я и из-за тебя так рано сегодня проснулась вообще-то! — Рей не выдержала и вспылила, встав при этом на ноги. — Да вы просто пальцем в небо тыкнули! Так любой сможет, главное красиво подать, — Изаму тоже встал. — Мои предсказания всегда точные, если хочешь гарантию, могу рассказать про твоё прошлое, — сказала Рей вскинув голову в знак правдивости своих слов. — Ну попробуй! — В какой-то момент ты искал чего-то великого, но во время этого поиска ты полностью потерял себя, лишь серьёзная трагедия, которая сначала полностью разрушила твоё внутреннее мироздание, вернула прежнего тебя. После чего ты поклялся всегда идти по правильному пути. Лицо Изаму осталось таким же насмехающимся и немного злым, но глаза его округлились от такого описания его прошлого. Оно до последней буквы ложилось на его недавнюю жизнь. — Что, я угадала, тыкнув пальцем в небо? — Рей увидела изменения в глазах гостя. — Кто знает? Слишком расплывчато, чтобы что-то говорить, — сказал Изаму вернув глазам прежнюю серьёзность. — Это решать уже вам самим. — Я думаю, мне уже пора, — сказал Изаму, когда посмотрел на часы, — удачного вам дня. Говоря последнюю фразу, он уже выходил из комнаты и не собирался больше сюда приходить. — А ещё я забыла сказать: сегодня ты встретишь ту самую женщину, с которой у вас будет любовь на всю оставшуюся жизнь, — но Изаму уже не услышал этой фразы. Утренний посетитель желал как можно скорее стать бывшим посетителем и просто уйти отсюда. Но по пути он встретился взглядом с Юичиро, который по всему видимому, слышал всю беседу. — Изаму-кун, ей можно поверить, она действительно точно предска… — начал Юичиро, но его перебил Изаму. — Не нужно лишних слов, я в этом убедился сам… Прости, за всю эту чертовщину, — сказал он и кинул своему новому знакомому монету, — прими это как извинения, и до свидания. Юичиро молча провожал его взглядом, как он медленно таял снизу-вверх, пока спускался по лестнице. Он посмотрел на монетку в своей руке, это были пятьсот йен. — До свидания? Я тоже надеюсь, что мы с тобой ещё встретимся… — сказал напоследок Юичиро самому себе, надеясь на возможность новой, именно мужской, дружбы. ..... — Доброе утро всем! — сказал Изаму, когда зашёл в аудиторию, а когда подошёл к Такэо, то лично поздоровался и с ним. — Привет… Изаму-кун, — голос Такэо был совсем как обычный, но слышалось в нём странное и незаметное недоверие, будто он узнал что-то страшное про своего друга. Но этот самый друг ничего не заметил в голосе Такэо. — Как житуха братуха? Произошло что-нибудь более интересное чем то, что было в первой половине дня? — спросил Изаму. — Не напоминай… — подавленно ответил ему Такэо. — Что-то настолько плохое? — Ну, не сказал бы что настолько, но, это было странно и глупо. — Может расскажешь всё же? Такэо посмотрел в глаза своему другу и наконец решился. — Короче, шёл я вчера по улице себе, совершенно никого не трогал. Всё как обычно, красивый Токио в общем то и целом. И я такое увидел в один момент! Точнее такую! Девушку, ну прям красивую до ужаса. Высокая, шатенка с хвостом и с зелёными глазами, тело точно нимфы из легенд. Чудо наяву просто, но это к сожалению на первый взгляд. Ну ты сразу понял, что такую возможность я точно не упущу. Я знаю, что всегда надо начинать аккуратно, чтобы не спугнуть рыбку с крючка. Подхожу к ней и говорю: «Извините, девушка, вы не могли бы мне помочь?», и заливаю историю о том, что я мол купил место в кафе для знакомой влюблённой парочки, но они не пошли, и я приглашаю эту… личность, вместе со мной, чтобы бронь не прошла. Ну она согласилась после некоторой ломки, и мы пошли в ближайший элитный ресторан. Дорого мне стоило отхапать свободное место и закупиться едой. Она поела, рассказала что-то про себя по минимуму и ушла. Просто сказала спасибо за еду и пошла. Я уж за ней, и говорю, чтобы номерок хотя бы дала и знаешь, что она выдаёт? Она говорит: «Спасибо тебе за всё это, конечно, но честно, ты точно не в моём вкусе. Не думаю, что у нас что-то получиться, извини…», ещё и с улыбкой на лице! — Да уж… Наваляли тебя на бабки знатно. Но и ты, лопушок наш, мог пойти с другой стороны, сперва узнать её увлечения, куда шла и типо того. Например, узнать где она учится, — с насмешливой улыбкой стыда сказал Изаму. — Это и самое страшное, я узнал где эта Макото Кино учится! — по тону Такэо было понятно, что это было очень важно. — Макото? Ну и где? — Да прямо тут, в Кейо. — Не может быть! — воскликнул Изаму. — А вот и может, и ведь самое плохое, она наверняка в одном классе с Усаги-тян! — Вот чёрт… — Реально чёрт… а ведь я такого наговорил, не серьёзно, на самом деле… Но ты сам можешь понять, — взгляд Такэо выглядел довольно подавленным. — Да, могу понять, — закончил Изаму. То, что девушка увидела полный провал Такэо не сулило абсолютно ничего хорошего. Теперь в её глазах, и глазах её подруг, он и его друзья будут некими опущенками. То есть Изаму это тоже в некоторой степени касается. Ну это в том случае, если Такэо не рассказал что-то совсем лишнего. — Хоть я и могу понять, но всё же, что именно такого лишнего ты ей рассказал? — Я не сдержал себя и, когда она уходила, сказал: «Да у меня связей в этом городе больше, чем у тебя в семье», и она просто подошла и ударила меня! Даже не пощёчина! Изаму просто не понимал, как на это ответить. — А ты не подумал, что у неё могут быть какие-нибудь проблемы в семье, или типа того? Такэо прикрыл свой рот рукой и молча размышлял. — Ладно, нужно просто забыть об этом. Ну может ты и не встретишься с ней больше, может она и не запомнила ничего сказанного тобой. Да и вряд ли такое прошлое будет сильно влиять на настоящее. — Прошлое? — Такэо посмотрел на Изаму и снова вспомнил что-то про него, — ну да, прошлое ведь… ага. Ладно, я хочу побыть в тишине и подумать над своими ошибками. Ты ведь, как друг, можешь мне не мешать? — М-м-м… Да? Я полагаю? — Изаму был озадачен таким резким переходом настроения Такэо, но дальше изучающего взгляда он не пошёл. Так и прошло несколько пар и перемен. Такэо словно сторонился Изаму. Отчего второй не понимал, что происходит. Может у него случилось что-то в семье. Может слишком сильно загоняется из-за той Макото. Или же… Во время второй перемены Изаму решился спросить у Такэо. — А ты бывал в других городах, кроме Токио? — Бывал? Я? Ну да… Много раз и в Киото, и в Осаке. В Фукуоке как-то раз побывал, ну и несколько раз на Окинаве. Да много где успел поездить. А к чему вопрос? — Такэо хоть и продолжил разговор, но всё же голос его был предостережённым. — А вот в моём родном городе ты был? В Мито, то есть, — продолжил свой допрос Изаму. — Мито? Нет, я не бывал там, — сказал Такэо так, словно не хотел об этом говорить. — Да? Ну ладно… а не слышал ли ты, что там происходило год назад? Я сам не знаю, но что-то все про это время много говорят. — Нет! Ничего не слышал про то, что происходило в Мито в конце августа два, а точнее полтора года назад, — Такэо мысленно готовился к этому вопросу, но то, что он выпалил вызывало очень много подозрений. «Вот оно как… Кто же рассказал тебе про это?» — подумал про себя Изаму. — Ну и ладно, может кто другой знает… — сказал Изаму напоследок, понимая, что больше Такэо ничего не скажет. Но этого «больше» ему теперь не нужно было. Теперь Такэо против него. Если просто доказать, что Изаму точно изменился за целый год, может тогда всё будет хорошо. По крайней мере, Изаму на это надеялся. Однако он всё же не понимал кое-чего. Если он является Драконом в глазах своего друга, то почему Такэо настолько сильно остерегается его. Он ведь даже не Черепаха, тем более он не Демон… С грустными мыслями Изаму решил прогуляться в одиночестве. Сейчас стоит выйти на улицу, там же можно будет подкрепиться. Он посмотрел на свою сумку для еды. Точнее на один единственный пирожок с мясом, которому было уже два дня. Настроение Изаму испортилось ещё больше, но делать нечего. На улице было полностью чистое небо. Ни одного облачка, ни единого порыва ветра. Только огромный шар Солнца на зените сиял, одаривая всех своим теплом. Можно сказать, слишком сильно одаривал. Изаму снял свой пиджак и расстегнул верхние пуговицы рубашки. В это время становится очень жарко, особенно прямо под солнцем. Ещё и голод, который совсем скоро начнёт выкручивать живот Изаму наизнанку, постоянно напоминал про себя. Единственные деревья здесь росли только рядом с Филологическим корпусом. А ведь там ещё и Усаги училась, «Может повезёт», — пронеслось в голове у парня. Сев у ближайшего дерева с согнутыми коленями, Изаму опустил голову. В класс не хотелось возвращаться, а до пары ещё минут двадцать. Пирожок был съеден задолго до выхода на улицу, настроение — испорчено. Прямо перед взглядом, на земле, он заметил ветку. Уже высохшую и хрустящую. Взяв её в руки, он посмотрел на неё поближе. В голове возникла мысль о том, чтобы съесть её. От такой мысли Изаму взбесился и со злостью кинул ветку в неизвестную сторону. — Пропади всё пропадом! В универ смог попасть, а еду с утра не купил! Тупая голова, — Изаму сильно корил себя за этот маленький инцидент, — Да кто вообще мог рассказать Такэо про эту драную бойню! Пока Изаму говорил, то со злости ударил локтем дерево. Дерево оказалось раннесортной яблоней и прямо на макушку Изаму упали несколько плодов. Они были маленькие, зелёные, а по вкусу точно солёные. Но на закуску подойдут хорошо. Как только он поднёс первое яблочко ко рту из-за кустов, которые были в направлении полёта ветки, вылетел какой-то предмет. А именно та самая ветка. Изаму поймав её на лету осмотрел ещё раз. Точно та же самая веточка, при виде которой возникало желание её съесть. От такой мысли Изаму снова взбесился и снова кинул ветку в сторону тех кустов. Через пару секунд ветка прилетела обратно, но уже метнувшись стрелой, которая могла бы проколоть глаз Изаму. Поймав её между двух пальцев, он сломал её и пошёл в сторону этих самых кустов. Было банально интересно узнать, что или кто отправлял эту ветку обратно Изаму. Но как только он поднялся, то понял, что навстречу ему тоже кто-то поднялась. Это была высокая для женского роста девушка. Каштановые волосы были закреплены резинкой с двумя бусинами в хвост, а на ушах всиели серёжки в форме роз. В данный момент выражение и черты лица в целом показывали напряжённость и неприязнь в сторону Изаму. Но вот её изумрудные глаза могли бы выказывать чудесную нежность в определённых моментах. Но сейчас это был не такой момент. Прежде чем она начала говорить, Изаму сразу понял, что это и есть та самая Макото Кино. Причём, по описанию Такэо, она действительно была хороша. — Тебе, видимо, хорошо и приятно кидаться палками в обеды людей? — спросила она. — Палка была одна, и нет, удовольствия мне это занятие не приносит. Разве я попал в чьё-то сашими? — Изаму отвечал уверенно, не уступая ей позиций в харизме. — Сегодня обошлось без жертв, главное мне завтра быть на чеку, — говорила она, осуждающе скрестив руки на груди. — Ну так, а чего ты так загоняешься, если ничего не случилось! — Изаму резко сменил тон на шутливый, — Нижайше прошу прощения за мой проступок. Уверяю, больше такого не повторится. Макото оказалась удивлена такому развитию событий. Она думала, что этот парень очередной затупок, который хоть и боится всех, но спорить с женщиной он будет первый из учебной группы. — Мако-тян, кто это там? Я ведь просила, не нужно волноваться по этому поводу… — сказала Усаги, которая тоже встала в полный рост. — Какая встреча, это же сама Усаги-тян! — сказал Изаму на ходу, удивлённый такой приятной встрече. — Привет, Изаму-тян! — поприветствовала его Усаги. — Ты его знаешь? — спросила Макото в недоумении у неё. — Так это и есть Изаму, тот самый водитель и «племянник» моего папы. Макото посмотрела на него с выражением лица, похожим на вопросительное презрение. — Я думала… честно, я ожидала чего-то большего, — сказала она. — Большие, однако, у тебя запросы, Мако-тян, — сказал с ухмылкой Изаму, — никогда не забывай о том, что обёртка бывает лживой. — Ну правда, Мако-тян, не стоит говорить о нём такое, — начала защищать его Усаги, — Изаму-тян хороший парень. Макото посмотрела на них жалобным взглядом непонимания. Но потом просто выдохнула, закрыв глаза, как бы признавая бессилие в этот момент. — Давайте просто дообедаем, — сказала на последок, — не хочешь присоединиться, Ивата-кун? — Хочу, но еды у меня нету. Они сели под общим деревом, где Изаму лицезрел ещё одну девушку. Она не влезала в эту перепалку из-за палки, потому что была занята чтением книги, кажется анатомии. Ростом как Усаги, с синими волосами и с такими же по цвету глазами. Пропорции лица маленькие, но можно сказать, что милые. Правда, еле заметные отёки под глазами говорят, что эта девушка иногда не высыпается, весь вечер просиживая за книгами. Даже сейчас сидит в очках, уткнувшись в книгу и никого и ничего не замечает. — Ами-тян, познакомься, это и есть Ивата Изаму, о котором я тебе говорила, — сказала Усаги. Только после этой фразы Ами оторвалась от книги и подняла голову. — Здравствуйте, Ивата-сан, рада познакомиться с вами, — сказала она, поднявшись и сделав поклон, — меня зовут Мизуно Ами. — Привет… Мизуно-сан, — растерянно ответил ей Изаму, — зачем такие формальности? Можно просто Изаму. — Прости, — рассмеялась она, — в последнее время забываю совсем о том, с кем разговариваю. Всё же, скоро начнутся тяжёлые по учёбе времена. — Скоро? — ещё больше растерялся Изаму. До конца семестра только полгода, сегодня второй день учёбы, а она уже в бессоннице? — Ами-тян у нас всегда такая, думает об учёбе в первую очередь, — объяснила ему Макото, — а о мальчиках в последнюю. — Очень смешно, — скорее шуточно, чем по серьёзному обиделась Ами. — Хорошо, давайте уже сядем вместе и послушаем историю Изаму-тяна, вам ведь интересно узнать, как он тут оказался? — сказала Усаги. Все девушки сели и принялись понемногу есть свои закуски. Изаму подумал, чего бы такого сказать, и тоже сел рядом с ними и начал. — Ну, во-первых, приятного вам аппетита, а во-вторых… Вы хотите узнать кто я и откуда? — лицо его сделалось серьёзным и скорее озлобленным, — Я жил в Мито, и был в банде. Я был самым сильным человеком своего возраста в городе, я ходил на драки чуть ли не каждый день, однажды я даже примерно полтора сотни человек голыми руками избил. Да меня там все боялись, я поступил в этот универ, благодаря тому, что за меня написал экзамен другой парень. Да вам вообще сразу сейчас стоит бояться и уважать меня! — сказал в завершение Изаму оголив левое предплечье и показав большой шрам длиною в двадцать и шириной в два сантиметра. Усаги и Ами смотрели на него глазами, по диаметру почти как теннисные мячи. А Макото засмеялась сразу же после конца истории. — Ты то?! Против ста пятидесяти? Не смеши меня, — сказала она и посмотрела на подруг, — вы серьёзно ему поверили? — Да конечно я пошутил, чёрт побери, я вообще прилежный парень, — Изаму тоже начал посмеиваться с выражения лиц Усаги и Ами. После этого они обе будто очнулись и лица их стали по глупыми обиженные. — Очень смешно… — сказала Усаги, — но даже если это шутка, откуда у тебя такой ужасный шрам? — Это воистину ужасно, сколько же крови там вылилось? — чуть ли не в ужасе сказала Ами. «Это ещё не самое серьёзное» — подумал про себя Изаму и объяснил им. — Это, можно сказать, несчастный случай. Когда я разгружал на подработке мешки с цементом, то случайно упал с одним в руках. Это было близко к стене, а там была перегородка из стали. Предплечье просто прошлось по нему сверху вниз и осталось вот это, — сказал Изаму, почёсывая белый шрам на слегка загоревшей коже. — Больно, наверное, было? — спросила Макото немного ахнув. — Да уж, я тогда чуть ли не как маленькая девочка не взревел, если честно. Но сдержался всё-таки, — сказал Изаму. Пока он говорил это, то вспомнил настоящую историю получения этого шрама, самого большого по размеру. Год и восемь месяцев назад, когда он только начинал свою «карьеру» байкера наёмника, он вышел на патруль с тремя парнями из другой банды. Они решили проверить Изаму на прочность, решили сыграть в дедовщину. Двое держали молодого парня, один ножом сделал несколько порезов. Сперва Изаму просил пощады, но после разреза откинул двоих державших и жестоко избил каждого, кто был причастен к этому. После этого случая он получил уважение и признание от других банд, но если бы на этом шраме всё и закончилось… — Ладно уж тебе, даже если плакал, то ничего страшного. Рана ведь большая, — сказала Макото, — и ведь настоящая? Можно поближе посмотреть? — Ну смотрите, — сказал Изаму, после чего все три девочки подползли поближе и осматривали шрам. Шрам был ровный и как линейкой прочерчена прямо вдоль предплечья. Не очень сходилось с объяснением от Изаму, но эти подружки кажется поверили. — Да всё уже, хватит вам уже увиденного. Совсем засмущали уже, — сказал Изаму натянув рукав обратно, а потом решил задать вопрос, — Девочки, вы ведь местные? — Ну да, мы все тут рядом живём, — сказала Ами за всех. — А вы, случаем, не знаете, где можно арендовать место проживания, хотя бы вот на первый семестр, и по возможности подешевле, — поняв, что сейчас есть шанс найти жильё, Изаму не мог его упустить. Так же надо было спросить у Такэо, но он забыл об этом, да и сейчас новый друг не в духе. — В моём районе строятся новые квартиры, но они, должно быть, очень дорогие, — сказала Ами, — а я сама живу вместе с семьёй в одной из таких. — Я за этим делом не следила вообще, а сама жить начала с Мамо-тян, теперь у него дома всегда чисто, опрятно и красиво. Так же красиво, как он сам. Вообще, это хорошо, что я к нему переселилась… — Усаги начала мечтать. — Не улетай далеко в облака, скоро начнётся урок, — Макото вернула с небес свою подругу. — А, точно, извините, — Усаги быстро извинилась и вспомнила про свою подругу, — Мако-тян, ты же живёшь одна, да и в двух комнатной квартире. — Я? Ну да, я одна, но… — Макото по интересному посмотрела на свою жизнерадостную подругу, — Я никогда не думала заниматься чем-то подобным, да и знаю я Изаму-куна только минут десять, плюс твоя история. Надо как минимум посмотреть состояние моего дома. — Значит ты не отрицаешь возможность этого? — у Изаму от такого шанса загорелись глаза от счастья. — Если честно, у меня некоторые проблемы с деньгами, — призналась Макото, — Знаешь? Я подумаю об этом, примерно через дня три-четыре посмотрим. В голове Изаму всё перевернулось. Неужто появился шанс того, что он больше не будет спать на твёрдом полу просто покрытым матрасом? Эмоции почти взяли над ним верх, но голод резко вернул ему холодную голову и спокойствие. — Огромное спасибо тебе, Кино-сан. Я буду ждать твоего решения, — в голове Изаму понимал, что теперь по ночам будет спать ещё хуже, потому что будет думать о возможности переезда. Даже сейчас он вспоминал свой гараж, серый и скучный. Да, там валяются какие-то детали и инструменты, но ничего более. Может какой-нибудь механик найдёт в этом гараже для себя что-то прекрасное и очаровательное, но только не Изаму. Машины он любил, знал, как управлять ими и довольно хорошо разбирался против кого его Сатоми может тягаться, но чисто по внутренностям Изаму был близок к уровню начинающего автолюбителя. В этом гараже жилая зона занимает где-то одну седьмую часть от всей площади, что невыносимо мало для нормального проживания студента. — Изаму-кун, я вижу, у тебя нету сейчас ничего поесть. Не хочешь ли попробовать эту креветку? Я сама приготовила, — Макото решила поделится со своим новым другом. — Ух ты! Выглядит аппетитно, но… знаешь, — Изаму очень обрадовался этому предложению, но для приличия стал ломаться, — я как-то ведь не голоден особо… — Ну и отлично! — Макото решила не налегать на просьбе и съела этот кусок сама. Лицо Изаму по незаметному стало недовольным. «М-да уж. Могла хотя бы для приличия немного понастаивать, а потом я бы в глупой форме всё же решился поесть. Прелестная ты, но жестокая…» — пронеслось в мыслях у парня, сразу после того, как прозвенел звонок. — Хорошо, я пойду, пока снова не разыгрался аппетит. Увидимся там как-нибудь, — сказал Изаму на последок и ушёл в сторону своей аудитории. По дороге он думал о том, как же можно вернуть Такэо в ряды своих друзей, такое ведь хорошее было общение. А ещё, так же, как и вчера в машине после встречи с Мамору и Усаги, он думал о девушке. Изаму представлял, как бы он с ней мог проводить время, как бы они жили. Макото или Ами, а что, они выглядят привлекательно. Может в будущем, одна из них и Изаму бы вместе путешествовали по миру, может жили бы тихо мирно в маленькой деревушке. Но это были обычные проходные фантазии, которые по глупости лезли в голову. Изаму быстро от них избавился, и поспешил на предпоследнюю пару. Три подруги провожали его взглядом, после чего Усаги не выдержала. — Ну что, девочки, кому из вас он приглянулся? — начала она говорить шутливым голосом, — Я видела, как Ами-тян так по интересному смотрела на него, а Мако-тян сразу захотела приютить его к себе? Ну да, тут ты точно всех обогнала! Ха-ха-ха! — На себя посмотри! Небось, сразу забыла о своём Мамору, когда увидела его шрам, — решила продолжить этот спор Макото. — Ты про моего Мамо-тяна ничего не говори. Это не я каждые две недели себе кавалера меняю, — слова про Мамору сильно задевали Усаги. — Да хватит вам уже, вы сейчас опоздаете на урок! — Ами остановила этих двух своим тихим, но жёстким криком. Она после этого тоже думала про одного парня, которого она давно знала, и который теперь тоже учится в Кейо. ..... Целый урок Изаму снова был словно покинут своим, казалось бы, новым другом Такэо. Который всё ещё не хотел разговаривать, да и «кое-что личное» произошло у него, вот и надо было ему это обдумать. Изаму подумал, что можно сделать в этой ситуации, и в конце концов решил ничего не делать, а подождать. Время тоже ведь лечит. Последней парой являлась пара физической культуры. Этого урока Изаму немного побаивался, так как придётся переодеваться. А при переодевании придётся снять рубашку и надеть спортивную форму. К счастью, форма была двух типов. Первая — футболка с коротким рукавом, вторая — футболка с длинными рукавами. Второй вариант подходил идеально. Но вот как в довольно тесной раздевалке снять всю одежду, даже на несколько секунд, и не привлечь внимание этими шрамами? Слишком поздно было об этом думать, так как он уже находился внутри раздевалки и держал в руках снятый пиджак. Он оглянулся, все парни просто разговаривали о чём-то, либо молча надевали спортивную форму зелёно-белой расцветки. Встав в угол раздевалки Изаму резкими, но при этом плавными, движениями снял расстёгнутую рубашку и надел форму. Ещё раз оглянувшись он удостоверился, что никто ничего не заметил. Всё прошло успешно. По крайней мере Изаму на это надеялся. Начинался самый обычный сдвоенный урок физ-ры на воздухе. По плану сперва разминка, свободное время, а далее игра в волейбол против друг друга, чтобы узнать кто годится в местную команду. Если шрамами Изаму не хотел красоваться, то силой вполне хотел, и даже мог. На пробежке с лёгкостью оказался в числе лидеров, при этом даже не запыхался. В беге на скорость оказался третьим, а на прыжках пятым. Учитывая, что в его направлении учёбы, то есть аудитории, учатся сорок шесть учеников, из которых двадцать девять парней, результат был вполне неплохой. Но самый сок начался тогда, когда группа из фаворитов спортсменов решила сделать «лестницу» на подтягивания. Семь парней, в числе которых был Такэо, и одна девушка решили проверить, кто дольше сможет продержаться в этом мини соревновании на прочность. Изаму просто не мог обойти их стороной. — Не помешаю, если присоединюсь? — спросил он. — Конечно нет, Ивата-кун, — ответил ему Катаяма Тсутому — самый сильный студент первого курса, который сдаёт все нормативы на силу первым, и бьёт некоторые университетские рекорды. Всё в нём говорило о силе. Его грубое лицо, короткая армейская стрижка, специально выбранная размером меньше футболка, чтобы мышцы выпирали. Да даже имя предвещало ему тяжёлую работу в отношении тренажёрного зала. — Думаю, нам стоит сейчас же начать? Нас тут много всё-таки, — сказал Такэо, который теперь пристально смотрел за Изаму. — Я пойду первый, — с такой фразой Изаму залез на турник и открыл турнир. В самом начале, движения каждого присутствующего были ровными и без дрожи. Каждый здесь хоть немного оценивал себя близко с Тсутому, но он был ужасно силён. Уже к десятой ступеньке несколько людей начали дрожать. А к двенадцатой выбыл первый. На тринадцатой и четырнадцатой ещё по одному, на пятнадцати вылетели сразу двое. Теперь остались только четверо: Изаму, Тсутому, Такэо и та самая девушка, по имени Такэути Наоко. По её виду тоже было понятно, что она спортивная и всё этом духе. Средний рост, короткие волосы тёмного цвета, и хищный взгляд, вызванный страстями турнира. Такой-же взгляд был у Тсутому. Только вот Наоко хотела всем доказать, что девушки не всегда мягкие и нежные, а Тсутому хотел просто всем ещё раз доказать, что он самый сильный. Такэо же сохранил хладнокровие и хотел по-настоящему оценить Изаму, своего знакомого с довольно бурной историей жизни. Сам же Изаму, судя по лицу, вёл себя как обычно, взгляд был не хладнокровный, не страстный, не серьёзный. Маленькая улыбка, ровные по состоянию глаза и не напряжённые мышцы словно говорили ему, что он сейчас пойдёт делать шестнадцать подтягиваний на уже забивающиеся руки. Сделал он их с такой же лёгкостью, как и первые пять. В общем то, все остальные тоже не отставали от него. Но вот на семнадцатой ступени Такэо начал сдавать, после половины подхода движения стали неровные и отдых между подтягиваниями начали становиться больше. После него шла Наоко, которая тоже начала сдавать, поэтому это по сути перелилось в дуэль. Один из них выбыст на восемнадцатой ступеньке, но ни один из них не собирался так просто уходить. Такэо посмотрел, как Изаму и Тсутому сделают восемнадцать подтягиваний и приготовился. Размяв руки, он запрыгнул на турник и закрыл глаза. Не может же он проиграть этой женщине в чисто мужском деле. Сделав глубокий вдох-выдох, он начал. Раз за разом его тело поднималось вверх и опускалось. После тринадцатого подтягивания темп сбился, замедлился. Такэо уже открыл глаза, теперь они смотрели агрессивно, а лицо его покраснело от давления. Его последняя лестница была пару месяцев назад, и там он смог дойти только до шестнадцати. Но с этого времени утекло много воды, и он стал немного сильнее. Но восемнадцать… Вот до конца ступеньки осталось два подтягивания. Скрипя зубами, он сделал семнадцатое, и вот очередь восемнадцатого. Вот его лоб на уровне турника, вот уже глаза, теперь нос, ещё чуть-чуть и… Такэо не смог. Чисто инстинктивно его ноги сделали рывок, который сразу причислялся к поражению. Он упал и просто опустил руки на землю. Сейчас он ощущал ту самую боль от полностью забитых рук, когда кажется, что их сдавливает огромный каток. На восстановление нужно будет ровно сутки отдыха. Но это не волновало Такэо сейчас. Глаза его были опустошёнными. Он просто понимал, что если эта дама сейчас сделает восемнадцать подтягиваний, то он окажется слабее неё, а ведь он не мог потерпеть этого… Хотя это были мысли из глубины старой души, давно похороненной и забытой. Даже если она его обгонит, то ничего в этом плохого не должно быть. — Не знаю, как вам это удаётся, но вы прям демоны какие-то, — сказал Такэо присутствующим, и в конце добавил, взглянув в глаза Изаму, — Особенно ты Изаму-кун. Тот понял, на что он намекает, но ничего по этому поводу говорить не стал. — Спасибо, Такэо-кун, ты держался достойно, — сказал он, — Такэути-тян, твоя очередь. — Ну что ты… вы ещё будете называть меня Такэути-хан, когда я вас с лёгкостью уделаю, — она решила пошутить под конец, понимая, что против этих двоих у неё нету шансов. Запрыгнув на перекладину, она буквально повторила историю Такэо. Так же всё шло хорошо до тринадцатого жима, так же к концу начала дрожать, и абсолютно так же не смогла выжать последнее подтягивание. — Ха, похоже мы с тобой на ровне… — сказала она, посмотрев на Такэо. — Похоже на то, — ответил он ей. Хоть он и понимал, что не стоит так радоваться этому, но на душе его стало чуточку легче. Теперь остались только Тсутому и Изаму. Про Тсутому многие знали ещё до начала учёбы, какой он сильный и мощный чуть ли не с рождения. А вот Изаму пришёл сюда серой лошадкой, но уже сейчас остался один на один против известного сильнейшего первокурсника. Пошла ступень девятнадцать. Вот уже теперь Изаму начал подавать признаки усталости, в виде изменений взгляда от спокойного к напряжённому. Но девятнадцать он всё же сделал. Тсутому уже начинал трястись сильнее, но тоже смог пройти эту ступень. Оба парня смогли пройти двадцатую и двадцать первые ступени. Это был абсолютный рекорд среди всех курсов кроме самого старшего, когда-то там дошли до двадцати четырёх. Но сейчас мало кто об этом вспоминал. Куча народу собралось посмотреть на это зрелище. Все кинули свои занятия подбежали к турникам. Даже учитель физкультуры, который всю жизнь посвятил физическим активностям, смотрел на них с разинутым ртом. Теперь двадцать вторая ступенька. — Может остановимся, мы тут словно шороху навели, а? — сказал Тсутому который только закончил ступень двадцать один. — Остановлюсь я только вместе со своим сердцем, так что готовься делать ещё, — ответил ему Изаму, голосом полным уверенности в себе. На половине счёта он начал трястись, но всё же, довольно уверенно закончил этот подход. Пришла очередь Тсутому. Он посмотрел на турник. До этого его максимумом было девятнадцать, потому что он не пробовал дальше. Он сильно удивился, что смог сделать двадцать один, но ещё раз… Закинув руки на перекладину, он начал. Это уже было ужасно тяжело и больно, но Тсутому держался и продолжал. Вот он доходит до отметки девятнадцать, двадцать, теперь уже должно было быть двадцать один, но как бы он не старался, его тело не поднималось. Это был его предел, больше он физически не мог. Смирившись с этим Тсутому просто отпустил руки и встал на землю, опустив их. — Впервые в жизни вижу того, кто победил меня в подтягиваниях, — с воодушевлением в глазах сказал он Изаму, — пожалуйста, пожми мне руку, я сейчас поднять её не могу. — Конечно, — сказал ему Изаму, улыбнувшись и пожав полностью недееспособную руку, — но вы все держались очень хорошо. Он посмотрел на всех, кто его окружал. Это были студенты первого курса, не только из его направления, учителя, и восемь проигравших ему людей. Почти все смотрели на него с некоторой надеждой и мольбой в глазах. — Неужто ты тоже больше не можешь? — спросил учитель физкультуры, Хагисияма-сенсей. Он уже давно работал тут, и последний такой результат он видел лет семь назад, — Если ты сделаешь ещё две ступеньки, то побьёшь рекорд университета! Изаму ещё раз осмотрел всех, осматривал он их медленно, будто мысленно спрашивал каждого, «продолжать ли ему?». Ответ в глазах каждого был «сделай это!». — И-ва-та! И-ва-та! — в толпе кто-то начал говорить его фамилию для поддержки. Потом эту инициативу подхватил другой, и по цепочке вся толпа теперь выкрикивала его имя. — И-ВА-ТА! И-ВА-ТА! И-ВА-ТА! — гремело рядом с турниками. Поняв, что это его звёздный час и сейчас он любимец народа, Изаму снова встал на турник. И снова начал делать подтягивания. Он уверенно сделал двадцать три, от чего толпа взорвалась овациями. Так как больше не было никого рядом с ним, Изаму просто отошёл немного от турника и разминал руки. Сам он лестницу никогда не делал настолько серьёзно, а рекордом за один подход были тридцать шесть подтягиваний. После того, как прошло полтора минуты он снова поставил руки на перекладину. Если он сделает сейчас двадцать четыре подтягивания, то встанет на равне с семилетним рекордом. Он закрыл глаза и подумал о том, что ни о чём не нужно думать. Мысли очистились, разум стал пустым и в этой картине темноты возникла одна фигура, один человек. Тот самый человек, из-за которого он стал сильным не телом, а моралью. Нораи… Этот образ... когда он стоял и просто улыбался. С порывом мотивации и воодушевления Изаму начал этот подход. Пока он делал подтягивания, все присутствующие затаили дыхания. И вот он закончил двадцать четвертый подъём. Овации стали ещё больше, потому что сюда подоспели студенты с других факультетов, пришли поглазеть даже те, у кого сейчас совсем другие уроки. После очередного отдыха Изаму ещё раз запрыгнул на турник. Теперь нужно было сделать двадцать пять. На него смотрело по меньшей мере человек шестьдесят. Вот теперь руки серьёзно устали, и было скорее больно ими двигать, чем тяжело. Но подвести этих людей Изаму не мог. Собравшись с мыслями, он начал. Снова, полнейшая тишина, которая разрывалась глубокими вдохами спортсмена. Секунды словно растянулись в минуты. Подтягивания его замедлились, но не сбивались с общего темпа. И вот, он сделал двадцать три, двадцать четыре и… Изаму понял, что у него хватит ещё есть силы для полного добития этой толпы и под конец вместо обычного подтягивания сделал выход через силу. Все вокруг буквально разрывались от криков счастья. Крики сорвали многим уроки и во всех окнах, которые смотрели на площадку, начали показываться лица недоумевающих. Они пока не знали, что тут происходит, и почему большая толпа людей подбрасывает в воздух какого-то парня. Но скоро новость о новом рекорде лесенки облетит весь университет. После выхода на силу у Изаму сильно закружилась голова. Руки уже не могли держать его на перекладине, и он просто полетел прямо на твёрдый грунт. К счастью, ему не пришлось ощущать всю мягкость земли на себе снова, ведь его быстренько поймали и понесли в более открытое пространство. Потому что потом его начали подкидывать в воздух и ловить. Изаму просто расслабился и почувствовал этот момент. Такое с ним было в последний раз где-то полтора года назад, когда он в одиночку смог отстоять «честь» своей банды победив в одиночку восьмерых человек. После чего его также поднимали в воздух большая группа людей. Но сейчас удовольствие было намного сильнее, потому что любили его сейчас по-настоящему. Теперь в Кейо его запомнят очень надолго. И это только в третий день учёбы… ..... Но на триумфе Иваты Изаму пара по физкультуре не заканчивалась. После такой бурной разминки следовал турнир по волейболу. Отбор будет вестись выборочно Все ученики перешли во внутренний зал и было решено отобрать шесть команд. Шесть командиров вышли из общей группы и начали кидать жребий на право первого выбора. Победила девушка с длинными светлыми волосами, длиной во всю спину. Ростом она была выше Усаги Поговаривали, что она очень даже хороший игрок, поэтому и вышла как командир. Но независимо от уровня игры набирающих команду, или выбираемых игроков, абсолютно все понимали, что первым будет выбран именно Изаму. Все думали, что заполучив его в команду, то они смогут с лёгкостью всех обыграть. Но Изаму тоже понимал, что его первым выберут, и понимал ещё, что зря на него надеяться. В волейбол он играл в последний раз месяцев пять назад, наверное. Да и то, никогда он не умел нормально принимать, и тем более подавать мячи. Всегда был запасным во время школьных игр и никогда сам не желал выходить на поле. — Я выберу Ивату-куна, — сказала девушка, выигравшая жребий. — Знаешь, я ведь уже давно играл в волейбол, может пока другого выберешь? — сказал Изаму, выйдя при этом вперёд и начав с ней разговор. — Ну ничего. Сейчас у нас только разогрев, можно сказать. Да и я тебе помогу освоится, если хочешь, — улыбнувшись сказала она. Изаму хотел ей снова возразить, так как не хотел подвести хоть кого-нибудь во время игры. Но эта её улыбка… Он вдруг понял, что эта девушка довольно-таки милая, и даже красивая. На долю секунд он запутался в мыслях и ничего не говорил. Этой доли секунды хватило этой девушке, чтобы направить Изаму стоять позади неё. Изаму посмотрел на её спину, очнулся от той улыбки и решил спросить у неё. — Ты знаешь, как зовут меня, а вот, как зовут тебя? — с некоторым стеснением спросил он её. — Я — Айно Минако, приятно познакомится, — ответила она ему, повернувшись. И снова, прекрасная и скорее милая улыбка появилась на её лице. Изаму начал чувствовать себя словно не в своей тарелке, словно он смущался этого момента. Это было так странно. — Очень приятно… — сказал он, ненадолго почти полностью потеряв свою уверенность и харизму. Начался отбор команд и к концу этих выборов в команде Минако появились ещё три девушки и один парень. Они все были несказанно рады быть в одной команде с Изаму. Но сам он понимал, что скоро все увидят его фиаско. К большому сожалению, они выходили играть первыми. Изаму, чтобы подавать последним из команды, стал в шестой квадрат, конечно-же его к его мнению прислушались и все согласились с этим. Минако встала на пятую позицию и началась игра. По началу, к большому счастью Изаму, мяч не летел в его сторону. Но всё же, это не могло продолжаться вечно. Всё же и до него доходили подачи, и всё что делал Изаму — это кое-как криво принимал мяч и подавал либо в неизвестную сторону, либо сразу на поле врага. Потому что в три разыграть он никак не мог. Его команда не ожидала такого от него, но пока ничего не говорила. По чистой удаче рядом стояла Минако, которая видимо давно увлекается этой игрой, поэтому многие подачи она просто брала на себя и всячески помогала Изаму. С грехами пополам, они смогли выиграть эту игру, и пошли на скамью ожидания. Где начался разговор между балластом и капитаном, то есть Изаму и Минако соответственно. — Ты всё ещё разогревался просто? Или поддавался им? — Минако была запыханная после игры и немного недовольная, но пока что не подавала виду и просто властно стояла над Изаму. — Ну я же тебя предупреждал… — сказал он сидя на скамейке смотря себе между ног, — не знаю я, как в это играть. Минако осмотрела других участников её команды, они так же ничего не понимали и были разочарованы в Изаму. Командирша снова начала смотреть на поникшего Изаму. Она просто не могла понять, что её говорить. — Ну ведь у тебя много… — начала она. — Много силы! Да, я очень сильный! Но техники то нету, чего вы от меня ждёте? — не поднимая головы закончил за неё Изаму. Хоть он и многому научился за последний год, например, вождению машины, но играть в такие игры он даже не пытался. И сейчас он винил себя за это. — Я не умел играть, и не умею, всё на этом, — Изаму решил закончить разговор. — Ну тогда сумеешь! Если научишься, — после этой её фразы Изаму всё же поднял голову, но говорить ничего не стал, — мы выходим только через минут пятнадцать, поэтому давай вставай и хоть как-нибудь подтянем твою технику. Он посмотрел на неё недовольным лицом, но отвечать не стал. Вместо этого просто встал, и они вшестером встали на незанятый участок спортзала и начали тренировку Изаму. Приёмам его учили самым базовым, по типу, при подаче врага всегда держать руки на уровне головы и быть в положении полу приседа, а также, что при собственной подаче стоит вкладываться не в силу, а в аккуратность, не особо искривляя своё тело. Изаму как губка впитывал эту информацию. И они даже на практике кое-что тренировали, но любой бы понял, что пятнадцати минут слишком мало, для хоть каких-либо достижений. Но делать было нечего, снова очередь команды Минако выходить. Волновался каждый игрок команды, но они старались не думать об этом. Если сейчас они выиграют, то пройдут в финал. На самом то деле, победа ничего не значила, решала только техника, которую тренер будет искать среди каждого студента индивидуально. Но даже несмотря на это, жажда победы была огромной. Но для мыслей такого типа не было времени. Игры шли быстро одна за другой, и не успеешь моргнуть, как снова твоя очередь выходить. Команда Минако стояла в круге и обсуждала план дальнейших действий. По их тактике Минако в большинстве случаев должна будет оставаться третьей для ответной подачи. Вторым назначили парня, по мастерству не превосходящего только саму Минако. Так и были распределены все роли, для Изаму досталась довольно важная — не мешаться под ногами и, по возможности, подавать мяч второму номеру. С таким раскладом и началась игра. Все старались как могли, мяч за мячом, подача за подачей, обе команды шли на ровне. Оба числа на табло росли почти с одинаковой скоростью. Даже Изаму не остался в сторонке, несколько раз удачно подав мяч с самого начала и спасовав его прямо в руки второго номера. Хоть было ясно, что это точно не уровень даже среднего игрока, но те пятнадцатиминутные тренировки пошли на пользу. Как бы не пытались справиться участники команды Минако, противники вышли на контрольный мяч. Если они не смогут сейчас принять, то это будет конец. К счастью, у противников мяч вылетел в аут. Видимо подающий переволновался и не смог прямо подать. Теперь уже контрольный мяч был у обоих команд. К решающей подаче готовилась сама Минако. Команда была уверена, что он сможет без проблем закончить сейчас игру, но всё же, никто не расслаблялся. И не зря не расслаблялись. Мяч Минако полетел идеально, но его так же идеально смогли отбить. По прилёту обратно на их поле человек на третьей зоне смог отбить его, при этом упав на пол. Второй номер быстро подтянулся и тоже отбил мяч, но из-за неожиданности полетел он не в сторону капитана, которая уже подбегала к сетке. Траектория мяча лежала прямо на пути к Изаму, самому никудышному игроку команды. Казалось, что это конец. Проигрыш обеспечен. Но этот парень просто так сдаваться не стал. Взяв разбег и махнув руками для прыжка, он отправился в короткий полёт. Время он рассчитал правильно, осталось только правильно ударить. Руку не нужно заносить за себя, удар сделать не прямо под себя и под конец — после удара изогнуться, словно скорчиваешься от боли в животе. Так удар будет сильнее. Это всё была теория, которую ему сказала Минако, и сможет ли Изаму применить это всё на практике, он не знал. Мяч летел прямо на середину сетки, и если бы он не побежал, то побежал бы противник, которых точно так же ударил бы по мячу. И вот, момент удара, Изаму на доли секунды напряг руку и грудь и словно взрывом высвободил всю силу. Мяч полетел к счастью на поле врага. Они хоть и примерно понимали, куда прилетит мяч, но не успели среагировать. Скорость мяча была огромной, и это означало только одно. Со звуком выстрела из пистолета, мяч достиг поля, и команда Минако вышла в финал. Это была победа. Все были рады этому, особенно тому, что Изаму смог сделать хорошую подачу. По сути, он снова оказался почти в центре внимания, просто сейчас более локально. Вся команда села на скамейки, в отличии от прошлого раза, более счастливо. Но Изаму было не остановить, он вместе с Минако продолжал тренироваться. Времени у них было снова минут двадцать, так что нужно было поторапливаться. Но когда началась последняя игра, все словно были сильно воодушевлены. Подачи противников с лёгкостью отбивались. А сами противники в большинстве случаев пропускали мячи. Вся команда была активной. Даже Изаму, который был сперва аутсайдером, стал хоть немного значимым игроком. Которому хоть и не сильно доверяли, но давали в руки руль, чтобы посмотреть, что получится. После довольно простой победы уже можно было покричать и поликовать. Вся команда подбежала к Минако и подняли её на руки. Точно так же как Изаму после лесенки, её начали подкидывать в воздух. Ведь по сути именно она выиграла все эти игры. Всем было понятно, что она станет участником команды университета, и все были рады этому… ..... Тяжёлый, третий день учёбы подошёл к концу. С утра казалось, что он растянется по ощущениям на несколько дней. Но на самом деле, Изаму только лишь успел записать своё имя в рекорды этого университета, как уже прошла последняя пара. К слову, последней была именно пара по физкультуре. Так что Изаму сейчас шёл к машине немного подуставший. По дороге он размышлял о тех девушках, которых сегодня встретил. Но больше всего, он думал именно о Минако. Он вспоминал её внешность, её лицо, её голос. Она была словно из утопии. Если Усаги была очень низкой и со своим парнем, Ами была слишком погружена в свои мысли, а Макото, хоть и была достаточно хорошим вариантом, но не без минусов, то Минако словно была золотой серединой. Не слишком низкая, спортивная, весёлая, неунывающая и всегда готовая поддержать. — Неужто ты реальная, Айно-тян? — сказал он, закрыв глаза и ещё настырнее вспоминая её образ. — Ну вроде бы да. Меня видят другие люди, и я могу влиять на окружающий мир, — Минако увидела, как её бывший сокомандник идёт в её сторону, поэтому решила подождать его. — А… Айно-тян, привет… Я даже не заметил тебя… то есть не смотрел в эту сторону, — Изаму очнулся от раздумий таким резким появлением. — А почему ты спрашивал, реальна-ли я? — заинтересовалась она. — Да забудь. Глупости… Не бери в голову в общем, — сказал он и понял, что по сути закрыл эту тему. Если он хотел продолжить диалог, нужно было найти новую тему, — а ты свободна сейчас? — Ну, вроде бы да, — она сама начинала понимать, к чему клонит этот парень. — Может тогда сходим куда-нибудь, я угощу тебя куском Наполеона и чашкой цейлонского чая. И бананового мороженого на десерт, если захочешь. Это всё для того, чтобы поблагодарить тебя за последние несколько игр. — Хорошо, пошли! — Минако довольно быстро согласилась этому предложению. Настолько быстро, что Изаму ненадолго отключился, думая, что она будет немного ломаться или делать что-то подобное. — Так, куда мы пойдём? — спросила она, после долгих четырёх секунд молчаливого ожидания. — А? Куда? — снова Изаму проснулся, — Куда?.. Сперва давай пройдмся пешком. — Отлично! — с улыбкой сказала Минако, и парень повёл её в сторону Сатоми. Изаму шагал как ни в чём не бывало. Но в голове его происходил полный сыр-бор. Он не понимал, что он сделал. Его импульсивные действия привели к таким последствиям. Но он даже не понимал, что это за последствия. Куда эта девушка идёт, почему у неё нету своих дел, почему она не оказалась занятой личностью? «Что, чёрт побери вообще происходит?» — подумал про себя Изаму. Это было до ужаса странно, не могла ведь девушка просто так взять, и согласиться пойти с ним куда-то. Неужто эти подтягивания настолько сильно впечатлили её? Изаму оглянулся и заметил группу из нескольких девушек, которые после его взгляда резко сделали вид что не смотрят в его сторону, некоторые вообще чуть ли не развернулись и пошли в другую сторону. Но прямо позади них шёл парень, парень со знакомым лицом. Это был тот самый парень, что следил за ним в кафе вчера. Он явно всем своим видом показывал, что нужен ему только Изаму, и что от него будет не так уж и легко отделаться. Но и Ивата был не последнего сорта яблоко. Взгляд того парня смог убить нотку застенчивости в нём, отчего ему стало немного легче думаться про Минако. Теперь хотя бы мысли не были запутанными. Если она согласилась на это, значит она ждала этого. «Этого свидания, получается» подумал Изаму, когда они дошли до машины. — Куда именно мы идём? — спросила Минако, которая сохраняла всё тоже добродушное и наивное лицо. Видимо она уже знала о том, что у Изаму есть машина. — А ты не знаешь? — ответил он вопросом на вопрос. — Не знаю… — Нет знаешь, — перебил её Изаму, — ты знаешь, что мы идём к машине. Не обижайся, просто нам надо чуть-чуть поспешить. — А ты хорошо читаешь по лицам, молодец, — сказала она ему, и шёпотом самой себе добавила, чтобы он не услышал, — ты мне нравишься всё больше. Изаму стянул с Сатоми чехол, который полностью закрывал её и хорошо сливался на фоне окружения. Под этим чехлом всё так же, как и всегда, стояла прекрасная машина с удивительными формами, при виде которой у Минако расширились глаза, и она беззвучно сказала: «Уау…». — Выглядит лучше, чем на словесных описаниях, да? — с гордостью в голосе спросил Изаму. — Кончено лучше, — сказала Минако и села в салон, когда он открыл ей дверь, — спасибо! Изаму проскользил через капот и быстро оказался на своём месте. Благополучно выехав из парковки, он снова заметил того парня, который шёл за ним только что. Видимо к Изаму у него были какие-то вопросы, ведь после исчезновения из виду, он побежал. И вот теперь стоял у поворота на стоянку машины. Изаму и преследователь пересеклись грозными взглядами. На самом деле, Изаму знает его, точнее очень давно знал. Это был Ящер. Один из четырёх «Вольных бродяг» в Мито. Два года назад в Мито был самый разгар активности байкеров и бандитов. Это были школьники старших, а иногда даже средних классов. Они делали всё, что обычно делали другие школьники до них. Устраивали потасовки, катались по ночам, шумя в городе, выясняли отношения только силой. И самое главное — объединялись в банды. Всегда находился человек, который был сильнее других. Такие люди шли по двум путям. Первый: стать лидером банды и сминать под кучу людей, чтобы они потом сражались за тебя. Второй: стать «наёмником». Так называли людей, которые не состояли в бандах по разным причинам, но приходили на забивы за ту сторону, которая им заплатила. Или выполняли индивидуальные заказы. Это стало очень популярным делом, и «наёмников» по количеству можно было счесть за отдельную банду. И среди них то и были четыре сильнейших бойца. Их отличало от других наёмников не только большая сила и умения в драках. Но и также то, что они себя вообще никуда не причисляли. Когда другие наёмники по сути оставались на длительную работу у одной банды или человека и привязывались к ним, эти четверо всегда действовали по своим прихотям. Первым по силе и по заказам среди них был Дракон, по совместительству, сам Ивата Изаму. А Ящер был третьим или четвёртым. Изаму помнил его, так как во время бойни именно первым упал против Демона. Но это были дела минувших дней. Зачем этот наёмник, который тоже должен теперь учиться в университете, налаживать уже взрослую жизнь и забыть старые проделки, преследует другого наёмника, который теперь учится в университете, налаживает взрослую жизнь и забыл старые проделки. Изаму специально уехал от него с большим ускорением, как бы говоря, что не стоит за ним идти. — Ты знаешь того человека? — спросила Минако, которая увидела эти злые взгляды на обоих лицах парней. — Нет, не знаю, — ответил он ей. Хотя такой ответ явно говорил о том, что он знает того парня. Езда до «Адзабу Джубана» по сути должна была пройти как обычно. Ничего не предвещало беды, только вот… После шестого поворота Изаму заметил, что позади идущее такси всё ещё едет за ним. Для полного подтверждения своих мыслей он сделал поворот, который не совпадал с его маршрутом, а затем и ещё один. Но это такси продолжало ехать за ним. Изаму напряг свои глаза и немного снизил скорость, чтобы сблизиться с такси. Через зеркало заднего вида он увидел лицо Ящера. Неодобрительно цокнув, Изаму обратился к Минако. — Ты любишь скоростную езду? — Скоростную? Я вроде вообще никогда не сидела в транспорте, превысившего сто километров в час. Но думаю, что мне понравиться! — улыбаясь ответила она. — Вот и славно, — Изаму начал надавливать на педаль газа. Скорость постепенно начала расти, это заметил и таксист, который тоже пока не отставал. Но сможет ли этот Accord, хоть и пятого поколения, у которого что только не было под капотом, противостоять GTR-у? Ответ на этот вопрос был понятен с самого начала. Изаму теперь сильнее надавил на педаль газа и уже ушёл в сильный отрыв. Мастерски лавируя через машины в резко уплотнившемся потоке, Изаму приехал к повороту, на котором обязательно нужно было свернуть, чтобы скинуть с хвоста эту жёлтенькую машину. Машин становилось всё больше, и это могло вызвать некоторые проблемы. Прямо у поворота ему пришлось рискнуть. Минивэн на правой полосе, ждал сигнал светофора, разрешающего поворот направо. Сатоми тоже была на правой полосе, но нужно было резко перестроится налево. К несчастью туда уже подъезжал грузовик. Было два варианта действий, сильно замедлиться, чуть ли не остановиться, и спокойно поехать куда глаза глядят. Но тогда такси догонит и придётся начинать всё сначала. Второй вариант: ещё больше разогнаться, перегнать грузовик и проскочить прямо перед ним, после чего повернуть налево или продолжить ехать прямо. Оценив ситуацию, Изаму решил пойти по второму пути. Успех означал эффектное по сути уже завершение погони, впечатление для рядом сидящей девушки и тотальная экономия времени. Провал означал наверняка моментальную смерть для рядом сидящей девушки, после чего будет пожизненное наказание для водителя. Но этот водитель был совсем не так прост, как кажется. Если бы у него не было шансов для такого манёвра, то он бы и не пытался. А так, свои шансы на успех он оценивал в девяносто процентов. — Там ведь машина впереди! — крикнула Минако, глаза которой за время этой скоростной езды становились всё больше и больше. Когда до минивена осталось примерно 20 метров, а скорость достигала уже сто сорока, то она просто закрыла глаза и крикнула, — Тормози!!! Изаму был невозмутим и на время отключил восприятие звуковых сигналов, чтобы не отвлекаться. После последней фразы Минако, Сатоми быстрым движением колёс перестроилась на правую полосу подрезав грузовичок. Изаму сразу начал сбрасывать скорость и вывернул руль на левую сторону. Он сделал перегазовку и повернул руль в другую сторону. Не пришлось даже ручник поднимать. Траектория была абсолютно чисто и пару секунд машина просто скользила по асфальту словно по льду. Да, он сделал это прямо посреди дня, прямо при людях и прямо с пассажиром на борту. Но это чувство адреналина стоило того. Да и так или иначе, закона напрямую не нарушал, разве что превысил скорость совсем немного. — Зря глаза закрыла! Ха-ха, — сказал он после завершения этого спортивного манёвра и рассмеялся, — всё самое интересное пропустила! Она убрала руки с лица и увидела, что Изаму как ни в чём не бывало улыбался и качал голову под какую-то песню. — Это Спэйсйярд от ДэдДжона. Хорошо качает, не правда-ли? — сказал Изаму, словно её сейчас не волновало то, что она секунд десять назад могла погибнуть. Она думала, чтобы ему ответить и что сказать. Но поняла, что тут нечего сказать. Таким стилем вождения надо либо восхищаться за мастерство, либо плеваться за безумство. — Не делай так больше… хотя бы без предупреждения… — сказала она, опустив в усталости глаза. На следующем перекрёстке он повернул направо, после чего начал сбавлять скорость до нормальной. — Ладно. Пожалуйста, прости меня… Я бы сам такого просто так не сделал, но ты видела, что за нами гнался какой-то безумный таксист, ¬- начал говорить Изаму, при этом мерно продолжая путь в «Адзабу…», — Честно говоря, это человека я знал, но хочу с ним больше видеться. Минако сидела, скрестив руки, и немного отвернув голову от Изаму. Лицо её выражало некую грусть и очень глубокие мысли. Словно она сильно сожалела о том, что села к нему в машину. — Ну не дуйся ты так. Хочешь, для извинений, я куплю для тебя что-нибудь, — Изаму чувствовал себя виноватым, принцип не позволял оставить её такой грустной. Но Минако всё так же сидела, отвернувшись от него. — Да полюбому ты чего-то хочешь сейчас… — Изаму подумал и начал перечислять, при этом посматривая на лицо, — Сумочка? Часы? Новое платье? Может ты хочешь поесть деликатес? Настоящего тунца, к примеру? — после этого слова Изаму увидел, как Минако хоть и не повернулась, но точно исказила губы в широкой улыбке. Это было заметно по натяжению щеки. Далее Изаму ничего не говорил. ..... Токаге кричал, дёргал руками и чуть ли не рвал на себе волосы, когда таксист привёз его в радиостудию. Он был зол из-за этой осечки, не только на таксиста, но и на Демона. Ведь как можно «Так» гонять по городу сред бела дня. Это было попросту нечестно, с точки зрения Токаге. — …ну ведь ты видел того ублюдка! Он просто сумасшедший! Таких надо сразу на пожизненное, а лучше на трибунал! Ты ведь согласен со мной? — гремел на всю машину этот парень. Таксист, тоже молодой парень, ученик ВУЗа на подработке, из вежливости по началу всё терпел и ничего не говорил, но в самом конце, после получения денег всё же решил высказаться. — Да мне всё равно как водят другие. Мне бы главное самому целым остаться! А вы со своими просьбами приблизили меня к гробу на шесть недель! — голос его был упрекающим и недовольным таким тоном пассажира. Не к такому его готовил знакомый дед таксист. — Да если бы ты водил чуть лучше, чем пожилая бабушка, то может мы бы и догнали эту мразь! А теперь мне приходится сидеть тут, с пустым крючком, на котором… — начал снова тараторить Токаге. Токаге даже не заметил, как элегантным пинком оказался на тротуаре и продолжал бессмысленный монолог сидя на пыльной земле. Лишь после пару секунд пустой болтовни он заметил на себе удивлённые взгляды прохожих. Встав на ноги одним прыжком, он отряхнул всю грязь со своих тёмных брюк и гавайской рубашки белого цвета с чёрными пальмами. — Я был так близок к этому… — сказал Токаге самому себе, потирая свой подбородок и улыбнувшись произошедшему, — чёртов мерзавец, опять оставил меня в дураках. Ну ничего… я теперь знаю номер твоей машины, мы и имя твоё вспомним, и старый адрес по возможности, и даже какую еду ты любишь. Готовься на! Пока он говорил это, то уже успел зайти в здание радиовещания «MitRanslation». Довольно высокое строение, по формам похожее на главную часть «Адзабу Джубана». Правда стены тут были более «обычными» — простая бетонная застройка с кучей хоть и больших, но не панорамных окон. Такой вид создавал вид большого муравейника, в котором постоянно что-то происходит, в котором постоянно кипит жизнь. В действительности это было не совсем так. Здесь уживались четыре независимые компании, сотрудники которых посменно сменяли друг друга. Работа кипела двадцать четыре на семь. Две компании были новостными, одна национальной, в которой хоть и было много новостей, но основой были приглашаемые гости и их интервью на самые разные темы. Но Токаге в «MitRanslation» интересовала четвёртая компания. Это была музыкальная студия, вещающая на частоте 107.3 ФМ — «Радио ночных дорог». По названию можно было понять, что там включали песни для молодых водителей. Играла там Рок музыка, редко даже Панк, иногда Поп, чаще Евробит, но больше всего там было инди-электроники, а именно Фонк. Кто-то придумал смешивать электронный джаз, основанный на размеренном звучании басов под определённый темп, и гангстерский реп. На удивление, вышло очень хорошо. Песни этого автора появлялись всё чаще в эфире, и другой композитор подхватил эту идею. А после него другой. Так, сейчас Фонк стал таким, какой он есть. Хорошо подходит для ночных покатушек и быстрых, несоревновательных заездов по трекам. Именно на этом Фонке было основано «РНД». Но Токаге просто так туда бы не пошёл. Он не был композитором, чтобы предложить свои песни, да и водителем он был никудышным, чтобы поблагодарить авторов за такую прекрасную музыку. Его интересовал один из работников этого вещания. Войдя в здание, он лицезрел приятное кремовое оформление холла. Полу тусклое освещение навевало спокойствие и умиротворение. На стойке регистрации сидел охранник в синих форме и кепке. Его вытянутое лицо до верхней половины закрывалось кепкой, а нижнюю половину по всему кругу покрывали бакенбарды, оканчивающиеся густой бородой на подбородке, и точно также безобразно выглядела в его рту немного помятая сигарета, которая раскуривалась совсем уж медленно. Положив ноги на стол и закинув руки за голову, он создавал ощущение собственного сна, но как только Токаге дошёл до этой стойки то этот охранник первым поприветсовался. — Здравствуй, Токаге-кун. Как всегда, так? — сказал охранник, продолжая сохранять своё положение. — Привет, Маэкава-сан. Да, мне здесь больше никуда и не надо, сами знаете, — ответил ему Токаге. Маэкава Тоши ничего не стал дальше говорить и спокойно пропустил пацана. Их отношения сводились в основном к таким вот встречам и быстрым разговорам. Но даже этого иногда хватало понять, кем является человек. Например, Тоши понял, что Токаге — добрый парень, который постоянно хочет стать лучше, ищет себе соперника в самых разных делах и, когда взводится, то совершенно забывает обо всех правилах этикета или приличия. Но чаще всего вёл себя как прилежный парень. Токаге поднялся по лифту на шестой этаж и зашагал по коридору. В каждой двери что-то происходило, где-то один человек сидел и просто менял кассеты, где-то сидели два человека и разговаривали в микрофоны. Всё это было очень интересно, но не нужно для Токаге сейчас. Он дошёл до самого конца коридора и зашёл в дверь 617. Это была маленькая студия звукозаписи со всеми вытекающими. Куча приборов, разных звуковых машин, несколько компьютеров, сотни тумблеров и, конечно же, сама студия, покрытая материалом, заглушающим эхо и с несколькими микрофонами. Но в этот момент внутри студии никого не было. Человек, нужный Токаге стоял перед синтезатором и драм машиной снаружи. Несмотря на весеннюю жару он был одет в почти полностью чёрную одежду. Он сидел в наушниках перед монитором и по многу раз переслушивал один и тот же момент. Хоть этот человек и ничего не слышал снаружи, но продолжал видеть. И увидел, как в комнату резко ворвался Токаге. — Здарова, Фумио-кун! Как твои дела? Идёт там твой бит? — с ходу сказал он, радостный пожимая ему руку. — Привет, Токаге-кун, — немного с грустными глазами сказал Фумио, — со мной то всё хорошо, только вот… Что-то тяжело всё идёт. — Та-а-ак, почему всё тяжело? — Токаге запустил кофе-машину и уселся на ближайший стул, — опять, вдохновения нету? — Ты спрашиваешь, будто в первый раз это слышишь, — молодой композитор отложил наушники и пошёл к открытому окну. Подышать свежим воздухом и подумать, — Если ты разговориваешь таким тоном, значит недавно у тебя был прилив… — он хотел было сказать «безумия», но всё же перефразировался, — адреналина? — Конечно был, я ведь рисковый парень, сам знаешь, — Токаге взял кружку и начал попивать кофе между фразами, — я узнал номер машины нашей цели. Да что уж там, я ещё увидел девушку, которая сегодня поехала с ним. Думаю, нам не будет трудно найти её, в случае чего. — Я так понял, наш первоначальный план, по подкарауливанию его в университете не сработал? — Фумио всё так же смотрел в окно. — Скажем так, вышли определённые трудности… Меня отвлекали обстоятельства… — Сколько номеров смог раздобыть? Сколькими воспользуешься? — Фумио сразу понял, какие обстоятельства отвлекли его друга. — Неужто я настолько читаемый? — Токаге посмотрел в глаза Фумио. Тот взглядом сказал ему: «Ну да, ты настолько читаемый», — ну ты бы видел Сачико-тян, она ведь специально надела такую короткую юбочку. А рядом с ней были целых пять её подруг подражателей, которые при виде меня сразу покраснели… — Надо будет подождать Такэо-куна, может он что-то дельное расскажет… Фумио грустно бросил взгляд на улицу. Вид отсюда открывался бы большой, если бы не рядом стоящее здание, примерно таких же форм, как это. Вид открывался только на четырёх полосную дорогу и прилегающие тротуары. Посаженные на обочине деревья хоть и облегчали немного ситуацию, но точно не спасали полностью от этой серой тоски. Фумио хотел просто пройтись по парку, сходить на окраину города или сделать что-то другое в этом духе. Фумио пару месяцев решил прислать сюда одно своё творение. Эта его песня, и несколько других, буквально взорвали сообщество радиослушателей. «Close eyes» сделала «РНД» сильно известной станцией. Слушатели ставили эту частоту, и надеялись на включение этого сэмпла. Ну а другие шли в магазин «MitRanslation», которой принадлежала лицензия выпуска кассет с треками Фумио, и по полной забивали свои бардачки этими прямоугольниками с двумя отверстиями. Фумио был приглашён сюда для подработки. Он будет получать жалование, сможет беспрепятственно пользоваться студией для записи новых треков, а всё что ему нужно делать, это переключать песни в эфире и иногда что-то говорить. Но за эти долгие пару месяцев Фумио не смог придумать что-то более стоящее, чем его самый известный трек. Да, он написал несколько треков, многим они понравились, они тоже стали известными, но не настолько как «Закрой глаза». Да и у самого композитора постоянно что-то вертелось в голове, какой-то мотив постоянно преследовал его во снах, но он никак не мог понять, что же это такое. Большое количество учёбы на втором курсе, дополнительная работа и бессонные ночи в попытках создать «магнум опус» не оставляли ему шансов как-то по-другому провести своё время. Фумио с каждым днём всё больше уставал от этого. Так ещё и откуда не возьмись появился Токаге, который попросил помощь в поиске человека. Сначала Фумио отказался, но когда он услышал старые истории этого охмурителя женщин, то вдохновился на поиски. С помощью станции они иногда транслировали сообщения, связанные с поиском Демона. Но когда ничего не помогло в самом начале, идею решено было забросить… До тех пор, пока не появится больше информации. И теперь у них есть эта самая информация. Когда они вчера узнали про машину Демона, и про примерное место учёбы, то сразу узнали у некоторых слушателей, что рядом с Кейо разъезжает тот самый серый Skyline. Хотя именно сегодня, помощь радиостанции точно больше не понадобиться. Демон битумной дороги, то есть Изаму Ивата, учится прямо рядом с Такэо. Фумио прямо-таки распирало от нетерпения, но также от и от страха. За месяц знакомства с Токаге он наслышался о беспределе, который происходил в Мито. По описаниям, этот самый Демон стоил двадцати сильных парней. Что же три профана и максимум один знающий толк в таких делах будут делать при встрече с ним? Фумио, да и другие члены их «банды», как-то мало задавались этими вопросами. Мысли Фумио были прерваны открывшейся позади двойной дверью. Оглянувшись, он сперва увидел Токаге, который читал газету, но тот звука тот тоже повернулся в сторону двери. В дверях стоял Такэо. Предстал он перед парнями на стиле. В серых брюках, белой, с отстёгнутыми верхними пуговицами, но самое главное в этом стиле — ярко-красный пиджак. Один из обычных прикидов Такэо. Пытаясь совладать с современной модой, в его гардеробе появилось куча разной одежды. Лишь остановив эту гонку за стилем, он понял, что этой одежды ему хватит на всю жизнь. — Йо, Фумио-кун! Йо, Токаге-кун! — сходу поздоровался Такэо. — Привет брат! — ответил ему Токаге. — Здравствуй, Такэо, — сказал Фумио и после небольшой паузы продолжил, — Узнал что-нибудь новое про нашего «друга»? — Да… Кое-что новое я про него узнал, — Такэо сел на стул и посоветовал сделать то же самое для Фумио, — Но для начала спрошу, сколько максимум вы можете сделать подтягиваний за подход? — Я могу только норматив сдать, но однажды смог подтянуться семнадцать раз, — Фумио не особо занимался спортом, но за своим здоровьем старался следить. — Я однажды сделал тридцать один! — с гордостью сказал Токаге, продолжая читать газету, — Видели бы вы лица тех недоумков, которые думали, что смогут выиграть меня в этом деле. Тогда я за вечер заработал сорок тысяч… — Понятно, а Умино сколько может? Не знаете? — продолжил опрос Такэо. Фумио почесал висок и быстро вспомнил. — Он делает столько же, сколько и я. — Ясно… Я вот могу сделать где-то двадцать четыре за подход. Угадаете, сколько делает Изаму? — Точно не больше тебя, может на два-три, — с уверенностью возгласил Токаге. — Двадцать пять, — Токаге хотел сказать что-то на подобии: «Ну я же говорил», но Такэо добавил, — это в лесенку… Фумио, до этого крутивший какие-то тумблеры, резко остановился и начал смотреть в пустоту. А Токаге, который до этого момента был уверен в успехе любого своего дела, посмотрел на Такэо глазами совы. — Лестницей? Начал с одного, потом каждый подход повышал количество подтягиваний на один? — Такэо кивнул, — Ты, уверен? Ты правильно считал, или может это он сам просто сказал? — Рядом было человек пятьдесят, его имя занесут в местный рекорд Кейо, — Такэо помотал после этой фразы головой и скрестил руки. Все трое молчали. Токаге говорил, что Демон точно не будет таким сильным как раньше. По крайней мере, сам Токаге постоянно тренировался, и должен был давно обогнать его. Но эта информация повергла Ящера в самый настоящий шок. Каждый в этой студии тешил себя мыслю о том, что сила — это просто сила, всегда есть отдельно стоящее мастерство. Ведь с техникой можно победить любого амбала. Но судя по тем же рассказам Токаге, Изаму должен быть фаворитом ММА в лёгком весе. — Ладно, — после долгой паузы Токаге начал говорить, — у меня есть кое-какая идея… ..... Изаму без какого-либо плана привёл Минако в торговый центр. Сперва он не знал, что говорить и как себя вести. Но буквально после первого куска сашими у них завязался разговор в этом маленьком кафе. Сперва Минако начала говорить про прошлую игру. Далее пошли расспросы Изаму об увлечениях этой девушки. Они сами не заметили, как начали говорить про свои любимые дела и увлечения. Они даже не заметили, как провели в этом, на первый взгляд неудобном, кафе целый час. Потом они решили всё же прогуляться по всему ТЦ. Там они продолжали болтать о самых разных вещах. Оказалось даже, что Минако — это близкая подруга Усаги. А Изаму, с недавнего времени, тоже друг Усаги. Вот Минако и Изаму и решили, что теперь тоже будут друзьями. Целых три часа они вместе гуляли по окрестностям Джубана. Во время этой встречи всё было прекрасным. Погода, люди, застройки, машины, животные — все источали радость и любовь. Всё, кроме одного. Парочка друзей шла по набережной реки в парке. Они продолжали иногда говорить что-то, либо вместе удивляться природе окружения. Но их общее наслаждение было прервано рёвом моторов нескольких мотоциклов. Они словно специально тут кружились и вышли на общую сходку банды. Изаму просто не мог не пойти, и не проверить что же там происходит. — Не против, если мы пойдём проверим откуда эти звуки? — сказал он Минако. — Ну давай пойдём. Мне, если честно, самой интересно. Пройдя метров сорок, они вдвоём через кусты разглядели эту ужасную картину. Четыре парня на байках кружили вокруг группы из трёх парниш. У байкеров был чисто бандитский стиль, который всем своим видом говорил: «Я тут главный на районе». Разве что, ни на одном не было плаща, которыми можно было бы опознать организацию этих чертей. Но без всего этого было ясно, что они что-то хотели от тех трёх ребят, которые были внутри кольца из байков. Эта троица была явно слабее байкеров, да и лицам их можно было понять, что страха у них просто полные штаны. Изаму просто не мог смотреть на это равнодушно. Он не стал ждать развития событий, или каких-нибудь действий со стороны всех участников этого «шоу». — Сиди здесь, и не высовывайся, — сказал он Минако, после чего вышел из кустов. — Стой! Зачем ты идёшь туда?! — шёпотом крикнула она, — Их ведь четверо! Но было поздно его останавливать. Выпрямившись, и отряхнув пыль с пиджака Изаму уверенно зашагал к байкерам. Они довольно быстро его заметили и остановили своё кольцевое движение. И конечно же каждый из них посмотрел на Изаму этим придурошным взглядом доминирования. — Чем это мы тут занимаемся средь бела-дня? — сказал Изаму, держа руки в кармане. — Тебя ли это касается, пацан? — говорить начал самый коренастый из байкеров, который был в чёрной майке. — Да, меня это касается. Вы мне портите прогулку по парку своими двигателями. — Оу. Ну если так, то мы тогда уйдём… — огорчённо сказал лидер шайки и обратился своим друзьям, — погнали парни, уходим отсюда… — Ну вот и хорошо, — сказал Изаму, теперь уже скрестив руки на груди. Конечно же эта банда не собиралась никуда уходить. Изаму и этот лидер постояли, посмотрели друг на друга, и после небольшой паузы обрыган в майке всё же продолжил. — Ну ты реально думал, что мы просто уйдём после твоей просьбы? — на его лице появилась насмешка. — Конечно я знал, что вы останетесь на своём, поэтому я хочу узнать причину вашего пребывания здесь. — Интересный ты парень, — сказал ему лидер, — храбрый причём. Ну знаешь, мне это нравится. Смотри, — он указал на другого, сидящего на земле, байкера, который держался за плечи и делал вид боли, — это мой друг, он любит жить спокойно и мирно, но эти три персоны просто подошли и избили его, а когда мой друг попытался возразить, то ещё и накричали. Мой друг, нет, мой брат, получили непоправимый урон по ментальному и физическому здоровью. Лишь сумма в четыреста тысяч йен может помочь. Поэтому я и другие мои друзья сразу пришли на помощь, и мы поймали этих негодяев. Было понятно, что всё это типичный план по грабежу у самых низкосортных байкеров. Этот лидер даже не удосужился как-то по нормальному описать эту историю. Ну а три заложника с надеждой на глазах смотрели на Изаму, который понял, что его час настал. Он ещё раз посмотрел на каждого здесь присутствующего, после громко рассмеялся. — Ха-ха-ха! Ну ты вот вы серьёзно, мужики? — Изаму говорил сквозь смех и даже немного держался за живот, — Настолько тупую причину для оправдания я ещё ни разу не слышал. Вы просто дно пробили, идиоты! Ха-ха-ха-ха… Этот смех явно взбесил этого лидера. — Слышь ты! Заткнись давай! — крикнул он и замахнулся для удара прямо по голове. Он уже закинул руку для удара, но Изаму, всё так же продолжая смеяться, просто отвёл голову и поймал руку на лету. Взяв в захват его подмышку, обычный школьник опрокинул этого байкера на спину. Изаму начал смеяться ещё сильнее. — И Это ваш самый сильный боец?! Вот умора, чёрт побери! — Ах ты ублюдок! — крикнул тот бандит, у которого было «болело» всё тело и даже разум, и помчался в сторону Изаму. Он тоже попытался сделать несколько ударов, но безуспешно. Изаму с невероятной лёгкостью уклонился от каждого замаха. И чтобы побыстрей закончить это, Изаму схватил этого парня за воротник рубашки и за одну штанину. После чего поднял его на плечи. Он не стал его кидать, а просто демонстративно держал над собой. — Если хотите драться, то я могу это устроить. Но я не смогу гарантировать вам то, что вы уйдёте отсюда с целыми костями, после чего вам даже пятьсот тысяч йен на лечение не хватит. Он опустил этого байкера на землю. И сделал это Изаму как можно аккуратнее, что бы лишний раз не пугать этих уже зашуганных «храбрцов». На самом деле, он и лидера кинул через плечо как можно аккуратнее. Вряд ли на нём даже синяк хоть какой-то остался. Эти бандиты подняли своего лидера, и быстро уехали отсюда, совсем позабыв про все свои травмы. А три парня стояли, прижавшись вместе и что-то обсуждали. — С…с…спасибо вам, ог…ог…огромное, — дрожащим голосом сказал самый высокий из них, — при-при-примите это в качестве бла-бла-благодарности от нас троих. Он протянул несколько купюр десятитысячного номинала и ждал действий от спасителя. — Зачем мне твои деньги, дружище, — Изаму улыбнулся и поставил руку на голову этому пареньку, — оставь их себе и потрать на свои нужды. В следующий раз, ходите по улице аккуратнее, не попадайтесь на глаза таким идиотам. Ведь я могу в следующий раз и не появиться. Изаму убрал руку и просто пошёл в сторону кустов, откуда он и вышел сюда. — Подождите! — крикнул ему в след другой парень. Изаму повернулся, — А вы не скажете, как вас зовут? Спаситель улыбнулся, но посмотрел на троицу обычными, словно уставшими глазами. — Не думаю, что эта информация вам понадобиться. Если хотите меня как-то обозначить, то я — «Спутник Юпитера», — ничего лучше ему в голову просто не пришло. — Спасибо вам, Спутник Юпитера! — напоследок крикнули эти пареньки, прежде чем Изаму ушёл из виду. — Да вы настоящий герой, Спутник Юпитера! — сказала Минако, немного хихикая, когда Изаму подошёл к ней, — Не просто сделали мир лучше, но и имя для себя гениальное придумали. — Ладно уж тебе. Что первое в голову пришло, то и сказал. Нечего мне своё имя просто так всем объявлять, — Изаму иронично закрыл глаза и отвёл взгляд, словно обиделся, и снова засунул руки в карманы. Минако подошла к нему поближе и обняла его руку. Это было немного неожиданно для Изаму, но очень приятно. Внутри него словно начало что-то теплится, что-то таять. И он не сопротивлялся этому чувству. Изаму закрыл глаза и наслаждался этим. Изаму испытывал много чувств, но такого он ещё не ощущал раньше. Ни один из них даже не думал о том, чтобы заканчивать столь приятную встречу. Даже когда Солнце опустилось довольно близко к горизонту. Но, к сожалению, Минако сказала, что уже слишком поздно. — О нет! Я ведь должна была встретиться с подругами в пол восьмого! Прости меня, Изаму-кун, но я должна бежать! — Давай я тебя подброшу, — сразу предложил Изаму. — Это не настолько далеко, чтобы ехать туда на машине, — сказала она, вот-вот готовая бежать. — Ну может я тебя провожаю? — Не утруждай себя, Изаму кун, — сказала она и поцеловала его в щёку, — иди лучше по своим делам. Всё равно мы встретимся завтра! После этой фразы она наконец-то побежала. Изаму остался ошарашенный этим поцелуем. Он аккуратно потрогал щёку, а потом посмотрел на руку. Конечно же на ней ничего не было, но то ощущение, полученное во время этого короткого момента всё ещё оставалось. Это было так приятно для Изаму. Он спокойно пошёл в сторону Сатоми и перед этим от счастья хлопнул подошвами своих туфель. Вечер прошёл до невозможного хорошо! ..... С пустым карманом, но с полным от счастья сердцем Изаму дошёл до машины. На голове у него были любимые наушники, а в них играла кассета с песнями «Спутников Близнецов». Недавно для себя Изаму открыл для себя этот дуэт из двух сестёр близнецов. Они часто выступали как Айдолы, но иногда записывали треки в классическом Поп стиле. Самое-то, чтобы закрепить удовольствие от чудесно прошедшего вечера. Подойдя к машине Изаму увидел то, чего точно не ожидал увидеть. Рядом с Сатоми ошивался какой-то парень и фотографировал её. А ещё, прямо на крыше сидел белый кот, судя по всему — Артемис. Изаму положил наушники и магнитолу в карман и подошёл к этому фотографу. — Крутая тачка, да? — спросил он у него, пока что не выкидывая всех карт. — Не то слово, чувак! — сказал Гурио Умино, который продолжал фотографировать этот Ниссан. — Что это за модель такая? Не просветишь? — Это сам Nissan Skyline GT-R во плоти. Данная модель из тридцать третьего поколения производится с девяносто пятого года. Под капотом стоит чёртов RB26, шестицилиндровый твин-турбированный мотор… Понимаешь, что такое твин-турбо? — Не особо представляю, — шутки ради сказал Изаму. — Ну это короче, когда там стоят две одинаковые турбины, которые работают параллельно, увеличивая суммарную мощность. Поэтому они и «близнецы», — продолжал с энтузиазмом рассказывать Умино, — стоковая модель Скайлайна часто обгоняет стоковую модель Ferrari 348. А если затюнить ГТ-Р, то он будет летать как самолёт! — Ух ты! Судя по твоим описаниям, это настоящая машина-пушка! — Изаму сделал нарочно удивлённый вид, — Я думаю, ты бы хотел на такой покататься? — Конечно хотел бы! Это ведь мечта любого японского парнишки… — Умино сжал кулак и представил, как он рассекает такой машине Ванган. — Я бы тоже очень хотел это сделать… Не сфотографировать тебя рядом с ней? — Давайте! — Умино без задней мысли передал камеру совершенно незнакомому человеку. Это говорило о его тотальной глупости, но также и о доброй душе. К счастью Изаму не собирался делать что-либо плохое. Умино встал рядом с Сатоми и левой рукой словно обнял её, а другую положил на пояс. Потом он принял ещё несколько других поз, каждую из которых Изаму снял. А потом и Изаму попросился сделать одну единственную фотографию. В ней он встал перед дверью пассажира на корточках, лицо сделал более грубым, а руку подставил ко рту, словно он курил сигарету. Кадр получился довольно смешным и комичным. — Оставь эту фотку себе потом, когда распечатаешь. Ведь на этой фотографии будет изображён человек, который покатает тебя на Скайлайне, — с пафосом и гордостью сказал Изаму, при этом встав в немного глупую позу. — Ч-чего? — Умино не сразу понял сказанное. — Ты хочешь покататься на ГТР-е? — Ага, — кивнул фотограф. — А права у тебя есть? — Нету, — покачал он головой. — Тогда я тебя покатаю, машина ведь моя! — с ещё большей гордостью сказал Изаму. — О Боже! — Умино ахнул и резко упал на колени, — пожалуйста, простите меня! Простите меня за то, что я фотографировал вашу машину без разрешения! Я обещаю, больше не буду заниматься таким! В качестве извинений примите этот скромный дар в виде всех моих сбережений! — он протянул свою банковскую карту, всё ещё не поднимая голову. Ошарашенный Изаму быстро огляделся для удостоверения того, что эту клоунаду никто не видит, после чего резко поднял Умино за плечо. — Что ты, чёрт побери, делаешь?! Совсем что ли с дуба рухнул? — Но ведь… я использовал вашу машину для своих фотографий… — А я типо запрещал? Если я стоял всё это время рядом с тобой, то значит всё хорошо! Чего ты волнуешься? — Изаму продолжал держать руку на плече Умино. — То есть, вы прощаете меня? — Конечно прощаю… Фу-у-ух… — Изаму убрал руку и начал шариться в кармане для поиска ключей, — Ну ты удивил меня, конечно. Будь попроще, в следующий раз не делай так, понял? — Понял… — Умино осознал свою ошибку, но всё равно чувствовал себя немного виноватым. — Как звать то тебя, фотограф? — Меня зовут Гурио Умино, — он протянул руку. — Меня — Ивата Изаму, будем знакомы, Умино-кун, — Изаму пожал ему руку в знак знакомства, — запрыгивай тогда, или сперва хочешь взглянуть на движок? — Да, было бы славно! — Умино из грустного в одно мгновения превратился в обычного, постоянно весёлого, себя. Изаму открыл капот, и они вдвоём лицезрели на это великолепие производства от Ниссан. Рядная шестёрка была закрыта синей крышкой блока цилиндров. На ней красовались надписи: «Skyline GT-R» и «Nissan». Вокруг и над этой крышкой тянулись трубки и шланги синего или алюминиевого цвета, самых разных размеров. Большинство этих труб и были частью системы турбонаддува. Умино с трепетом потрогал почти каждую большую деталь в капоте. Он почесал радиатор, погладил крышку двигателя, провёл рукой по трубам и потом она оказалась на ручке масляного щупа. — Можно? — спросил он. — Конечно, — ответил Изаму, видя энтузиазм в глазах парня. Умино вытащил щуп и осмотрел его. Длинная пластиковая палка, с жёлтой ручкой на одном конце и с мерной шкалой для масла на другом конце. Умино посмотрел на него и удостоверился в присутствии масла. Он даже не смог отказать себе в удовольствии понюхать это масло. Умино засунул щуп обратно на место и закрыл капот. Только что он испытал непередаваемые ощущения, которые запомнятся на всю жизнь. — Давай садись, дверь открыта. Изаму пригласил нового друга сесть в машину. А сам посмотрел на кота, который тихо-мирно спал на крыше. Это был Артемис, с его той самой отметиной на лбу. Милое зрелище. Точно так же думал и Изаму, поэтому стал медленно гладить кота по голове, чтобы разбудить его. Артемис лениво открыл глаза, осмотрелся и потянулся. Он увидел Изаму и улыбнулся ему, в качестве приветствия. Изаму тоже ему улыбнулся, даже закрыл глаза для искренности. А потом максимально бесцеремонно взял этого белого подлеца за шкирку и бросил на заднее сидение Сатоми. — Что это за кошка? — спросил Умино, который не особо что и понял. — Да так, сидела на моей крыше и кумекала что-то. К счастью краску не поцарапала. Надо будет её в приют сдать для бездомных животных, а дальше сама справиться, — спокойно ответил ему Изаму. Артемис, который только что осознал произошедшее, пришёл в ярость. Не только разбудили от сна и по бунтарский кинули в машину, но и девушкой называют. Только вот сказать ничего он не мог, потому что рядом сидел другой парень. Придётся подождать, пока он не выйдет из машины. — Я думаю, ты бы хотел увидеть, как я гоняю по Вангану? — спросил Изаму у пассажира. — А что, вы можете? — Я бывал там пару раз, можем доехать до Йокогамы, а потом обратно. — Покажите мне класс, Изаму-семпай! Увидев воодушевление в глазах Умино, водитель воодушевился сам. Выехав на магистраль Бейшор, Изаму для начала вставил кассету с треками от «Nissan player», после чего начал разгон. Сперва это были спокойные для такой дороги сто километров в час. Далее сто тридцать, пятьдесят, восемьдесят. Солнце уже было на горизонте, и Сатоми оставляла длинную тень на асфальте. Хоть и дело было к вечеру, но машин почти и не было, для такого маршрута. Час пик приходился на утреннее время и на четыре или пять часов дня. Так что условия для разгона были великолепные. На скорости в сто девяносто уже сильно чувствовалось давление. Умино от такого схватился за ручку над дверью, а Изаму крепче сжал руль. Это было только начало. Обороты были уже на почти предельных значениях. Двигатель ревел, разрывая звуки немощных движков, оставленных сзади авто. Левую полосу все очень быстро уступали, ну а если не уступали, то Изаму просто объезжал их с правой. Да, такое вождение было опасным, но ощущения от скорости стоили того. Переключив передачу, зазвучал тот самый звук турбонаддува. Прекрасный звук, который оповещал о том, что есть возможность для большего разгона. На пятой передаче Сатоми сможет выйти на максимальную скорость, примерно двести пятьдесят километров в час. Вот оно, максимальная скорость — двести пятьдесят километров в час. Эффект тоннеля, когда обзор с боков снижался, давал о себе знать, к счастью, на этой магистрали не нужно было смотреть сильно в бок. Главное — следить за передом, чтобы не нарваться на машины. На такой скорости Сатоми проехала полминуты, и потом начала снижать скорость. На самом деле, это была не максимальная скорость. Конструктивно, там можно было выжать ещё пять — десять км/ч, а если заняться серьёзным тюнингом, то можно с лёгкостью переходить порог в триста километров. Но даже сегодняшнего достижения с полна хватило как Изаму, так и Умино, которым ещё предстоял обратный путь. В Йокогаме Изаму развернулся, и вышел на обратную дорогу. И всё было повторено по кругу. Точно так же они на полминуты разогнались до максимальной скорости, после чего оказались в точке отправления, в районе Минато. Умино попросил водителя подбросить его до какой-то кафешки. Изаму, конечно же, согласился ему помочь. — Ну что, понравилось шоу? — Изаму открыл окно и высунул туда правую руку. — Это было великолепно, Изаму-сан, — ответил ему Умино, этот день он запомнит очень на долго, — я обязательно расскажу о вас своим друзьям! Вот Токаге-кун обзаведутся… Изаму услышав это имя сделал лицо чуть более серьёзным. — Как говоришь, друга твоего зовут? — Что? Кикучи Токаге? Это его имя, оно вам что-то говорит? Лицо Изаму теперь ничего не говорило эмоциями. Он смотрел на дорогу и думал. Почему вдруг этот Токаге завёл дружеские отношения с этим парнем? Неужто Умино специально пришёл к Изаму, чтобы узнать какую-то информацию? Но ведь Токаге знает, где он учится, даже сам видел машину. Или же Умино просто случайно оказался рядом с ним. Это были вопросы, которые точно следовало держать при себе. — Да нет, просто слышал похожее. Обознался короче я. — сказал он, ничего более не говоря до конца поездки. Разве что уточнял маршрут, чтобы точно доехать до Токаге, судя по всему. — Спасибо вам огромное за всё, Изаму-семпай! Надеюсь, мы ещё встретимся! — сказал Умино, выходя из Сатоми. — Всегда пожалуйста, Умино-кун. Тоже надеюсь на встречу с тобой в будущем… — хоть и наигранно, но максимально дружелюбно ответил ему Изаму. Весёлый и добродушный паренёк по своим делам, а Изаму понял, что у него тоже есть кое-какие дела. Уже наступили сумерки, время расцвета активности кошек и котов. К счастью у Изаму имелся один такой, и сидел он на заднем сидении. Начав движение, он обратился к говорящему животному. — Сядь вперёд, Артемис. Я хочу с тобой поговорить, — Изаму говорил очень серьёзным тоном, словно сейчас он сидел перед самим премьер-министром. Белый кот прыгнул на пассажирское место и первым начал говорить, тоже серьёзно, пока не понимая, какой именно разговор его ждёт. — Очень некультурно было с твоей стороны так грубо хватать и бросать меня. Я вообще-то разумный, говорящий кот, если ты не заметил. Ты ведь Рыцарь, ты должен развивать в себе джентльменские наклонности и культурные повадки… — Артемис всегда любил читать наставления с закрытыми глазами. В такие моменты он чувствовал себя очень важным и умным. Но в данный момент кот чувствовал себя важным и умным до того момента, пока Изаму специально резко не затормозил. Кот по инерции полетел вперёд и ударился об крышку бардачка, после чего упал на пол. — Ты что творишь?! — крикнул он сквозь головокружение, — Совсем что ли дуру дал? — Вот, ты сейчас испытал боль, да? Вот представь, я вчера испытал такую же боль, только вот в двадцать раз сильнее! — О чём это ты? — недоумевающе спросил кот. — Как это чём? Оставил меня два дня назад со смутными наставлениями о «Защите Земли и покоя на нём», а уже через день объявляется новый Рыцарь! — Рыцарь?! Ещё один? — Да, ещё один! Но он был в чёрном костюме, считал меня своим другом, но пытался убить человека. А когда подошла Сейлор Мун, благо она хотя бы подошла, то этот Тритон и её убить пытался! И вот что мне делать надо было в этой ситуации? Так ещё и тебя рядом не было, нашёлся тут, наставник… — Изаму был очень зол на кота и на себя, ему снова пришлось вспоминать вчерашнее. — Значит… Всё плохо… — Плохо? Насколько? — Рядом с Тритоном, как ты его назвал, был кто-нибудь ещё? — Да, был другой Рыцарь — Сейлор Харон. Подробно я его не разглядел, но он тоже был в чёрной форме. Это что-то значит? — Значит, всё хуже, чем я думал… — Артемис опустил голову, а Изаму стал слушать внимательней, — Что-то недавно пробудило одного Сейлор Рыцаря. И судя по всему это «что-то» имеет при себе нехорошие планы. После пробуждения этого Рыцаря, силы получили видимо ещё несколько, например, ты, Сейлор Ганимед. А потом эти Тёмные Рыцари начали пробуждать других, и переманивать их на свою сторону. — То есть я один против всех? — Конечно нет. Ты сражаешься на стороне Серебряного Тысячелетия. Сейлор Воины всегда готовы помочь тебе! — А что делать с Рыцарями? Вдруг их станет больше? — Думаю, это будет твоя одна из задач. Тебе нужно первому выявлять новых Рыцарей, и не давать им быть завербованными Тёмными силами. Наступила небольшая пауза. Артемис вроде бы и сделал своё дело, но не понимал, что не так. Изаму обдумывал всё сказанное котом, и с каждой секундой мышления понимал, насколько это бредово звучит. — А ты хотя бы знаешь, как не давать им быть завербованными? — Ну-у-у… Просто нужно найти их и защитить от… Сейлор Харона, например! Это ведь он заставил Тритона делать ужасные вещи, — кот с некоторой долей сомнения дал ответ на вопрос Изаму, но второй поставил его в тупик. — А что это за «Тёмные силы»? Мы хотя бы знаем, с кем мы воюем? — Это… — Артемис не знал, что ответить, — у меня есть кое-какие предположения, но я не знаю точно. Мне нужно время для выявления этого. «Пока рано, Изаму… пока рано…» — подумал про себя он. Кот увидел по глазам парня увидел, насколько сильно тот погружён в свои размышления. Казалось, что сейчас он скажет что-то важное, или задаст вопрос, на который у Артемиса не найдётся ответа. Но вместо этого Изаму оскалил зубы в странной, кривой улыбке неизвестного происхождения. — Хех… Чёрт побери!.. Время — пол одиннадцатого. Еду в машине с говорящим котом, и обсуждаем вопросы о неизвестных силах зла и защите своей задницы и Земли в целом так, словно это самая обыденная тема для каждого студента! Ну разве не кажется тебе это хоть немного потешным? — Изаму решил в конце то концов посмеяться со всей этой ситуации. Артемис даже почти понял парня, ведь на этот диалог можно было отреагировать как угодно, но Изаму выбрал сделать из этого шутку. Ну хотя бы не заплакал… Изаму остановил машину и заглушил двигатель у какого-то парка. Он приметил вдалеке две знакомые фигуры парня и девушки, которые в свете ночных фонарей занимались чем-то, что издалека точно не разглядишь. У Изаму возникло резкое желание узнать, кто эти два человека. Это желание конфликтовало с желанием пойти поспать, но странным образом, оно выиграло. — Почему мы тут остановились? Я думал, мы едем домой, — спросил Артемис. — Погоди немного, мне срочно нужно кое-что узнать. Если хочешь, можешь пойти со мной. Изаму и Артемис вышли из машины и подошли поближе к этим двум фигурам. Кот и Рыцарь встали за удобным деревом так, что сами они видели абсолютно всё, а эти двое, точно их не заметят. Под светом одинокого фонаря стояли знакомые Изаму: Тсутому и Наоко. У них после учебного дня возник спор о том, кто же сильней: девушки, с их постоянной гибкостью и атлетичностью, или парни, с большей силой в целом. Весь день они искали способы помериться способностями, был и армрестлинг, и карате, и даже интеллектуальные битвы, по типу сёги или маджонга. По сути, это всё можно было считать странным свиданием. И под конец дня их соревнование спало на нет, и они просто по очереди показывали трюки. Изаму и Артемис, не зная этих обстоятельств были мягко говоря в непонимании, почему Наоко сидит на скамейке и смеётся, а Тсутому стоит прямо на своей голове и держится так уже секунд четыре. Потом он встал на ноги и сел рядом с девушкой. Они болтали о чём-то и попивали напитки из банок, которые было не разглядеть. Теперь это выглядело как довольно типичное свидание студентов. — Зачем мы за ними подглядываем? — спросил Артемис. — Я не знаю, братан. Видимо я. обознался? — Изаму понял, что оказался здесь благодаря желанию подсознания, а не обычных мыслей. Это было очень странно, — Ладно, погнали отсюда, забудь об этом просто и… Изаму уже повернулся, чтобы пойти в сторону Сатоми. Но его фразу и действие оборвал крик девушки именно со стороны того фонаря. Рыцарь и кот снова начали своё подглядывание. Наоко сидела на коленях, скорчившись от боли, а Тсутому стоял над ней и пытался привести её в чувство. Он, видимо, никогда не попадал в такие ситуации, поэтому скорее просто нёсся туда-сюда без особой пользы. Но когда он додумался подойти к телефонной будке и позвонить скорой, девушка остановила его, сказав, что ей уже лучше. По виду ей действительно стало лучше, она уже стояла во весь рост, уверенно и без намёка о недавнем приступе. Но вот её глаза… её взгляд прошёлся по стороне Изаму, и он смог разглядеть странный блеск в глазах этой девушки. Это был нечеловеческий блеск. Изаму насторожился и напрягся, но вылезать пока не стал, а продолжил наблюдение. Наоко медленно и по вызывающе подошла к Тсутому. Тот ничего не понимал, но хотя бы чувствовал некоторое облегчение, из-за того, что с Наоко всё в норме… по крайней мере ему так показалось. — Тебе уже полегчало? — спросил парень. — Да, мне уже лучше… Но знаешь отчего мне бы стало ещё лучше? — голос Наоко звучал завораживающе, гипнотизирующе. Тсутому понемногу терял контроль над собой. На самом деле, ничего странного в этом не было. Девушка специально так себя вела, чтобы ослабить бдительность парня. Она делала это по двум причинам: либо она хочет поторопить отношения, и берёт всё в свои руки; либо хочет использовать парня для корыстных целей. — Ну… и, что же тебе поможет? — дрожащим голосом поинтересовался Тсутому. Девушка подошла к нему, обошла и обняла его сзади за шею, после чего прошептала ему на ухо. — Ты ведь сильный да? — Ага… — Значит у тебя и дух сильный? — этот вопрос от девушки ещё сильнее озадачил Тсутому. — О чём это ты? — он схватил её ладонь и стал готовиться. — Я признаюсь честно… Я хочу увидеть тебя с полной отдачей твоих сил. Я хочу познать тебя всего, — Наоко продолжала шептать ему это, а он, в свою очередь подумал, что это призыв к действию. Парень снял с себя её руки, повернулся к ней лицом. Они постояли так секунды пять, и парень всё решился сказать свои чувства. — Я тоже хочу познать тебя всю! — чуть ли не прокричал парень и хотел было её сжать в объятиях и в поцелуе. Но ничего такого не произошло. Вместо этого произошёл взрыв чёрного света и глухой, но громкий хлопок. Тсутому, как только открыл глаза, поначалу ничего не понял. Он так же продолжал смотреть на девушку, которая теперь уже была в причудливом чёрном костюме и смотрела на него презирающим взглядом. Она держала в руках странную вещь, которая сияла белым светом и словно немного обдувалась ветром, а сама рука с этой вещью была на уровне груди Тсутому… Изаму ничего не понимал о том, что там происходит между Тсутому и Наоко, ровно до тех пор, пока вспышка чёрного света не прошлась по нему. Это явление просто не поддаётся описанию. Как и вчера, перед встречей с Тритоном, на мгновение все окрестности стали видны, даже без источника привычного света. Но источник тёмного света был, и это была Наоко. Точнее так же, как и в ситуации с Охаяси, она превратилась в Сейлор Рыцаря. Форма тоже была чёрного цвета, с разными полосами тёмно-зелёного цвета, и ещё повязка на лбу. Всё как у Тритона, только вот оружие, которым она проткнула сердце Тсутому было другим. В руках она держала некий изогнутый клинок, который насквозь пробил грудь бедного парня, а на кончике лезвия её меча сиял странного происхождения шар. Он словно и имел именно шарообразную форму, но в то же время казалось, что эта штука абсолютно бесформенная. Она имела мягкий молочный цвет и тускло светила сама по себе. Это и была душа Тсутому. — Изаму, нужно перевоплощаться! — воскликнул кот первым. — Так точно, лысый молоковоз… — сказал Изаму улыбнувшись и оголив часы. Они засияли, заискрились синими молниями, — Планета Ганимед, дай мне силу! Полсекунды понадобилось, чтобы Изаму стал Рыцарем в матроске. Его маска отражала, похоже, желание поскорей разобраться с только что возникшей проблемой. Левая рука словно взяла в руки, выдуманные ножны, в которых покоилась его катана. — Не называй меня так! — Артемис явно озлобился такому обращению. — Обязательно больше не буду, — Ганимед уже шёл в сторону своего потенциального врага. Когда он приблизился к ней достаточно, то начал говорить в открытую. В этот момент, эта девушка уже достала демонический аккумулятор и начала процесс обработки души влюблённого парня. — Ты! Как ты смеешь так жестоко ранить сердце одинокого парня? И так уже ослабшая душа, узнавшая что ему далеко до предела своих сил, вдруг оказывается убита жестоким предательством со стороны девушки. От имени всех одиноких парней, которые стремятся к лучшему, я — Сейлор Ганимед, низведу на тебя свою… Ганимед не успел договорить, потому что пришлось уклониться от атакующей сферы этой дамы. От неожиданности ему пришлось распластаться по земле. — Ты слишком долго говоришь, не находишь? — сказала она, продолжая держать в руках душу Тсутому. — Вообще-то я представляюсь и выношу свои требования перед дуэлью! О чести, ты кажется, не слышала? — сказал Ганимед, немного оттряхивая пыль со своего костюма. — И про честь говоришь мне Ты? Тот, кто недавно смог победить Тритона, только с помощью другого человека? — Я хотя бы не нападаю на обычных людей в крысу, кто ты вообще такая? — Кто я такая? Ладно, позволю тебе узнать, — она подкинула душу и аккумулятор вверх, что бы они не мешались. И они действительно больше не мешали. Эти две сферы остались висеть в шести метрах над землёй, — Я — Рыцарь спутник Нептуна, Сейлор Нереида! Мой ветер разрубает самую крепкую броню, а мои желания всегда воплощаются в реальность, если ты понимаешь о чём я… — она улыбнулась и встала в позу, при которой она выставляла напоказ свой меч. Это был некий хопеш, серповидный клинок, у которого, в отличии от шотела, закругление было явно меньше. Хопешами пользовались воины древнего Египта. И её хопеш, точно так же, как и другое оружие души, имело странное, неестественное свечение белого цвета и завихрения вокруг лезвия. Прямо как у нунчак Тритона. — Неплохо, неплохо… — сказал Ганимед покачав головой, и потом достал свою катану и тоже встал в позу, — Но мой больше! — Ты идиот? — после небольшой паузы сказала Нереида. — Нет, просто прикалываюсь, — ответил ей Ганимед и встал в стойку, держа меч двумя руками сверху, — готовься ответить за содеянное. — То же самое я скажу тебе, — она тоже встала в стойку, взяв хопеш одной рукой и вскинув её назад и наверх. Ганимед после задержки решил напасть первым. Всё же, эта штука продолжала высасывать энергию из души Тсутому, медлить было нельзя. Одним прыжком он моментально сократил дистанцию до цели. Но Нереида ждала этого. Мечом она прочертила странный символ в воздухе, который светился таким же цветом, как и её меч. Ганимед сначала не обратил на это внимания, но сразу после этого поплатился. Его моментально откинуло на два метра назад. Это не было похоже на удар или пинок, но это явно была атака Нереиды. Которая теперь уже держала в свободной от меча руке щит. — Что это такое? — раздражённо спросил Ганимед. — По-твоему, я просто всё расскажу? -Ну тогда меньше слов, больше дела! — Ганимед снова сделал выпад в её сторону. Он смог нанести удар, который Нереида отбила щитом. Серия ударов из разных сторон не увенчалась успехом. От каждого она смогла уклониться и несколько раз контратаковать. Это было скорее похоже на обычное тренировочное фехтование двух учеников в додзё. Но каждый из них на самом деле махал мечами на полном серьёзе. Ганимед видел, что его напор сильнее, чем оборона Нереиды. Он с лёгкостью отбивал её ответные выпады, а она явно уже скоро начнёт не успевать за его движениями. С улыбкой на лице он продолжал фехтовать. А Нереида понимала, что скоро даст осечку. Ударом сверху Ганимед смог разрубить щит противника напополам, при этом задев руку. Щит быстро растворился в воздухе, а левая рука Нереиды светилась тем самым тёмным светом. — Ублюдок! — крикнула она в ярости и смогла нанести колющий удар, нацеленный на голову Ганимеда, пока меч его был опущен вниз. К счастью он смог уклониться от этого выпада, но это позволило Нереиде быстро отойти назад. Прошло всего лишь мгновение, как Ганимед смог встать в начальную позу, а Нереида уже сумела что-то сделать. Пока Ганимед не понимал, чего именно, но было ясно одно — на её раненной руке стоял странный символ, а в воздухе она снова что-то чертила своим мечом. Это было явно не к добру. — В чём твоя способность? — Ганимед готовился к новому выпаду, а также к дальнейшим действиям Нереиды. — Знание моей силы тебе не поможет в бою, ты всё равно проиграешь! — Нереида наконец дочертила иероглиф и нанесла по нему удар мечом. Из иероглифа вылетел огромный клинок, скорее похожий на лезвие копья. Только вот размерами он был с половины роста Ганимеда. Летело это остриё копья быстро и немного меняло курс при полёте, и Рыцарь еле успел уклониться от него. Но вслед за первым копьём, полетело второе, а потом и третье. Нереида наносила удар за ударом по этому иероглифу, причём, уже двумя руками. Видимо она смогла восстановиться. От каждого удара выходило новое копьё, и с каждое новое копьё летело всё быстрее. От самого последнего, седьмого копья Ганимед не успел бы уклониться, в следствии того, что он оказался зажат между внезапно возникшими стенами, тоже белого цвета, как и меч Нереиды. Ему придётся рискнуть и попытаться разрубить это копьё. Ганимед как в прошлой битве засунул меч в ножны и приготовился. На это всё у него были буквально доли секунд, но он смог успеть и в самый последний момент разрубающим движением достал меч из ножен. Как ни странно, электрический диск из меча Ганимеда не вылетел. Он не смог достаточно сконцентрироваться, поэтому, хоть и копьё Нереиды было разрезано на две части, одна из этих частей задела Ганимеда в левое плечо, полностью выведя из строя руку. Меч его начал мерцать и словно гаснуть. Рыцаря откинуло прямо в стену, которая быстро растворилась из-за ненадобности Нереиде. — Ну что, герой? Тяжело без знаний о враге? — она показательно взяла меч левой рукой, — И тем более без знаний о себе? Ганимед, лежавший на земле и державший при этом плечо, начал вставать. Жуткая боль разъедала его плечо и разум заодно. Но он не мог сдаться, душа Тсутому всё ещё была под вопросом дезинтеграции. Вторая рука Ганимеда всё ещё была цела, и он мог продолжить сражаться. — Ладно, не отвечай ничего, просто спокойно жди своего поражения. Мне даже не придётся что-либо новое придумывать! — Нереида снова начала чертить иероглиф, который Ганимед уже когда-то давно видел. Так Ганимед бы и получил ещё одно копьё прямо в голову, ведь подняться он бы точно не успел, а Нереида спокойно пошла бы красть души у других людей, но вдруг… — Стой где стоишь! — из далека послышался знакомый женский голос. Нереида отвлеклась от своего дела, понимая, что Ганимед точно ничего не сможет сделать. С улыбкой победы на лице она увидела двух девушек. — Ну и кто же пожаловал в нашу встречу в столь поздний час, а? Ганимед, я думаю, ты их знаешь. — Ты — Рыцарь, что пошла против жителей Земли, а значит и против нас. Ты крадёшь души невинных людей, и мы тебе больше не позволим этого делать! Я — Сейлор Мун, покараю тебя, во имя Луны! — и как обычно при первом появлении она встала в довольно странную позу. — А я, Сейлор Юпитер, помогу ей в этом! –добавила вторая девушка. Ганимед хотел было что-то сказать сквозь зажатые от боли зубы, но пока не мог собрать мысли, чтобы открыть рот. — Я ждала вас, подруги мои, — с презрением сказала Нереида, — мне как раз было приказано убить вас! Какое отличное совпадение, не правда ли? Но, пожалуйста, не вмешивайтесь примерно десять секунд, пока я не разберусь с этим типом. — Ничего из перечисленного тобой мы не позволим сделать! — Сейлор Юпитер выбежала вперёд и начала готовить атаку, — Нагнетающий… — НЕТ! — громко крикнул Ганимед, тем самым заставив всех обратить на него внимание, — Не смейте её трогать! Битва наша должна проходить один на один, без поблажек. Вот когда я упаду без сознания, можете делать с ней всё, что вздумается! — Ты рехнулся?! Ты ведь сам еле стоишь? — Юпитер явно хотела, чтобы Ганимед больше не рисковал собой. — Да я в полной норме, — сказал он с улыбкой чуть ли не безумия, когда выпрямился и направил меч в сторону Нереиды, — вторая рука целая, и я примерно понял, что она может делать. — Ух ты… А ты молодец, Сейлор Ганимед! Похвально с твоей стороны так красиво проиграть, — Нереида была впечатлена такой силе противника, — но я не думаю, что она сможет сдерживать себя. Поэтому, давай-ка поможем ей и её подруге найти другое дело на время. Нереида кинула странный предмет, похожий на дротик, в тело Тсутому. Оно моментально встало и начало изменятся. Оно словно обросло новой оболочкой, и теперь это существо было сложно назвать человеком. Его тёмно-синяя кожа была покрыта неровностями, пальцы рук и ног представляли собой острые когти, на голове торчали два рога, а на месте лица ничего не было, лишь одна плоская пластина. Это был самый настоящий демон во плоти. — Разберись с этими девчонками, — приказала ему Нереида. Этот демон сразу же принялся исполнять приказ. Теперь началась вторая битва между двумя Воинами и демоном. Ганимед посмотрел в эту сторону. — Не стоит отвлекаться, я сама хочу с ними разобраться, поэтому сделала демона слабее, чем возможно. Пусть потянет время, пока я продолжу твоё избиение… — ухмылка появилась на лице Нереиды, всё шло в точности по её плану. — Ну и отлично, не придётся мне тратить внимание на них, — Ганимед крепка сжал свои зубы от боли. — Готовься к кончине, Ганимед! — Нереида и начала чертить новый иероглиф. Но он не позволил ей закончить. Он нанёс ей удар, из-за которого она прервала каллиграфию. Снова началось фехтование, в котором Ганимед, хоть и только с одной рукой, на стал бить быстрее. Но Нереида справлялась с его натиском и при этом прыгала в разные стороны, чтобы попытаться обмануть противника. Во время появления Сейлор Воинов она успела сделать себе кинжал, которым орудовала во второй руке. Их фехтование могло ещё долго продолжаться, но Нереида уже закончила подготовку к своему плану. И чтобы полностью реализовать его, нужно было на мгновение остановить Ганимеда. В этом ей поможет кинжал и хопеш. К счастью, основным оружием она могла наносить колющие, это был явный плюс такого меча, в отличии от шотела, которым нельзя делать ничего, кроме рубящих атак. Этот колющий удар заставил Ганимеда на полсекунды открыть правый бок, туда-то она метнула свой кинжал. Ганимед беззвучно зарычал. Боль была хоть и намного слабее чем ранение от копья, но всё же заставила его подкоситься. Нереида ждала этого и нанесла удар по земле, точнее, по иероглифу, который она нарисовала кинжалом во время боя. Символ резко превратился в лозу, которая полностью обволокла ноги и пояс Ганимеда. Он был полностью ограничен в движении по сторонам. — Попался красавчик! Остаётся мне только добить тебя. Ух… жду не дождусь, когда вернусь в логово, я сразу стану наравне с Хароном! — Нереида снова медленно отошла от противника, понимая, что он ничего не сделает. Ганимед не собирался сдаваться, он оценил ситуацию и решил, что помочь ему сможет только её же оружие. Он воткнул катану в землю и достал из бока её кинжал, и начал чертить в воздухе иероглифы, который она начертила себе на руку. Этот иероглиф лечения он приставил к плечу, тем самым восстановив свою руку. — Какой молодец! Запомнил, как делается лечение. Хвалю, хвалю, — Нереида продолжала рисовать, — знаешь, что это за символ? Конечно не знаешь, тут будет написано «Стрела», на древнеегипетском, круто, неправда ли? «Копьё» ты точно не мог запомнить, поэтому тебе ничего не останется, кроме как получить стрелу прямо в переносицу. Стрела быстрее копья, и у тебя даже не будет шанса разрубить её. Твоя душа откинется мгновенно, и тебя уже ничего не спасёт… Она проводила по воздуху последние линии, если Ганимед ничего не предпримет, то скоро умрёт. В душевном плане, конечно, но это было неприемлемо. Он выждал некоторое время, и в момент, когда Нереида замахнулась для удара по иероглифу он подкинул кинжал в воздух, быстро взяв катану в руки он отбил нож врага с помощью плоской части лезвия, как бейсбольной битой. Прилетел кинжал именно туда, куда метил Ганимед. В только что написанный иероглиф. Нереида моментально получила свою же стрелу прямо в кадык, потому что она должна была вылететь в сторону от удара кинжалом. Нереида упала на колени, схватившись за горло. Она смотрела снизу-вверх на победителя, который уже подошёл к ней. Он сел перед ней на корточках и поднял её голову. — В следующий раз, двигайся чуть-чуть быстрей. Может тогда успеешь выстрелить, — сказал он ей прямо в глаза, — хотя для тебя следующего раза уже не будет. — Тварь… — злобно прохрипела Нереида, — Рыцарей много, а ты один. В конце концов, ты проиграешь! После этих слов она отключилась и повалилась на спину. Её меч и кинжал растворились в воздухе. Ганимед теперь мог спокойно взять душу обратно. Он пошёл в сторону двух летающих сфер, как вдруг заметил напротив себя фигуру. Это был Сейлор Рыцарь. Высокий парень, с тёмно-зелёными волосами, а всё лицо, кроме части ниже линии рта, закрывала повязка. И форма его была чёрного цвета. Ганимед хотел было спросить его, кто стоит перед ним, но этот Рыцарь сразу ему ответил. — Меня зовут Сейлор Харон, я спутник Плутона. Мне нужно забрать себе аккумулятор, — его низкий бас звучал как-то по странному серьёзно. Сразу было понятно, что по иерархии он стоит выше чем Нереида. — Попробуй забрать, только вот я тебе не позволю! — Ганимед приготовился к новой битве. Харон медленным шагом пошёл в сторону души Тсутому. Ганимед не особо понял, зачем он так медленно пошёл, поэтому прыгнул прямо в Харона. Но он даже не повернулся в сторону Рыцаря Лунного света. Лишь когда Ганимед оказался в плотную к врагу, Харон сделал движение в бок, уклонившись от лезвия. После чего он пинком отбросил Ганимеда на шесть метров в сторону. Тот встал, и потом попробовал напасть ещё раз — но снова безуспешно. «Что это за немыслимая реакция?» — спросил сам себя Ганимед. Но времени на раздумья у него не было. Харон уже стоял под двумя сферами, и те начали медленно опускаться. Ганимед решил, что это его момент, и с разгона прыгнул прямо к сферам. Ему удалось в полёте поймать душу Тсутому. Уже маленькую и холодную, из-за потери сил, но всё ещё живую. Харон же в свою очередь без лишних движений взял аккумулятор. — Считай, я отдаю тебе это, за твою победу над Нереидой, — спокойно сказал он. — Мы ещё не закончили! — крикнул в агрессии Ганимед и помчался в сторону Харона. — Нет, — сказал Харон. Сзади него появился черный портал прямо в воздухе, — Мы закончили. Он просто зашёл в эту черную дыру, после чего этот самый разрыв испарился. Ганимед взмахнул мечом сразу после закрытия портала и прошёл так ещё несколько метров по инерции. На поле боя больше ничего не осталось, одна только Нереида лежала здесь. В этот момент Ганимед вспомнил про Сейлор Мун и про Юпитер. Рыцарь быстро последовал в сторону, где последний раз видел девушек Воинов. Прибыв на место сражения, при этом протащив на себе бессознательное тело Нереиды он увидел, как демона озаряет луч из жезла Сейлор Мун. Это и был поцелуй Серебряного кристалла. На месте демона теперь уже лежало бездушное тело Тсутому. — Сразу два демона в один день, так ещё и эта Нереида! — недовольно сказала Сейлор Мун, после чего обратилась к Юпитер, — Как думаешь, Ганимед в порядке? — Надо быстрее идти к нему, он был почти повержен! — Юпитер быстро развернулась в сторону битвы Рыцарей, где и увидела Ганимеда — Вижу, вы справились! — обрадованно сказал тот, — Не поранились ли вы? — Мы в порядке, Ганимед! А сам-то ты как? — взволнованно спросила Юпитер и подбежала к нему, но поняла, что не стоит просто брать и бросаться к нему в объятия. Она просто глупо постояла рядом с ним немного и спросила, — У тебя ведь было ранено плечо? Может нужна помощь? — Я смог восстановиться, спасибо. Нереида, как вы видите, повержена, — он аккуратно положил её рядом с Тсутому, — Сейлор Мун, справишься? — Конечно, — сказала она и подошла к Рыцарю тёмных сил, после чего беззвучно облила её светом лунного жезла. Теперь это была Наоко, студентка из Кейо. — Надеюсь, этот парень сможет оклематься, — Ганимед посмотрел на душу Тсутому и его тело. Он наклонился поближе к оболочке для души и аккуратно поднёс душу к груди парня. Эта душа, хоть и слабая, истощённая, чуть ли не угасшая из-за Нереиды, смогла самостоятельно найти путь к сердцу этой оболочки. Именно там она и должна покоится. Ганимед отпустил руки и начал смотреть, как бледная сфера медленно тонет в теле Тсутому. Через некоторое время оно полностью погрузилось туда, и, кажется, теперь всё было в норме. Ганимед со спокойной душой, своей, выпрямился и посмотрел на небо. После чего глубоко вдохнул и выдохнул. — Бурная выдалась ночка, правда? — с улыбкой на маске сказал он Воинам. А когда увидел Артемиса, добавил, — только вот, что нам дальше делать? — В каком плане? — спросил кот, который издалека наблюдал за обоими битвами. — У них есть какое-то логово, в которое они могут попадать через порталы. Рыцари, оказывается, всегда могут быть среди нас, обычных людей. Харон даже глазом не моргнул при встрече со мной и просто ушёл. А я сам чуть не умер в сегодняшней битве. Наши дела, вроде как, не совсем хорошо идут, — Ганимед вынес довольно пессимистичные выводы, хотя улыбка на его маске никуда не исчезла. — Да мы встречались и не с такими страшными врагами, да ведь, Юпитер! — Сейлор Мун не хотела завершать эту встречу на грустной ноте, тем более, когда всё, в общем-то, закончилось хорошо. — Ага! Эта Нереида хотя бы как человек выглядела, — сказала Сейлор Юпитер, чтобы поддержать разговор. Хотя, это было похоже на то, что она хотела сказать хоть что-нибудь. Ганимед посмотрел на свои часы и решил, что ему пора. — Прощайте, девочки. Прощай, Такседомаск, — Ганимед всё же понимал, что этот парень во фраке всегда находится рядом с Сейлор Мун, — Я надеюсь, что мы ещё встретимся. И спасибо вам за помощь сегодня! Ганимед несколькими прыжками удалился в деревья, а Артемис побежал за ним, после чего невдалеке послышался рёв мотора и быстрая езда в неизвестную сторону. — Ты молодец, Ганимед! — безуспешно крикнула Юпитер, пытаясь хоть как-то привлечь внимание уже исчезнувшего Рыцаря. — Ты что, реально в него влюбилась? — Сейлор Мун поначалу думала, что это какая-то шутка, но тут увидела, что Юпитер абсолютно серьёзна. — Конечно, ты бы видела… Какой он! — Ну Рыцарь в матроске как рыцарь в матроске. Он, конечно же, герой, но разве настолько? — Но его голос, его сила, его характер! Это всё идеально в нём, — Юпитер от представления этих картин совсем раскраснелась. — Но его лицо полностью скрыто под маской, вдруг у него зубы кривые? — Сейлор Мун смешно искривила свою челюсть для примера. — Нет! Если бы у него были кривые зубы, то он не смог бы так поэтично говорить! — Юпитер настояла на своём. — Ты хоть понимаешь, насколько это глупо и странно смотрится со стороны? — Как я припомню, у тебя с Такседомаском всё начиналось точно также! Ты тоже по уши влюбилась в его перевоплощённую версию. — Не надо сравнивать меня с тобой, у моего Такседомаска хотя бы лицо было видно почти полностью! Тут внезапно появился объект их обсуждения. Парень во фраке вышел из-за деревьев, чтобы закончить этот диалог. — Тебе пока не стоит связываться с ним, Сейлор Юпитер. Я всё ещё не до конца доверяю ему… — Ну и ладно! Если вы ему не верите, то поверю я! — обиженно сказала влюблённая душа. Но внезапно для всех троих начала говорить другая девушка. — Где я? Почему всё так болит? Тсутому-кун? — Наоко очнулась и теперь осматривала всё вокруг, — Ты в порядке? Она проверила его сердцебиение и дыхание. Всё было в норме, но парень не вставал. — На вас напали тёмные силы. К счастью, твой друг смог продержаться, пока не прибыли мы, — Сейлор Мун рассказала ей эту хоть и лживую, но хорошо подходящую по ситуации, историю, — советую вам вызвать медиков. — С-спасибо вам! - сказала Наоко и побежала к телефонной будке. — Думаю, нам пора уходить отсюда, — констатировал Такседомаск, — Но всё же… Неужто это настолько понятно, что я был где-то рядом? ..... — Это было жёстко, неправда-ли? — спросил Изаму, когда высунул руку из окна. — На этот раз, да. Ты чуть не проиграл, но всё же смог повернуть стрелку победы на себя, — Артемис был явно впечатлён действиями парня. — Так, а зачем ты едешь со мной? Разве ты не ходишь также и с Сейлор Мун? — Просто я хочу узнать, где ты живёшь. Вдруг мне надо будет быстро позвать тебя, или что ещё. — Да не вопрос. Приехав в гараж Изаму спокойно завёз машину, но перед этим оставив Артемиса на улице. Когда парень вышел поговорить с ним, то у них завязался довольный странный диалог. — Ну что, увидел мой дом? — сказал с добродушной улыбкой Изаму. — То есть ты живёшь в гараже? — И спальное место моё там — маленькая коморка. Да, это мой дом. Артемис немного посмотрел в открытую дверь. Там хоть и было довольно чисто и просторно, но всё же это место оставалось самым обычным гаражом. — Может впустишь меня? — после небольшой паузы сказал кот. — У меня туда нельзя домашним животным, да и на двоих места не хватит, — Изаму вёл себя по нарочному добрым, всё для того, чтобы прогнать кота как можно вежливее. — А может тогда покормишь меня? — Артемис сделал милые, кошачьи глазки, чтобы получить от Изаму что-нибудь. Парень посмотрел на него тоже милым лицом и глазками, и через некоторое время удержался и сказал. — Нет. Я же студент, у меня для самого себя еды нет, а тут ты ещё! Доброй тебе ночи, иди с миром к хозяину или хозяйке, — Изаму просто закрыл дверь и пошёл спать. Артемис остался один на ночной улице. Живот решил напомнить ему, что надо бы подкрепиться. Но еды рядом точно не было. Артемис, поняв, что поступил неразумно, грустно пошёл в сторону дома… — Изверг…