Преследование Немезиды

Старскрим вздрогнул и проснулся. Его оптика вспыхнула, а вентиляционные отверстия зашипели, быстро втягивая и выталкивая воздух. На мгновение он почувствовал лишь фантомную боль: крыло отрывалось от спины, разряд энергона пронзил колено, вокализатор был раздавлен, энергон вытекал из тела. Он чувствовал, как угасает, как его системы одна за другой отключаются, не имея энергии для поддержания своей работы. Но что-то привлекло его внимание, вырвав из паники. Рядом ощущалось тёплое присутствие, кто-то совсем рядом. Он инстинктивно напрягся. Оно было на нём, маленькое, и дышащее? Он содрогнул оптику, пытаясь разглядеть, где он находится. Кто-то был на нём. Он посмотрел на тело… Это был человек. Дэнни . Старскрим чуть не рассмеялся; он должен был догадаться. Кто ещё, кроме своего упрямого человека, осмелился бы обращаться с великим десептиконом, вторым по званию, как с койкой? Дэнни крепко спал, медленно поднимая и опуская грудь, подложив руки под голову, словно подушку. Выражение его лица почти болезненно исказилось. Старскрим прищурился и наклонил шлем. Он слегка поерзал на койке, испытывая дискомфорт от веса, как физически, так и эмоционально, но всё же стараясь не толкать человека. При движении рука-искатель зацепилась за фиксатор. Он внезапно вздрогнул от этого ощущения, системы включились в режиме «бей или беги», когда он посмотрел на то, где находится. Медотсек… Но не медотсек Нокаута. Точно… Он застонал. Автоботы. Вчерашний разговор. Это было вчера? Хронометр Старскрима не работал, когда он в последний раз просыпался, так что он не знал, сколько это было. Но в любом случае, он всё ещё был заперт в этом проклятом месте, не имея ни малейшего представления о том, что эти фраггеры собираются с ним сделать. Он нахмурился, глядя на кабели, тянущиеся из отверстия под нагрудником прямо в искровую камеру. Он не хотел, чтобы кто-то туда залез; он даже не открывал искровую камеру для Нокаута. Со всем, что связано с его искрой, он мог справиться сам. Он не открывал её ни для одного меха с тех пор… Он замолчал, покачав шлемом; не было смысла зацикливаться на прошлом. Дэнни слегка пошевелился, и Старскрим замер, на мгновение почти забыв о его присутствии. Но человек не проснулся. Когда Старскрим переключил внимание, он решил поразмыслить. Сколько же их держали здесь в плену? Человек упомянул, что пытался убедить автоботов, что ему «стоит помочь», целую неделю. Но, опять же, люди склонны преувеличивать. Но Дэнни, похоже, не был таким же заключённым, как Старскрим. Или, если бы он им был, ему давали гораздо больше — как бы сказал Дэнни… «пространства для манёвра?» — Возможно, именно поэтому Дэнни и заперли в медотсеке вместе со Старскримом. Там было безопасно и охраняемо. Старскрим сомневался, что автоботы оставят его наедине с человеком после того, как он допросил на «Немезиде» их другого питомца-человека, агента Фаулера. Он закатил оптику. Этот человек ему не нравился. Но… Оптика Старскрима блуждала по медотсеку, и паранойя снова накатывала. Автоботы явно завоевали доверие мальчика, пока Старскрим был без сознания. Дэнни защищал их. Спорил с ним о Рэтчете. Заботился об этом разведчике. Он вёл себя почти… как будто был здесь своим. И, что ещё хуже… он вписался в их компанию. Автоботы были дружелюбны с людьми. Сражались за них. Казалось, у них были схожие моральные принципы с Дэнни. Этого ли хотел Дэнни? Кого-то… такого? Казалось, ему уже стало комфортнее рядом с ними. Захочет ли он остаться с ними? Процессор Старскрима завибрировал, статический шум зажужжал в задней части шлема. Если Дэнни уйдёт с ними – если он их выберет – Старскрим снова останется один. В ловушке. Без единого союзника… Старскрим замер. Его это не должно волновать. В любом случае, Человек будет рядом лишь ничтожную часть жизни Искателя. Не то чтобы он… ожидал, что тот останется. Внезапно Старскрим вздрогнул, услышав звук открывающихся дверей медотсека. Он быстро поднял взгляд и увидел, как в комнату входит автобот-медик с датападом в сервоприводе. Оптика Рэтчета тут же нацелилась на Старскрима. Броулат слегка приподнялся, словно от удивления, но тот медленно продолжил путь. «Ты проснулся», — сказал Рэтчет, бросив почти скептический взгляд на человека, а затем снова на Старскрима. «Я не ожидал, что ты выйдешь из строя раньше, чем через восемь часов». Медик сделал несколько почти осторожных шагов ближе. Старскрим попытался ответить, но его вокализатор хрустнул и заглючил, послышался треск помех, прежде чем он восстановился. «Я стремлюсь п-пожалуйста». Рэтчет тихо промычал, чтобы не разбудить спящего человека. «Как долго ты не спал?» Он провёл медицинским сканером над телом Старскрима. «Почему, Д-доктор, вы волновались, что я пытаюсь с-сбежать?» «Нет. Просто волнуюсь, сколько энергии ты сжёг, чтобы так быстро включить системы», — просто ответил Рэтчет. Старскрим, фыркнув, отвернул шлем. Будь у него такая возможность, он бы скрестил руки на груди. Рэтчет отодвинул сканер и нахмурился, глядя на показания. «Вам нужен энергон в баллонах. Отчаянно нужен. Мы поддерживали стабильность системы, напрямую подавая энергон в ваши трубопроводы, но это неустойчиво. Вашим основным системам нужна внутренняя обработка через систему фильтрации, иначе вы начнёте ломаться и отказываться от ремонта». Рэтчет повернулся к своему медицинскому столу, схватил наполовину полный куб энергона и показал его искателю. Старскрим прищурился, но быстрый взгляд на его собственный дисплей подтвердил это. Уровень его энергии приближался к критическому. Тем не менее, он с опаской посмотрел на куб энергона, когда Рэтчет протянул его ему. «Чем именно ты его п-п-подсыпал?» — прохрипел Старскрим, полный подозрения. Рэтчет драматично застонал. «Если бы я собирался тебя отключить, ты правда думаешь, что я бы тратил на это наш скудный запас энергона? Нам и самим едва хватает! И после того, как ты потратил пять — нет, шесть циклов на ремонт твоего зашлакованного каркаса, ты и правда считаешь, что я погублю всю эту тяжелую работу только ради того, чтобы тебя отравить?» Старскрим усмехнулся, и его сарказм прервал искажённый треск. Он обнажил клыки в тихом рычании, когда Рэтчет приблизился. Затем медик осмелился поднести кубик ко рту. Старскрим отпрянул, ощетинившись. «Ты ждёшь, что я буду пить из твоего сервопривода , как неисправный сп-п-исклинг?! » «Это ты так себя ведёшь», — Рэтчет не дрогнул. «И я не собираюсь тебя освобождать, чтобы ты сам это сделал, Старскрим. Мы оба знаем, какой урон твои когти могут нанести моей броне». Крылья Искателя за его спиной раздраженно дрогнули. Он отвернул шлем, наотрез отказавшись от куба. «Я… ксст …/ зар-т-е ... Рэтчет вращал оптикой с терпением меха, который уже слишком долго этим занимался. «Ладно. Давай. Действуй эффектно». Он поставил куб на поднос рядом с койкой. «Он всё ещё будет здесь, когда ты перестанешь притворяться, что он тебе не нужен». Рэтчет схватил инструмент со своего верстака. «А пока ты не спишь, давай посмотрим на этот вокализатор». Старскрим снова зарычал, но Рэтчет даже не удостоил его ответом. Они оба знали, что Старскрим ничего не сможет сделать. Искатель фыркнул, когда медик начал перекалибровку некоторых систем. Может быть, на этот раз медик справится достаточно хорошо, и система не будет постоянно лопаться и взрываться. Не то чтобы Старскрим мог высказать такое мнение прямо сейчас, но, похоже, медик это чувствовал. «Он постоянно выходит из строя только из-за твоих криков. Каждый раз, когда ты слишком много говоришь или повышаешь голос, он будет продолжать изнашиваться. Тебе нужно больше делать перерывов». Старскрим закатил оптику, но ничего не сказал. Он смотрел на стену, пока медик работал, медленно выпуская пар, но каждый раз, когда он пытался вернуться в мысли своего процессора, его оттягивало назад, так как грудь человека всё ещё заметно поднималась и опускалась на фоне его собственной. Старскрим поднял шлем и взглянул на Дэнни, который всё ещё лежал на нём, свернувшись калачиком. Он уже давно не двигался, если не считать редких медленных вздохов и неосознанных подергиваний. Его присутствие было… раздражающе тёплым. Приземлённым. Он не понимал этого. «Малыш был прав», — пробормотал Рэтчет рядом с ним, нарушая тишину. Старскрим прищурился, намереваясь усмехнуться или потребовать ответа, но не мог, пока медик работал с вокализатором. Оставалось лишь надеяться, что Рэтчет объяснит или его подтолкнёт к этому растерянный взгляд Старскрима. Рэтчет сухо усмехнулся, отворачивая один из своих инструментов в сторону. «Ты заботишься о нём». Внимание Старскрима тут же отвлеклось от человека. «Я… ксст … не… не надо! » Его вокализатор бешено искрил, ударившись об инструменты медика; Рэтчету пришлось резко отдернуть их, чтобы не повредить вокализатор Старскрима ещё сильнее. Старскриму же искры были нипочём. Он не собирался терпеть подобные обвинения, особенно от автобота . Рэтчет ударил задним концом одного из своих инструментов по шлему Старскрима, и его взгляд на мгновение ошеломил искателя. «Смотри. Если хочешь получить необратимый урон вокализатора, это то, что нужно». Старскрим хотел съязвить в ответ: «Это ты их туда вообще поставил». Но не смог и получил ещё один гневный взгляд. Рэтчет снова проигнорировал его и закончил последние три этапа калибровки. Он подождал, пока его инструменты не отодвинут подальше от вокализатора Старскрима, прежде чем снова заговорить. «Вот, теперь у тебя должно быть меньше глюков. Но мне нужно ещё как минимум один раз над этим поработать, прежде чем ты снова будешь визжать, так что избегай слишком громких децибел». «Как скажете, доктор », — саркастически бросил Старскрим, но замолчал. Его вокализатор звучал значительно лучше, чем прежде, с небольшими помехами и практически без помех. Он молча посмотрел на медика, но отказался признать, что автобот сделал что-то полезное. Рэтчет взглянул на человека, а затем снова на Старскрима с лёгким намёком на веселье. Старскрим снова раздулся от негодования. «Мне плевать на человека», — настаивал он. Рэтчет отложил инструменты. «Ага. Он сейчас крепко спит у тебя на нагруднике, а ты даже не попытался его сбить. И ты намеренно стараешься его не разбудить», — он указал на Старскрима. «Я не... » Дэнни пошевелился. Голос Старскрима тут же оборвался, вентиляционные отверстия заработали, оптика щёлкнула вниз. Мальчик слабо застонал, переминаясь с ноги на ногу, одной рукой он обхватил доспехи Старскрима, когда тот плюхнулся на бок. Всё ещё спал. Когда Старскрим снова поднял взгляд, он увидел ухмылку Рэтчета. Самодовольную, понимающую, невыносимую ухмылку, от которой Старскриму захотелось выцарапать ему оптику и отправить её в мусоропровод. «Никогда не думал, что доживу до дня, когда Кон не причинит вреда человеку», — пробормотал Рэтчет про себя и вздохнул. «Знаешь, — сказал Рэтчет, слегка смягчив тон, — этот человек действительно заботится о тебе». Он указал на Старскрима. Старскрим усмехнулся. «Вот что делают эти люди. Они привязываются к самым бесполезным вещам. Это же абсурд. Поставь перед ними горшок с растением , и они дадут ему имя, поговорят с ним и будут оплакивать его смерть. Он не ведает, что творит». Рэтчет поднял лобную кость. «Ты называешь себя бесполезным?» Старскрим пробормотал: « Нет!» Он почувствовал, как дыхание человека снова сбилось, и понизил голос. (Если медик и спрашивал, то лишь для того, чтобы сохранить голос.) «Я просто… дополнил свою мысль. Он бы позаботился о любом кибертронце, оказавшемся перед ним». Казалось, даже об автоботах. «Он сказал, что заставил тебя принять его, что у тебя не было выбора… И что ты сбросил его с крыши», — сказал медик. Старскрим на мгновение поморщился. Отлично, поэтому он рассказал им обо всём этом. «Но я знаю, что из всех мехов ты можешь легко избавиться от человека. Мы оба знаем, что ты способен на гораздо худшее». «От этого не так-то просто избавиться», — просто сказал Старскрим. Рэтчет взглянул на него. «Ты хочешь от него избавиться?» Это заставило Искателя замереть. Он снова посмотрел на Дэнни, всё ещё мирно прижавшегося к его доспехам. Ответ должен был прийти сам собой. Это должно было быть уверенное «да». Но это было не так. Старскрим нахмурился. «Мне не нужно объясняться с автоботом! Мои потребности в нём тебя не касаются». Он попытался расправить крылья, защищаясь, но они лишь неловко дернулись, ударившись о койку, к которой он был привязан, и он едва смог подняться, прежде чем снова опуститься, едва заметно дрожа от напряжения. Рэтчет спокойно наблюдал за всем этим. «Значит, он тебе для чего-то нужен ». «Нет», — тут же прошипел Старскрим. «Человек просто… обеспечивает …» — слова застряли в его вокализаторе. Что же давал человек? Уж точно не стратегическую ценность. Никакого тактического преимущества. Он не был ни инженером, ни бойцом, ни даже особенно послушным. Десептиконы отказались бы от него как от обузы. Не было никаких практических причин держать его здесь. И все же… Он издал низкий, разочарованный рык и резко отвернул шлем. Рэтчет вздохнул, наклоняясь ближе. «Этот парень заботится о тебе больше, чем ты, по моему мнению, заслуживаешь», — прямо сказал медик. Старскрим ощетинился, готовый огрызнуться, но… слова не пришли. Потому что в глубине души он знал , что это правда. Он не заслужил этой преданности. Он ничем не заслужил упрямого, иррационального доверия, которое Дэнни ему оказал. Ему всё равно никто не доверял. И он этого заслуживал. Он был эгоистичным мехом, упрямым и гордым, и из-за него погибали другие. Неважно, своим сервоприводом или чужим, всё было одинаково. «Не трогай пацана, Старскрим», — тихо, но твёрдо сказал Рэтчет. «Я знаю, что его доверие к тебе неуместно, но он этого не делает», — добавил Рэтчет. «Потому что, если ты это сделаешь, я сам тебя выслежу. И я сделаю так, чтобы у тебя больше никогда не было возможности предать кого-то подобным образом». Старскрим медленно повернул голову, встретив тяжёлый взгляд медика. Затем Искатель цокнул языком, прищурив оптику и снова отведя взгляд. «Как скажешь». Рэтчет вернулся к своему рабочему столу, возобновив сканирование и калибровку. Через мгновение он снова заговорил: «Теперь попробуешь этот куб?» Старскрим презрительно усмехнулся: «Иди и разнеси себя в пух и прах ». Рэтчет не дрогнул. «Прелестно», — пробормотал он. Он не стал спорить. Не стал ругаться. Просто пожал плечами и вернулся к работе, оставив нетронутый энергонный куб на подносе рядом. Старскрим снова лежал молча. Мальчик над ним слегка пошевелился, свернувшись в крошечный комочек у его корпуса. А Старскрим… не двинулся с места.