Несовместимые

Старые Виадуки встретили их тишиной и запахом многовековой пыли. Эти гигантские каменные арки, когда-то соединявшие горные пики, теперь напоминали скелет забытого бога. Внизу, в глубоком ущелье, клубился белесый ядовитый туман, а над головой нависали серые скалы, из которых тут и там вырывались пучки кристаллических наростов. — Держись ближе к центру, — негромко проговорил Морион, проверяя надежность камней под сапогами. — Края крошатся, а лететь долго. Даже твои сорняки не успеют сплести парашют. Вейс кивнул, вытирая пот со лба. Спуск в низину и подъем на виадук вытянули из него все силы. Магия под кожей пульсировала горячо и неровно, руки дрожали. Каждый вдох давался с трудом, словно воздух стал слишком густым. Вдруг из тишины прорвался звук. Тонкий, жалобный, как будто детский всхлип. Вейс замер. — Слышишь? — шепнул он. Морион мгновенно положил руку на рукоять тесака. Его глаза сузились. — Слышу. Не останавливайся. Идем дальше. — Но это... это ребенок, — Вейс повернул голову в сторону полуразрушенной сторожевой башни, притулившейся к одной из опор виадука. Звук повторился. Всхлип перешел в приглушенное рыдание. — Вейс, — голос Мориона стал жестким. — Посмотри вокруг. Мы в дне пути от ближайшего жилья. Здесь только монстры, туман и мы. Никаких детей здесь быть не может. — А если он отбился от каравана? — Вейс уже сделал шаг к башне. — Если он спрятался здесь после нападения? Мы не можем просто уйти! — Это ловушка. Классическая приманка, — Морион преградил ему путь. — Магические мутанты, вроде мимиков, или бандиты. Уходи отсюда. Сейчас же. — Помогите... пожалуйста... — раздался тонкий детский голосок из темноты дверного проема. Вейс посмотрел на Мориона. В его серых глазах, затуманенных болью, была такая отчаянная мольба, что Морион на секунду замешкался. И этой секунды Вейсу хватило. Он обошел напарника и бросился к башне. — Стой, идиот! — прошипел Морион, бросаясь следом. Внутри башни было темно и пахло гнилой соломой. В углу, сжавшись в комок, сидел маленький мальчик лет восьми. Его одежда превратилась в лохмотья, лицо было вымазано сажей и слезами. — Эй, малыш, все хорошо, — Вейс опустился на одно колено в паре метров от него, протягивая руку. — Мы тебя не обидим. Как ты здесь оказался? Мальчик поднял голову. Его глаза были расширены от ужаса, но в них мелькнуло что-то еще. Что-то холодное. — Вы... вы пришли за мной? — прошептал он. — Да, мы заберем тебя отсюда, — мягко ответил Вейс. — Иди ко мне. Морион ворвался в башню, его взгляд остановился на мальчике. — Вейс, назад! У него на шее... Но было поздно. Мальчик резко дернул рукой, и на его шее блеснул металлический обруч с красным камнем — артефакт, работающий как детонатор. — Простите, — выдохнул ребенок. Стены башни взорвались. Не огнем, а облаком густой, едкой пыльцы, смешанной с алхимическим паралитическим дымом. Вейс закашлялся, чувствуя, как мышцы мгновенно каменеют. Он упал вперед, из его рук непроизвольно вырвались хилые побеги вьюнка, которые тут же завяли под воздействием яда. Морион среагировал быстрее. Он задержал дыхание и метнулся к выходу, но путь ему преградила тяжелая стальная сеть, упавшая с потолка. Снаружи послышались тяжелые шаги и лязг металла. — «Мор» и «Садовник», — раздался грубый, торжествующий голос. — Двойной джекпот. Нам обещали, что белоголовый купится на щенка. В башню вошли четверо. Огромные, закованные в тяжелую броню из холодного железа — металла, который не пропускает магию и к которому противно прикасаться любому магу. Это были «Охотники на ведьм» — наемники, специализирующиеся на захвате магов. Морион попытался рвануться, выставив ладонь, но один из охотников ударил по сети длинным шестом с электрическим разрядником. Сильный удар током прошил тело Мориона, заставляя его рухнуть на колени. — Осторожно с черным, — скомандовал вожак, мужчина с мертвенно-бледным лицом и механическим протезом вместо нижней челюсти, из-за чего его голос приобретал металлический лязг. — Не касаться открытой кожей. Используйте капкан. Они действовали профессионально. Прежде чем Морион пришел в себя, на него набросили тяжелый, обитый свинцом и сталью жилет, который жестко фиксировал руки за спиной. Сверху надели «перчатки-коконы» — огромные железные варежки, запирающиеся на замок. Его шею стянули ошейником, соединенным цепями с кандалами на ногах. Морион был полностью обездвижен. Он не мог коснуться ни нападавших, ни даже самого себя. Его способность убивать касанием была надежно заперта внутри этого металлического саркофага. Вейс лежал на полу, парализованный, глядя, как Мориона волокут к выходу. Мальчик, их «приманка», уже стоял рядом с вожаком. Мужчина грубо потрепал его по волосам. — Хорошая работа, малец. Получишь свою дозу сегодня. Ребенок лишь молча кивнул, его глаза были пустыми. — Грузите черного в повозку, — приказал вожак. — А этого... «цветочного мальчика» ... — он брезгливо пнул Вейса сапогом в бок. — Свяжите покрепче и бросьте в угол. — Действие парализатора скоро закончится. Может, мне его вырубить? —  спросил один из наемников. — Нет, трогать его нельзя.  За ним приедут из столицы отдельно. К тому же, отец заплатит за него втрое больше, если он будет напуган и сломлен. Охотники ушли, уволакивая Мориона, который яростно хрипел и пытался сопротивляться, но тяжелые цепи и парализатор не оставляли ему шансов. На Вейса надели наручники из метеоритного железа. Из такого делали вещи, блокирующие магию. Наёмники его недооценили — Вейс не брал магию извне, он сам был источником. Это стало их фатальной ошибкой. Дверь башни закрыли на тяжелый засов, оставив одного часового снаружи. В башне воцарилась тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием Вейса. Паралич начал медленно отпускать. Вместе с чувствительностью возвращалась и боль — утроенная, яростная. Магия в венах взревела, почувствовав угрозу и гнев своего хозяина. Вейс сжал кулаки. Он совершил ошибку. Его доброта стоила Мориону свободы, а может, и жизни. Ему потребовалось пару секунд, чтобы бесполезные наручники покрылись ржавым лишайником и рассыпались в труху. Если бы существовало такое простое средство запереть его магию, всё в его жизни было бы иначе. — Рион... — прохрипел он, пытаясь приподняться. Татуировки на его руках светились сквозь бинты. В этот раз он не собирался подавлять поток. Вейс почувствовал, как внутри него просыпается что-то дикое. Что-то, что выжило после Катастрофы. — Я вытащу тебя, — прошептал он, и его глаза на мгновение вспыхнули фиалковым пламенем. Земля под каменными плитами башни задрожала. Старые корни, спавшие веками под виадуком, почувствовали зов. И они были очень голодны.