Эдди Харрингтон

      Пар от горячего душа всё ещё клубится в ванной, когда Стив выходит, стряхивая с мокрых волос последние капли воды. Полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, едва держится, подчёркивая рельеф его подтянутого тела — широкие плечи, узкую талию, мышцы, играющие при каждом движении. Он проводит рукой по коротким волосам на затылке, взъерошивая их, и внезапно замирает на пороге спальни.       Кровать занимает почти всё пространство комнаты, застеленная тёмно-синим покрывалом, которое они купили вместе прошлой осенью. И на ней, раскинувшись как кот на солнцепеке, лежит Эдди. Его длинные каштановые волосы растекаются по подушке, кудри слегка взлохмачены, будто он только что проснулся. Тёмная футболка с надписью The Clash облегает округлившийся живот — теперь он заметен даже сквозь ткань, небольшой, но уже явный холмик, который Стив не может не трогать каждый раз, когда они остаются одни. Джинсы висят на бёдрах, расстёгнутые, будто Эдди не мог дождаться, когда наконец снимет их полностью.       Стив прикусывает нижнюю губу, чувствуя, как внизу живота разгорается знакомое тепло. Он знает, что Эдди делает это специально — лениво потягивается, изгибая спину так, что футболка приподнимается, обнажая полоску медной кожи над поясом джинсов. Дрожащий свет лампы падает на его тело, подчёркивая каждый изгиб, каждую линию — от ключиц до округлых бёдер, которые стали ещё мягче с беременностью. На запястье блестит серебряный браслет, подарок Стива на прошлый день рождения, теперь он носит его постоянно, как и обручальное кольцо на безымянном пальце. — Ну и сколько ты ещё будешь стоять в дверях, Харрингтон? — Эдди не открывает глаза, но уголки его губ подрагивают в еле заметной улыбке.       Голос низкий, слегка хрипловатый от сна, но в нём уже звучит этот знакомый вызов, который всегда заставляет Стиву сжиматься кулаки от желания. — Или ты решил, что я слишком ленивый, чтобы самому подойти и стянуть с тебя это жалкое полотенце?       Стив делает шаг вперёд, пальцы сами собой разжимают узел на талии. Полотенце падает на пол с глухим шлёпком, и теперь он стоит голый, чувствуя, как прохладный воздух спальни обдувает разгорячённую кожу. Его член уже полуэрегированный, тяжелеет между ног, реагируя на запах Эдди — этот чудом восстановившийся после травмы железы сладковатый, с дымной горчинкой аромат, который стал ещё интенсивнее с беременностью, смешанный с лёгким оттенком лавандового шампуня, которым Эдди моет волосы. — А если я решил, что ты слишком устал, чтобы двигаться? — Стив подходит ближе, колени упираются в край кровати. Он наклоняется, ладони опускаются на матрас по обе стороны от Эдди, заключая его в ловушку своего тела. — Пришлось бы мне самому делать всю работу.       Эдди наконец открывает глаза — тёмные, почти чёрные, с золотыми крапинками, которые вспыхивают, когда он возбуждён. Его взгляд скользит вниз, задерживается на Стивовой груди с густой порослью, на сосках, которые уже затвердели от прохлады, затем ниже, на животе, на том месте, где начинается тёмная полоска волос, ведущая к… — Ооох, — Эдди выдыхает, губы приоткрываются, кончик языка касается верхней губы. — А ты уже весь готов. Неужели один только мой вид так на тебя действует, Стивен? — Ты знаешь, что да, — Стив опускается ещё ниже, его дыхание теперь горячее на щеке Эдди. — Особенно когда ты лежишь тут, как какой-то развратный принц, и делаешь вид, что тебя ничего не интересует.       Эдди смеётся, низко и хрипло, и этот звук вибрирует где-то глубоко в животе Стива. Руки Эдди поднимаются, пальцы с кольцами — серебряным черепом на среднем и тонким обручальным на безымянном — касаются Стивовых плеч, скользят вниз, царапая ногтями кожу. — А кто сказал, что я делаю вид? — Его голос становится тише, почти шёпот. — Может, я просто жду, когда ты наконец перестанешь разговаривать и начнёшь делать то, что мы оба хотим.       Стив не нуждается в дополнительных приглашениях. Его губы опускаются на шею Эдди, там, где пульс бьётся чаще, кожа горячая и слегка влажная. Он вдыхает запах — тот самый, который сводит его с ума уже два года. Зубы аккуратно сжимают мочку уха, и Эдди вздрагивает, его пальцы впиваются в Стивовы плечи. — А-а, чёрт… — Эдди выгибается навстречу, его тело реагирует мгновенно, как всегда.       Стив чувствует, как под его ладонью, лежащей на животе Эдди, мышцы напрягаются, как джинсы становятся ещё теснее на его бёдрах.       Руки Стива скользят под футболку, пальцы находят соски — твёрдые, чувствительные, они сразу же реагируют на прикосновение, становясь ещё более упругими. Эдди стонет, его спина изгибается, когда Стив начинает играть с ними, пощипывая, крутя между пальцами, пока Эдди не хватает его за запястье. — Стоп, стоп, слишком… слишком быстро, — он дышит прерывисто, его грудь поднимается и опускается с каждой вдохом. — Я хочу… хочу почувствовать всё.       Стив улыбается касаясь его кожи, его губы скользят вниз, по ключице, по ребрам, пока он не добирается до края футболки. Он хватает ткань зубами, медленно стягивает её вверх, обнажая живот Эдди — теперь уже заметно округлый, кожа натянута, с лёгким блеском, будто покрыта тонким слоем пота. Пупок стал немного шире, и Стив не может удержаться, чтобы не коснуться его кончиком языка.       Эдди всхлипывает, его руки опускаются на голову Стиву, пальцы запутываются в ещё влажных волосах. — Блядь, Стив… — его голос дрожит. — Ты меня убьёшь. — Нет, — бормочет Стив, его руки теперь заняты расстёгиванием джинсов Эдди. — Я тебя только начинаю целовать.       Он стягивает джинсы вниз, вместе с ними унося и боксёрки, и вот Эдди лежит перед ним полностью голый, его член уже твёрдый, приподнятый, капающий предэякулятом на живот. Яички подтянуты, кожа на них кажется ещё темнее, чем обычно, а между ног — то место, которое Стив обожает больше всего, — розовое, слегка приоткрытое, уже важное от природной смазки. — Так красиво, — Стив шепчет, его пальцы скользят по внутренней стороне бёдер Эдди, нежные, почти благоговейные. — Ты всегда такой красивый, когда возбуждён.       Эдди смеётся сквозь стон, его руки тянутся вниз, обхватывают свой член, сжимают у основания. — Давай, не мучай. Знаю, что ты хочешь, Харрингтон…       Стив не заставляет себя ждать. Его губы опускаются на внутреннюю сторону бедра Эдди, там, где кожа особенно нежная, почти прозрачная. Он целует медленно, влажно, его язык оставляет след до самого колена, затем возвращается обратно, ещё выше, к паху. Эдди дрожит, его дыхание сбивается, когда Стив наконец добирается до цели.       Первое касание языка по головке его члена заставляет Эдди вздрогнуть, его пальцы сжимаются в волосах мужа. — О-о-ох, ебать… — он выдыхает, его бёдра поднимаются навстречу, но Стив прижимает их обратно на кровать ладонью, наслаждаясь тем, как Эдди извивается под ним.       Он обхватывает губами ствол, медленно опускается вниз, чувствуя, как член Эдди пульсирует у него во рту. Его язык кружит вокруг головки, затем скользит по вене на нижней стороне, прежде чем Стив берёт его глубже, до самого основания. Его нос упирается в лобковые волосы Эдди, а горло расслабляется, принимая его полностью. — С-Стив, блядь, да… — Эдди бормочет, его пальцы дергают Стиву за волосы, его бёдра подрагивают. — Так хорошо, так… так глубоко, ебать…       Стив выдыхает через нос, вибрация заставляет Эдди стонать громче. Он начинает двигаться — медленно, ритмично, его губы плотно обхватывают член, язык массирует нижнюю сторону, а рука сжимает основание, контролируя движения. Слюна стекает по его подбородку, капает на живот Эдди, но он не останавливается, поглощённый тем, как тот начинает терять контроль. — Я… я сейчас кончу, если ты не остановишься, — Эдди предупреждает, его голос срывается. — Стив, я серьёзно, я…       Стив только ускоряется, его свободная рука скользит вниз, находит вход Эдди, уже мокрый и горячий. Палец аккуратно проникает внутрь, и Эдди кричит, его тело сжимается вокруг пальца, когда Стив одновременно сосёт его член и массирует точку внутри. — Не-е-т! — Эдди выгибается, его кулаки сжимают простыню, когда оргазм накрывает его волной. Его член дергается в горле Стиву, горячий и солёный вкус спермы заливает ему рот, но он глотает всё, не отрываясь, пока Эдди не перестаёт дрожать.       Наконец, Стив отстраняется, вытирает губы тыльной стороной ладони, его собственный член болит от возбуждения, предэякулят стекает по длине. Он поднимается на колени, его руки скользят под бёдра Эдди, приподнимая его. — Теперь моя очередь, — он рычит, его голос низкий и хриплый от желания. — Ты готов?       Эдди открывает глаза, его взгляд мутный от удовольствия, но он улыбается — лениво, развратно. — Я всегда готов для тебя, мой доминантный альфа, — он шепчет, его руки опускаются, обхватывают Стивовы бёдра, направляя его. — Давай же. Заполни меня.       Стив замирает на мгновение, его дыхание сбивается, когда кончик его члена касается горячего, податливого входа Эдди. Он не спешит — каждый миллиметр проникновения должен быть выстрадан, вымолен, выпрошен. Его руки скользят под бёдра Эдди, пальцы впиваются в мягкую плоть, чуть приподнимая его, чтобы угол был идеальным. Эдди выгибается навстречу, его ногти царапают плечи Стива, когда тот начинает медленно, неумолимо погружаться внутрь. — Фууук… — выдыхает Эдди, его голос ломается на полутоне. Его тело сопротивляется лишь на секунду, прежде чем растянуться, принять Стива до самого основания.       Тепло обволакивает член альфы, сжимает так плотно, что Стив кусает губу, чтобы не кончить сразу. Он замирает, давая Эдди привыкнуть, но тот только обхватывает его ногами крепче, пятки впиваются в ягодицы, подталкивая глубже. — Не останавливайся, — шепчет Эдди, его дыхание горячее на шее Стива. — Пожалуйста.       Стив начинает двигаться — сначала едва заметные толчки, будто проверяя, как далеко можно зайти, прежде чем Эдди начнёт сходить с ума. Каждый раз, когда он оттягивается почти до конца, головка его члена задевает то самое место внутри Эдди как можно аккуратнее, от которого тот вздрагивает и вскрикивает. Его руки соскальзывают с плеч Стива, пальцы переплетаются у него за спиной, как будто пытаются удержать его внутри навсегда. — Ты такой… тугой, — выдыхает Стив, его голос превращается в хриплый шёпот. — Черт, Стив, я не выдержу…       Стив ускоряется, его бёдра теперь бьют ритмично, отрывисто, каждый удар отдаётся в позвоночнике Эдди. Он наклоняется, его губы находят губы Эдди, и их поцелуй превращается в что-то животное — зубы стучат, языки борются, слюна стекает по подбородкам. Омегв выгибается, его спина отрывается от кровати, когда Стив попадает в точку снова и снова, его член трётся о простату, заставляя Эдди визжать в его рот. — Люблю тебя, — вырывается у Эдди между стонами, его ногти впиваются в кожу Стива так сильно, что тот знает — останутся следы. — Блядь, люблю, люблю, люблю…       Стив не может ответить словами. Вместо этого он хватает Эдди за бёдра и вгоняет себя в него так глубоко, что тот захлёбывается воздухом. Их тела слипаются от пота, кожа скользит по коже, каждый вдох пахнет сексом и друг другом. Стив чувствует, как его яйца подтягиваются, как по спине бежит электрический разряд — он близко, слишком близко, но не хочет заканчивать, не хочет, чтобы это когда-нибудь заканчивалось.       Эдди вдруг дергается, его тело сжимается вокруг Стива так плотно, что тому приходится застыть на полувдохе. — Н-нет, — Эдди хватает его за предплечья, его глаза горят лихорадочным блеском. — Хватит. Теперь моя очередь.       Стив не успевает возразить, как Эдди резко перекатывается, используя силу ног и внезапный импульс, чтобы опрокинуть Стива на спину. Теперь он сидит верхом, его округлившийся живот прижимается к животу Стива, а член трётся об кубики пресса. Эдди прикусывает губу, его руки скользят по груди мужа, пальцы закрываются в волосы и играют с сосками, пока тот не вздрагивает и не стонет. — Ты всегда думаешь, что ты главный, да? — Эдди наклоняется, его волосы падают на плечи Стива, щеколадно-карие пряди щекочут кожу. — А теперь посмотри, кто тут сверху.       Он начинает двигаться — сначала медленные, круговые движения бёдрами, будто притирается, привыкает к ощущению Стива внутри себя. Затем его темп ускоряется, его ягодицы хлопают по бёдрам Стива, каждый удар заставляет того выгибаться, руки альфы вцепились в бёдра Эдди, пытаясь хоть как-то контролировать ритм. Но Мэнсон не уступает. Он скачет на нём, как на дикой лошади, его спина выгибается, плечи вздрагивают от каждого толчка, пот стекает между их тел. — Так, — выдыхает Эдди, его голос дрожит. — Так лучше. Я хочу видеть, как ты кончаешь внутри меня.       Стив не может выдержать этого — зрелища, как Эдди управляет им, как живот омеги подпрыгивает с каждым движением, как его член альфы исчезает и появляется снова, блестящий от слюны и предэякулята. Он хватает Эдди за запястья и тянет вниз, их губы сталкиваются в жадном поцелуе, их языки борются, зубы стучат. Стив чувствует, как его оргазм накатывает волной, неудержимой и жгучей. — Эдди, я… — Да, — Эдди отрывается от его губ лишь на секунду. — Кончай. Заполни меня.       И Стив подчиняется. Его тело сжимается, его член пульсирует внутри Эдди, набухая узлом; , когда сперма бьёт в омегу горячими струями, заполняя до краёв. Эдди кричит, его собственное тело реагирует на это, его член дергается, и сперма брызгает на живот Стива, смешиваясь с потом. Они оба дрожат, их дыхание синхронизируется, их сердца бьются в одном ритме.       Эдди опускается на грудь Стива, их тела всё ещё соединены, их потные кожи слипаются. Стив обнимает его, его руки гладят спину Эдди, пальцы запутываются в его волосах. Они лежат так несколько минут, слушая, как их дыхание постепенно успокаивается, как их сердца перестают колотиться как бешеные. — Я люблю тебя, — повторяет Эдди, его голос теперь тихий, успокоенный. — Даже если ты ведёшь себя, как невыеюностмый ребёнок.       Стив смеётся, его грудь вибрирует под Эдди. — Я тоже тебя люблю. Даже если ты ведёшь себя, как властный засранец.       Эдди приподнимается на локтях, его глаза блестят. — Так кто тут на самом деле главный?       Стив ухмыляется, его руки скользят вниз, хватая Эдди за ягодицы, сжимая их. — Давай-ка, попробуем ещё разок. Посмотрим, что из этого выйдет…