Второе чтение

Как только дверь закрылась, Гермиона вскрыла конверт, нервно перебегая глазами от строчки к строчке, с идеальными завитками: Гектору Уэлдону, Главе Департамента магического права Министерство магии Великобритании Уважаемый Гектор, Позвольте поздравить с прогрессом по законопроекту, анонс которого вызвал невероятный ажиотаж даже здесь, в Нью-Йорке. Редкий случай, когда Министерство действует на опережение. Выражаю восхищение вашей командой. Мисс Грейнджер, как всегда, демонстрирует завидную принципиальность. Впрочем, некоторые формулировки вызывают вопросы у моих партнёров — особенно пункт о ретроспективном контроле. Именно поэтому Malfoy International Holdings, а также мои коллеги из других американских компаний, обратились с прошением в Магический Конгресс Управления по Северной Америке (МАКУСА)* помочь нам урегулировать спорные вопросы с Министерством магии Британии, которые в дальнейшем могут негативно повлиять на развитие торгового сектора страны. Рассмотрев наше прошение и сформировав свою позицию, МАКУСА наделил меня полномочиями консультанта по трансмагическому регулированию для британской стороны (копия мандата** прилагается в этом же конверте). Предлагаю организовать закрытую встречу, для рассмотрения следующих вопросов: 1. Презентация американского опыта контроля гибридных технологий 2. Предложение точечных поправок, которые сохранят суть ваших инициатив Уверен, вы оцените преимущества такого подхода — особенно перед вторым чтением. Моя команда подготовила сравнительный анализ, доказывающий, что жесткий запрет лишь стимулирует черный рынок. Жду Вашего ответа до завтрашнего вечера. Мой филин доставит его быстрее, чем мисс Грейнджер успеет произнести «Это нарушение всех процедур». С уважением, Драко Люциус Малфой Генеральный директор MIH Гермиона зажмурила глаза, стараясь унять внутреннюю дрожь. У нее затряслись коленки от злости, наполнившей её тело от макушки до пяток. Невозможно, чтобы одно короткое письмо довело ее до такого состояния. Девушка встала из-за стола и сделала несколько шагов по кабинету, чтобы прийти в себя и успокоить расшатавшиеся нервы. Он был умен и острым на язык, эти его черты она помнила еще со времен учебы в Хогвартсе. Слизерин, это всегда был Слизерин. И, конечно, Малфой не упустил возможности уколоть ее персону даже в официальном письме. Наверняка он изучил всю информацию об авторах законопроекта, прежде чем сочинить свой фельетон***. Она вернулась в кресло и снова сжала клочок бумаги, перечитывая содержание. МАКУСА, это все усложняло, теперь они не смогут просто проигнорировать это письмо, ведь Драко фактически был представителем Американской власти. Выдыхай, Грейнджер, это всего лишь письмо от обычного бизнесмена, которое нужно рассмотреть и внести в отчет для начальника. Дальше Уэлдон сам решит, что с этим делать. Нельзя поддаваться навязчивым образам из прошлого. Мог ли Малфой специально вмешаться в законотворческий процесс, чтобы насолить ей? Нет, это было бы чересчур. К тому же, он живет в другой стране. Нужно составить объективный отчёт. Без эмоций. Её перо заскользило по пергаменту, выписывая холодные факты про все рассмотренные письма. За работой время пролетало незаметно, Грейнджер так увлеклась, что пропустила обеденный перерыв. Гермиона отложила перо, разминая онемевшие пальцы. Всё. Ни намёка на личную неприязнь. Чистая бюрократическая машина. Но когда она взяла письмо Малфоя, чтобы прикрепить к отчёту, глаза снова выхватили злосчастную фразу: «…быстрее, чем мисс Грейнджер успеет произнести «Это нарушение всех процедур» Кровь ударила в виски. Он знал. Знал, что она первой увидит это письмо. Знал, что это выведет её из себя. Всё это — ход. — Я тебе не проиграю, мерзкий хорёк, — вслух произнесла Гермиона, будто ее слова мог услышать тот, для кого они предназначались. В этот момент, как нельзя вовремя, в дверь постучала Джианна, поставившая поднос с кофе, сэндвичем и салатом из соседнего кафе на её стол. — Вы в порядке? — уточнила девушка, очевидно, от её внимания не укрылось напряженное состояние Грейнджер. — Да, спасибо тебе за кофе и за то, что предварительно разобрала все письма. Ты отлично справляешься со своими обязанностями, — Гермиона всегда старалась поддерживать молодых специалистов, которые добросовестно выполняли все задачи, как она во времена начала карьеры.

***

Гермиона стояла перед дверью кабинета Уэлдона, сжимая папку с отчетом так крепко, что пальцы побелели. Она сделала глубокий вдох, выравнивая дыхание — нельзя показывать волнение. Три четких стука. — Войдите. Кабинет Уэлдона, как всегда, дышал холодной элегантностью. Солнечные лучи, преломляясь через хрустальную чернильницу, рисовали на дубовом столе радужные блики. Сам начальник Департамента сидел, откинувшись в кресле, его пальцы медленно барабанили по подлокотнику. — А, Грейнджер. Как раз думал о нашем положении дел. Гермиона положила папку перед ним. — Полный анализ писем от бизнес-сообщества, сэр. И… — она слегка замялась, — особое мнение по поводу последнего обращения. Уэлдон открыл папку, пробегая глазами по страницам. Его брови медленно поползли вверх, когда он дошел до последнего листа — того самого письма из плотного черного конверта. — Хм. МАКУСА действительно наделила Малфоя серьезными полномочиями, — Он отложил пергамент и снял очки, протирая их шелковым платком. — Что вы предлагаете? — Игнорировать, — её голос звучал твердо, — Malfoy International — заинтересованная сторона. Они вложили миллионы в те самые технологии, которые мы пытаемся регулировать. Уэлдон тяжело вздохнул и встал, подойдя к окну. — Боюсь, это невозможно, — он говорил медленно, будто взвешивая каждое слово, — Если МАКУСА официально назначила его консультантом… Это уже уровень межмагических отношений. Гермиона почувствовала, как в груди закипает протест. — Сэр, вы же понимаете, что это лоббирование под прикрытием дипломатии. — Я могу согласиться с вами, что это возможно, — Уэлдон повернулся к ней, и в его глазах она прочитала неожиданную усталость, — Но политика — искусство возможного, Грейнджер. Вам придется встретиться с ним. — Что? — Официальные переговоры. Вы и мистер Малфой. В пятницу в 15:00 в Зеленом зале. Выслушаете его позицию, озвучите нашу, а дальше будем думать, как можно достичь безболезненного компромисса. Гермиона ощутила, как пол уходит из-под ног. Ее пальцы впились в край стола. — Мы не можем решить всё без личных встреч? — Нет, встреча неизбежна, — Уэлдон вернулся к столу и неожиданно смягчил тон: — Послушайте, я знаю вашу… историю. Но сейчас вы представляете Министерство. А он — МАКУСА. Личные обиды должны остаться за дверью. Она закусила губу, чувствуя, как гнев смешивается с горечью. — Я подготовлю список условий. — Хорошая мысль. — Уэлдон кивнул. — И, Грейнджер… Она уже повернулась к выходу. — Не дайте ему вас спровоцировать. Дверь закрылась с тихим щелчком, но в ушах Гермионы гремел гром. Она медленно прошла по коридору, не замечая приветствий коллег, которые скопились в приемной, обмениваясь сплетнями с секретаршей.

***

Квартира Гермионы встретила ее тишиной и темнотой. Она щелкнула пальцами — свечи зажглись, отбрасывая дрожащие тени на стены. — Наконец-то. Голос раздался из глубины комнаты. На диване, развалившись с бутылкой огненного виски, сидел Алекс Тернер — звездный загонщик «Татсхилл Торнадос». Его черные волосы были растрепаны, а в зеленых глазах светилось привычное озорство. — Ты… как ты здесь оказался? — Гермиона замерла в дверях. — Джинни дала мне ключ. — Он поднял бутылку. — Думал, тебе понадобится это после рабочего дня. Она хотела возразить, но вдруг плечи сами собой опустились. Вся злость, все напряжение дня вырвались наружу одним тяжелым вздохом. Алекс встал и за несколько шагов преодолел расстояние между ними. Его пальцы осторожно коснулись ее скулы. — Опять этот взгляд… Кого-то нужно заклясть? — Лучше не спрашивай, — прошептала она, чувствуя, как его тепло растворяет ледяной панцирь. — Тогда — молчу. — Он налил виски в бокал и протянул ей. — В четверг наш матч с «Педдлскими пушками». Его губы коснулись ее шеи, и Гермиона закрыла глаза. Всего на минуту. Всего на одну минуту можно забыть о Малфое, Уэлдоне и этом проклятом законе… Алекс продолжил заговорщически шептать. — Придёшь? Гермиона замерла с бокалом у губ. — Я… не уверена. В пятницу эти переговоры, нужно готовиться… — Опять работа. — Алекс покачал головой, но в его голосе не было обиды. — Когда-нибудь ты признаешься, что просто не хочешь, чтобы нас видели вместе. Она отпила виски, чувствуя, как алкоголь разливается тёплой волной. — Это не так. Просто… — Ты — замглавы Департамента. Я — «тот самый загонщик». — Его пальцы обхватили её запястье. — Но знаешь что? Мне всё равно, что они там пишут в «Пророке». Гермиона закрыла глаза. Его тепло, запах кожи и дёрга — всё это было таким простым. Таким… настоящим. — Я попробую прийти, — наконец сказала она. Алекс рассмеялся. — Это всё, что мне нужно. Где-то на кухне звонко щёлкнул почтовый щиток — прибыла сова. Но сейчас ей было всё равно.

***

Утро пятницы началось с нервного тика под левым глазом. Гермиона стояла перед зеркалом в своей спальне, затягивая пояс строгого бордового мундира — новой служебной мантии, специально сшитой к этим переговорам. «Ты представляешь Министерство. Ты контролируешь ситуацию», — повторяла она про себя, поправляя серебряные заколки в волосах. Последние два дня слились в сплошной кошмар: — Среда — 14 часов за изучением американских магических кодексов — Четверг — допоздна в архивах, поиск компромата на Malfoy International — Сегодня — утренняя пробежка в 5 утра, когда Лондон еще спал, чтобы освежить мысли. На тумбочке немым укором лежал билет. «Легендарный матч. Татсхилл Торнадос vs Пушки Педдл. Начало в 12:30». Алекс оставил этот билет еще во вторник, когда приходил навестить её, а она… забыла. Снова. Поверх билета лежало письмо, которое сова принесла сегодня прямиком после ее утренней пробежки. «Я понимаю. Удачи сегодня. PS: Мы выиграли 320:110» До обеда она еще раз перелистывала тезисы, которые подготовила для переговоров, кажется, она знала весь этот текст наизусть, но изучив письмо Малфоя до каждой точки, Гермиона только убедилась в теории, что выученные приемы с ним бесполезны. Гермиона взглянула на часы. 14:30. Полчаса до встречи. На тумбочке замигал кристалл связи — вызов от Гарри. — Ты готова? — его голос звучал напряженно. Конечно он был в курсе, какая персона сегодня нанесет визит в Министерство, это было его рабочей обязанностью. Но держаться беспристрастным невероятно тяжело, когда так сильно хочется дать по роже, даже спустя столько лет, ведь Гарри был убежден, что Малфой не просто так решил вмешаться в закон его лучшей подруги. Тринадцать лет назад Поттер дал показания в защиту Драко, поскольку аргументы Гермионы о давлении на семью Малфоев и отсутствие выбора оказались сильнее, чем его злость на самодовольного хорька. После войны Драко не вернулся в Хогвартс, точнее он словно растворился из магического мира, о нем все забыли. — Как никогда. — Она провела рукой по волосам в последний раз. — Авроры на месте? — Весь Зеленый зал под наблюдением. Но, Гермиона… — Гарри замолчал на секунду. — Он уже здесь. Пришел на час раньше. Кровь ударила в виски. — Где? — В Зимнем саду. Курит сигареты, игнорируя все леветирующие таблички о запрете курения, которые установили по указу Кингсли. Гермиона резко выдохнула. — Хорошо. Я пойду, встречу его.

***

Зимний сад Министерства. Аромат магнолий смешивался с дымом. Между мраморных колонн, спиной к входу, стоял Драко Малфой. Его серебристо-белые волосы были короче, чем она помнила, а черный сюртук с зеленой подкладкой облегал широкие плечи. Он не обернулся, когда ее шаги зазвучали по мрамору. Она бы не узнала его силуэт, если бы увидела на улицах Лондона со спины, возмужал. В своих фантазиях она представляла наглого семнадцатилетнего парня, который будет сыпать оскорблениями, а встретила мужчину. Стоит почаще вспоминать, что им все-таки тридцать. — Я начал думать, ты не придешь, Грейнджер. Голос. Вот что ударило сильнее всего — низкий, с новыми, американскими интонациями, но все тот же — насмешливый, холодный. — Назначено на 15:00, — ответила она, останавливаясь в трех шагах. — Я пунктуальна. Малфой наконец повернулся. Она еле сдержала выдох, словно прошлое залепило ей хлесткую пощечину. Время не пощадило его лицо — резче стали скулы, глубже морщины у глаз. Но серые глаза горели тем же ледяным огнем. — Тринадцать лет, — произнес он, выпуская дым. — И ты все так же… принципиальна, — он насмешливо изогнул бровь, внимательно рассматривая девушку напротив. Теперь она не была похожа на неугомонную гриффиндорку, шныряющую по этажам, чтобы успеть на очередной факультатив. Это была статная молодая женщина, которая знала свои сильные стороны и подчеркивала их. Гладкие прямые волосы струились по плечам, спускаясь вниз до осиной талии, перетянутую поясом. — А ты все так же любишь нарушать процедуры, — парировала Гермиона, замечая, как его взгляд скользнул по ее мундиру. — МАКУСА прислала тебя саботировать мой закон? Малфой усмехнулся и потушил сигарету о мраморную вазу. — Давай спасем дискуссию для зала. — Он сделал шаг вперед. — Но знай… сейчас я играю по твоим правилам. Запах его духов — древесина, мороз и что-то неуловимо опасное — ударил в ноздри. Гермиона непроизвольно сжала кулаки. Гонг прозвучал ровно в 15:00. — Пора, — резко сказала она, обходя его. Малфой мягко взял ее за локоть. — Надеюсь на твою благоразумность и конструктивный диалог. Его пальцы горели сквозь ткань мундира. Гермиона резко дернулась, но он уже отпустил. Зеленый зал ждал.