Точка отсчёта

Сердце Джейн колотилось от страха. Представление было её жизнью, и эта жизнь сейчас зависела от каждой секунды. Воздух за кулисами был густ от пыли, грима и адреналина. Она проверяла мешочек в третий раз: три пары пуантов, канифоль,булавки. Всё на месте. — Хоппер! Где блеск для губ? И ленты на пуанты проверь! — крикнула Макс, помогая поправить корсет другой балерине. —Проверила! — бросила в ответ Джейн, ловя собственное отражение в зеркале. Нежная Клара в бело-голубом платье, с кукольными кудрями, перехваченными широкой голубой лентой. Всеощая паника виталась в коридоре. Джейн рванула из гримёрки, нужно было подтвердить последние точки выхода. Она неслась по служебному коридору, ведущему к центральному фойе, где суетились осветители. Ложа Уиллеров была красивой тюрьмой. Майкл стоял у барьера, глядя на заполняющийся зал, но не видя его. За спиной звучал ровный гул: отец с мистером Виндзором обсуждали процентные ставки, а матери — сезонные коллекции. Анджела в платье из тяжёлого шёлка цвета шампанского ловила его взгляд. Её улыбка была идеальной, но в глазах читался немой вопрос: «Ты с нами?». Он кивнул, чисто автоматически. Его роль сегодня была предельно ясна - наследник в смокинге. Чтобы заглушить внутренний гул, он решил выйти на мгновение. Просто вдохнуть другого воздуха. —Извините, — сказал он общему пространству лож и вышел в пустынный коридор, отделанный тёмным дубом. Здесь было тихо. Он зажмурился, пытаясь отогнать напряжение. Вспомнил девушку из тренировочного зала. Сейчас она, наверное, там, за сценой. Он мысленно пожелал ей, этой незнакомке, чьё упрямство стало ему за неделю странно родным, удачи. В этот момент из-за поворота, ведущего из глубин закулисья, вылетела девушка. Джейн, не глядя, на полной скорости врезалась в него. Удар плечом о плечо был несильным, но неожиданным. Она отшатнулась, потеряв равновесие. И тут он заметил: от её высокой причёски отвязалась и медленно падала на ковровую дорожку широкая голубая лента. Часть её сценического образа. — Ваша… — начал он, но она уже метнулась взглядом на часы на стене. Ужас исказил её лицо. —десять минут до выхода! Простите, я бегу! Майкл наклонился, поднял её. Шёлк был нежным на ощупь. Он сжал ленту в ладони. Нужно вернуть. После спектакля. Надо найти её. Мысль была простой и ясной. Предлог. Не более чем предлог. Когда он вернулся в ложу, свет уже погас, и зазвучала увертюра. Он незаметно сунул ленту во внутренний карман смокинга. На сцене началась жизнь. И когда появилась Клара, Майкл замер. Да, это была та самая девушка из коридора. Но теперь, преображённая светом и музыкой, она была...другой. Её движения были не просто техничными. Боль изнурительных репетиций, которую он видел, превратилась в лёгкость. Сосредоточенность превратилась в одухотворённость. Она не танцевала, а рассказывала, и он слушал, затаив дыхание. Он не видел декораций, не слышал в полную силу музыки. Он видел только её. И на его лице, обычно бесстрастном, появилось что-то новое: неподдельное, живое удивление. И это заметила Анджела. Она сидела рядом, наблюдая не за сценой, а за ним. Её тонкие брови чуть сдвинулись. Она видела, как его пальцы бессознательно сжали бархат барьера. Как взгляд, всегда скользящий по поверхности, теперь впился в одну точку с таким интересом, что это было почти физически ощутимо. Ревность, острая и мгновенная, кольнула её. Не к девушке на сцене, а к тому выражению на его лице, которого она никогда не видела, обращённому к себе. Она мягко, но неоспоримо положила свою руку поверх его, лежащей на барьере. Пальцы её сжались чуть сильнее, чем нужно для нежности. Это был знак. Ярлык. Ты мой. Смотри куда угодно, но помни — ты здесь, со мной. Майкл вздрогнул от прикосновения, как от ожога. На миг оторвал взгляд от сцены, встретился с её глазами. В них читался не упрёк, а твёрдое, ледяное напоминание об уговоре, об их союзе и реальности. Он медленно кивнул, почти незаметно, и снова повернулся к сцене. Но теперь его спина была напряжена, а рука под её ладонью застыла, как пленник. Анджела не убрала руку. Она смотрела на сцену с милой, заинтересованной улыбкой, которую отражали софиты. Кто ты, девочка в голубом, и почему ты за один вечер сделала то, чего я не добилась за годы? Джейн, вылетая за кулисы после своей первой вариации, была на пределе концентрации. —Лента! Где твоя лента? — ахнула Макс, хватая её за руку. Джейн потрогала причёску.Ленты не было. Паника ударила в виски. —Чёрт! Наверное, в коридоре, когда я… Ладно, потом! Дай запасную! Макс сунула ей новую ленту.Через тридцать секунд Джейн снова должна была быть на сцене. На мысль о незнакомце в смокинге не осталось ни секунды. Её мир снова сузился до музыки, следующего прыжка и жгучей боли в подъёме, которую она игнорировала. Всё остальное было просто помехой. А в кармане смокинга Майкла всё ещё лежала шёлковая лента. И на его руке всё ещё лежала лёгкая, владеющая, рука Анджелы напоминающая о союзе. Битва ещё не началась, но линии фронта были уже проведены.