Тактическая передышка

      Планета оказалась именно такой, как любил Мандо: пыльной, немноголюдной и с дешевым топливом. Пока дроиды заправляли баки «Лезвия Бритвы» и латали пробитую обшивку, троица стояла в тени ангара.       Девушка, морщась, отряхивала куртку. Крошки от имперских галет оказались на удивление липкими и въедливыми.       — Какие же дети затратные... — Беззлобно ворчала она, вытряхивая карман. — Он за два часа слопал половину моего недельного запаса! Это был стратегический резерв на случай, если меня запрут в трюме какого-нибудь хаттского баржи!       Грогу, стоявший у ног мандалорца, услышал знакомое слово «запас». Он поднял голову, посмотрел на девушку своими огромными, бездонными чёрными глазами и медленно, с чувством облизнулся. Затем он перевёл взгляд на её сумку, которая висела у неё на плече.       Девушка инстинктивно прижала сумку к себе, делая шаг назад.       — Нет! — Твёрдо заявила она, выставляя палец вперёд. — Даже не смотри так. Не сработает. Еда кончилась. Всё, финита. У меня диета. И у тебя диета. У нас коллективное голодание во имя фигуры.       Малыш разочарованно опустил уши и тихонько вздохнул, всем своим видом показывая, как жесток этот мир.       Дин Джарин проверил крепление наручи и посмотрел на девушку.       — Мы улетаем. — Коротко бросил он. — Спасибо за... помощь с турелями. Хоть это и было безрассудно.       — Обращайтесь! — Она криво усмехнулась, поправляя свои «енотовые» уши на капюшоне. — Но лучше не надо. Моя нервная система не рассчитана на такие перегрузки.       — Постарайся найти нормальный транспорт. — Дал напоследок совет Мандо. — «Зайцем» летать опасно. Не все пилоты просто высадят тебя, как я.       — Я учту. Честно. — Она кивнула, пряча хитрый блеск в глазах. — Буду выбирать только самые добрые с виду корабли.       Мандо хмыкнул и отвлёкся на дроида-заправщика, который что-то пропищал про оплату. Дин шагнул к дроиду, закрывая обзор плащом.       Девушка в этот момент отвернулась, сканируя взглядом посадочную площадку. Её внимание привлёк тяжёлый транспортник наёмников, который как раз готовился к взлёту. Идеальная цель. Большой, шумный, с кучей вентиляционных шахт.       — Ну, бывайте! — Бросила она через плечо, не желая затягивать прощание. — Удачной охоты!       Она быстро шмыгнула за штабеля ящиков, растворяясь в тенях ангара, как настоящий профессионал скрытности.       Дин расплатился с дроидом, поднялся на борт «Лезвия», задраил люки и запустил двигатели. Через минуту серебристый корабль взмыл в небо и исчез в облаках.       Спустя полчаса.       Девушка лежала в узкой, тёмной и пыльной вентиляционной шахте транспортника наёмников. Здесь пахло машинным маслом и грязными носками, но зато было тепло. Корабль уже вышел на орбиту.       — Фух... — Она облегчённо выдохнула, устраиваясь поудобнее на жёстком металле. — Пронесло. Очередной рейс на халяву.       Желудок предательски заурчал, напоминая, что она отдала почти всё печенье зелёному проглоту.       — Ладно.. — Прошептала она сама себе. — Там должен был остаться последний протеиновый батончик. На чёрный день. Сейчас как раз он.       Она, стараясь не шуметь (наёмники внизу играли в карты и были злыми ребятами), подтянула к себе сумку. Странно, сумка казалась тяжелее обычного.       «Наверное, я просто устала...»       Она расстегнула молнию и сунула руку внутрь, надеясь нащупать упаковку. Вместо батончика её пальцы коснулись чего-то тёплого, мягкого и... живого.       Девушка замерла. Сердце рухнуло куда-то в пятки.       Она медленно, дрожащими руками раздвинула края сумки, впуская внутрь тусклый свет из технической решётки.       Внутри, среди её запасных носков и мотка изоленты, сидел Грогу.       Он держал в лапках обёртку от её последнего батончика. Рот его был измазан шоколадом. Увидев свет, он радостно моргнул, сыто рыгнул и, протянув к ней липкие лапки, тихо пискнул:       — Пату?       Девушка смотрела на него, не моргая. Её лицо медленно, но верно приобретало цвет свежей побелки. В голове, словно на аварийном табло, один за другим вспыхивали факты, каждый из которых был страшнее предыдущего.       Факт первый: Мандалорец улетел.       Факт второй: Он обнаружит пропажу ребёнка через... три, две, одну...       Факт третий: Он не подумает, что Грогу сам залез в сумку за шоколадкой. Он решит, что это она украла его драгоценного зелёного сына прямо у него из-под носа.       Факт четвёртый: Он вернётся. И он будет в ярости. В той самой легендарной мандалорской ярости, от которой вымирают целые гарнизоны штурмовиков. Он найдёт её даже на краю галактики и дезинтегрирует на атомы.       И, наконец, вишенка на торте из отчаяния: они заперты в тесной вентиляции вражеского корабля, набитого вооружёнными головорезами, которые убьют любого «зайца» на месте. А понятия «Грогу» и «соблюдение тишины» были так же несовместимы, как вода и масло.       Малыш, заметив её остекленевший взгляд, решил подбодрить свою новую няньку. Он широко улыбнулся перемазанным шоколадом ртом, набрал побольше воздуха в лёгкие и уже открыл рот, чтобы издать свой фирменный, громкий и заливистый смех, который эхом разнесётся по всем вентиляционным шахтам корабля.       Девушка в ужасе поняла, что сейчас произойдёт. Она обречённо прикрыла глаза.       — Ёб-...