Hall of Fame

В зале приема было слишком душно — Джисон даже не мог понять причин, ведь в огромном каменном помещении было не больше тридцати человек. Сказал бы ему кто, что он, в свои двадцать пять, будет в школе ассасинов... Поставил бы свою голову на то, что этот чудак нагло ему лжёт. Голову свою он точно где-то потерял. ... — Джисон, — Винни, его старая, добрая и до ужаса упрямая подруга, повисла у него на плече, стоило ему в очередной раз сказать ей «нет». — Блять, Винни, — он поспешно стряхнул ее руки, хватаясь за кружку крепкого алкоголя. — Я сказал нет. Девушка надулась, как рыба фугу, проделывая в его голове несколько дыр от стрел. Хан поставил уже наполовину опустевшую посуду, и повернул к ней голову. Поняв, что её оленье личико не работает на нем, оскалилась. — Ты камень, Хан Джисон. А если меня убьют? — Отлично, — он улыбнулся, — тогда я словлю шальную стрелу или меч за тебя? Ты преувеличиваешь мою мягкотелость. Они с Винни вообще не сказать, что близкие люди. Пара посиделок за алкоголем и встречи в компании знакомых, не больше. Джисон вообще старался общаться с ней как можно меньше. Винни была бешеной. Серьёзно. Постоянно попадала в передряги — то в драку влезет, то высокого по статусу человека в грязь втопчет, потому что он смотрел слишком «странно». Девушка любила себя и знала, что достаточно хороша собой — что внешне, что физически. Наверное, Джисон не хотел бы столкнуться с ней как те, кто теперь ходит с синяками. А еще Винни не переставала говорить о «Гнусавой Горе». О школе грёбаных, блять, ассасинов. Джисон все это молча слушал, иногда кивал, стоило девушке спросить, с ней ли он вообще, но своего по этому мнения никогда не говорил. Потому что и не думал об этом никогда. Служить в Гнусавой Горе и по приказу вышек убивать людей — не то чтобы было его мечтой или целью жизни. О школе ассасинов вообще мало что известно. Место где-то, очевидно, в горах, где тебя, желательно не с нуля, но с желанием и потенциалом, обучают и отправляют на сомнительные задания. По его памяти, только в Горе остались маги и чернокнижники, которые обеспечивают передвижения по всей Коби. —Мать твою, нет! — Винни привстала, но ей это не помогло, Джисон все равно был выше. — Тебе ведь всегда были нужны деньги! Знаешь, как там по деньгам? Охренеть как! Хан отвернулся, сжимая губы. С деньгами у него всегда был натяг — то с работой беда, то с его жильём, то очередные долги и обещания. Он даже сейчас не на свои деньги пьёт. — Это не аргумент, — Джисон покрутил стакан в руке, рассматривая свое размытое в нем отражение. Если Винни увидит, точно не отцепится. В его глазах было четкое сомнение. — Мы можем умереть прежде, чем нас хотя бы зачислят. — Мы? Нас? — Девушка наметила улыбку. Увидев, как закатил от досады глаза парень, победно улыбнулась во весь рот. — Ты и правда мягкотелый, Джисон. — Завались. Смех Винни еще долго разносился по маленькой забегаловке. ... — Я тебя ненавижу, блять, — в этом огромном зале его шёпот показался ему слишком громким, и он заозирался, прежде чем снова наклониться к Винни. — Мы не пройдем проверку. Девушка нахмурилась. Ее зеленоватые глаза смотрели на него в упор, будто ожидая, что он сейчас извинится. Ага. Сейчас. — Слушай, ты... — зашипела она, но замолкла, стоило раздаться громкому, заполняющему все помещение, голосу. — Добро пожаловать в Гнусавую Гору, будущие ассасины, — женщина, явившаяся из ниоткуда, развела руками, будто подзывая их ближе. Джисон не сдержался от вопроса шепотом. — Это? — Аделаида, — прошипела тихо Винни, — я рассказывала, — глаза Хана расширились. — Главная здесь? — парень дождался кивка, после чего замолк. Аделаида смотрела на них. Мимолетно им кивнув, продолжила. — Но прежде чем вы сможете приступить к обучению, — она сделала паузу, — вам предстоит пройти испытание. Винни обернулась к нему, и ее лицо не выражало ни капли удивления. Джисон вопросительно повернул голову. Он прошелестел тихое «помню». Испытание на доверие должны были пройти лишь четверо — остальные ассасины, уже начавшие свое обучение, проведут отбор. Вот только каким образом ни Винни, ни он, соответственно, не имел и предположения. Ходили разные слухи: отрезают конечности, плюют в лицо, предлагают поединок, или просто действуют по принципу «он мне нравится» и «не нравится». Причину тому было объяснить довольно легко — зная подробности было бы слишком просто подготовиться. О школе ассасинов говорят много, а знают крайне мало. Джисон до сих пор не знает, что он тут делает. Повелся ли он на сногсшибательную сумму и жилье, или просто снова прогнулся под настойчивой подругой, он не знал. Как будто бы все надавило на него горячим от жары камнем, и он не стал из-под него выбираться. Он ведь толком ничего не умел — в руках лук держал давным давно, а в драки если лез, то по ненавистному желанию кому-то помочь. Ах да. Помощь. Ему бы кто помог, блять. — Перед тем, как мы начнем, — голос Аделаиды стал чуть громче, привлекая всеобщее внимание. Джисон оглядел рядом стоящих парней и девушек. Выглядели они все сосредоточенными, не то что он. Взглянув на Винни он убедился, что неуверенным здесь был он один. Чудесно. — Вам стоит увидеть своих наставников. Дэмур, наставник Танца. Так же бесшумно, как это сделала Аделаида недавно, из теней вышел мужчина. «Да он как два меня, — Джисон сжался внутри от его вида. — Сука, наставник Танца. Это завуалированное значение рукопашки?» Дэмур выглядел как бык — огромный, с банками вместо рук и таким взглядом, что казалось, никто отсюда живым не выйдет. Страшно было представить, каков он в деле. Его серая одежда, которая, как он заметил, была у большинства тут присутствующих, огромной туникой струилась по его широким плечам. Будь он в чем-то менее широком, было бы видно его впечатляющую физическую подготовку еще более явно, чем сейчас. Наставник Танца кивнул головой, обведя взглядом лишь малую часть из них — тех, кто был побольше. Джисон в этот список не вошел. Он даже этому обрадовался. — Леймург, наставник Аферы, — мужчина с ледяным взглядом и совсем не сочетающимся с этим теплой, доброжелательной улыбкой незаметно появился рядом. Хоть и выглядел наставник чуть приятнее, это не стало тем, что спасло Джисона от мурашек. Было в нем что-то отталкивающее и неординарное. Наверное, именно так выглядят крупные воры. Взгляд наставника прошелся по ним, холод глаз достиг и Хана. Все усилия были брошены на то, чтобы не отвернуться. Джисон в попытке не усугубить ситуацию провел взгляд ниже его глаз и только сейчас заметил — его руки были сцеплены за спиной, пока на поясе висел один кинжал. Небольшой, с слишком тонким наконечником. Снова посмотрев на Дэмура, понял, что у того буквально не было места на поясе от мечей и клинков. Как только они не звенят? Передвигался наставник слишком бесшумно. Пока Джисон рассматривал всё то количество оружия, Аделаида продолжила: — Зола, наставник Яда, — женщина позволила себе небольшую улыбку, когда в зал, не вошла, а буквально появилась из воздуха, наставница. Ее чернильные длинные волосы с неровной челкой лежали на ее серой блузке, в то время как подол ее юбки чуть покачивался от дыма, из которого она появилась. Черные губы, покрытые чем-то вроде блеска, и метки на щеках. Неудачные зелья или была тому другая причина, он не знал. Женщина отнюдь не была привлекательной. Необычной — да, красивой — нет. Знал лишь одно — в школе обучают далеко не только бою. Было так просто догадаться. Джисон все равно удивлен. Может быть он не настолько бесполезен. Сможет красть кошельки... Зола, проводя рукой по колбочкам и баночкам на поясе вместо мечей прошлась взглядом по всем, но без какой либо оценки. По-простому. Что совершенно не подразумевал ее внешний вид. — Четвертый наставник, — Аделаида снова улыбнулась, но чуть иначе, — Виксария, наставник Соблазна. Появление наставницы произошло эффектно. Тихо вышагнув из-за спины недовольного этим Дэмура, она сделала пару шагов бесшумно, и только следующие были громкими от стука ее высоких каблуков. Джисон мог сказать точно — Виксария была красивой. Он не побоялся подумать, что красива она страшно. Без изъяна. Такое же серого цвета как и у остальных наставников, платье в пол, которое подчеркивало всю ее изящность. Начиная ее закрученными локонами, заканчивая ее каблуками — было очаровательно красиво. — Приветствую вас, — голос наставницы был стальной, но по-хитрому убедительный в своей доброжелательности. Некоторые парни и девушки рядом с ним улыбнулись Виксарии, когда она провела по ним взглядом. Не простым и человечным, а почти животным от желания. Джисон прошёлся взглядом по всем наставникам — и он будет прав, если скажет, что ни один из них не вызывает у него симпатии. Все они убийцы, которые делают это разными путями. Нужно ли ему будет выбирать? Или ему нужно быть идеалом во всех направлениях? «Одумайся, Джисон, — подумал он после того как посмотрел на Винни, — для начала не сдохни сегодня». — Ассасины, — обратилась Аделаида. — Вашим испытанием будет... Некий естественный отбор. В зале начали перешептываться. Винни тоже не удержалась и повернулась к нему. Джисону пришлось наклониться к ней, чтобы услышать. — Ты понимаешь, что мы знаем сейчас больше чем кто-либо в Коби? — девушка подождала, пока он нахмурит брови. — Ну же, думай. Почему никто не знает ничего про отбор и наставников? — Блять, Винни, — Хан нахмурил брови пуще прежнего. — Я почему гадать должен? Тебе сложно... Погоди, — парень выпрямился. — Ты ведь не имеешь ввиду? — Винни довольно растянула губы в оскале. — Твою мать. Потому что они не отпускают отсюда тех, кто не пройдет. — Говори как есть, Джисон. Их убивают. — Я прошу тишины. Ваша дисциплина меня огорчает, — пара секунд и шепот стих. Аделаида кивнула. — Каждый наставник выбрал лучшего в его Зале ассасина. Того, кто по его мнению сможет выбрать из вас достойных. Каждый из вас подойдет к ассасинам по живой очереди. Как, решайте самостоятельно. Как только выбранный наставником ассасин сделает выбор в одного из вас, подойти и переубедить его не будет возможности. — Женщина обвела их взглядом. — Предостерегая ваши вопросы, скажу, что то, как выбирать будут ученики мне не известно. Дэмур, кого выбрал ты? Мужчина провел рукой — в зал вошел парень, не сильно уступавший наставнику в размерах. С грубыми руками, но милым лицом, что отличало его от Дэмура. Он представился. — Чанбин. — Отличный выбор, наставник Дэмур. Леймург? Щёлкая орехи, вышел парень с улыбкой на лице. Нахально, чуть игриво. Джисон бы подумал, что его выбрал не наставник Аферы, а Соблазна. Его волосы — светлые и длинные, по плечи, были шкатулкой различных заколок. Он чуть поднял ладонь, слабо дергая длинными пальцами. — Хенджин. — Отлично, Леймург. Что насчёт тебя, Зола? В зал вошел еще один парень, — Джисон всерьез начинает думать, что девушек тут недолюбливают. Лицо Винни тоже было чуть поникшим. Если в других парнях был огонёк— своеобразный, индивидуальный, — то в этом не было на первый взгляд ничего необычного: очки, приятная внешность и немного натянутая улыбка. Единственный, кому здесь было не совсем комфортно. Все его мысли развеялись, стоило ему пустить им дым в глаза. Парень улыбнулся. Дым не резал глаз, но точно определил к нему отношение. — Бан Чан. — Прекрасно, Зола. Наставник Виксария, что приготовила для нас ты? Виксария довольно улыбнулась, когда послышался стук ботинок — снова парень. Уверенной походкой показался силуэт — не хрупкий, но и не слишком крупный парень держался холодно. Только блеск глаз выдавал его азарт. Джисон подумал, что все, кто нравится Виксарии страшно красивы. Этот парень не был исключением. Хан вообще натолкнулся на мысль, что он, будто сам не зная, мог выйти за любого наставника. Его форма была хорошей, хитрость в нем точно есть, а ядоварение могло быть на хорошем уровне. Почему именно Соблазн? Он был определенно красив. И парень это точно знал. Но того опасного огня, который был в самой Виксарии, или та страсть в глазах Хенджина... Почему такой выбор? — Минхо. — Отлично! Будущие ассасины, вы можете начинать. Вы можете подойти в желающем вам порядке. Помните, что как только ассасин выберет человека, вы уже не сможете себя показать и доказать, что лучше. Огромный зал заполнился эхом и криками — как ненормальные, люди выстроились в кривые очереди. Он бы так и остался стоять, если бы не Винни, что потащила его за собой. — Даю голову за то, что тому колдуну дыма никто не пойдет. Я чуть не наклала от неожиданности. Винни не сильно промахнулась — очередь и правда была чуть меньше. На пару человек, что не имело смысла. Очевидно, многие встали в очередь с той же мыслью пройти быстрее. Джисон стоял чуть дальше середины — не сказать, что близко, но и что в заднице сказать трудно. Сама ситуация — задница. Если до этого Хан рассчитывал уйти домой в случае чего, то сейчас он понимал — умирать он еще не готов. А если его не выберут, то именно это его и ждёт. Винни стояла перед ним — возникла отвратительная мысль, что если ее Бан Чан не выберет, то у него есть шанс. Было трудно услышать, что говорят ассасины и что его ждет. Он мог только наблюдать, как очередь к парню с заколками становится все меньше. Когда наступает очередь Винни, он не знает, что делать — смотреть на Хенджина, который, кажется, только что выбрал человека, или на подругу, которой Бан уже начал что-то говорить. Выбрал Винни. В конце концов, он может быть следующим, а «победителей» он и так увидит чуть позже. Только вот в этот момент девушка уже развернулась, прошипев тихое «сука». Он неловко сделал шаг к парню. Его лицо было нейтральным, и он не мог понять, как он настроен. — Привет? — Привет, — Чан наклонил голову, и Джисон почувствовал себя подопытным при таком взгляде. В нем было что-то оценивающее. Но не как личность. Что-то холодное, как источник информации. — Какая у тебя группа крови? — Первая положительная, вроде, — Хан нашел в очереди к огромному парню Винни. Взглянул на парня снова. В его глазах ничего не поменялось. — Как с иммунитетом? — Средний. — Джисон выдохнул. Окей, этот парень ищет себе подопытного зверька для своих эксперементов. Когда Чан собрался задать следующий вопрос, не сдержался от тихого, — я не хочу быть должным. Бан на секунду испуганно посмотрел на него: будто не знал, что он может сказать ему что-то кроме ответов на его же вопросы. Помедлил. — Если ты считаешь, что никому здесь не будешь должен, — в его глазах появилось что-то, что Джисон воспринял как сожаление. — будет тяжело. Иди, ищи здесь мать Кибо. Джисон зло развернулся. Ему стало не по себе от взгляда, что он получил. Жалостливый. Будто он был ребенком. Он не отрицал своего иногда мягкого характера, но черт. Его пыл и злость на ассасина остыли, когда Винни завизжала, вставая за спину Чанбина. Девушку буквально не видно из-за его огромной спины. — Джисон! — ее рука выглядывала справа от плеч — Я прошла! Джисон, я прошла! Хан не нашелся словом, чтобы ответить. Он бросил взгляд на огромную очередь к ассасину, который был выбран Виксарией и раньше, чем эта кривая толпа не стала еще больше от тех, кто стоял вместе с ним к Чанбину, побежал. Он успел втиснутся рядом с какой-то девушкой, чуть не сбив ее с ног. Пробормотав извинения, наблюдал, как остальные пятнадцать человек встают за ним. Из тридцати человек сейчас в этой очереди стояло двадцать семь. И он был двенадцатый. Какой шанс, что до него вообще, блять, дойдет? «Ты дебил, Хан Джисон, — подумал он, — имел бы меньше гордости, может быть, стоял бы рядом с Чаном, хоть и стал бы собакой для опытов, — из горла вышел хрип, и он скрыл его за кашлем. — Поздравляю, теперь ты либо умрёшь, либо станешь шлюхой для этого красавчика». Посмотрел на Винни — ее лицо светилось от счастья, когда она ловила чужие взгляды. Увидев его, дернула рукой вверх, показывая большой палец, мол, все в порядке, ты справишься. Джисон не был бы так уверен. Удивительно, как быстро двигалась очередь — он был уже через три человека, а прошло не больше десяти минут. Причем каждый, уходя, выкидывал весь свой грязный речевой запас. И Хан даже не знал, почему. Из-за того, что они умрут, или из-за требований Минхо? Когда девушка перед ним подходит к ассасину, Джисон приходит к выводу, что он готов стать кем угодно — только дайте ему это место. Руки стали липкими, из-за чего он начал переживать еще больше — начал тереть их об одежду. Потом кинул взгляд на Винни — та держала за него кулаки. Только потом обратил внимание на ассасина и девушку. — На что готова? — парень оглядел ее с головы до ног. Похоти, на удивление, в этом взгляде он не нашел. — Что угодно! — из стойкой девушки с поставленой осанкой она превратилась в лужу грязи. — Что угодно ради того, чтобы стоять рядом. — Правда? — Минхо довольно сощурил глаза, превратив их в щелки. Слова девушки его явно позабавили. — Должна будешь? — Буду жизнь должна! — еще секунда, и она бы упала на колени. Парень остановил ее. — Не люблю слабых людей. Иди. Плач девушки заполнил весь зал. И что теперь? Как ему себя вести? Джисон сделал шаг вперед, едва устояв на ногах. Это не ускользнуло от любопытных глаз ассасина. — Привет. — Привет, — голос предательски стих на последних секундах, иначе просто бы дрогнул. — Почему это место? — неожиданный вопрос от парня застал его врасплох. Он думал, что ассасин не задумывается о сложности вопросов и их разнообразии. — Подруга затащила, — он встретился с Минхо взглядом. Подождал, но понял, что парень чувствует недоговоренность. — Денег много. У меня с ними напряг. — Подруга где? — Рядом с этим громилой, — кивком он указал в сторону Чанбина. Минхо опустил голову, пряча улыбку. Посмотрел на него уже мягче. — К кому подходил? — Бан Чану. К другим не успел, — Джисон не мог заставить себя анализировать. Должна быть причина, по которой его еще не отправили на смерть. Что на это повлияло? То, что Винни прошла отбор? Казалось, парню напротив было совершено не интересно разговаривать со всеми до. Судя по тому, как быстро они разворачивались и уходили. — Почему тебя не выбрали? — в глазах Минхо появился огонёк, когда он отвел взгляд. Нащупал. — Я сказал что не хочу быть должен. Вот, стою теперь и понимаю что всем буду должен, если пройду. Джисон точно знал, что если начнет лгать или юлить — отправится в подземелье гнить. Хоть и признавать свою гордыню было неприятно, и вероятно, положительно никак не повлияет на решение Минхо, сказал как есть. В том числе понимал, что Минхо обязательно потребует у него что-то взамен. — Не захотел быть ручным псом? — ассасин не по-доброму улыбнулся. — А что, если ты станешь моим ручным псом? Что тогда? Блять. Джисон уверен, на его лице можно было прочитать отвращение ко всему происходящему. — Как тебя звать? — Джисон, — после паузы ответил он, — Хан Джисон. — Хорошо, — лукаво произнес Минхо, делая шаг к нему. Положив руки на его плечи, легко, почти неощутимо, приблизился к уху, чтобы прошептать. Так, чтобы стоящие позади него не разобрали слов. — Я не утверждаю, что золотой человек здесь, но ты не будешь мне должен. Я выбираю тебя, Хан Джисон. Когда он медленно, будто в тумане заходит за спину ассасина, — что произошло не без его помощи, — в зале виснет тяжелая тишина. Тишина тех, кто остался, даже не попробовав. — Отбор состоялся, — Аделаида, стоявшая где-то в тени, снова вышла в центр зала. Все двадцать шесть человек, которые были отвергнуты, застыли, как статуи, когда она произнесла. — Уберите их. Никто не успел и дернуться. Людям заломали руки и вывели из главного Зала. Аделаида повернулась к ним. — Наставники, — ее взгляд прошелся по ним, — Ассасины, — так же и по ним, — Будущие ассасины. Я рада вам в этих стенах. Если вы были избраны, значит, в вас есть что-то, что даст вам возможность стать одним из нас. Воинами. Хладнокровными убийцами, которые прослужат мне долгие годы, — ее губы тронула улыбка, но Хану она совсем не понравилась. — Вы можете располагаться в выданных вам комнатах и распаковывать вещи, если вы их с собой брали. Теперь вы свободны. Когда Винни зажала его в своих каменных объятиях, после которых, он, кажется, понял, почему Чанбин выбрал именно ее. Долго думал, чего хорошего больше — в том, что он жив, или в том, что он «не должен». «Единственное, что я знаю точно, — подумал Джисон кидая свой рюкзак с мелкими вещами на твердую кровать. — Так это то, что я в блядской заднице».