Как пали сильные / How the mighty have fallen

Они бежали все вместе, преследуя своего блудного брата, при этом Микеланджело был всего на несколько шагов впереди своих братьев. Донателло только что успел заметить кончики повязки Леонардо, развевающиеся на ветру, как тот свернул за угол. — Туда! — крикнул он, указывая направление пальцем. Майки кивнул, прибавляя скорости. Никто из них не знал, что заставило их брата кричать так, как он кричал. Майки был уверен, что этот ужасный звук будет сниться ему в кошмарах неделями. Этот крик заставил кровь младшего застыть в жилах, и он был вынужден закрыть уши, чтобы он не отдался эхом в его голове. Раф зарычал, раздраженный тем, что Лео убегал от них. Его брат никогда ни от кого не убегал, даже от врагов. Очень редко и только в крайних случаях Леонардо отдавал приказ к тактическому отступлению. В остальное время Лео никогда не сбегал — в особенности не от своих братьев, не от Рафаэля. — Че с ним не так? — крикнул Раф своим двум бегущим братьям, когда они свернули за очередной угол в канализации. Если бы не грязные отметины на полу, они бы уже потеряли след своего шустрого старшего. — Не знаю, — ответил Дон, мысленно проклиная себя. Все моменты, когда он был груб и холоден с Лео, проносились в его голове, пока он преследовал брата. — Сейчас это не важно, братаны! — закричал Майки спереди. — Сейчас важно только найти его и вернуть домой! Оба — Раф и Дон — синхронно кивнули, хотя не могли хорошо видеть друг друга в темных туннелях. Раф проворчал больше себе, чем братьям: — Да, и когда мы вернемся домой, узнаем, что его так парит. А потом я сверну ему шею за то, что он так нас напугал. Черепаха в оранжевой повязке заметил, как Леонардо свернул в другой туннель. — Лео! — закричал Майки. — Помедленнее! Лео не остановился. — Он ведет себя странно с тех пор, как вернулся домой, — обратился Раф к Донни между вдохами. Дон задумался: — Да, я тоже это заметил, но… Я был слишком занят его игнорированием, чтобы поинтересоваться... Видимо... Он замолчал, чувство вины разъедало его изнутри. Дон опустил взгляд. В его голове вновь и вновь звучал собственный голос. Я ненавижу тебя… Я ненавижу тебя… — Слушайте, чуваки, — позвал Майки. — Мы все вели себя как последние придурки. Так что давайте просто сосредоточимся на том, чтобы найти Лео и вернуть его домой, пока он во что-то не вляпался. А потом снова вернемся к тому, чтобы быть нашей маленькой дисфункциональной семейкой мутантов, окей? Остальные двое молча согласились, кивнув в ответ. Еще через десять минут преследования синей черепахи трое братьев остановились, чтобы перевести дух. Они потеряли Леонардо. — Да чтоб меня! Я и не знал, что он такой быстрый! — выдохнул Майк, тяжело дыша. Дон кивнул. — Он, должно быть, уже выбрался из канализации. Наверняка поднялся наверх, поэтому мы и не можем его найти. Раф, восстановив дыхание, огляделся. — Майки, ты иди в ту сторону, — указал он. — Ищи открытый люк. Дон, ты — в ту. Я пойду туда. Если что найдете — кричите. Вперед! И они разбежались в разные стороны. Прошло всего пять минут, прежде чем по канализации разлетелся голос Рафаэля. — Нашел! Дон и Майки подбежали к нему. Он уже был на полпути вверх по лестнице к открытому люку, когда они его догнали. — На крыши! — крикнул Дон, следуя за Рафаэлем по пятам. Рафаэль не задумываясь бросился к ближайшей пожарной лестнице. Лео, где ты? — крутилось у него в голове, пока он поднимался по зданию. Майки и Дон быстро догнали его, когда он начал прыгать по крышам Нью-Йорка. Братья напряженно вглядывались в темноту, ища Леонардо. — Вон там! — прокричал Майки, указывая на темную фигуру, стоявшую на краю крыши и смотревшую вниз. Раф с трудом различил в полумраке лунного света кончики синей повязки и тени ножен двух катан. — Нет, Лео! — закричал Дон, бросаясь за Рафаэлем, который уже понял, что собирался сделать их лидер. — Что он делает?! — крикнул Майк, бросаясь вслед. — Он хочет прыгнуть! — взвизгнул Раф голосом, который никто из братьев никогда не слышал. В этих трех словах было столько боли и отчаяния. Майки почувствовал, как нож вонзается ему в сердце. — Лео, пожалуйста! — закричал Майки изо всех сил. — СТОЙ! Его голос оборвался. Нет нет нет нет нет нет нет. Пожалуйста, брат. Пожалуйста! Дон стиснул зубы, будучи полон решимости не дать своему старшему брату спрыгнуть с пятиэтажного здания. Он не мог... Он не сделает этого... Раф первым добрался до Леонардо. Не думая, он врезался в него всем телом, сбивая своего лидера с ног и оттаскивая от края высокого здания. — КАКОГО ХРЕНА ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! — заорал Рафаэль ему в лицо, пот и слезы пропитали его маску. Он был так зол, так рассержен, так разочарован в брате за то, что тот только подумал о чем-то настолько ужасном, настолько глупом. Что он вообще подумал о том, чтобы все закончить, чтобы прыгнуть, чтобы... Глаза Рафа расширились от ужаса, когда он почувствовал, как Леонардо начал дергаться у него в руках. Глаза Лео закатились, и он начал яростно судорожно трястись. — Раф, слезь с него! — закричал Дон, подбегая к Рафаэлю, который все еще сидел на своем трясущемся брате. Майки же застыл на месте, не в силах оторвать взгляда от старшего... Раф посмотрел вниз на брата. — Что за фигня… Лео! — вскрикнул он, обхватывая брата, пытаясь остановить его судороги. Черепаха в красной маске был на грани истерики. В его глазах сверкнула безумная искра. — Что происходит?! Лео, ну же, брат, ответь мне, ответь мне, черт тебя дери! — Рафаэль, слезь с него сейчас же! — отчаянно закричал Дон. Раф остался на месте, с открытым ртом, застыв от шока. Донателло бросился на брата, сбивая его с Лео, который продолжал биться в судорогах. Черепахи в красной и фиолетовой масках свалились в сторону в одну большую зеленую кучу. — У него... У него приступ, — прошептал Дон на ухо Рафаэлю, не сводя глаз с лидера. — Что? — прошептал сорвиголова. Глаза Дона наполнились слезами, когда он встал на колени и на четвереньках пополз к брату. Раф последовал за ним. Майк упал на землю с другой стороны от Лео. — Сделай что-нибудь, Дон! — прорычал Раф. — Я-я не могу, — заикался медик. Майк резко повернулся лицом к Дону. — Что значит ты не можешь?! — Это значит, что у него судорожный приступ. Когда он уже начался, ничего нельзя сделать, чтобы это остановить! — А что же нам делать? Мы ничего не можем сделать? — Раф поморщился, когда голова Лео с глухим звуком ударилась о крышу. — Может, ему в рот что-то сунуть надо? Мне его придержать? Ч-что нам делать, Донни?! В этот момент все трое начали почти кричать друг на друга. Дон пытался думать спокойно. — Мы должны повернуть его на левый бок, и я-я-я думаю, это все, что мы можем сделать, — пробормотал Дон. Раф сразу же повернул Лео на бок. Лео тихо заскулил, но в целом остался безмолвным, поскольку его конвульсии продолжались. Дон продолжал говорить, больше себе под нос, чем братьям. — Я мало что знаю о припадках, я их никогда не изучал, и... Я не знаю... Думаю, это все, что мы можем, ребята. — Что нам теперь делать, Донни? Мы же не можем просто... Просто смотреть, как он страдает! — отчаянно рыкнул Раф. Дон никогда раньше не видел Рафа настолько испуганным. Майки посмотрел на гения, умоляюще глядя ему в глаза. Дон покачал головой, пытаясь выловить в мозгу свои скудные знания о подобных приступах. — Но мы ничего не можем сделать. Сейчас нам просто... Просто придется ждать... Прошло две с половиной мучительные минуты, прежде чем тело Леонардо начало успокаиваться. Две с половиной минуты его братья смотрели на него, не в силах помочь, не в силах утешить, не в силах сделать что-либо, кроме как надеяться, что он больше не ударится головой о крышу. Две с половиной минуты, наблюдая, как он страдает и скулит от боли. Никогда прежде братья не чувствовали себя настолько беспомощными.