Кайбё

Харука поудобней прихватился за карниз и так шаткого окна, мысленно просил этот же карниз оставаться на месте. Если он сейчас рухнет на землю, Харука превратится в блин. Проблема была не только в ржавом карнизе, висящим на соплях, но и в скользких тканевых перчатках самого Харуки. Он знал, что оставлять улики нельзя, но на более качественные перчатки у него по просту не было денег! Вы видели сколько стоят качественные кожаные перчатки? Нет? Зато он видел и честно, у него от таких цен чуть глаза не выпали! Резкими движениями он перехватывался с одного карниза на другой, стараясь цепляться ногами за выступы кирпичей. Здание, в котором он живёт, вот-вот развалится, судя по его состоянию. Наконец - последний карниз перед его собственным окном. Оно находилось чуть дальше от остальных окон из-за расположения квартиры прямо на углы. Харука прыгает. В одну секунду у него замирает сердце, но почти сразу же оно бьётся снова, как только он хватается за карниз, уже более крепкий, чем другие. Подтянувшись он заталкивает свои ноги на карниз, кое-как пристроившись и слегка свешивая ногу вниз. Харука достаёт из ботинка свою единственную отмычку, которой открывал все замки, какие попадались ему на пути. Он удачно открыл окно, как и в прошлые тысячи раз, и залез в свою квартиру. Встречает его темнота. В этой квартире нет электричества, по крайней мере, у Харуки нет денег платить за него. Зимой бывает холодно, но всяко лучше чем в приюте или дома у его тёти с дядей. Его ботинки со скрипом ступают по полу, оставляя за собой грязные следы, но Харуку это не особо волнует. Он подходит к столешнице - место, где Сакура делает уроки, ест и готовит. Сейчас бы он не отказался от чего-нибудь горячего. На выбор был лишь рамен и Сакура без претензий стал его готовить. Время 4:12, у него не будет времени поесть до школьного обеда, так что самое время перекусить. Поставив кастрюлю с водой из пятилитровой бутылки, коих у него было в запасе, ведь за воду Харука платил выборочно, на газовую плиту, он присел на свой голый матрас. Простыня, используемую как одеяло, была смята в комок. Из него виднелся чёрный хвост и Сакура пока не собирался его тревожить. Он снял свою маску с лица, кинул её в дальний угол комнаты. Расстегнул чёрную кофту на зипке, полетевшую в тот же угол, что и маска. Раздался грохот металла. На нём осталась лишь белая футболка, на которой хорошо виднелось розовое пятно. Сакура не привык быть оптимистом - кровь на его футболке не была чем-то хорошим. Ему нужно будет как-то её отстирать, ведь это единственная футболка в его шкафу! Хотя шкафа у него и не было. Ёбаные тканевые перчатки, из-за которых он чуть ли не каждый раз падает с высоты шести этажей летят в кучу с особой яростью. Полные карманы оружия как в штанах, как и в кофте, Харука решил не опустошать. Может сделать это завтра. Ему нужно поесть и лечь спать! Завтра первый день в новой школе, в которую он ели как смог перевестись, ему не стоит опаздывать. Хотя бы ради того, что бы пару минут пробыть на хорошем счету у учителей. От этой мысли ему захотелось тягостно вздохнуть, но Сакура сдержал себя. Похер что эти люди о нём подумают. Ему просто нужно закончить школу. Пока вода закипает, Сакуре нечего делать. Снимать футболку и идти её стирать - не вариант. Это дело шумное, ведь если Харука стирает дома, то стирает в железном тазу, который шумит не хуже грома. Соседи снова начнут долбиться в дверь, а ему этого не надо. Завтра, если его начальник поддастся на уговоры и выдаст ему зарплату за прошлую неделю, он сможет сходить в прачечную. Но, сначала, он купит еды. Сакура поднимается с матраса, как слышит что закипела вода на плитке и заливает ей упаковку рамена. Он ждёт совсем недолго, минуты две, и садится есть недоваренную лапшу. Харука выпивает весь бульон, наслаждается остатками вкуса на языке, растягивая удовольствие от сытости на несколько минут. Не доев лапшу он закрывает её - возьмёт завтра на обед. В матрас он ложится спать в футболке и штанах, но берцы всё таки снимает. Глаза ужасно слипаются после тёплого бульона, Сакура бы лёг спать и без простыни, но ему ужасно нужно что-то держать в руках, пока спит. –Давай, –говорит он. –Вылезай пушистая сволочь. Из комка простыни вальяжно вылазит чёрный кот, с белым пятном прямо на шерсти около носа. –Нахлебник чёртов, –Сакура ворчит, скорее для виду, чем из недовольства. Кот, да у него нет клички, Харука просто зовёт его кот, любил бить его по лицу, как взойдёт солнце, так что он имел полное право прерывать сон кота, в ночное время суток. Сакура замотался в простыню и заснул почти сразу. Мысли о школе отошли на второй план. Царапина на боку пульсировала.

***

Проснулся он от ощутимого тычка когтистой лапы по лицу. Кот стоял рядом и с усердием бил по лицу лапой, с самым садистским выражением морды. Харука разлепив слипшиеся ресницы, мутным взглядом смотрел на кота. Ему не хотелось никуда идти. Глаза закрылись, но Сакура почти сразу снова получил удар по лицу. Теперь с когтями. –Ау! –Он тихо зашипел, быстро хватаясь рукой за нос. Там была мелкая царапина, чем-то схожая с той, что была у него на боку. Кстати, как она там? К счастью или сожалению, он не знает, разглядывать всякие царапины от арматуры у Сакуры не было времени. Под присмотром кота Харука оделся в школьную форму, на которую копил с прошлого месяца, положил несколько тетрадей в рюкзак вместе с остатками рамена и вышел через дверь. Ночью было опасно заходить в дом через главную дверь, ведь в этом тухлом общежитии был установлен комендантский час. Дверь запиралась и наблюдалась вахтёрами, которые просто спали на рабочем месте и просыпались от лишнего шума. Дверь была хлипкой, закрывать её на ключ не было смысла. Её можно было открыть простым пинком. Все важные пожитки он прятал под сломанную половицу прямо под столешницей, а то что было не жалко(простынь и лоток для кота) оставалось на виду. Выйдя в коридор, из которого как обычно воняло всем чем только можно, Харука почти бегом пустился вниз по лестнице. Не тренируйся он по ночам в линчевательстве, вряд ли бы у него получалось бегать так тихо. Чего стесняться, Сакура гордился тем, что мог подобраться к кому-то совершенно бесшумно. Не смотря на то, что этот навык он изначально развил как избегание внимания своих родственников, он ему очень пригодился. Сакура был линчевателем уже около года и опыта у него предостаточно. Драки не были для него чем-то необычным лет с восьми. Он отчётливо помнит как впервые подрался, одержал верх и получил за это. В тот день на него в очередной раз напали одноклассники. Таскали за волосы, которые отрывались от его головы вместе с частями кожи. Тогда Харука был готов просить пощады, но в голове щёлкнуло. Очередная боль в голове, боль в животе из-за пинка, мокрые от вылитого на него сока из коробки, штаны. Харука встал, собрав руки в кулаки и бил. Бил, бил, бил, до того момента, пока его обидчики не упали с переломанными носами и челюстями. Ему было семь. Тогда его уже заклеймили хулиганом, а после этого, отстранили от школы на две недели. Дома его ждал кошмар. Дядя был зол, тётя была зла, его кузен и кузины спрятались в комнатах на втором этаже. Харука остался наедине с злыми взрослыми. Ему не хочется вспоминать, что было до того, как он заснул в своём сарае. Он помнит, что просидел две недели отстранения в нём и получал на обед лишь крошки, раз в два дня. Встреть он их сейчас, Харука бы за себя не ручался. Он не уверен, останется ли дядя со целой челюстью и носом, а тётя с волосами. Не став будить вахтёра, сопящего в сторожке, Сакура вышел из дома. Район в котором он жил, был не совсем безопасным. Частые ограбления, пьяные выходки, изредка - убийства. Везде валялся мусор, шприцы, кусты поломанные и полусгнившие деревья. Ничего, Харука жил в местах похуже. Он перешагнул через ногу, выглядывающую из-под лавки, ругнулся себе под нос о надоедливых наркоманах. Этого человека он знал в лицо : именно он сдавал ему квартиру. Без вопросов, без документов. Лишь иногда захаживает к нему в квартиру, проверить, не разрушил ли её Сакура и просит в долг мелкие суммы. Первые пару недель он давал, а потом перестал, как до него дошло, что Харука даёт деньги на следующие дозы. Единственная школа, которая его приняла, находилась в часе ходьбы от его дома. Это было далеко, быстрее было бы доехать на автобусе, но... У Харуки нет ёбаных денег. По этому он будет ходить пешком хоть до посинения. Здания сменялись, постепенно становилось светлее. У Сакуры болит голова. Она ощущается как ватный шар, с иголками внутри. Его это бесит, но он ничего не может с этим поделать. Боль тянет, пульсирует, а Сакура всё дышит и дышит, лишь бы на немного утихомирить боль. Это не помогает. Повторение одного и того же действия, надеясь на другой результат - безумие. Возможно, Харука безумен. Ну и похуй. Кому какое дело до этого? Перед глазами появляются ворота школы - железные, но без капли ржавчины. Наверное, совсем недавно красили. Он принюхался и почуял отвратительный запах свежей краски. Когда Сакура подходит ближе, принюхиваться уже не надо, запах чувствуется и так, всё сильнее и сильнее. М-да, минус кошачьей мутации очевиден. От запаха у него пульсирует голова, но Харука заставляет себя не морщится и открыть железную дверь на воротах. Во дворе куча детишек, шумно. Как же ему повезло, что научился притуплять собственный слух. Чего не скажешь о обонянии. Сакура ставит себе цель : безопасно добраться до входа и узнать класс, в который его зачислили. Его план о хорошем счёте у учителей провалиться в тот же момент, как какой-нибудь урод прицепится к его волосам. Так что, нужно действовать осторожно. Сакура быстро огляделся, понял, что на него никто не смотрит и спокойным шагом двинулся вперёд. Между группами подростков он протискивался не касаясь ни одного плеча или руки, изгибаясь своим телом как только мог. В какой-то момент от неудобного положения у него хрустнуло колено и, кажется, на несколько секунд защемило нерв. Ему хотелось вскрикнуть, но он прикусил язык. Хорошо, что не до крови, это очень неприятное чувство. Никогда не любил вкус крови во рту. Достигнув заветной стеклянной двери, Сакура уже собирался взяться за ручку, как услышал: –Что ты там сказал? –Голос показался ему грубым. –Повтори! Не показался. Он точно был грубым. Даже хамоватым. Харука отсчитал до пяти, подумал-подумал, снова потянулся к двери. До звонка осталось не так много времени, как ему хотелось бы. –Я-я... –Отвечает ему дрожащий голос. Перед глазами сразу встаёт картина слёз. –Что ты?! –В этот момент, намеренно или нет, он не знает, слух улучшается и он слышит лучше. Стук и вскрик. Парня толкнули к стене. –Так и будешь заикаться, сопля?! От наезда у Харуки что-то вспылило внутри. Даже если что-то серьёзное случилось, то этот пацан не имеет права толкать или накидываться. –Слушай, –вмешивается второй голос. –Мы можем замять это дело довольно просто, хочешь? –Да! –Возрадовался заикавшийся. Харука знает, радоваться не стоит. Внутри он говорил только одну фразу - «Не твоё дело, не лезь. Не твоё дело, не лезь.» –Отдай нам свои деньги и он отстанет. –В разговоре после этих слов повисла тишина. Ожидаемо. –Н-но, у меня нет денег... –Да ладно! –Снова врывается придурок. –Нет денег?! А чем ты на обед питаешься?! Воздухом?! –У меня с собой еда... –Не ври нам, –говорит спокойный придурок. –У тебя же есть деньги. –Э-это!.. –О, да боже! –Удар кулак о кулак. –Хватит мямлить! Отдавай деньги, живо! Иначе!.. Сакура не успел дослушать, что будет иначе. Он сорвался с места и схватил урода за рукав униформы. Не сильно дёрнув за него, Харука повалил придурка на землю. Его друг сразу же отошёл, но решил заговорить: –Эй, ты что творишь?! –Вставай, –сказал Сакура заикавшемуся парню. Тот оказался блондином, хоть и чуть выше Харуки, но в несколько раз хлипче. Парень встал, мигом спрятавшись за спиной Сакуры. Тот это не особо заценил, ведь незнакомец за спиной не внушал доверия. –Отвалите, уёбки. –Сакура хватает блондина за рукав и тащит вместе с собой к двери. Они заходят, Сакура почти сразу идёт на право, делая вид, будто уверен куда идёт. Честно, он не знает. Как нибудь найдёт учительскую. На крики блондина, теперь не плаксивые, а более уверенные, он не обратил внимания и быстро скрылся за углом.

***

Поблуждав по школе, облазив все углы и заглянув во все кабинеты без названия, Сакура наконец нашёл учительскую. Нашёл прямо перед звонком. Нужного преподавателя, к которому ему было сказано обратиться, не имелось на месте и ему пришлось разговаривать с другими людьми в комнате. Огава-сенсей, как он назвался, явно смотрел на его волосы и глаза с большим отвращением, чем обычные люди. –Как, говоришь, тебя зовут? –Спрашивает он. –Сакура Харука, –Сакура сжимает кулаки. На тех уродов у дверей он мог кинуться, но если он кинется на преподавателя, то ему точно не поздоровится. –Сейчас я посмотрю, Сакура-кун, –а глаза всё так и смотрят на волосы. –на столе у Накагавы-сенсей. Они прошлись до нужного стола. Огава-сенсей поковырялся в бумагах и откапал то, что было нужно Сакуре. Зачислен в 1-1 класс. В этот же момент, как он узнал, звон разнёсся по школе. Блять. Он пропустил урок. –Я... –Огава замялся. Посмотрел на бумаги на столе Накагавы, на свои бумаги, на других учителей и остановился на волосах Сакуры. Он уже видел этот блеск в глазах. Огаве определённо не нравятся его волосы. –Напишу тебе записку, что бы Накагава-сенсей не ругалась. Сакура вежливо кивнул. Ну, в следующий раз на такое снисхождение можно не надеется.

***

Вторым уроком был английский язык и в этом Сакуре крайне повезло. Будучи ребёнком, когда он ещё жил с матерью, ему давали телефон, что бы он не отвлекал мать от дел. Сакура был послушным сыном. Не лез, когда ему говорили сидеть на месте, не говорил, когда приказывали молчать. И если видео, которое он смотрел, переключалось на другое, не на японском, Харука ничего не мог поделать. Оставалось смотреть всё дальше и дальше, пока мама не закончит. Так, незаметно, понимание английского как такового укрепилось в голове. Единственной свободной партой оказалась в самом тёмном углу, около шкафов, откуда почти не видно доску. Сакура достал тетради, но ничего не записал за весь урок. Он остался незамеченным учителем. В темноте, в углу. Никто не заметил его. Нельзя сказать, что он был против. Тишина, спокойствие, никто не лезет к нему с вопросами. День пролетел незаметно. Сакура выбрался из школы, быстрым шагом дошёл до своей работы и спрятал рюкзак в ближайших кустах. Пора начинать смену.