Игла в сирени : цена покоя

Глава 1: Сирень, чешуя и чужой устав ​Замок Хогвартс встретил нас величественным гулом и запахом старого камня. Я поправила вышивку на своем национальном наряде — тяжелая ткань, расшитая узорами, которые помнили еще моих прабабушек, давала странное чувство защиты. Рядом переминались остальные одиннадцать ребят. Мы выглядели ярким пятном на фоне серых стен: в наших льняных рубахах, сарафанах и жилетах, каждый со своим характером, но связанные общим «шилом в заднице» и легким мандражом. ​— Главное — не разнести им потолок раньше времени, — шепнул кто-то из парней. Я лишь улыбнулась, проверяя на ощупь флакон в потайном кармане. Зелье на сирени мягко успокаивало, но предвкушение праздника всё равно брало верх. Мы здесь по обмену, мы — гости, и сегодня наш выход. ​Двери Большого зала распахнулись. Сначала мимо проплыли француженки из Шармбатона в своих шелках, затем прогрохотали дурмстранговцы в мехах. А потом настала наша очередь. ​Мы не стали просто заходить. Под сводами зала возник гигантский динозавр. Его каркас мы сплели из магии воды, заставив жидкость слушаться и принимать форму мощных лап и хвоста. Магия ветра подарила ему рык, от которого вздрогнули даже преподаватели, а свет раскрасил его чешую в невероятные цвета. Это чудище рвануло к столу с ребятами в красных галстуках, заставив их вжаться в скамьи, но в последний момент рассыпалось миллионом цветочных семян. ​Наши маги растений тут же довершили дело: под потолком расцвел настоящий сад, и на столы посыпались цветы. Мы вышли вперед — двенадцать человек в славянских нарядах, смеющиеся и довольные своим маленьким хаосом. ​Пока ребята раздавали букетики профессорам, я подошла к строгому мужчине в черном. Его лицо было как из камня высечено. Я молча положила перед ним веточку белладонны. Он посмотрел на растение, потом на меня — подозрительно и внимательно. Я лишь вежливо кивнула, не зная ни его имени, ни того, почему у него такой тяжелый взгляд. Просто интуиция подсказала: ему это нужно. ​Новый дом ​— Поскольку вы приехали к нам по обмену, — объявил директор Дамблдор, — на время Турнира вы станете частью наших факультетов. ​Меня отправили на Слизерин. Проходя мимо стола гриффиндорцев, я заметила троих ребят: лохматого парня в очках, рыжего, который застыл с открытым ртом, и девочку с копной волос, которая уже что-то яростно записывала в пергамент. Они смотрели на нас так, будто мы прилетели с другой планеты. Гостиная Слизерина встретила меня запахом сырости и изысканной роскошью, которая казалась слишком холодной после уютных залов Колдовстворца. Мои друзья разошлись по своим факультетам, и я впервые за день осталась одна среди чужих людей. Я присела на край свободного кресла, чувствуя, как гудят ноги после долгого дня. Мой национальный наряд — светлый лен с яркой вышивкой — здесь, в полумраке подземелий, смотрелся как инородное тело. — Смотри-ка, — раздался резкий, манерный голос. Блондин, которого я приметила еще в зале, вальяжно подошел ближе, рассматривая узоры на моем рукаве. — У нас в гостях настоящая деревенская сказка. Скажи, Даша, в вашей школе мантии не шьют? Или это всё, на что хватило бюджета вашего «обмена»? Вокруг послышались смешки. Одна из девочек, сидящая на диване, картинно сморщила нос: — И пахнет от неё какими-то сорняками. Неужели в Колдовстворце не учат пользоваться приличными духами? Я глубоко вдохнула, чувствуя, как внутри просыпается то самое «шило», но на этот раз — острое и злое. Медленно поднявшись, я поправила рукав, на котором красовалась вышивка, сделанная руками моего прадеда. — Знаешь, — я посмотрела блондину прямо в глаза, голос был тихим, но в наступившей тишине он прозвучал как щелчок кнута. — Этот наряд стоит дороже, чем всё твоё высокомерие, потому что в каждой нитке здесь — сила моего рода. А пахнет от меня сиренью и лекарствами, которые помогают мне держать себя в руках, когда кто-то ведет себя как невоспитанный индюк. Я сделала шаг вперед, и смешки мгновенно стихли. — Я здесь по обмену, и мне неинтересно мериться с вами палочками или кошельками. Но запомните: мои друзья сейчас в таких же нарядах сидят в других залах. Если я узнаю, что кто-то из вас решил, что их «деревенский» вид — это повод для издевок... Я на мгновение позволила своей интуиции выйти наружу. Тени в углах гостиной будто стали гуще, а воздух — тяжелее. — ...я превращу вашу жизнь в ад. Я не угрожаю, я просто предупреждаю: мы — семья. И за своих я порву любого, даже если мне придется пересчитать по косточкам весь этот факультет. Блондин попятился, наткнувшись на спинку дивана. Его напускная уверенность куда-то испарилась. Я снова улыбнулась — теперь уже мягко, по-настоящему. — А теперь, раз мы познакомились... Кто-нибудь знает, где тут кухня? Хочу испечь что-нибудь нормальное, а то от вашего приема у меня сахар в крови упал. В гостиной воцарилась тишина. Кажется, первый урок международного общения прошел успешно.