Несовместимые

Пустоши не были пустыми — при свете дня это было особенно заметно. Название врало. Они были переполнены жизнью, но жизнью неправильной, вывернутой наизнанку, словно кто-то решил переписать законы природы, будучи в глубоком бреду. Вместе с искореженными деревьями здесь возвышались гигантские, с человеческий рост, грибы, источающие сладкий, дурманящий аромат. Трава под ногами напоминала шевелящиеся волосы, а кустарники время от времени тихо поскрипывали, поворачивая ветви вслед путникам. Вейс едва переставлял ноги. Они шли целый день, иногда на ходу поглощая припасенное вяленое мясо и запивая водой из фляг. С каждым часом, проведенным в глуши, ему становилось хуже. Окружающая среда, насыщенная дикой магией, резонировала с его проклятием. Каждый звук отдавался болью от кончиков пальцев до головы, взгляд затуманивался. Ему казалось, что он — оголенный нерв, по которому бьют молотком. — Ты дышишь так громко, что привлечешь всех мутантов в радиусе километра, — заметил Морион, не оборачиваясь. Он шел впереди, легко перепрыгивая через узловатые корни. Его черная фигура казалась единственным пятном стабильности в этом кислотном кошмаре. — Прости, что... мешаю твоей прогулке, — прохрипел Вейс, вытирая испарину со лба. На тыльной стороне ладони пробивался крошечный росток василька. Вейс с отвращением сорвал его. — Только на этой прогулке нас пытаются убить. — Может, сделаем привал? — Мы в «Гнилой низине», Вейс. Остановишься здесь на пять минут — и мох прорастет сквозь твои легкие. Хотя тебе, наверное, не привыкать. Вейс хотел ответить колкостью, но слова застряли в горле. Земля под ногами дрогнула. Они услышали рёв, низкий, утробный, от которого всё завибрировало под ногами. — Грязерой, — тихо сказал Морион. — Крупный. Где-то рядом. Вейс тоже его почувствовал — не слухом, а той странной частью себя, которая ощущала связь с жизнью вокруг. Это была огромная, голодная, неправильная жизнь, которая направлялась прямо к ним. — Бежим? — спросил он. — Не успеем. Он уже учуял нас. Точнее, тебя. — Тогда что делать? Морион не ответил. Он смотрел в сторону, откуда доносился рёв, и в его глазах мелькнуло что-то сосредоточенное, расчётливое. — Приготовься, — сказал он наконец. — Возможно, придётся использовать твой дар. И из-за холма показалась туша чудовища. Существо напоминало медведя, которого сшили с гигантским насекомым. Огромная туша была покрыта хитиновыми пластинами, между которыми пульсировала розовая плоть. Вместо морды — мешанина из жвал и нескольких пар подслеповатых, молочно-белых глаз. Тварь заревела, и от этого звука у Вейса заложило уши. Грязерой учуял чужаков. Его многоглазая голова дернулась, фиксируясь на Вейсе. Конечно, на нем. Вейс фонил магией, как маяк. — Не двигайся, — скомандовал Морион, медленно стягивая с пояса кинжал. — Пусть подойдет. Но инстинкты Вейса, обостренные страхом, сработали быстрее разума. Когда чудовище рвануло вперед, сметая грибные деревья как спички, Вейс вскинул руки. Он не хотел атаковать. Он хотел защититься. — Стой! — крикнул он. Земля перед монстром взорвалась. Толстые лианы, светящиеся изнутри ядовито-зеленым светом, вырвались наружу, оплетая лапы чудовища. Это должно было его остановить. Но эффект оказался обратным. Как только магические лозы коснулись шкуры Грязероя, тот не заревел от боли — он зарычал от удовольствия. Лианы не сдерживали его — они вросли в него, слились с его плотью. Мутировавший организм мгновенно впитал чистую жизненную силу Вейса. Пластины хитина на спине монстра с треском разошлись, и оттуда, ускоренные магией, вырвались новые конечности — длинные, суставчатые шипы. Тварь стала в два раза больше и быстрее. Вейс почувствовал нечто неожиданное — облегчение. Магия хлынула из него, как вода из прорванной плотины, и вместе с ней ушла боль. Та постоянная, ноющая боль, к которой он так привык, что почти перестал её замечать. Это было прекрасно. И вдруг магия Вейса коснулась чего-то другого, как будто инородного внутри Грязероя. — Что ты делаешь! — заорал Морион, отпрыгивая в сторону от удара лапы, которая теперь была размером с мельничный жернов. — Прекрати его кормить! — Я не могу! — Вейс опомнился и в ужасе посмотрел на свои руки. Поток энергии вышел из-под контроля. Между ним и монстром образовалась видимая связь — полупрозрачная пуповина из света. Вейс чувствовал, как жизнь вытекает из него, питая чудовище. — Оно само тянет! Грязерой, опьяненный силой, забыл про Мориона. Он рванулся к Вейсу, желая поглотить источник целиком. Новые шипы на его спине рассекали воздух со свистом. Морион выругался. Грязно, витиевато. Он не мог подойти к монстру — теперь тот был окружен коконом из бешено растущих, острых как бритва ветвей, которые порождал сам Вейс. Их слишком много. Пока он прорвется, тварь сожрет Вейса. — Убери магию, Вейс! — крикнул Морион, перекатываясь под ударом шипа. — Засунь её себе обратно в глотку, или мы оба сдохнем! — Я пытаюсь! Чудовище наступало. Из его пасти капала едкая слюна, разъедающая землю. Вейс зажмурился. Боль в венах стала невыносимой. Ему нужно было не просто остановить поток, ему нужно было пойти против своей природы. «Холод. Смерть. Пустота». Он представил лицо отца. Его ледяной взгляд. Вейс закричал, насильно обрывая связь. Это ощущалось так, словно он выдернул из собственного тела кусок нервов. Свечение погасло. Лианы, мгновение назад питавшие монстра, обмякли. Грязерой, лишившись подпитки, на секунду замешкался, оглушенный внезапным голодом. Этой секунды Мориону хватило. Черная тень метнулась под брюхо чудовища. Морион не использовал оружие. Он просто ударил голой ладонью — плашмя, жестко — в незащищенный участок розовой плоти между хитиновыми плитами. Его рука на мгновение вспыхнула синеватым матовым светом. Грязерой не упал. Он рассыпался. Это выглядело жутко. Огромная туша, полная ярости и жизни, в одно мгновение посерела, высохла и осыпалась горой праха, словно пролежала в пустыне тысячу лет. Остался только сухой хитиновый панцирь, который с грохотом рухнул на землю, подняв облако пыли. Вейс упал на колени, хватая ртом воздух. Из носа текла кровь, капая на белый воротник. Руки тряслись так, что он не мог опереться о землю. Морион стоял над кучей праха, его рука уже была в перчатке. — Поздравляю, — его голос был полон яда. — Ты только что превратил обычного мутанта в чудовище. Если ты еще раз попытаешься кого-нибудь «спасти», я убью тебя сам. Просто чтобы не мучиться. — Я... не хотел... — прохрипел Вейс. — «Не хотел», — передразнил Морион. Он подошел к Вейсу, но остановился в шаге, не протягивая руки помощи. — Вставай. Здесь запах смерти привлечет падальщиков. Вейс кое-как поднялся, чувствуя, как мир качается перед глазами. Он с ужасом посмотрел на серую гору праха, в которую превратилась огромная туша, а затем перевел взгляд на руки Мориона. — Ты... ты просто коснулся его, — прошептал Вейс. Голос дрожал. — И оно рассыпалось. — Это с рождения, — буднично бросил Морион, проверяя плотность кожи на запястье. — Ускоренный распад. Моя кожа — это конец всему живому. Любая органика при прямом контакте превращается в пыль за секунды. Вейс невольно отшатнулся, едва не потеряв равновесие снова. Осознание ударило сильнее, чем вид монстра. — Значит, перчатки... — ...не для стиля, «цветочек». Они пропитаны алхимическими блокаторами. Без них я — ходячая чума. — Морион поднял на него тяжелый, холодный взгляд. — Теперь ты понимаешь, почему я сказал держаться подальше? Если ты споткнешься и упадешь на меня — ты труп. Если я решу помочь тебе и случайно коснусь голой рукой — ты труп. Вейс сглотнул вязкую слюну, глядя на черную перчатку с новой смесью страха и уважения. — Я запомню, — тихо сказал он. — Уж постарайся. Я не хочу потом отстирывать твой прах со своего плаща. Вдруг взгляд Мориона зацепился за что-то в куче праха, оставшейся от монстра. Среди серой пыли блестело что-то, не подвластное тлению. Морион наклонился и, используя носок сапога, выкатил предмет наружу. Это была не кость и не камень. Это был металлический цилиндр, размером с предплечье. Металл был странным — темным, с синими прожилками, совершенно не тронутым коррозией, хотя, судя по всему, он находился в желудке монстра не один год. — Что это? — спросил Вейс, вытирая кровь рукавом. — Не трогай, — резко сказал Морион. Они присели на корточки, внимательно изучая находку, но не касаясь её руками. — Видишь герб? Вейс прищурился. На боку тубуса была выгравирована скрещенная кирка и посох, увитый змеей. — Королевский Геологический Корпус, — прошептал Вейс. — Те самые, что... — ...что пробурили дыру в ад двадцать пять лет назад, — закончил Морион. — Этот цилиндр принадлежал кому-то из первой экспедиции. Той самой, что была там в день Катастрофы. Вейс достал из кармана платок и аккуратно, через ткань, поднял вещь. — Я, кажется, чувствовал его внутри монстра. Он теплый, — нахмурился Вейс. — И гудит. Слышишь? Морион прислушался. Тонкий, на грани слышимости звук. Но страшнее было другое. Вейс чувствовал, как предмет резонирует с его собственной магией. Татуировки на груди Вейса отозвались слабой, но отчетливой вибрацией. — Он... он как я, — тихо сказал Вейс. — Внутри него что-то из Источника. Вейс передал находку. Морион медленно поднялся, рассматривая цилиндрический объект в своих руках. — Похоже, мы нашли не просто кусок металла, — задумчиво произнес он, и впервые в его голосе прозвучало не презрение, а мрачный интерес. — Возможно, мы нашли журнал конца света. — Мы откроем его? Но сколько они его ни крутили, на нём так и не нашлось никакого отпирающего механизма. Возможно, нужна была какая-то вторая часть. — Сдаюсь. Идём, нужно найти укрытие до темноты. — Морион спрятал цилиндр во внутренний карман плаща.