Второе чтение

Кабинет Гермионы Грейнджер в Министерстве магии напоминал поле битвы, где вместо оружия сражались стопки документов, черновики законопроектов и армия пустых кофейных чашек. Папки громоздились на краях стола, угрожая в любой момент обрушиться лавиной, а пергаментные свитки с пометками «Срочно!» и «На доработку» цеплялись за край, будто пытаясь сбежать. Уборщица сдалась две недели назад, оставив на единственном свободном клочке стола поднос с печеньем. Оно застыло в одиночестве, покрытое тонким слоем пыли — немой укор перфекционизму, который даже в хаосе требовал симметрии. В комнате царила глубокая, почти медитативная тишина, нарушаемая лишь ритмичным постукиванием пальцев по свободному уголку дуба, да лёгким скрипом пера, выводившего последние правки. Но за дверью с выгравированной табличкой «Гермиона Грейнджер. Заместитель главы Департамента магического права» царил настоящий хаос. Обычно в это время половина сотрудников лениво пересказывала вчерашние похождения в «Дырявом котле», а вторая — клевала носом над утренней почтой, разбирая бесконечные жалобы на неправильно припаркованные метлы. Этот понедельник не был обычным, сегодня воздух в коридорах был наэлектризован. Сотрудники перешёптывались, перебегали из кабинета в кабинет, а стажёры из Отдела магического транспорта тайком заключали пари — сколько вопросов задаст «Пророк», и не сорвётся ли министр? Причина ажиотажа была проста: сегодняшняя пресс-конференция. Глава Департамента и его заместитель должны были представить новый законопроект, о котором уже месяц шептались в кулуарах. «О регулировании транснациональных магических исследований» — произнесла Гермиона вслух, пробуя фразу на вкус. Её голос прозвучал чётко, но в пустом кабинете слова повисли в воздухе, словно заклинание перед броском. Она откинулась в кресле, закрыв глаза на мгновение. Сегодняшний день мог перевернуть её карьеру. Через несколько часов ей предстояло выйти перед журналистами и защитить проект, над которым она билась месяцами. Закон, уже прошедший первое чтение, но вызвавший бурю в магическом бизнес-сообществе. Суть была проста, но взрывоопасна: полный запрет на коммерческое использование гибридных артефактов, сочетающих магию и маггловские технологии. После войны, после победы Гарри над Волан-де-Мортом тринадцать лет назад, магический мир ринулся в объятия прогресса. Министерство проповедовало толерантность, интеграцию, открытость. Магический мир всегда гордился своей обособленностью. Но времена менялись. Ещё двадцать лет назад маггловские технологии вызывали у волшебников лишь снисходительную усмешку — зачем эти жалкие провода и шестерёнки, если есть заклинания? Но потом кто-то догадался совместить одно с другим — и началась гибридная лихорадка. И вот результат: каждый уважающий себя волшебник считал нормой смотреть маггловские фильмы на «жидкокристаллическом экране», а магазины в Косом переулке вовсю торговали «усовершенствованными мётлами с GPS». Но никто тогда не задумывался, к чему это приведёт. Магический мир слишком быстро адаптировался к маггловским технологиям, и появление гибридных механизмов вполне ожидаемо, однако, пока эта сфера никак не была регламентирована законом, крупные корпорации — «Аркантек», «Спиллтроникс», «Мерлин Глобал» — наживали состояния, в то время как чиновники Министерства спорили, можно ли вообще регулировать «эту маггловскую ересь». Быть богатыми, разве это преступление? Очевидно, нет. Но вот продажа зачарованных грилей магглам — уже другое дело. Нарушение Международного Статута о Секретности была теперь практически повсеместная история. Гриль «Пламя Феникса» должен был всего лишь идеально подрумянивать стейки, но если маггл случайно нажимал кнопку дважды, встроенное заклинание Инсендио срабатывало на полную мощь — вместе с едой сгорала и кухня. Магглы списывали происходящее на «технические сбои», но в Отделе магических катастроф уже не успевали стирать память целым кварталам. Когда Гермиона впервые пришла в Департамент магического права, ей казалось, что всё просто: нужен чёткий закон, который поставит гибридные технологии под контроль. Она не учла одного — никто не хотел этого контроля. Лоббисты корпораций шептались в коридорах Министерства. Чиновники, чьи поместья оплачивали те же корпорации, «теряли» её документы. Даже коллеги-юристы, уставшие от её напора, говорили: «Грейнджер, ты снова всё усложняешь». Но она не сдавалась. Восемь лет. Восемь лет карьерного роста, компромиссов, ночных бдений над пергаментами. Восемь лет — чтобы из рядового клерка стать заместителем главы Департамента. Первое чтение. Комиссия одобрила её проект. Когда председатель объявил решение, Гермиона почувствовала, как что-то горячее подкатывает к горлу. Не слёзы — нет. Гордость. В тридцать лет, когда многие её ровесники уже погрязли в рутине или семейных заботах, она сделала то, во что никто не верил. «Это только начало», — подумала она, выходя из зала. Однако, триумф продлился недолго. Наутро «Ежедневный пророк» вышел с кричащим заголовком: «МИНИСТЕРСТВО ХОЧЕТ ЗАДУШИТЬ МАГИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС?» Текст законопроекта, включая роковой пункт 17.1, был уже на столах у всех ключевых игроков: «п.17.1. В целях соблюдения Международного Статута о Секретности запрещается любое коммерческое использование (торговля, тиражирование, реклама) гибридных артефактов без прохождения министерской регистрации, получения разрешающей документации в соответствии с порядком, изложенном в приложении 5 текущего закона.» Британские предприниматели, американские инвесторы, заработавшие миллиарды галлеонов на гибридных артефактах, могли практически признать себя банкротами в случае принятия закона Министерством магии Британии. Закон обрубал все пути незаконных поставок, поскольку процесс регистрации продукции подразумевал полный контроль цепочек сбыта, а всё не маркированное по умолчанию признавалось нелегальным и грозило привлечением к ответственности. Уже к полудню в кабинет Гермионы ворвался Кристофер Риддер, глава «Аркантека», с лицом, алым от ярости. — Вы понимаете, что этот ваш пункт уничтожит отрасль?! Она спокойно подняла глаза от бумаг. — Мистер Риддер, конференция с представителями бизнеса и прессы состоится сегодня в три часа дня. Там вы сможете задать все интересующие вас вопросы не только мне, но и Министру магии, — в коридоре послышалась суета и следом забежала взъерошенная секретарша. — Мисс Грейнджер, я говорила, что вы заняты, но Мистер Риддер…– затороторила девушка, озлоблено поглядывая на бизнесмена, которого в целом не особо волновала разгорающаяся сцена. — Всё в порядке, Джианна, — равнодушно бросила Гермиона, вставая и расправляя плечи, чтобы быть наравне с мужчиной. Её улыбка была ледяной — Мистер Риддер уже уходит, — она уверенно указала на дверь. Джианн удаляется, в отличии от Кристофера, собирающего последние крупицы самообладания для новой тирады возмущений. Однако, его снова прервали. Это не кабинет, а проходной двор. В двери показался Гарри Поттер, занимавший должность второго заместителя главы Аврората. — Мисс Грейнджер, Мистер Риддер, — официально кивнул Гарри, замечая витающее напряжение в воздухе. Гермиона начала чувствовать себя лучше в присутствии лучшего друга. — Кристофер уже уходит, — вновь надавила Грейнджер, вынуждая удалиться незваного гостя. Как только дверь за бизнесменом с грохотом закрылась, девушка расслабленно выдохнула и опустилась в своё удобное кожаное кресло. — Что здесь забыл этот напыщенный индюк? — фыркнул Поттер, усаживаясь напротив. — Хотел перерезать мне горло, чтобы вся магическая Британия обсуждала не новый закон, а смерть «героини войны», — иронично заметила шатенка, возвращая своё внимание к документам. — Я буду сопровождать тебя на конференции, как представитель Аврората, — приободряюще добавил Поттер, замечая плохо скрываемое волнение подруги, — Так что за безопасность можешь не беспокоиться, — девушка улыбнулась в ответ. — Надеюсь ты помнишь заклинание от тухлых помидоров. — О, как высоко ты оцениваешь рейтинг своего законопроекта у общественности, — язвит Гарри и встает со стула, — Не буду тебе мешать, готовься. — Гарри, — Грейнджер окликнула друга у самой двери, — Спасибо, что зашел. Твоя поддержка, как никогда вовремя, — она читала его, как открытую книгу, даже без слов.

***

Вечером того же дня. Квартира Поттеров на Гриммо. — Пожалуйста, давайте перестанем обсуждать эту треклятую конференцию, — буквально взмолилась Гермиона, опустошая остатки вина из своего бокала, пока Гарри в очередной раз пародировал манеру речи журналиста из газеты «Мэджик тек», освещающей новости всех появляющихся технологий. — Да ладно тебе, Гермиона, нам ведь всем не терпится узнать, как на самом деле всё прошло, пока «Пророк» не напечатал свежий выпуск с твоей огромной колдографией на первой странице, — добродушно заметил Рон, подливая подруге еще одну порцию спиртного. Щёки Грейнджер пылали, но не столько из-за выпитого, сколько из-за постоянного напряжения. Конференция по законопроекту буквально выжала из неё все соки, ведь она была просто обязана держать себя в тонусе, максимально беспристрастно. Игнорируя провокации и разъяренные выкрики из зала, которые далее сопровождались выпроваживанием кричащего из помещения. После всего этого сумасшествия, она согласилась провести вечер дома у Гарри и Джинни, чтобы сделать маленькую передышку перед трудной неделей. — И что теперь? Когда закон вступит в силу? — поинтересовалась Джинни, накручивая лапшу-удон из коробочки на вилку. — Не все так просто, — Грейнджер поморщила нос, — Законопроект принят в первом чтении, но дальше он должен пройти еще два чтения, чтобы вступить в силу. Полагаю, что в него будут внесены поправки, с учетом сегодняшнего дня. Так что мне не стоит налегать на вино, как бы не хотелось, — она отодвинула бокал, — Думаю, вся эта неделя будет посвящена разбору обратной связи. После этого Грейнджер просидела с друзьями еще около 30 минут и засобиралась домой. Пока Гарри и Рон обсуждали прошедшую игру, в которой одержали победу Пушки Педдл. Гермиона подошла к камину, параллельно лавируя, чтобы надеть свои туфли на шпильке, задача которых на сегодня была безоговорочно выполнена. — Уверена, что ты была великолепна сегодня, — изрекла Джинни, заправляя выпавший локон из прически подруги. — Слава Мерлину, этот день практически закончился, — Гермиона выдохнула и поправила пиджак, расправляя плечи, — Если бы не ваша поддержка, я бы сошла с ума от страха, — Джинни мягко улыбнулась и воровато огляделась, чтобы убедиться, что их разговор всё еще приватный. — Почему ты не пригласила к нам Алекса? Вы ведь вместе уже больше полугода, может пора перестать прятать его от нас? — Гермиона цокнула, этот разговор подруга начинала практически каждую их встречу, с тех пор, как без спроса заявилась к Гермионе домой и застала её на диване с обнажённым загонщиком Татсхилл Торнадос. — Тише, — шикнула Грейнджер, — Во-первых, мы не встречаемся, просто приятно проводим друг с другом время. Во-вторых, ты ведь знаешь, как долго я шла к должности заместителя главы в Министерстве, верно? Я не хочу, чтобы все мои труды обесценились, и единственное, о чем бы говорили люди и печатали в «Пророке» так это то, что я сплю со звездой квидичча. — О, да, точно. Лучше пусть обсуждают закон, за который тебя захотят проклясть целые корпорации, — съязвила подруга, но аргумент все-таки приняла. — А в-третьих, я не хочу, чтобы мальчики об этом знали, — девушка ненароком осмотрела друзей, старательно убирающих грязную посуду после посиделки, — Иначе все наши встречи будут проходить за обсуждением этой игры, — Грейнджер закатила глаза. — Я не рассказывала Гарри о статусе твоей личной жизни, но Рональд… Мне кажется, он все еще верит, что сможет вернуть вашу школьную любовь, — Гермионе хотелось захныкать от досады, ведь спустя 10 лет после их с Роном расставания, она совершенно перестала воспринимать это как что-то существенное, скорее как ошибку юности. — Это все так неловко, и просто сводит меня с ума. — Эй, вы чего там шепчитесь? — крикнул Рон, направляясь в сторону девушек, за что сразу получил испепеляющий взгляд от обоих Поттеров. — Заткнись, Рональд! — шикнула Джинни, швыряя в брата кухонное полотенце, которое сжимала в руках все это время. — Он его разбудил, — измученно изрек Гарри, расслышав плачь их маленького сына со второго этажа. Рон виновато попятился и пошел следом за Гарри, чтобы успокоить крестника. — Мне пора, поцелуй от меня Джеймса, — Гермиона приободряющее погладила Джинни по плечу. — Выпью еще вина, пока эти двое его укладывают, — игриво подмигнула рыжеволосая. И Гермиона уверенно шагнула в камин, бросив порох под ноги и назвав адрес своего дома. Вечера дома у Поттеров всегда были для неё чем-то согревающим, личным и семейным, как кружка какао и первый снегопад.

***

Утро следующего дня встретило Гермиону тяжёлыми дверьми Министерства и усталыми взглядами охранников. Коридоры, ещё вчера гудевшие от перешёптываний, сегодня казались подозрительно тихими. Рабочий день начинался через час. — Значит, буря всё же утихла, — подумала она, поправляя складки мантии. Она зашла в приемную, которая разделяла пространство между главой и его заместителем, и где обычно всех встречала секретарь. Перед тем, как зайти в свой кабинет, Грейнджер приоткрыла соседнюю дверь. Несмотря на 8 утра, в кабинете уже сидел Гектор Уэлдон, глава Департамента магического права — мужчина лет пятидесяти с проседью в тщательно уложенных волосах и привычкой говорить, будто каждое его слово высечено в камне. — А, Грейнджер, — он не поднял глаз от документа, который подписывал пером с изумрудным наконечником, — Как самочувствие после вчерашнего… цирка? — Готова работать, сэр. — Рад это слышать, — наконец он взглянул на неё. — Сегодня вам предстоит разобрать почту. Особенно ту, что пришла от наших возмущённых «друзей» из бизнес-сообщества, — он протянул ей папку с десятками писем, аккуратно рассортированных по степени важности, — Мисс Торн уже отсеяла всё несущественное. Вам нужно ознакомиться только с теми, что прислали крупные игроки. Составьте отчёт: какие поправки они требуют, какие аргументы приводят. К вечеру я жду краткий анализ, нам нужно хорошенько поработать, чтобы всё, чего мы достигли не сгинуло в никуда. Он задержался на секунду, изучая её лицо. — И, Грейнджер… постарайтесь не раздражать их ещё больше, если будете отправлять ответы. Мы всё ещё можем найти компромисс. Гермиона попыталась состроить что-то вроде улыбки и вместе с папкой в руке пошла в свой кабинет. Кабинет снова стал её крепостью. Стопки писем лежали перед ней, как обвинительные акты. Грейнджер была настоящим проффесионалом в работе, внимательная, сосредоточенная, даже не заметившая, что её секретарь принесла свежий кофе. Рука уверенно записывала тезисы для отчёта главе. «Аркантек» требует смягчить пункт о регистрации, заменив их на ежеквартальные проверки. «Спиллтроникс» настаивает на пятилетнем переходном периоде. «Мерлин Глобал» и вовсе предлагает создать совместный комитет с бизнесом — «для сохранения здоровой конкуренции». «Здоровой конкуренции», — мысленно передразнила она, делая пометки. — То есть возможности и дальше продавать магглам зачарованные тостеры, которые взрываются. — Да вы просто боитесь потерять прибыль, — пробормотала она, швыряя очередное письмо в стопку «малоубедительных». Через пару часов ей остался всего лишь один конверт, отмеченный зарубежным штампом. Это было не удивительно, ведь крупные компании из других стран автоматически попадали под правовое регулирование Магической Британии, как только вступали в финансирование британских предпринимателей. Грейнджер повертела в руках черный плотный конверт. «Malfoy International Holdings, New York» Гермиона нахмурилась. — Что за…? Она перевернула конверт и увидела подпись на обороте. «Генеральный директор, Драко Люциус Малфой» Её пальцы непроизвольно сжали бумагу. Гермиона слышала, что после войны он уехал в Америку. Кто-то говорил, что он работал в магическом банковском секторе, кто-то — что он вообще отошёл от дел и живёт где-то в уединении. Но письмо? От его фирмы? Она старалась не быть предвзятой, но перед глазами неконтролируемо возникала гаденькая физиономия с белокурыми волосами, говорящая совсем несвойственные детям мерзкие вещи. Гермиона резко дёрнула шнур вызова. Через несколько секунд в кабинет заглянула Джианна Торн, секретарша — темноволосая девушка с вечно озабоченным выражением лица. — Мисс Грейнджер? Вам что-то нужно? — Что вы знаете про эту компанию? — Гермиона протянула ей конверт. Джианна взглянула на печать, и её брови поползли вверх. — О, это Malfoy International. Они не так давно вышли на британский рынок, но уже активно инвестируют в гибридные технологии. Гермиона подумала: конечно, Джианну не удивило это имя. сколько ей лет? 22? Наверняка во время войны ей было не больше 10, фамилия Малфой для неё ничего не значит. даже не режет слух, и уж тем более она не думает, что когда-то этот человек и его семья были Пожирателями смерти. Как давно она не вспомнила об этой главе прошлого магического мира. Девушка тяжело вздохнула, отбрасывая локоны назад. — Крупная американская фирма. В последний год они активно скупают доли в британских проектах, - невозмутимо продолжала Торн. Гермиона ощутила, как в груди защемило. — Они работают с теми же корпорациями, что противятся нашему закону? — Прямо или косвенно — да. Но формально Malfoy International остаётся инвестором, а не производителем. Они вкладывают деньги, но не несут ответственности за продукт. Гермиона медленно кивнула. — Спасибо, Джианна. Это всё. Как только дверь закрылась, она вскрыла конверт.