"Аэтэльред" космический линкор

«Шпиль Титана» задрожал, когда массивная грузовая гондола начала свое восхождение. Скорость была колоссальной, но внутри кабины, защищенной инерционными гасителями, царила абсолютная неподвижность. Я стоял у панорамного окна гондолы. Без скафандра, в простом черном кителе офицера флота. Напротив меня стояла Элина. На ней больше не было того белого платья, в котором она когда-то бросала вызов молниям. Теперь она носила форму технического куратора — облегающий комбинезон из серого полимера с эмблемой «Аэтэльреда» на плече. В её руках был планшет, на котором мерцали потоки данных о добыче ксенотитана. Она смотрела в окно. Земля Эйриума стремительно отдалялась. Облака, которые раньше казались ей обителью богов, теперь проплывали внизу, превращаясь в тонкую серую дымку. — Ты дрожишь, — заметил я, не оборачиваясь. — Мой разум понимает физику подъема, Капитан, — тихо ответила она. Её голос стал тверже, в нем появились интонации человека, привыкшего оперировать цифрами, а не молитвами. — Но моя душа всё еще ждет, что мы разобьемся о небесный свод. — Небесного свода не существует, Элина. Есть только разреженная атмосфера и бесконечный вакуум. Ты — первая из своего народа, кто увидит истинную форму своего дома. Гондола мягко состыковалась с приемным шлюзом линкора на высоте трехсот километров над поверхностью. Шипение выравниваемого давления, и тяжелые двери разошлись. Мы вышли на главную палубу «Аэтэльреда». Элина замерла. Огромные залы, освещенные мягким светом реакторов, бесконечные ряды мониторов, суета ремонтных дронов — всё это обрушилось на неё всей мощью цивилизации, покорившей звезды. — Сентинел, — произнес я. — Приветствую, Куратор Элина, — голос ИИ прозвучал из скрытых динамиков. — Ваша интеграция знаний завершена на 84%. Ваши показатели эффективности в управлении наземными секторами признаны оптимальными. Девушка вздрогнула, услышав голос, который раньше казался ей громом небесным. Она медленно пошла по палубе, касаясь кончиками пальцев холодного металла стен. — Это... всё это ты построил один? — спросила она. — Нет. Это построили миллионы таких, как я, на протяжении веков. Я лишь последний хранитель этой мощи. Подойди к экрану. Я активировал главный тактический стол. На нем возникла трехмерная проекция Эйриума. Планета выглядела как живой организм, опутанный сетью моих шахт и заводов. Но в южном полушарии пульсировала багровая точка. — Ритм участился, — сказал я. — Сердцебиение планеты. 15 ударов в час. Глубина — 500 километров. Это не просто сейсмика. Это пробуждение защитных протоколов самой биосферы. Элина нахмурилась, вглядываясь в графики. — Мои ученые в Академии называют это «Гневом Матери». Они говорят, что планета чувствует «гвоздь», который мы вбили в её северный полюс. Они боятся, что юг просто взорвется. — Именно поэтому ты здесь, — я вывел на экран чертежи гипердвигателя. — Ремонт завершен на 92%. Мне нужно еще две недели и полный объем ксенотитана из южных шахт. Твоя задача — убедить королей юга открыть ворота без боя. Расскажи им, что я показал тебе. Расскажи, что мир — это не плоский блин под куполом, а хрупкий шар в ледяной пустоте. И если они не отдадут мне ресурс, планета поглотит их раньше, чем я успею взлететь. Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидел странную смесь преданности и ужаса. — Ты используешь нас как щит. Ты хочешь забрать всё и уйти, оставив нас на растерзание проснувшейся планете? Я промолчал. Прагматизм не требовал лжи. — Если я уйду, у вас останутся заводы, медицина и знания, — наконец произнес я. — У вас будет шанс выжить самостоятельно. Если я останусь и «Аэтэльред» погибнет здесь — вы обречены вместе со мной. Выбирай, Элина. Либо мы оба станем пеплом, либо ты дашь мне металл, и я дам вам будущее. В этот момент линкор содрогнулся. Это был не технический сбой. Мощная гравитационная волна, пришедшая снизу, заставила завыть сирены тревоги. — Капитан! — голос Сентинела стал резким. — Зафиксирован мощный выброс энергии из южного океана. Объект класса «Левиафан» вышел на поверхность. Он направляется к основанию лифта. На экране появилось изображение: из кипящих вод юга поднималось нечто колоссальное. Органический титан, покрытый чешуей из живого кристалла. Его длина превышала пять километров. Древний защитник Эйриума, разбуженный моими раскопками, шел уничтожать «инородное тело» в плоти планеты. Я посмотрел на Элину. — Твоё обучение закончено. Пора применить знания на практике. Сентинел, активируй «Центурионов» береговой охраны. Элина, садись за терминал управления связью. Ты должна скоординировать отход рабочих из зоны удара. — А ты? — выкрикнула она. Я направился к выходу, где уже ждал мой черный скафандр. — А я спущусь вниз и лично объясню этой планете, почему не стоит мешать моему ремонту.