Тихий дождь

— Если в итоге это окажется мелким делом, я буду слишком опечален тем фактом, что нас зря вытянули в наш заслуженный выходной день. — лениво протянул Хайтам, рассматривая сквозь запотевшее окно машины, по которому стремительно стекали дорожки дождевых капель усиливающегося ливня, быстро проносящиеся виды городских домов. — Да ещё и в такую погоду. Как будто кроме нас больше работать некому. — Ты так говоришь каждый раз. — усмехнулся Кавех, сильнее нажимая на педаль газа. — Вечно ленишься вначале, а потом не остановить, стоит тебе втянуться в процесс. — Да. Для это стоит лишь просто выпить кофе, — мужчина повернулся к своему напарнику, — Который сейчас стоит себе спокойно и стынет. Тебе же необходимо вечно срываться с места по первому звонку капитана… — Не бурчи, заедем на обратном пути в твою любимую кофейню, купим ещё десертики, — продолжил улыбаться Кавех, сохраняя спокойствие, словно речь шла не о возможном опасном задании, а об обычном походе по магазинам.       Впрочем, большинство дел для этих двоих ощущались именно так.       Вначале не сошедшиеся характерами — один с холодной головой, действующий точно по инструкциям и регламентам, беспрекословно выполняющий приказы, ориентирующийся лишь на данные и факты; второй старающийся взглянуть на ситуацию под разными углами, разобраться в ней досконально, понять мотивы и причины, хоть немного провести профилактическую беседу, в особенности с более мелкими несовершеннолетними хулиганами, пытаясь наставить их на путь истинный.       Хороший и плохой коп, как в начале называли их остальные. И как остальные наблюдали за вечными спорами по поводу ведения дела, зачастую настолько громкими, что сбегались люди из соседнего отдела погреть уши и посмотреть на бесплатное шоу.       Этому, как казалось многим, не будет конца. Но со временем раздор между этими двоими утихал. Стараясь принимать чужую точку зрения, в более спокойной форме предлагая решение проблемы собственными методами, обосновывая своё видение касательно расследований, в итоге две противоположности объединились, за короткий промежуток заработав себе значки отличия за самый большой процент раскрываемости преступлений, тем самым подняв и рейтинг своего участка, получив повышение и продвижение по карьерной лестнице. — Платишь ты. — вновь отвернувшись, лениво протянул Хайтам. — Как скажешь. — пожал плечами Кавех, мысленно про себя размышляя, что же ещё необходимого стоит прикупить по дороге домой.       И тут же украдкой взглянул на своего напарника, не в силах сдержать хитрую улыбку. В данный момент он был похож на довольного лиса, преследующего собственные цели, в нетерпении дожидаясь завершения их задания, чтобы наконец насладиться спокойным вечером. А может, и не спокойным… — Не желаешь поспорить? — Поспорить насчёт чего и на что? — На что — узнаешь потом… — с некоторой загадочностью в голосе произнес Кавех, сбавляя скорость. — Хм, интригующе. Опять ты что-то задумал. — Верно. — он остановил машину, паркуясь в квартале от места назначения, натягивая капюшон купленной в дешевом магазине толстовки, стараясь больше походить на обычного гражданского и меньше на хранителя правопорядка. — Ставлю на то, что мы закончим дело быстрее, чем за двадцать минут. — Если с твоими нравоучениями, то за час. Делаю ставку, что закончим за пятнадцать. — Ты слишком веришь в себя. — радостно прикрыв глаза, ещё шире улыбнулся Кавех.       На самом деле, ему было всё равно, кто победит в итоге. Выгоду получат оба, оба будут в выигрыше. И Хайтам это прекрасно знает. Знает, что тому нравится дразнить его, лишь очередным спонтанным сюрпризом подогревая интерес к делу, разжигая азартное нутро выйти из их игры победителем. — Хорошо, засекаю время, — на лице Хайтама появилась слабая, почти незаметная, улыбка, видеть которую доводилось только его напарнику. И только ему.       Кавех был уже в предвкушении выигрыша, словно они успели разобраться с мелким поручением и уже готовы были отправиться домой, надеясь, что в ближайшее время их хоть ненадолго оставят в покое. Каким бы трудолюбивым он ни был, но, видимо, и вправду, проживая долгое время с определённым человеком, волей-неволей начинаешь перенимать его поведение. Кавех от Хайтама научился находить время на себя, позволять себе брать небольшие перерывы, даже малость полениться в свой заслуженный выходной, не бросаясь по первому зову помогать каждому встречному, если тот и сам спокойно мог справиться со своей проблемой; сам же Хайтам стал более сдержанным в своих язвительных высказываниях, немного открытым… По крайней мере, в обществе Кавеха точно. Вот уж правда, с кем поведёшься… Даже не верится, что какое-то время назад они на дух не переносили друг друга, терпеть не могли работать в команде. Сейчас же их разнять было нельзя, нельзя было ни с того, ни с сего всучить им новых напарников. Да и нужды в этом не было — они слишком идеально дополняли друг друга.       Ориентируясь с помощью редко горящих уличных фонарей, не пострадавших от уличных хулиганов в этом неблагополучном районе, в полутьме, не зажигая собственных фонариков, чтобы не привлекать к себе внимания, шли ровно к указанному заброшенному небольшому строению.       Судя по наводке, именно здесь находилась компания наркоманов. Небольшая, человек пять или шесть, если верить полученной информации. Не сильно много. Если учитывать их явное текущее состояние эйфории от принятия запрещенных веществ, поймать их будет простой задачей. Они лишь вдвоём справлялись с куда более опасными преступниками, в разы превосходящими их по количеству. Просто действовать по стандартной тактике как всегда: осторожно, незаметно, быстро.       И без того тëмные улицы под плотной завесой дождя скрывали две фигуры, прижавшихся к ближайшему к зданию дереву. — Ни черта не видно, — проворчал Хайтам, осматривая стены и окна в поисках небольшой лазейки. — Ещё и погода отвратительная. И понадобились же мы прямо сейчас, нет, чтобы пораньше… — Не ворчи, нам же только на руку. Нас не видно и не слышно.       Кавех смотрел туда, куда был направлен взгляд его напарника. Тëмные, в некоторых местах разбитые окна не выдавали признаков нахождения внутри людей, как будто их там и в действительности не было. Никаких намëков. Но это было лишь обманчивое ощущение. — Нашёл, — спустя пару секунд, обойдя осторожно здание, сообщил Хайтам, кивнув в сторону приоткрытого окна на втором этаже, залезая на мусорный контейнер и хватаясь за торчащую балку, пробуя её расшатать, проверяя, насколько безопасно было использовать её в качестве опоры. Одно неверное и неосторожное действие могло запросто поднять шум, который всё же могли услышать и отправиться на проверку. Могла также возникнуть вероятность не только получить увечья от падения, но и в целом сломать себе спину, неудачно приземлившись. — Подсобить тебе? — улыбнулся Кавех, проследив за действиями напарника. — Сам справлюсь.       И одним ловким движением оказался уже внутри. — А тебе? — глядя вниз, тот протянул руку. — Будь добр. — не стал отказываться от помощи Кавех, через пару секунд оказавшись там же.       Вокруг было так же темно. Темно и холодно. Судя по всему, этот дом покинули уже много лет назад, не заботясь о том, что его могли приметить бездомные или подобные личности, которых они сейчас и пытались выловить. Такая же судьба была и у ближайших бывших жилых зданий. А может как раз из-за опасного района проживать из обычных людей никто не желал.       Хайтам прислушался, бегло осматриваясь по сторонам. Всё та же тишина, нарушаемая лишь стуком дождевых капель по крыше. До сих пор никаких признаков нахождения здесь людей. Не могли же те, кто их курировал, ошибиться? Тогда день был точно испорчен.       Кавех прошелся вдоль комнаты, осматривая стол. В отличие от прочих вещей, покрытых толстым слоем пыли, тот выглядел куда чище. Наклонившись, провел по нему ладонью, потерев пальцами друг об друга, чувствуя неприятное ощущение грязи на руке, обнаружил красноватые мелкие кристаллики. «Красный лёд». Синтетический стимулятор, становящийся чрезвычайно популярным среди наркозависимых. — Следы достаточно свежие. Здесь точно были совсем недавно, — осторожно включая фонарик, осветил пол. Точно. Помимо их следов, виднелись и совсем чужие, ведущие в сторону лестницы вниз. — Приблизительно пятидесятый и сорок девятый размеры. — присев и внимательно разглядев их, озвучил Хайтам. — И…       Он повернулся к напарнику. — Один поменьше. С ними подросток.       В груди у Кавеха неприятно кольнуло. Для него хуже всего было слышать подобное. Когда ещё совсем молодые люди начинают губить свой собственный организм, прибегая к таким способам зачастую от нелегкой и трудной жизни, больше не видя смысл заботиться о себе, полностью плюя на собственную судьбу и здоровье.       Кавех слегка прикусил щёку, стараясь никак это не комментировать. Но Хайтаму и не нужны были слова, чтобы понять, что сейчас чувствует тот. — Не стоит это так воспринимать. Он сделал свой выбор. Не он первый, не он последний. По крайней мере, после поимки у него еще будет шанс, чтобы ему вправили мозги… — Да знаю я. — отмахнулся Кавех, понимая, что и вправду им уже не раз приходилось сталкиваться с подобным. Не раз ещё придётся столкнуться. Но от этого понимания легче не становилось.       Стараясь ступать тихо и осторожно, они спустились на первый этаж, оставаясь всё также настороже.       Пока Хайтам осматривал соседние комнаты, Кавех, пройдясь по гостиной, остановился, прислушиваясь.       Нет, ему не показалось. Совсем рядом раздался тихий всхлип.       Слегка дрожащие руки ухватились за ручки шкафа, резким движением отворив дверцы.       Прямо перед ним был напуганный паренёк, обнимающий себя, словно в попытках согреться, дернувшийся от неожиданности, когда его обнаружили. По лицу стекали слëзы, а наполненный страхом взгляд был направлен на него. — С тобой всё хорошо? — Кавех обеспокоенно стал осматривать его на наличие увечий или следов от шприцов. — Что такое? Ты что-то обнаружил? — Да, здесь мальчик. Вроде не ранен, только лишь напуган. — У меня пока всё чисто. Отведи и запри его в одной из комнат, вернёмся за ним, когда проверим полностью дом. В участке уже им займутся. — Нет, не нужно! — голос мальчика задрожал, стоило только Кавеху сделать попытку ухватить его за руку и вытащить из укрытия. Тот словно приклеился к месту, настолько тяжело его было сдвинуть с места. Сколько же было в нём сил, чтобы так сопротивляться взрослому мужчине? — Не беспокойся, мы просто отведем тебя в безопасное место. Тебе не о чем переживать. Просто идём со мной. Я обещаю, с тобой всё будет хорошо. — Они здесь! — Кто они? Ты здесь не один?       Кавех замер, стоило только заметить на руках мальчика глубокие раны. Раны не человека. Прямо в запястье, за которое ухватился он, виднелся металлический стержень с торчащими проводами. Место вокруг повреждения было покрыто синей жидкостью. — Погоди, ты… Ты андроид?       Кавеха это осознание поставило в ступор. Но больше его удивило не то, что мальчик оказался не настоящим человеком. Всё-таки робототехника в последние годы развивалась стремительно, а всего за пару последних месяцев почти в каждом из домов начали появляться подобные помощники в виде нянек, уборщиков или садовников, также отдельные модели занимали места и среди различных корпораций, значительно облегчающих работу людей.       Больше всего его удивило, насколько же настоящими были все те эмоции, отражённые на его лице. Словно дело было не в той заявленной разработчиком симуляции эмоций. Словно они и впрямь были… Живыми? — Кавех… — Хайтам, это не настоящий мальчик. — совершенно не обращая внимание на окружение, не отрывая взгляда от андроида, озвучил он, всё ещё оставаясь в небольшой растерянности. — Кавех!       Тревога в голосе его напарника заставила вернуться в реальность.       Кавех поздно краем глаза заметил подозрительное движение со стороны входа в комнату, рядом с которой он находился. И как поздно рассмотрел, как в полутьме блеснул металл огнестрельного оружия в руках чужака.       Не успел понять и осознать, как Хайтам за доли секунды оказался рядом с ним. Как хватает его за плечо, утягивая в сторону. Как звучат один за другим выстрелы. Как в верхней части груди начинает нарастать раскаляющаяся и обжигающая боль.       Как, оказавшись уже на полу, укрытый телом, чувствует, как вся одежда становится мокрой и липкой от крови.       Стоило лишь Кавеху сделать попытку приподняться, как его остановил Хайтам, тихим и хриплым голосом сообщая: — Не двигайся… — Они мертвы? — раздался грубый голос. — Да вообще без разницы. Забирай быстрее вещи, «этого» и сваливаем, пока сюда никто на шум не сбежался. — Как же вовремя нас предупредили об облаве…       Как только всё стихло, Кавех с усилием открыл глаза, чувствуя слабость и недомогание в теле. — Они ушли… Мы провалили задание… Как будем отчитываться перед капитаном? — голос звучал спокойно, словно его сейчас заботили только результаты работы. А может, это было последствие шока. Или попытка подключить к диалогу Хайтама, чтобы заставить его произнести хотя бы слово.       Но в ответ лишь было молчание. — Хайтам? — до Кавеха начало доходить ужасное осознание случившегося, которое так просто он не хотел принимать. Он несколько раз пытался дозваться его, пытался заставить открыть глаза и взглянуть на него. — Пожалуйста, посмотри на меня. Сейчас не время спать. Приедем домой и тогда там будем отдыхать. Сейчас просто скажи, что с тобой всё хорошо… Пожалуйста… — А ведь ты был прав… — спустя пару секунд прошептал он, взглянув на свои часы, все еще лежа на полу, крепко ухватившись за уже холодное запястье своего напарника. — И пятнадцати минут не прошло, как всё закончилось…       Всё еще сохраняя слабую надежду услышать хоть что-нибудь, Кавеха словно окатило ледяной водой, заставляя ощущать всё большее сжимающее чувство в груди, когда он окончательно понял, что его напарник ему больше никогда не ответит…

***

      Ливень не прекращался ровно с того дня, когда закончилось их последнее совместное задание. Всё ещё не веря собственным глазам, которые читали знакомое имя, выгравированное на холодном камне надгробия, Кавех стоял неподвижно, с потухшим и немигающим взглядом, держа в руках зонт, не столько укрывая себя, сколько того, кто больше не мог стоять рядом с ним.       Всё случившееся произошло так быстро, словно в каком-то кошмаре, который он не мог покинуть, не мог проснуться, чтобы вернуться в привычную ему реальность. — Прости меня… — сорвались с губ еле слышные слова. — Это всё моя вина.       И, не устояв на ногах, он рухнул на землю, обронив зонт, руками упираясь в сырую землю, продолжая просить прощения и умолять вернуться обратно, не пытаясь даже сдержать слёзы.       Всё вокруг него словно замолкло, растворилось в окутавшем его горе. Ещё никогда дождь ему не казался таким тихим…