Тысяча лет до твоего смеха

      Солнце уже давно скрылось за шпилями храма, но камень по-прежнему хранит тепло. В покоях Инквизитора было душно. Запах ладана въелся в стены так глубоко, что, кажется, даже если сжечь все это место дотла, он останется — в пепле, в пыли, в легких.       Трафальгар открыл окно, чтобы впустить свежий воздух.       Холодный порыв тут же ударил в лицо, заставляя Ло глубоко вдохнуть и выдохнуть. Глаза невольно скользнули вниз и зависли на теплых огнях в маленьких домах.       Город не спит. Как и всегда. С тех пор, как новая власть — Высший Синод — подчинили себе эти земли, люди не могут спокойно смыкать глаз. Трафальгар уже привык мало отдыхать, что сказывается на лице жреца в виде глубоких синяков под глазами.       В комнате глухим скрипом отодвинулся деревянный стул. Ло сел за стол с тусклой лампой. Перед ним — его дневник в тяжелой, темной кожаной обложке, углы которой усилены металлом, чтобы не износился.                     — Запись I —       Пятница по календарю Тигра. 23:46. Субъект: неизвестен. Имя (со слов): «Луффи». Происхождение: не установлено.       Появился в результате падения с высоты, пробив купол храма. Повреждения: отсутствуют.       Ни переломов, ни вывихов. Это невозможно. Я видел, как он упал. Человеческое тело не выдерживает таких нагрузок.       …Однако он не просто выжил. Он встал. Заговорил. Начал есть.                          ———       Ло сделал паузу, проведя рукой по шершавой, желтой бумаге. Почему-то это предложение его раздражало.                          ——— Поведение: — не проявляет страха; — игнорирует угрозу оружия; — демонстрирует аномально высокий уровень доверия к окружающим (включая меня); — не распознает социальную иерархию; — не реагирует на религиозные табу (осквернение алтаря не вызвало ни малейшего колебания).       Он ведет себя так, будто мир… не имеет для него веса. Будто правила, на которых он построен, его не касаются. Отдельно:       Он назвал меня «Траффи».                          ———       Жрец завис над последним словом на мгновение, несколько раз прокрутив его в голове.                          ——— Физиология:       Субъект утверждает, что является «резиновым человеком». Формулировка абсурдна. Тем не менее:       При нанесении удара в область брюшной полости наблюдалась аномалия. Импульс не распределился стандартным образом. Не было жесткого сопротивления мышечной ткани. Вместо этого — кратковременное поглощение удара.       Позже — при поверхностном разрезе — структура тканей также показала отклонение. Кожа под давлением вела себя иначе. Более податливо: с задержкой возвращалась в исходное состояние. Реакция на черный подводный камень:       Кандалы, используемые в храме, подавляют физическую активность заключенных. Стандартная мера. Однако в данном случае эффект выражен значительно сильнее. Субъект демонстрирует: — резкую потерю сил; — нарушение координации; — признаки тошноты; — общее угнетение.       При этом он прямо связал свое состояние с неким понятием: «кайросеки».       Термин неизвестен. Но он говорил о нем так, будто…       …это нечто очевидное.                          ———       Инквизитор постучал пером по краю стола, многозначительно взглянув на дома снизу.                          ———       Если его слова — не бред, то это означает одно: существует система знаний, в которой подобные явления — норма.       Система, о которой я ничего не знаю. Психологическое состояние:       Он не лжет. В его речи отсутствуют признаки построения ложной конструкции. Нет пауз на обдумывание, нет попыток адаптировать ответ под реакцию собеседника.       Он говорит прямо и четко. Даже когда это невыгодно.       И все же. Он ошибается.       Он утверждает, что мы знакомы. Смотрит на меня как на друга.       «Накама». Я не нашел точного перевода, но контекст указывает на нечто большее, чем союз. Больше, чем служба.       Слово, которого в нашем языке нет. Гипотезы: 1. Психическое расстройство. 2. Иностранный агент с неизвестной подготовкой. 3. Носитель неизвестного биологического отклонения. 4. …                          ———       Трафальгар остановился, рука осталась занесенной. Чернила собрались в каплю на кончике пера и упали на бумагу, расплывшись темным пятном.                          ——— …4. Объект, описанный в пророчествах.       «Тот, кто принесет рассвет».       Фраза, повторяемая жрецами без особого понимания.       Слишком абстрактно и удобно, чтобы люди шли в церковь.       Вероятность того, что субъект действительно является тем, кого ждали — равна 5%. Не больше. Слишком много неизвестного, чтобы утверждать процент выше.       Если отбросить догмы, остается только наблюдение.       Символ. Фигура, вокруг которой уже начал формироваться смысл.       Люди видели его. Они уже говорят и шепчутся. Пусть и слова искажаются, но суть остается: «Он пришел с неба». «Он не боится». «Он смеется».                          ———       Жрец опустил взгляд на страницу. Глаза зацепились за слово «смеется».                           ———       Если он — не бог, то он станет им. У меня нет времени искать замену. Люди уже начали верить.       А вера, в отличие от истины, не требует доказательств.       Завтра продолжу допрос. Мне нужно больше данных. И… понять, почему он смотрит на меня как на старого друга.       Также придется вывести его к народу. Они должны убедиться, что «Бог» на самом деле есть. Скажу, что он прошел «проверку».       Им нужен символ, в который можно верить, а не реальный «Бог».       Если он вообще существует.                          ———

      Жрец аккуратно положил перо, закрыл дневник и подошел к открытому окну.             — Хотя кажется, он давно покинул нас, — сухо вздохнул Трафальгар, глядя на растущую луну, прежде чем закрыть дверцы.