Нулевая точка

      Боль. Темнота. Страх.       А после — яркая вспышка и волна тошноты, подкатившая к горлу. Голоса доносятся сквозь толщу льда — громкие, но бессмысленные, как гул подводного течения. Я не понимаю слов. Не понимаю, что происходит.       Глубокий вдох обжигает лёгкие. В глазах мутно, но я уже различаю смутные силуэты. Шум вокруг нарастает, будто я поднимаюсь со дна океана. — «Где я?» — мысль пронзает сознание и тут же тонет в звенящей пустоте. Я хватаюсь за виски, пытаясь заглушить нарастающую панику. Гул заполняет собой всё. — Каси? — До моего плеча дотрагивается тёплая маленькая ладонь, и я вздрагиваю на месте. Все мои ощущения, весь мой мир моментально фокусируется на ней. На меня смотрела невысокая девушка лет 15-16. Длинные, выкрашенные в дешёвый блонд волосы.       Пронзительно чёрные глаза, неумело нанесённый макияж. Одета она была в чёрно-красную форму Токийской школы, что было странно. Её колени были сбиты, а на коже присутствовали синяки и ссадины. Она была одновременно мне знакома и нет. Имя будто бы крутилось на языке, но каждый раз, когда я хотела произнести его, оно словно исчезало из памяти раз за разом. — Эй, Каси, не молчи! — Девушка настойчивее тряхнула меня за плечо, почти плаксиво произнося. Она медленно преклонила колено, чтобы быть на одном уровне со мной. — Я… — Мой собственный голос звучит хрипло. Я медленно оглядываюсь. Позади неё двое парней что-то тараторят, кланяясь в извиняющейся позе. Вдали столпились другие школьники, их шёпот сливается в единый гулкий поток. — Где я? — Тихо спросила я.       Мой взгляд скользит по длинному школьному коридору, залитому тёплым весенним светом. Ряды серых металлических шкафчиков выстроились по стенам, как безмолвная стража. Воздух густой и неподвижный, пропахший старым деревом, меловой пылью и едва уловимым запахом хлора. — КАСИКОМИ! — закричала та, хватая меня за плечи. — Эй, эй, эй, ты в порядке?! Всё хорошо?! Поговори со мной сейчас же!!! — Девушка лишь громко завопила, а я поморщилась от нового приступа головной боли, стискивая зубы. — Ты бы не могла… Не так громко. — Злобно зашипела я, глубоко вдыхая, стараясь сдержать раздражение. — Прости, прости, прости! — Она сразу же сникает. — Каси, мы сейчас в школе. Эти два ебаната влетели в тебя, и ты ударилась головой о шкафчик. — Девушка лишь нервно ощупывала меня, пока не надавила на больную шишку, из-за чего я зашипела, отталкивая её руки. — Прекрати! Всё со мной в порядке. — Я лишь сжала кулаки и, помедлив несколько секунд, поднялась на ноги, сразу же жалея об этом. Тошнота подкатила, давя на корень языка, я лишь скривилась, чувствуя привкус желчи. — Эй, давай для начала сходим к медсестре, хорошо? Ты выглядишь неважно. — Она сразу же подхватила меня под руку. Возмущаться или хорохориться у меня не было ни сил, ни явного желания, потому я приняла её помощь. Всё-таки я не знала, где нахожусь, и для начала было бы хорошо понять обстановку.       Девушка удобнее обхватила меня за талию так, будто делала это бессчетное количество раз. Она медленно вела меня сквозь ряд одинаковых дверей в классы, за которыми — пустота и тихо гудящие мониторы. Втащив меня по лестнице на второй этаж, она открыла двойную дверь, вводя меня в помещение с ярким холодным светом, запахом хлорки и антисептика. Девушка помогла мне сесть на медицинскую кровать, а сама направилась в соседнюю комнату, крича: — Мисс Ханна, помогите, Касикоми ударилась головой, эй! — Девушка ударила несколько раз кулаком в дверь, и она сразу же распахнулась. — Сано, не ори так громко. — Прошипела женщина на вид лет 35-40. — «Сано? Сано…» — Я лишь зашипела от пульсирующей боли, которая блокировала все мои воспоминания, не позволяя им прорваться наружу.       Медсестра сразу же обратила на меня внимание, подходя и начиная осмотр. Она осмотрела мои глаза, замерла пульс и нащупала шишку на голове. — Тебя тошнит? — Я покачала головой, после чего показала язык, скептически осматривая женщину с головы до ног. — Ничего похожего на сотрясение я не заметила, но давай ты останешься тут ненадолго, чтобы точно в этом убедиться? — Медсестра села рядом со мной, и хлипкий матрас слегка прогнулся под её весом, я лишь кивнула головой. — Тогда я напишу тебе освобождение с последнего урока и дам болеутоляющие. — Она щёлкнула ручкой и достала из кармана блокнот, строча что-то на листке, оторвав его, она протянула его девушке. — Тогда я пойду на урок и оповещу учителя, отдохни, Каси, мы заберём тебя позже. — Девушка порывисто обняла меня и унеслась, словно ураган, а в моей голове застряло брошенное ей «мы».       Я лишь беспомощно посмотрела на пустой проём, а медсестра протянула мне красную таблетку и воду, выпив которую меня сразу же подтолкнули к кровати. — Я буду тут рядом, если что-то изменится, обязательно позови меня. — Наказала женщина, укрывая меня одеялом, оглянувшись несколько раз, она скрылась в другой комнате.        Не знаю почему, но я не чувствовала ни страха, ни паники. Всё происходящее казалось мне сном. Странные люди. Непонятное место, всё такое знакомое и одновременно нет. — «Неужели я умерла? Неужели это последний сон, придуманный моим мозгом, чтобы я наконец могла спокойно расстаться с собственной жизнью?» — как бы эти мысли меня не тревожили, болеутоляющие подействовали, и я не смогла сопротивляться сну, который так и манил меня, закрыв отяжелевшие веки, я провалилась в столь желанный и манящий сон. Солнечные лучи ласкают лицо. Детский смех, яркий и звонкий. Картинка расплывается, как старое фото. — Меня зовут Юко. Юко Сано. И с этого дня я буду твоей подругой.       Голос из прошлого вырывает меня из забытья. Я очнулась, будто вынырнула из-под толстого льда. Холодный пол обжигает кожу. Сердце колотится в висках. Я хочу бежать, но чьё-то прикосновение возвращает меня в реальность.       Его рука — тёплая, сильная — мягко сжимает мою. Взгляд поднимаю и замираю. Он сияет, как летнее солнце. Пшеничные волосы, доходящие до плеч, пронзительные чёрные глаза, улыбка, манящая, как огонь для мотылька. Я не помню его имени, но чувствую — когда-то он был центром моего мира. — Каси? — Он изогнул тонкую чёрную бровь, мягко сжимая мою руку. Я лишь открывала и закрывала рот, словно задыхающаяся рыба, стараясь понять, что происходит. Почему какой-то ребёнок вызывал у меня такую реакцию. — Всё хорошо? Тебе лучше?       Я медленно отвела взгляд в сторону, будто пытаясь что-то найти, незаметно выбираясь из-под руки парня. — Лучше. — Быстро соврала я. — Ты не знаешь, где мои вещи? — Постаралась перевести тему я, пока тот не стал меня расспрашивать о чём-то ещё. — Вещи? Да, Юко пошла за ними. — Парень пожал плечом, развалившись на стуле так, будто бы он владел этим местом. Будто бы он уже владел всем.       Брови сами собой поползли к переносице. Я чувствовала от него внутреннюю агрессию, авторитет, который тот из себя представлял, и сейчас мне это не нравилось. Я постаралась сесть так, чтобы занять больше пространства, чем парень, но он, даже не пытаясь, будто затмевал меня собой. — У тебя всё… Хорошо? — Он удивлённо вскинул брови, а я повела кончиком губ, закидывая ногу на ногу. — Конечно. К чему вопрос? — Я лишь ухмыльнулась, стараясь скрыть растерянность и беспокойство за маской контроля, который медленно ускользал из моих пальцев. — Ты… Выглядишь… — Он лишь слегка надул губы, будто обдумывая, что сказать. — Так, будто готова вцепиться мне в глаза. — Парень тихо рассмеялся, слегка наклоняясь вперёд, опираясь локтями на бёдра. — Всё хорошо? Может, я чем-то расстроил тебя утром?       По моему лицу пробежала судорога, старающаяся удержать его нейтральным и не выказать явного удивления. — «Утром? Я и он? Что?» — в моей голове прошелся целый ураган, который сметал всё на своём пути, стараясь найти то самое злополучное воспоминание, которое просто обязано поставить всё на свои места, но как бы я ни старалась, я не могла. Я не помнила, я не понимала.       Я стиснула челюсть, пронзая ногтями мягкую и ещё не израненную ожогами кожу рук, стараясь удержать маску, которая трещала по швам. Мне хотелось бежать, бежать так далеко без оглядки, чтобы никто не смог меня поймать, но сейчас я не могла. Я не должна была.       От расспросов меня спасла открывшаяся дверь и голос девушки. — Эй, у вас всё чики-пуки? — Она изогнула бровь, медленно проходя внутрь и закрывая за собой дверь. В её руках была слегка потрёпанная временем сумочка и вторая брендированная, которую она сразу же передала мне. — Я записала всё в твою тетрадь, чтобы твоя мамаша не возмущалась. — Она лишь улыбнулась, протягивая мне мои вещи. Я неуверенно подняла на неё взгляд. Трясущимися руками забирая сумку. — Я… — Я замялась, сжимая ремешок. — Не знаю, как тебя благодарить… Спасибо. — Медленно и неуверенно произнесла я, тяжело сглатывая. — «Моя мать? Она жива? Что происходит? Где я, чёрт возьми?!» — Гнев медленно пробирался из самых холодных уголков моего сердца, быстро распространяясь по венам, овладевая разумом. Сердце бешено колотилось в груди, и как бы глубоко я ни дышала, я не могла унять это жжение внутри меня. — «Почему, почему, почему?» — Крутился из раза в раз один и тот же вопрос. — «Почему она бросила меня, почему она опять здесь?» — Глаза намокли, я сильнее впилась ногтями в свою ладонь, но вздрогнула от чужого прикосновения. — Каси? Всё хорошо? — Парень медленно разжал мою ладонь, проводя мозолистым пальцем по уже кровоточащим отметинам. — Не нервничай так, хорошо? Мы со всем справимся. Ты, я и Юко, мы же все друзья. — — Да, Майки прав! Не переживай, всё хорошо, мы будем воевать за тебя, даже с твоей матерью! — Девушка подскочила на месте, а меня словно окатило холодной водой. — «Юко и Майки… Сестра и брат из моего прошлого, с которыми я дружила больше 10 лет назад, как? Как такое возможно?» — Я потрясенно уставилась на них, они были как две капли воды, одинаково тёплые улыбки, мягкий взгляд, они… Они видели во мне меня, а не статус наследницы семьи Итто. — «Я… Всё правда в порядке, спасибо». — Я натянуто улыбнулась, прокручивая всю собранную информацию в моей голове, стараясь вынести хоть какой-то вердикт, но кроме: «Я умерла». Ничего в голову не приходило.       Закусив ноготь, я внимательно наблюдала за братом и сестрой, которые так же внимательно смотрели на меня, будто мы старались разгадать друг друга. — Значит, мы… — Юко сложила руки перед собой, словно в молитве, с надеждой смотря на Майки. — Что? — — Сегодня глава шестого отряда и его заместитель, отстраняются от собрания Токийской свастики. — Майки лишь гордо сложил руки на груди, внимательно смотря на меня. — Я отвезу Касикоми дом…—       Но не успела тот договорить, как я подскочила на ноги, размахивая перед собой руками. — Не надо домой, со мной всё отлично, правда, посмотрите, я здорова, цвету и пахну. — Я постаралась выдавить из себя детский энтузиазм, но по глазам родственников было видно, что те слабо мне верят и слишком хорошо для этого знают, а потому Майки лишь вздохнул. — Каси, я снял вас с собрания, чтобы вы вместе отправились ко мне и отдохнули, я не повезу тебя к родителям в таком состоянии. Ты слишком… — Он лишь нахмурился, качая головой, отгоняя лишние мысли. — Я не хочу лишний раз волновать тебя. Поэтому я отвезу тебя домой, и ты сегодня отдохнёшь вместе с Юко, хорошо, а завтра мы с тобой поговорим о произошедшем, хорошо? — Я лишь активно закивала головой, крепче хватая свою сумку, будто боясь, что её вырвут из моих рук. — Да, я согласна, хорошо. — Юко лишь неуверенно окинула меня взглядом, будто что-то додумывая, но не желая этого озвучивать. — Тогда я пойду первая, встретимся уже у Майки. — Она лишь улыбнулась, помахав рукой, а я резко дёрнула головой в её сторону. — Что, почему? — Юко остановила и с сомнением посмотрела на брата, тот же с какой-то паникой на меня, я же опешила. — «Что происходит, почему они так смотрят на меня?» — — Потому что Майки ездит на мотоцикле, и кроме как ваших голов места там нет. — Юко лишь сдавленно усмехнулась и осторожно коснулась моей руки. — Каси, всё хорошо? — — Да, да, я знаю… Я… — Я лишь закатила глаза, покачав головой. — Боже, я просто имею в виду, почему мы не можем пойти вместе. — Я лишь вымученно улыбнулась, прикрывая глаза ладонью.       Юко и Майки с тревогой переглянулись, будто взвешивая все за и против. Майки медленно встал, поправляя своё длинное чёрное пальто, расписанное золотой вышивкой, а после коснулся моего плеча, слегка сжимая. — Ты уверена в этом? — Он слегка склонил голову на бок. По его интонации было сложно определить, опечалился ли он или просто слишком обеспокоен произошедшим. — Конечно, когда это я была не уверена в себе? — Я лишь тихо усмехнулась, осторожно снимая руку с плеча. — Я правда в порядке, хватит носиться со мной. — — Тогда хорошо. Вы с Юко пойдёте вместе домой, а я тогда поеду за Кеном. — Майки лишь подмигнул Юко, а та надулась, словно мыльный пузырь. — И передай ему, что он мудак. — Она быстро сложила руки на груди, показывая брату язык, а после, развернувшись, направилась на выход из медпункта. Мы с Майки как-то слишком дотошно переглянулись, будто выискивая несовпадения друг друга, а после он жестом руки приказал идти первой. Я прижала сумку к груди, настороженно оборачиваясь, чтобы уточнить реакцию, но засеменила на выход, не желая попасть под порцию новых вопросов.       Мои глаза судорожно бегали по опустевшим коридорам, солнце медленно клонилось к закату, и за окном постепенно темнело, наши шаги эхом разносились по туннельным коридорам, создавая тревожную атмосферу, вводя в панику. Я глубоко дышала, стараясь подавить внутреннюю дрожь, которая пыталась сковать всё моё тело, но я не позволяла ей взять вверх, двигаясь, словно от этого зависела моя жизнь. Юко шла впереди, покачивая бёдрами и что-то рассказывая про вчерашний конфликт с Кеном, по разговору я поняла, что те встречаются, и он её сильно обидел, Майки шёл позади меня, его взгляд словно вонзили мечи в мою спину, я ощущала, как он оценивает каждое мое действие, каждый неровный вздох.       Стискивая зубы и сильнее сжимая ручки сумки, я заставляла себя идти вперёд, стараясь напустить небрежный вид, но каждый шаг словно раскалывал лёд под нашими ногами, я слышала, как он трескается, ещё шаг, и я пойду на дно, но… Вот уже показались тяжёлые двери, и, ускорив шаг, я нагнала Юко, помогая ей открыть её, чтобы покинуть удушающую обстановку серых стен.       Хоть я и настаивала побыстрее отделаться от Майки, Юко всё-таки заставила меня проводить его до парковки. Мы вместе пересекали школьный двор под разговоры брата и сестры, пока я тихо шла, рассматривая всё вокруг.       Обстановка была смутно знакомой. Я точно была в Токио, но он был странно старый. Магазины, которые снесли лет 7 назад, вновь стояли, словно фениксы, возродившиеся из руин и строительной пыли, более старые марки машин носились по дорогам, люди ходили с кнопочными телефонами, кто-то шёл с проводными наушниками. Я крутила головой так, будто попала в чёрно-белый фильм, впитывая в себя каждую мелочь, ища несоответствия, которые знала, пока меня не окликнули. — Касикоми? — Майки забрался на мотоцикл и склонил голову на бок. — Встретимся вечером? —       Я лишь неуверенно улыбнулась. — Да, вечером. — Уголок губ слегка дёрнулся, кривя лицо.       Майки постоял выжидающе пару минут, будто чего-то ожидая, а после одним ровным движением завёл мотоцикл. Агрессивный, но ровный рокот двигателя отозвался гулом по парковке, будто заряжая воздух электричеством. Я неуверенно переместилась с ноги на ногу, будто ища спасения.       Майки оттолкнулся одной ногой и, отсалютовав нам пальцами, сорвался с места, постепенно набирая скорость и исчезая на первом светофоре.       Я ещё долго смотрела ему вслед, ощущая оставленный в воздухе запах бензина и пыли. Юко перекатилась с пятки на носок и обратно, ненавязчиво спрашивая:— У вас всё хорошо? — — Почему ты спрашиваешь? — Я лишь вздёрнула подбородок, заставляя ту встрепенуться. — Ну… — Она лишь перевела взгляд в сторону, где скрылся брат. — Есть… Причины. — Она лишь усмехнулась, но вышло сдавленно и неестественно. — Пойдём?—       Я замерла. Все мои инстинкты обострились, волоски на теле поднялись так, будто меня должна была пронзить молния. Я тяжело сглотнула. Слыша гул в висках, сердце отбивало ритм где-то в горле, не дожидаясь, когда девушка меня схватит, я со всех ног рванула в противоположном направлении, бросая сумку на землю и скрываясь в первом попавшемся тупиковом переулке. Забравшись на мусорный контейнер, я легко преодолела сетчатый забор, слышала доносившийся в спину крик Юко. — КАСИКОМИ, ВЕРНИСЬ НЕМЕДЛЕННО! —       Но меня было уже не остановить. Я быстро набирала скорость, используя весь потенциал необученного тела. Не разбирая дороги, толкая людей и проскакивая между машин. Я бежала туда, где осталась моя жизнь, где я была нужна.       Я не знала, как долго бежала. Бок сводило, ноги ныли, а мозг отказывался сдаваться. Петляя по переулкам и спустившись в метро, я опешила. Я никогда раньше им не пользовалась. Никогда не было надобности. Но сейчас это была единственная возможность добраться до центрального района. В школьных брюках завалялась некая мелочь, и я смогла купить один билет в нужную сторону.       Когда я добралась до центра города, сердце упало в пятки, а ноги подкосились. Здание, содержащее в себе более 50 этажей, больше не стояло, величественно возвышаясь над другими гигантами. Его больше не было. Всё, над чем я трудилась долгие годы. Всё, что было важно для меня. Мой ребёнок… Бесследно исчез, оставляя на своей могиле двенадцатиэтажное здание.       По моим щекам текли горькие слёзы. Я… Я задыхалась. Умирала внутренне, пока прохожие пытались привлечь моё внимание, но оставляли тщетные попытки.       Если я умерла, то это был мой персональный ад. Место, где меня больше не существовало. Место, где я не имела веса. Призрак былой славы и величия.       Я не знаю, где я была. Мои ноги вяло волоклись по земле, пока я не повалилась на песок, зацепившись за какую-то деревянную дощечку. Перевернувшись на спину, я смотрела на небо, усеянное тусклыми звёздами.       Я не знала, что делать дальше. Куда идти. Моя жизнь была бессмысленна и пуста. Без Адель меня не существовало. Без Адель мне не для чего было жить. Мне казалось, что лёд полностью охватил всё моё тело, вводя в состояние анабиоза. Сколько я лежала под звёздным небом? Пару минут? Час? Может, уже прошли целые сутки? Я не знала.       Внезапно тишину разрывают крики. Я поднимаюсь и иду на звук, замирая в тени. Невысокий блондин с зачёсанными вверх волосами отбивается от группы парней. Его движения резкие, неотточенные, но полные отчаянной решимости. Он принимает большинство ударов на себя, прикрывая собой мальчишку лет двенадцати. Вот хлёсткий удар в живот заставляет его согнуться, но он тут же выпрямляется, отбрасывая нападающего тяжёлым хуком в челюсть. Ещё один противник хватает его сзади, но блондин бьёт его локтем в ребро, высвобождается и, развернувшись, толкает последнего так, что тот отлетает в сторону. Драка короткая, уродливая и очень жестокая.       Когда я хотела вмешаться, мелкие гопники разбежались во все стороны, оставляя их вдвоём в тишине ночного города. Они вместе опустились на качели, пока блондин изливал душу мальчику.       Я стояла в тени, застывшая, как одно из деревьев в этом парке. Холодный ветер трепал мои волосы, но я его почти не чувствовала. Внутри была та же ледяная пустота, что и снаружи. — ...и я всё видел! — кричал блондин, его голос срывался от отчаяния. — Я видел, как они убили её! Как они убили Хину! «Хина?» Имя отозвалось глухим эхом. Сводки новостей... Теракт... Смутные образы всплывали и таяли, как те самые звёзды на небе. — Я не понимаю... — тихо проговорил мальчик, сжимая кулаки. — О чём ты? Кто ты такой? Блондин схватился за голову, его фигура выражала такую бездну отчаяния, что мой собственный лёд внутри пошатнулся. — Я... Я из будущего! — выдохнул он, и в этих словах не было ни капли сумасшествия, только чистая, обжигающая правда. — Я Такимичи Ханагаки! Из 2017 года! Я видел, как всё кончится! Видел газету... В ней было написано, что Хину убьют! А потом... Потом я попал под поезд и очнулся здесь! Я вернулся на двенадцать лет назад, чтобы всё изменить!       Воздух вокруг застыл. Даже цикады на мгновение умолкли. Я наблюдала, как мальчик впитывал эти слова. Сначала шок, недоверие... А потом медленное, ужасающее понимание. — Ты... Врёшь, — прошептал он, но в голосе уже слышалась неуверенность. — Клянусь! — голос Такимичи дрогнул. — Я не знаю, как это произошло, но это правда! Твоя сестра... Хина... Она умрёт!       Словно в подтверждение его слов, где-то вдали проехала машина с воем сирены, и этот звук стал леденящим душу саундтреком к их судьбоносному разговору. Я с трудом ухватилась за стену, пытаясь удержать равновесие, но ноги подкосились. Рухнув на землю, я задела мусорный бак, и тот с грохотом покатился, выдавая моё присутствие. «Из будущего? Он правда из будущего?»       Мои руки тряслись, я сжимала и разжимала пальцы, стараясь вернуть чувствительность нервным окончаниям. Из-за громко бьющегося сердца я не сразу заметила, что те двое уже подошли ко мне. — Вы в порядке? — тихо спросил мальчик.       Но я уже вскочила на ноги, впиваясь в рубашку Такимичи. — Ты правда из будущего? — мой голос сорвался на хриплый шёпот. — Скажи... скажи, как мне вернуться! Я должна вернуться! Мне нужно домой!       Я трясла его с силой, о которой не подозревала, прижимая к стене. Мир сузился до этого испуганного лица и единственной мысли — цепляться за эту невозможную надежду. — Эй, успокойтесь! — крикнул мальчик, хватая меня за руки.       Но мир уже плыл. Ноги подкосились, и я рухнула в объятия пустоты. Последнее, что я увидела, — как Такимичи так же медленно осел на землю, теряя сознание.